Глава 21 Алита

Крупные капли одна за другой срывались с неба и, набирая бешеную скорость, устремлялись к земле. Некоторые из них падали на плотную материю, растянутую между спицами зонта. С силой ударяясь в чёрный купол, они заставляли пальцы Алиты сжиматься сильнее, чтобы намокшая ручка не выскользнула из ослабевающей ладони. Ноги заплетались: потяжелевшая от воды юбка траурного платья липла к телу, мешая делать шаги. Принцесса бесцельно бродила по дорожкам сада.

Мысли занимала прошедшая церемония. Алита впервые присутствовала на прощании, впервые видела умершего. Облик покойной не выходил из головы: впавшие щёки, неестественно сомкнутые губы, бледная кожа, длинные распущенные седые волосы с редкими тёмными прядями. Белый с золотой вышивкой саван и множество бордовых роз, которые в столь хмурый день казались чуть ли не чёрными.

Драконица тяжко вздохнула. Она ощутила, как из груди рвётся наружу истеричный всхлип. Боль будто сделалась криком, который принцесса силилась подавить. «Нельзя, нельзя так... Нет, я не буду кричать...»

Леди Лорэна больше не улыбнётся, не заговорит и не взглянет на неё. Не состоится того душевного разговора, о котором так мечтала дочь. Всё сгорело. Все надежды на взаимную любовь, понимание и ласку утрачены навсегда. Нельзя вернуться назад, передумать или извиниться. Уже никогда Алита не задаст главный вопрос, который так мучил её. Почему тогда, восемнадцать лет назад, леди Лорэна решила спасти её?

Дождь резко усилился. Где-то там, в саду, раздался птичий крик. Принцесса замерла. «Ворон?» — драконица прислушалась. Ничего. Только шум дождя.

Алита напрягала слух, пока делала следующие несколько шагов по аллее. «Нет никаких воронов, мне послышалось». Испуг прошёл, и мысли о кровной матери вновь захватили её сознание. Леди Лорэна умерла не от болезни, которая столько времени пожирала нутро. Нет. Как оказалось, вчера вечером у королевы-матери произошло обширное кровоизлияние в головной мозг. Обе подушки, постельное бельё и перина пропитались алой кровью, которая пошла у леди Лорэны носом.

Принцесса опечалилась, представив кровную мать на запачканной постели. Если бы она находилась рядом, то обязательно попыталась бы спасти, как-то помочь… Малис говорил, что смерть в таком случае наступает быстро. Редко когда удавалось спасти пациента от практически неминуемой смерти. Но... Вдруг бы произошло чудо! Ведь она, ледяная драконица, умеет управляться с жидкостями. Кровь тоже жидкость.

— Ваше Высочество, — раздался неподалеку мальчишеский голос. Драконица обернулась. От резкого движения голова пошла кругом. Алита сморгнула и сосредоточилась на стоявшем перед ней юноше.

— Что такое, Алон? Что-то случилось?

— Леди Розалия попросила разыскать вас, — произнёс королевский паж. — Её Величеству сделалось нехорошо.

— Ясно, — выдохнула принцесса. — Проводи меня в покои королевы.

Алон пошёл рядом с драконицей. Мальчик был без зонта, и Алита с удовольствием поделилась с ним укрытием. В ответ она получила робкую улыбку.

Они ни о чём не разговаривали. У принцессы не нашлось вопроса, который хотелось бы озвучить, а паж никогда не начинал разговор первым. Он старался проявлять сдержанность и соблюдать присущие его возрасту и статусу правила поведения. Мысли Алиты продолжали витать вокруг леди Лорэны. Однако присутствие постороннего помогало справиться с излишними эмоциями. Тяжело, горько и безутешно, но теперь она была не одна.

«Кристофер не хотел отпускать меня гулять в одиночку», — драконица шмыгнула носом. Гвардеец не говорил о причине своего недовольства, но она всё поняла. Уловила в настороженном взгляде и тихом голосе.

«И правда, не стоило».

