Глава 21

Узнав, что Лирею отчислили, я почувствовала, как камень свалился с души. Заговор, казалось, раскрыт, и теперь я могла позволить себе больше не держаться от Райана подальше. Мысли о драконе, которые я так долго подавляла, наконец вырвались на свободу. Решение пришло мгновенно – я записалась на его факультатив.

И он подтвердил мое дополнительное занятие.

В груди вспыхнуло теплое чувство счастья. Возможно, это было безрассудно, но я больше не хотела скрываться. Пусть шепчутся за спиной, пусть считают это неуместным – мне было все равно.

Мои проблемы со стихийной магией давно перестали быть секретом. Преподаватели, каждый в меру своего предмета, пытались помочь, но прогресс оставался жалким. Стихии словно чуяли мое равнодушие и отвечали тем же – огонь обжигал, вода выскальзывала из-под контроля, земля не слушалась, а ветер и вовсе издевался. Бороться с этим я могла лишь в случае с артефактами.

В назначенный час я стояла перед дверью его кабинета, пальцы непроизвольно сжимали край мантии. Глубокий вдох – и легкий стук костяшками по темному дереву.

– Войдите.

Его голос, низкий и спокойный, пробежал по коже мурашками. Я толкнула дверь и переступила порог.

Кабинет был погружен в мягкий полусвет – за окнами клубились тяжелые тучи, но сквозь них пробивались редкие лучи заката, золотя края книг, разложенных на столе.

Райан стоял у стола, его высокий силуэт четко вырисовывался на фоне окна. Он не спешил говорить, лишь наблюдал за моим приближением, лаская взглядом. Я остановилась в шаге от него, и тишина между нами стала почти осязаемой – густой, насыщенной невысказанными словами.

Сердце билось громко, слишком громко. Но в этот момент, в этой тишине, под его пристальным взглядом, я не хотела быть нигде больше.

– Я не буду с тобой заниматься.

Его голос прозвучал низко, почти грубо, но под этой твердостью дрожала скрытая напряженность – будто внутри него тлел огонь, готовый вспыхнуть в любой момент.

– Почему? – вырвалось у меня шепотом.

Я нахмурилась, чувствуя, как что-то холодное и тяжелое сжимает грудь.

– Еще не время.

– Но, если Лирею отчислили… значит, все кончено? – настойчиво прошептала я, в голосе сквозила надежда, которую я сама едва осмеливалась признать.

Дракон склонил голову набок, рассматривая меня.

– Тебе лучше знать, закончилось ли это.

– В… в каком смысле? – голос дрогнул.

Но, всмотревшись в его глаза, я поняла: он все знает. Знает, что я вернулась из будущего. Неужели поэтому он не хочет со мной заниматься? Меня захлестнули паника и боль. Страх сжал горло ледяными пальцами. Я сделала шаг назад. Не могу… Мне нужно бежать, скрыться…

Я рванулась в сторону, но его руки схватили меня и прижали к себе. Какая ирония… Я оказалась в его объятиях, как давно мечтала, но теперь это не приносило радости – только ужас.

– Ола… – его голос донесся словно сквозь толщу воды, глухо, далеко.

– Пусти! – вырвалось у меня, голос дрожал, предательски срываясь. Я дернулась, но его хватка лишь усилилась.

Неужели все зря?

– Ола!

Его руки сжали меня крепче, почти до боли, прижимая так близко, что я чувствовала каждый его вздох. Ладонь скользнула к моему затылку, пальцы запутались в волосах. Я подняла взгляд. В глазах дракона плавился янтарь, приоткрывая его переживания: тревога, настоящая, глубокая, словно он готов был сойти с ума от одной мысли, что причинил мне зло.

– Райан… – прошептала я, голос дрогнул.

– Все, – его слова прозвучали как приказ. Глаза горели, точно раскаленные угли, в них читалась неумолимость… и страх. – Я не отпущу. Это я причинил тебе в будущем боль?

– Что? – я дернулась, сердце бешено заколотилось. – Нет! Если бы не ты, я бы вообще с ума сошла! – голос сорвался, в горле запершило.

Я вцепилась в его рубашку, сжимая ткань в кулаках.

– Не смей думать про себя такое! – добавила я.

Он замер, дыхание стало тяжелее, а взгляд… он будто пытался проникнуть в самую душу.

– Тогда расскажи мне, – попросил он, и в этих словах была мольба, почти отчаянная.

– Зачем? Я уже изменила будущее, того больше не будет. К чему вспоминать? Ворошить прошлое? – Голос дрогнул, будто в нем застряли осколки тех самых воспоминаний.

