Глава 19

Тусклый свет лампы мягко стелился по стенам, окутывая комнату в теплый янтарный полумрак. Снова я оказалась в кабинете Райана.

Дракон сидел за массивным дубовым столом, его фигура четко вырисовывалась на фоне высокого окна, за которым медленно плыли сумерки. Он будто отгородился от меня не только мебелью, но и невидимой стеной, возведенной из долга, правил и чего-то еще… чего-то, что заставляло его держаться на расстоянии.

Но настроение все равно было отличным. Ведь впервые за все время Райан Шеридан читал мне нотацию.

Его голос был ровным, методичным, словно заученная лекция, которую он повторял уже в сотый раз. Но под этой холодной маской сквозило что-то большее – напряжение, едва уловимая хрипота, выдававшая, что каждое слово давалось ему с трудом. Его пальцы постукивали по столу, ритмично, почти механически, словно отсчитывали секунды до того момента, когда его терпение лопнет.

– Студентка Веланди, вам следует быть осторожнее.

Тень скользнула по его лицу, когда он произнес мое имя.

– Вы понимаете, в какой ситуации оказались?

Закончив речь о технике безопасности и необходимости контролировать эмоции, он замолчал, будто давая мне время осознать всю серьезность его слов. А затем добавил уже совсем другим тоном – низким, почти интимным, словно это было не предупреждение, а признание:

– Просто не лезь на рожон, пока род не завершил это дело.

– Хорошо, – покорно ответила я, не сводя с него глаз.

С момента перемещения меня бросало из стороны в сторону: то безумная надежда, то леденящая апатия, то восторг, от которого кружилась голова, то глубокая печаль, затягивающая в пучину сомнений. Но сейчас… сейчас я просто разрешила себе не анализировать его чувства, не разгадывать загадки его взглядов, а просто любить.

Я больше не собьюсь с пути.

Между нами тянулась незримая нить, и я чувствовала ее каждой клеточкой своего тела. Его потребность во мне. Мою тоску по нему. Я хотела быть рядом. Возможно, сейчас как раз тот момент, чтобы что-то предпринять.

Да и вообще, мне очень нужны дополнительные занятия по стихийной магии!

Поэтому к его словам я отнеслась несерьезно, просто любуясь сидящим напротив мужчиной. Свет, падающий из окна, подчеркивал высокие скулы и упрямый подбородок. Я ловила каждый его жест, каждый взгляд, каждый вздох, и бездумно кивала, соглашаясь.

А он это видел.

Некоторое время мы молчали.

Тишина в кабинете была не пустой, а насыщенной, словно воздух между нами сгустился, наполнившись невысказанными словами, нерешительными прикосновениями, которые так и не состоялись. Нам было тепло и уютно в этом молчании, как когда-то в моем прошлом-будущем, в тех редких мгновениях, когда мир переставал существовать и оставались только мы.

Сейчас эти чувства делали меня счастливой.

– У тебя есть ко мне еще вопросы? – тихо спросил он, прерывая приятные мгновения.

– Да, – встрепенулась я. – Можно мне ходить на факультатив по стихийной магии?

Дракон замер.

Его пальцы, только что расслабленно лежавшие на столе, резко сжались в кулак, суставы побелели от напряжения. На мгновение в его взгляде вспыхнуло что-то дикое, необузданное. Но уже в следующее мгновение он снова взял себя в руки.

– Плохая идея, – произнес он слишком тихо, почти хрипло.

– Почему? – в моем голосе прозвучало разочарование.

Он закрыл глаза, будто борясь с собой, затем резко выдохнул.

– Не записывайся ко мне, – сказал он, и его голос прозвучал как предупреждение. – И не оставайся со мной наедине.

Снова тишина. Я обдумывала услышанное, чувствуя, как жар разливается по щекам. Дракон отчаянно пытался сохранить дистанцию между нами.

– Но я хочу, – прошептала я, понимая, что он тоже хочет.

Желание горело в его глазах. Но вместо того, чтобы позволить нам сблизиться, он лишь нежно провел пальцами по моей щеке и выставил из кабинета.

* * *

Райан Шеридан

С того момента, как я увидел Олу Веланди и понял, что разделю с ней жизнь, я старался узнать о ней все. Каждую мелочь, каждую деталь. С самого детства и до момента поступления в академию. Я наблюдал за ней в коридорах, в родовом замке, на лекциях – так внимательно, что, казалось, даже ее мать не знала Олу так, как знал ее я.

И все же она оставалась загадкой.

У меня была еще одна идея, и я отправился в библиотеку – место, где есть ответы на многие вопросы. Когда я переступил порог, меня сразу радостно встретил сквозняк, заставив поежиться. Окно было открыто, и ледяной ветер развевал занавески.