После прохладной улицы королевские покои показались принцессе жаркими и душными. В спальне пахло яблочным уксусом. Тёмные портьеры плотно закрыты. Виктория лежала в кровати, укрытая двумя одеялами. На краю постели сидела Розалия. Она держала одной рукой сестру за ладонь, второй протирала лоб и щёки несчастной мокрым платком. Рядом с ней нервно заламывала руки в ожидании приказаний горничная.

Алон оставил Алиту на пороге комнаты и, раскланявшись, удалился.

— У сестры сильный жар. Прошу, леди Алита, помогите, пожалуйста, — умоляюще произнесла Розалия.

— Да… Хорошо, я осмотрю, — принцесса отдала служанке зонт и позволила снять с себя пальто, которое унесли в другую комнату, чтобы просушить. — А... Малис? — неуверенно спросила принцесса, встав к большой чаше с чистой водой и полотенцем, чтобы вымыть руки.

— После церемонии его вызвали в госпиталь. За ним уже отправили… — слабо проговорила Розалия. — Я… Я боюсь, пока мы ждём, ей станет хуже. Леди Алита, я вас очень прошу. Ей всё время нездоровится после родов. Малис считает, что беременность сильно отразилась на её здоровье. Ох, это не первый раз за неделю.

В её голосе отчётливо слышалось отчаяние, которое отозвалось в душе принцессы тревогой. Алита подошла к кровати, и драконица уступила ей место возле Виктории. «Вот почему их не было на свадьбе. Она действительно плохо себя чувствовала...»

Королева слабо дышала через рот, отчего губы уже успели пересохнуть. Бледная кожа казалась желтоватой в тусклом свете свечей и парящего под пологом магического огонька. Раскрасневшиеся слипшиеся глаза слегка приоткрылись.

— А-ли-та… — слабо произнесла Виктория.

— Ничего не говори, — мотнула головой драконица. Она коснулась лба и груди королевы... Попыталась начать осмотр при помощи магии и не смогла сконцентрироваться на теле больной. Резкий запах уксуса не позволял сделать глубокий вдох. Вдобавок, она уловила еле ощутимый аромат духов Розалии, от которого зачесалось в носу.

— Ну что? Как она? Что сделать? — Сестра королевы постоянно задавала вопросы, чем только отвлекала.

— Для начала нужно одёрнуть шторы и проветрить, — неожиданно для самой себя произнесла Алита. Отсутствие свежего воздуха вдруг вызвало раздражение. — И… нужно убрать второе одеяло. У неё сильный жар. Так, мы греем её ещё больше.

— Угу, — кивнула Розалия и чуть ли не бегом отправилась к окнам.

Странный аромат духов развеялся, стоило драконице отойти, и принцессе удалось наконец сосредоточиться и «заглянуть» в тело получше.

— У неё обычная простуда, — заключила Алита спустя пару минут осмотра. От воздействия целительной магии королева заснула, и драконица обратилась к её сестре. — Нужно продолжать сбивать жар. Уксус — верное решение. И… у неё ледяные ноги. Пусть одна из горничных сбегает за перцовой мазью в больничное крыло. Нужно намазать ступни и надеть шерстяные носки. Как только конечности согреются, температура перестанет расти…

— А лекарство? Какое-нибудь лекарство?

— Хм… Я не знаю веса королевы. А ты?

Розалия замотала головой.

— Значит, без Малиса не будем ничего давать. Я не смогу высчитать правильную дозу, — принцесса поднялась. Она глянула на измождённое лицо Виктории, а затем вновь обратилась к её сестре. — Присядь и протирай щёки и лоб разбавленным уксусом. А я встану с другой стороны кровати — немного ослаблю лихорадку при помощи магии и сниму воспаление.

Розалия отдала распоряжение о перцовой мази служанкам и вернулась на прежнее место. Алита отметила, с какой любовью и заботой сестра смотрит на Викторию, как бережно обтирает лицо платком. Увиденное вызвало улыбку.

Через полчаса явился Малис. Придворный целитель осмотрел королеву и сделал необходимые назначения. Выслушав наставника, принцесса решила более не оставаться в покоях. Она чувствовала усталость после проведённого ритуала.