– Мне важно знать. Что случилось? Это явно связано с нашей семьей. – В его глазах мелькнула тревога, пальцы непроизвольно сжались в кулаки. – Мы обидели тебя?

Я скривилась, будто от боли, и резко отвела взгляд. Губы сами собой сложились в горькую усмешку.

– Хочешь знать? – прошептала я. – Хорошо, я расскажу.

Освободившись, я сделала несколько шагов назад и оперлась о стол. Своим ногам я не доверяла.

– Я поймала удар молнией и перенеслась на десять лет назад. В день, когда я шла в академию заселяться. То есть в начало этого учебного года.

Губы мои дрожали, а пальцы непроизвольно сжали край платья. Говорить было тяжело, но скрывать правду невозможно, он все равно почувствует ложь.

– Десять лет… – пробормотал Райан. – Теперь многое понятно.

Он провел рукой по лицу, будто пытаясь стереть внезапно нахлынувшие мысли. А я… я боялась смотреть ему в глаза.

– Поступив тогда, я не знала тебя, но, видимо, ты обратил на меня внимание…

Голос сорвался, слова застряли в горле. Рассказывать дальше? Но как? Как выговорить это, не разбив его сердце и свое собственное?

– Ола, – резко нахмурился он, почувствовав мое колебание. Его глаза потемнели, в них вспыхнуло что-то опасное.

Я сжала кулаки, чувствуя, как подступает ком к горлу.

– Из-за того, что ты обратил на меня внимание, за мной стал ухаживать Габриэль. И вполне успешно. Тогда ты… тогда ты не предпринимал в отношении меня никаких шагов.

Райан замер. Казалось, даже воздух вокруг нас сгустился от напряжения.

– Я мог это сделать только по одной причине, – его голос прозвучал низко. – Если считал, что тебе это нравится и это твой выбор. Если дракон не получает взаимности и магия женщины не принимает его, то зов можно и заглушить.

От этих слов стало еще больнее. Потому что он был прав. Потому что тогда… тогда все пошло не так.

– Причин мы уже не узнаем, – я прикрыла глаза, пытаясь собраться с силами. О, как же тяжело…

– Габриэль тебя обидел? – в голосе Райана прорвалась ярость, глухая, сдерживаемая, но от этого еще более страшная.

Я резко вдохнула, чувствуя, как предательские слезы подступают.

– Нет… – прошептала я. – Он женился на мне.

Тишина. Тяжелая, гнетущая, наполненная невысказанными эмоциями.

Открыв глаза, я увидела, как вспыхнул взор Райана, как сжались его руки в кулаки.

– У нас был вполне себе мирный гостевой брак. С первого же момента. Я жила в одном доме, он – в другом. Виделись мы пару раз в год на мероприятиях. С тобой виделись чаще…

Голос дрогнул, даже сейчас было больно вспоминать, но я продолжила.

– Мне кажется, ты старался компенсировать мне то пренебрежение, которым меня одаривал супруг. Но, с другой стороны… Габриэль дал мне свободу, деньги, возможность заниматься тем, чем я пожелаю.

В воздухе повисло тяжелое молчание. И вдруг – резкий звук, когда кулак Райана с силой ударил по спинке кресла. Он не просто злился – он был в ярости. Дракон направился к двери.

Инстинктивно бросившись к нему, я заступила дорогу и, посмотрев в пылающие глаза, сказала:

– Нельзя наказывать за то, что человек не сделал. Это неправильно.

– А вот так поступать правильно? Не думай, что я не знаю, почему он это сделал! Из-за меня!

– Жизнь сложилась не так не только у меня, – тяжело вздохнула я, стараясь обуздать эмоции. – Пострадал ты, твой отец… и сам Габриэль. Он… К концу нашего брака он совсем опустился. Топил печаль в вине, пока не стало слишком поздно.

– А что же Алисия? – процедил Райан.

И я поняла его мысль.

– Алисию соблазнил друг Лиреи. Потом он изменил ей, и их отношения распались. Она перевелась в другую академию, а его как раз отчислили. Полагаю, мое нечаянное вмешательство снова пробудило чувства Габриэля. И думаю, именно ее отказ и то, что он пережил несчастную любовь, так его травмировали, что он решил отнять тебя у меня.

Райан снова сжал зубы так, что на скулах выступили желваки.

– То, что ты рассказываешь, поистине ужасно. Как я мог отпустить тебя тогда? – Он провел рукой по моей щеке.

– Я была неопытна, а твой брат ослепил меня… Он очень стремительно ухаживал. Но я всегда любила только тебя. Ты часто приходил ко мне, и мы просто сидели в тишине.