– Как же ты любишь холод, словами не передать, – проворчал я.

Махнул рукой – окно закрылось.

Библиотекарь откинулся на стуле и следил за моим приближением.

– Я умер. Что мне мороз? – пожал он прозрачными плечами. – Чему обязан? Раз стал серьезным драконом, ты здесь редкий гость. Или надеялся застать Веланди? Вам бы уже встречаться без предлогов.

– Любишь ты делать поспешные выводы, – насмешливо заметил я, покачав головой.

– Увы, – призрак развел руками, и его пальцы на мгновение растворились в воздухе. – Нужно же как-то развеять скуку. Раз не сердечные дела тебя сюда привели, тогда зачем явился?

– Я хочу получить список книг, которые Ола брала у тебя с момента поступления.

Призрак замер, затем медленно склонил голову, изучая меня. Его глаза – два тусклых огонька в глубине прозрачного лица – сузились.

– Ты как преподаватель интересуешься или как ее парень?

Преподаватель может получить такую информацию о студенте, для парня это закрытые данные, личные.

– Как парень.

– Хорошо. Преподавателю без соответствующего документа я бы не сказал.

Он поплыл к картотеке, его полупрозрачные пальцы скользили по ящикам, выуживая нужные записи. Бумага шелестела под его прикосновениями, а мое сердце билось так громко, что казалось, будто его стук разносится эхом по залу.

Наконец он протянул мне листок.

– Читальный зал сейчас пуст. Веланди придет не раньше чем через час. Поторопись.

Я устроился за дальним столом, где свет падал косо, оставляя половину моего лица в тени. Глаза пробежали по списку: исторические трактаты, магические исследования, даже несколько романов. Но одна строчка вырвала меня из привычного течения мыслей.

«Теория временного портала».

Первая книга, которую она взяла.

Я замер.

Подобный вариант не приходил мне в голову. Я считал эту теорию сказкой. Слишком мало фактов. Лишь сведения от людей, которые якобы возвращались в свое прошлое и проживали жизнь заново. Но, кроме их слов, доказательств не было.

Ирония судьбы… Теперь я готов поверить. Что, если допустить, что Ола родилась, прожила свою жизнь, а потом в нее ударила молния, и она через портал отправилась в свое прошлое, чтобы пережить какой-то отрезок времени заново?

Какой именно отрезок?

Чем глубже я копал, тем страшнее становилось. Я забыл, что страх может быть таким острым, таким всепоглощающим.

Ола знала слишком много. О моем отце. О замке. О Габриэле.

Обо мне.

Программа давалась ей неестественно легко.

Она уже училась здесь.

Она уже работала по профессии.

Она уже…

– Догадался, да?

Голос библиотекаря заставил меня вздрогнуть. Я медленно поднял взгляд. Призрак стоял передо мной, его очертания дрожали в воздухе, как отражение в воде.

– Как давно ты понял?

– Примерно через месяц после ее поступления.

– Почему? – Мои пальцы впились в стол. Я должен был знать.

– Слишком много боли носит эта девочка для своего возраста. – Его голос стал тише, почти шепотом. – Судя по тому, из какой она семьи, не должна была нести такую ношу. Так состарить душу могут только сильные страдания.

Я закрыл глаза. В висках стучало, мысли крутились, раскаленные, как железо в горне.

– Из-за чего переживаешь?

– Из-за того, что эту боль ей принес род Шеридан, – ответил я, и слова повисли в воздухе, тяжелые, как приговор.

– С чего ты взял? – Призрак нахмурился, его форма на мгновение сгустилась, став почти осязаемой.

– Поверь мне, есть причины. Теперь нужно узнать, что именно случилось с Олой в той жизни, если она рискнула вернуться и все изменить.

– Ты справишься, – уверенно сказал он и поплыл прочь, растворяясь между стеллажами.

Я был с ним согласен.

Я справлюсь.

Но что потом?

Вспомнился ее взгляд в парке, при первой встрече. Жажда. Тоска. Боль. Любила ли она меня тогда?

Грудь сжало так сильно, что я едва дышал.

Ола не избегала меня – тянулась. Но стороной обходила Лирею и… Габриэля.

Мой брат пытался ухаживать за ней. А если в той жизни у него получилось? Что он ей сделал?

Что сделал я? Почему она смотрела на меня с такой тоской?

Теперь я знал ее тайну. Но знание не принесло облегчения. Нужно собраться с духом и узнать подробности. Или подождать, пока она сама захочет их рассказать.

Мои пальцы сжались в кулаки так, что заныли суставы.

Больше никто не причинит ей страданий.

Пока я жив – этого не будет.

Никогда.