Забрав зонтик и накинув пальто, Алита отправилась в кабинет Кристофера. Как никогда внутреннее убранство дворца казалось мрачным и отталкивающим. Мраморные колонны, лепнина, увесистые люстры, картины в золотых рамах… Дорого, роскошно, но в то же время лишено теплоты и уюта. Загородная резиденция, которая теперь по праву принадлежала ей, нравилась Алите гораздо больше. Драконица искренне радовалась подарку, в очередной раз не понимая, почему Кристофер не может так легко принимать события в жизни. У них есть собственный дом. Есть крыша над головой, имущество, великолепный сад и речка, вдоль берегов которой можно гулять и устраивать пикники.

В коридорах стало многолюдно и ощущалось напряжение. Прислуга сновала туда-сюда. Встречавшиеся придворные драконы торопились куда-то. Никто не стоял и не разговаривал в просторных залах. Дворец погрузился в суету. Пару раз принцесса поймала на себе странные взгляды: проходившая мимо старая драконица сверкнула на неё полными злобы и укора глазами. Другая, более молодая, увидев Алиту в последний момент, отшатнулась в страхе и, может быть принцессе это показалось, инстинктивно попыталась перевернуть пуговицу на платье. Такое действие суеверные почитали за способ защититься от сглаза и неудач. Алита лишь пожала плечами. Она вновь погрузилась в собственные переживания. Ей вспомнилась свадьба. Прекрасный вечер, клятвы и игра на рояле.

«По словам сестры, леди Лорэна не хотела, чтобы церемония состоялась. Не хотела, чтобы Арис и Веринея прилетели на свадьбу. Почему? Из-за нелюбви ко мне? Нет... Неужели что-то так сильно её мучило? Что, если ворон всё-таки прилетал к ней? Нет... или да?»

Впереди из-за угла показалась Ясмина. Она нервно сжимала в руках большой чёрный зонт. Такой же, как у Алиты. Заметив принцессу, драконица неуклюже поклонилась.

— Ваше Высочество… примите мои соболезнования, — растягивая слова, сипло проговорила Ясмина. — Я думала вы с леди Клаудией и леди Веринеей…

— Я… не виделась с ними после церемонии, — призналась Алита.

Наступило неловкое молчание. Вид растерянной и поникшей синей драконицы вызвал у принцессы сожаление. Ей захотелось спросить, что случилось. Но она вовремя замолчала. «Сегодня состоялось прощание с леди Лорэной. Каждый переживает это по-своему».

— Не хотите прогуляться со мной в саду? — предложила Ясмина, взглянув потухшим взглядом исподлобья.

— Пожалуй, — согласилась Алита. До ужина оставался ещё целый час. Короткая прогулка в компании не повредит ей, а с Кристофером она успеет увидеться позже.

Синяя драконица едва улыбнулась, а затем вновь сделалась хмурой и озадаченной. Всю дорогу до первых перекрёстков сада она молчала. Ясмина смотрела под ноги, небрежно придерживая зонт одной рукой, другой — без конца теребила пальцами кончик пышной косы. Синие у корней волосы плавно перетекали в белые на концах, что поразило принцессу ещё при их первой встрече. Тишина угнетала, и Алита наконец решила задать вопрос.

— Почему твои волосы такого цвета?

— А… да… — синяя драконица будто очнулась ото сна и усмехнулась. — На самом деле они полностью голубого цвета. Я крашу их. А кончики высвечиваю в белый при помощи перекиси. Я начала это делать в шестнадцать, чтобы бесить отца. Тогда я узнала от него, что должна буду выйти замуж за Джеймса. Ну… когда он достигнет совершеннолетия. Ведь я старше его на два года.

— Ну, теперь тебе не надо выходить за него, — Алита напряглась при упоминании имени одного из нападавших. Она помнила его цепкую хватку на руке, угрожающий голос и то, как Мерида проткнула ему глаз.

— Да… Его Величество, ваш брат, отменил все договорные браки, когда стал королём. За что я ему бескрайне благодарна, — Ясмина вымученно улыбнулась, а затем тяжко вздохнула. — Это отец договорился об этом браке…

Принцесса растерянно промолчала. О родителях синей драконицы она мало что знала. Кажется… в одном из разговоров… она говорила, что её мать умерла во время эпидемии ещё до войны.

— Отец умер ровно год назад. В этот день… Погиб в битве… — неожиданно призналась Ясмина и остановилась.

— Я… Я… — Алита начала фразу, но вот как закончить, не знала. Она растерялась и, ощущая собственную беспомощность, принялась крутить в пальцах ручку зонтика. — Я…

— Нет… не надо… не говорите ничего, пожалуйста. Не надо... — всхлипнула драконица. Её подбородок задрожал, а первая слеза скатилась по щеке. — Он был жестоким драконом. Ужасным. Я знаю, что он тиранил мать. Иногда бил меня.

— Ну… — принцесса посмотрела на плачущую Ясмину и отвела взгляд, закусив губу.

— Всё так сложно… Сегодня день его смерти, а я... Не знаю. Я запуталась. Я должна скорбеть, должна чтить его память, но… — драконица всхлипнула. — Но не могу, понимаете... Не могу... У меня остались о нём только ужасные воспоминания. Но ведь, наверно… он заботился обо мне... А я… Я... Я — плохая дочь! Вон как скорбят леди Веринея и леди Клаудия. Как скорбите вы по усопшей, совершенно её не зная... А я? Мне стыдно... Внутри будто всё разрывается на части. С одной стороны, я из клана синих драконов. Из клана, проигравших гражданскую войну... Наверно, я должна злорадствовать, что умерла леди Лорэна. Ведь она была супругой лорда! Дракона, который начал это восстание... А с другой стороны, вы, ваш брат, Малис. Чёрные драконы сделали для меня так много! Позволили учиться алхимии, выделили содержание. Я не бедствую, не в заточении. Я свободна. И даже могу решить, за кого мне выйти замуж. Нет! Не так! Я даже могу решить, надо ли мне выходить замуж. Да, так правильнее... Столько доброты я увидела от тех, кого мне описывали как жестокого и беспощадного врага…

Ясмина замолчала. Её последние слова будто отразились от ветвей клёнов, рассаженных вдоль дорожки, что вела к пруду. Они не дошли до берега каких-то ста ярдов. Воцарилась тишина. Ни тресканья веток, ни пения птиц. Алита лишь сосредоточенно вглядывалась в лицо собеседницы.

— Я запуталась, — повторила Ясмина шёпотом и взглянула на принцессу. — Мне правда жаль, что леди Лорэна умерла. Я не знаю, какой она была... Леди Веринея говорила о ней разные вещи. И хорошие, и плохие. Но я… Я... Простите меня, Ваше Высочество. Я… не должна была говорить вам всё это... Это неправильно. Это всё оскорбительно для вас. Прошу, не поймите меня неправильно. Я очень благодарна вашей семье. Прошу, простите…

Алита опустила зонт и обняла синюю драконицу. Ясмина разрыдалась, как дитя. Она уткнулась в плечо принцессы и продолжала извиняться. Что-то говорила, но принцесса оказалась не в силах разобрать слова, вставленные между рыданиями. Она только сильнее прижала к себе собеседницу.

— Успокойся, я всё понимаю. У меня нет никакой обиды или... Ещё чего, — слабо проговорила Алита. Она чувствовала, какая боль сжимает Ясмину изнутри, как тяжело ей. — Ты — хорошая дочь. Ты помнишь об отце и скорбишь. Если бы ты не испытывала скорби, то вряд ли б вспомнила о нём... И вряд ли стыдила бы себя.

— Да-а-а, наверно, — синяя драконица выронила зонтик и крепко обняла принцессу в ответ. Крупные капли дождя падали на их головы. Одежда стремительно намокла. — Вы так думаете? Не такая уж я и плохая?

— Да, ты хорошая, — ободряюще произнесла Алита, у которой всё внутри «перевернулось». Ей хотелось сказать: «Это я — плохая дочь. Мне надо было быть более сдержанной с леди Лорэной в последнее время, самой проявить инициативу и поговорить по душам, задать ей вопросы… Я сама никогда не шла к ней навстречу, а только ждала, когда позовут». Но принцесса не стала изливать душу Ясмине.

Раздавшийся громкий всплеск воды заставил обеих вздрогнуть. Они разжали объятия и испуганно переглянулись.

— Что это? — обеспокоенно спросила синяя драконица, осмотревшись по сторонам.

— Не знаю, — пожала плечами Алита. — Мы недалеко от пруда. Немного не дошли. Наверно, этот звук оттуда. Нужно бы посмотреть, что там.

— Смотрите, как быстро начало темнеть, и дождь усилился, — Ясмина подняла раскрытый зонт и подняла над головой. — Мне что-то стало не по себе…

— Уже осень. Пасмурно. Всегда быстро темнеет в это время года, — спокойно ответила Алита. — Пройдёшь со мной до пруда? Вдруг кто-то в темноте оступился и упал в него. Может, нужна наша помощь.

— Ваше Высочество… — настороженно прошептала драконица и осеклась. Темнеть и правда начало слишком быстро. Сумрак будто обволакивал всё вокруг, и бледный образ Ясмины оставался единственным светлым пятном по сравнению с быстротечно блекнувшим пейзажем.

Алита разожгла магический огонёк, дюймов пять в диаметре. Голубоватое свечение ярко осветило пространство вокруг них.

— Странно, не горят фонари, — Ясмина указала в сторону ближайшего столба. Дрогнувшим голосом она добавила: — Ваше Высочество, давайте уходить отсюда. Что-то не так.

Но принцесса уже сделала пару шагов в сторону пруда, держа в одной руке зонт, в другой — огонёк. В голове навязчиво стучала мысль о том, что кому-то сейчас необходима помощь.

— Ваше Высочество! — Позвала синяя драконица, сделав пару шагов в сторону принцессы. — Давайте уходить, посмотрите под ноги.

Вновь послышался всплеск, похожий на первый, только в этот раз громче.

Алита опустила взгляд. Булыжники быстро покрывались чёрной вязкой жижей. Она сочилась прямо из земли и уже стала обволакивать туфли, как бы стараясь удержать драконицу на месте. Смрад... В нос ударил запах гнилого мяса, сырой земли и разложения.

— Ты права… — принцесса сделала шаг назад, с неприятным чавканьем оторвав туфли от мягкой поверхности. — Надо уходить…

Земля под ногами задрожала, зловоние усилилось, последовал новый всплеск. Алита попыталась развернуться и потеряла равновесие. Нога скользнула по мягкой поверхности, и она припала на одно колено. Ясмине не повезло больше. Выронив зонтик, синяя драконица упала на четвереньки, испачкав руки и одежду в чёрной жиже.

Бросив зонт и отправив огонёк в свободный полёт, Алита встала сама, осторожно подошла по скользким камням к спутнице и помогла драконице подняться. Волшебный голубой свет погас. Его поглотила наступающая тьма. Принцесса принялась колдовать второй, чтобы подсветить дорогу обратно. В этот момент землю тряхнуло. По окрестностям разнеслось шипение, как если бы кто-то кипятил огромный котёл воды. Затем последовал оглушительный хлопок, — и обеих дракониц обдало волной жара, чуть не сбившей с ног. Окрестности озарились слепящим фиолетовый светом, который сопровождался гудением, как будто наружу вырвались бесчисленные мириады пчёл. Когда глаза Алиты чуть привыкли к ослепительному сиянию, она разобрала, что впереди, чуть дальше пруда, из земли поднимался яркий фиолетовый столб. Он уходил вверх и лизал угольно-чёрное небо.

Драконицы замерли на короткое мгновение.

— Бежим, — прошептала Алита. Она схватила Ясмину за руку и потянула за собой, шлёпая по разливающейся чёрной жиже. — Бежим отсюда скорее!

Подобрав юбку свободной рукой, принцесса рванула вперёд и потащила синюю драконицу. Сиреневое свечение окрасило сад в неестественные розовато-фиолетовые оттенки. Настолько непривычные глазу цвета вызывали тошноту.

Напуганная до смерти, Алита перебирала ногами так быстро, как могла. Ориентиром служили зажёгшиеся впереди внешние фонари дворца. Их мягкий оранжевый свет сделался красным из-за фиолетового свечения.

Испачканные в чёрной жиже каблуки скользили по мокрой поверхности. Дождь полностью намочил одежду. Она сделалась тяжёлой и неприятно липла к телу. Принцесса с трудом удерживала равновесие, чтобы не упасть. Она запыхалась и слышала, как позади отрывисто дышит Ясмина.

Они почти добрались до площади перед дворцом, когда воздух наполнило шуршание крыльев, как будто из тьмы на них надвигалась птичья стая.

Под грудью нещадно закололо. Алита бросила подол платья и схватилась рукой за бок. Каждый новый вдох давался с трудом и болью. Тело просило остановиться и умерить дыхание, но страх гнал вперёд. К заветной площади, до которой оставалось три ярда.

«Ещё чуть-чуть… чуть...»

Позади вскрикнула Ясмина. Её пальцы выскользнули из ладони принцессы. Она упала. Перемазанные вязкой жижей руки проехались по дорожке.

— Вставай, вставай, быстрее! — Алита подскочила к синей драконице, пытаясь помочь подняться на ноги.

— Не могу... Руки... руки… болят, — запричитала в ответ драконица.

— Давай, нам немного осталось. Кто-нибудь поможет нам, мы почти дошли, — принцесса в отчаянии дёрнула Ясмину вверх. Та безвольно махнула руками и заплакала.

— Помогите! — крик Алиты пронёсся эхом по пустынной площади. — Да где же все?

Она склонилась к драконице, сконцентрировалась на её руках, на жиже. Каким-то образом, соприкасаясь с голой кожей синей драконицы, чёрная субстанция обжигала, отравляла тело и делало что-то ещё… Принцесса не могла понять. Она начала вытягивать при помощи магии зловонную жидкость, формировать её в блестящие чёрные шары диаметром в дюйм и отбрасывать в сторону…

Рядом раздался птичий крик. Один, второй, третий… Принцесса замерла, уставившись на заплаканную Ясмину. Та в ужасе подползла и прижалась к принцессе. Вокруг них собралось множество воронов. Все они щёлкали клювами, кричали. А затем приземлилась одна из самых грозных и больших птиц. Она приняла угрожающую позу, будто собирался схватить Алиту за ногу.

— Уйди! Пошёл прочь! — принцесса отмахнулась, чтобы отогнать во̀рона. Тот взлетел.

— Всё не так просто, моя дорогая, — властный женский голос позади заставил кровь в жилах заледенеть. Он был такой же неправильный, как и всё, что происходило вокруг. Голос эхом разливался над площадкой и, одновременно, отзывался болезненными нотками в голове.

Алита обернулась и увидела монстра. В образе угадывался женский силуэт. Человеческая фигура невысокого роста: узкие плечи, талия, пышные бёдра. Смольные волосы, грязные и свалявшиеся, торчали во все стороны. Вместо одежды — чёрные вороные перья, воткнутые прямо в кожу. С некоторых из них на землю падали тёмные капли. «Кровь?» — пронеслось в голове у принцессы. Уродливое лицо чудовища покрывали глубокие безобразные шрамы. Длинный неестественно большой нос напоминал клюв. Губы отсутствовали, от чего рот был похож на открытую рану, из которой торчали посеревшие осколки костей — редкие зубы, что остались у монстра. Единственное «нормальное» на этом лице — это были глаза небесного цвета.

— Ты пойдёшь со мной, моя дорогая! — чудовище не шевелило губами. Звук исходил будто из глубин её тела, ни один мускул на изуродованном лице не двигался.

Под хищным взглядом принцесса сжалась в комок и притянула к себе Ясмину. Та попыталась отпихнуть Алиту.

— Бе-ги-те, — слабо шепнула синяя драконица.

— Н-н-нет, — замотала головой принцесса.

— Если хочешь, чтобы она осталась жива, то ты пойдёшь со мной, — произнёс монстр. Рядом с ней кружило три ворона.

Алита знала, что незнакомка обращается именно к ней. Она отпустила синюю драконицу и поднялась. Тонкие пальцы сжались в кулаки. Принцесса не собиралась сдаваться без боя. Только не сейчас, когда она только нашла своё счастье, укрепив его в брачном союзе.

Кристофер...

— Нет, — запротестовала Ясмина. Она попыталась схватить принцессу за подол платья. — Вы… не должны...