Райан прикрыл глаза.

– Прости.

– За что ты извиняешься? – удивилась я.

– За то, что позволил этому случиться. За то, что тебе пришлось исправлять все самой. Все, как я и боялся: моя семья причинила тебе боль.

Я осмелела и поддалась желанию, накрыла его щеку ладонью. Его кожа оказалась теплее, чем я ожидала, чуть шершавая от недавней щетины. Он замер на мгновение, будто давая мне шанс передумать, а затем мягко прижал губы к моей ладони. Горячие, чуть влажные от дыхания. От этого простого прикосновения по спине пробежали мурашки, а в груди вспыхнуло что-то сладкое и тревожное одновременно.

Меня бросило в жар.

Вообще в аудитории было прохладно, но я этого не замечала. Рядом с Шериданом я всегда горела. Будто внутри меня тлели угли, а его взгляд, его прикосновения раздували их в неуправляемое пламя.

– Захочешь ли ты теперь со мной разговаривать… – прошептала я, и голос дрогнул.

Райан медленно открыл глаза. Янтарные, с золотистыми искорками в лучах закатного солнца. Он не отнял мою руку, напротив – его пальцы скользнули по моему запястью, нащупывая бешеный пульс.

– С чего это я не захочу? – его голос звучал низко, чуть хрипловато, словно он сдерживал что-то большее, чем эти простые слова.

Я криво усмехнулась, пытаясь скрыть дрожь в губах:

– Мое будущее такое себе.

– Ола. – Он произнес мое имя так, будто это было заклинание. – Твое будущее – это я.

Сердце колотилось так сильно, что, казалось, он должен был слышать его. Райан наклонился ближе, и его дыхание обожгло мою кожу.

– Я мог бы солгать, сказать, что у тебя есть выбор. Но он у тебя был только до того момента, как ты встретилась со мной взглядом в первый раз. – Его пальцы сжали мои чуть сильнее. – Не знаю, как ты смотрела на меня в другом прошлом… Возможно, я не сразу понял, кто ты для меня. Но в этот раз… Все иначе.

– Что иначе? – прошептала я, и в груди замерла надежда. Хрупкая, как первый лед, но ослепительная. Может быть, даже сейчас, когда он знал все мои тайны, все темные уголки моей души… Он останется со мной.

Райан улыбнулся. Не привычной насмешливой ухмылкой, а чем-то… новым.

– Почти сразу я присвоил тебя. – Глаза его горели. – И ты могла бы от меня избавиться, теоретически. Нажаловавшись на меня в стражу.

– Что? – я застыла, не понимая, шутит ли он. Но в его взгляде не было и тени насмешки.

Обхватив меня за талию, дракон прижал к себе так крепко, будто боялся, что я исчезну.

– Но после того, как ты вошла в мой запечатанный кабинет, просто открыв дверь, ничего не получится, – его голос звучал низко, почти ворчливо, но в глубине – тепло. – Твоя магия приняла мою, а значит, у тебя ко мне чувства. Стража не поможет. Таковы законы королевства в отношении драконов. У юных дев тоже есть ответственность, если они приняли чувства.

– Я не собираюсь на тебя жаловаться! – возмутилась я, чувствуя, как от его прикосновений по коже бегут мурашки. – Это ты меня избегаешь.

– Пытаюсь проявить к тебе нежность и заботу, – прошептал он, и его дыхание обожгло мою кожу.

Одной рукой дракон крепко удерживал меня, словно я была чем-то драгоценным, что вот-вот ускользнет, а другой нежно гладил по щеке. Его пальцы скользили по моей коже, оставляя за собой след из огня и дрожи. А его взгляд… Он смотрел так, будто перед ним было нечто хрупкое, бесценное сокровище.

И я блаженствовала. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он слышал его. И не понимала…

– Что? Нежность?

Дракон рассмеялся.

– Меня все просили тебя не спугнуть.

– Ты не можешь меня спугнуть, – ответила я, едва сдерживая дрожь в голосе.

Где-то в глубине души клокотала ярость – ответила я, едва сдерживаясь. Хотелось пойти и передушить всех советчиков.

Райан склонился. Его дыхание смешалось с моим, губы едва коснулись щеки – легче, чем дуновение ветра, но жарче, чем пламя.

– Ола, я дракон, – его голос был тихим, но каждое слово прожигало насквозь, – чувства которого спали долгое время. А потом ты их разбудила.

Его рука сжала мою талию сильнее.

– Мне нужен был огромный самоконтроль, чтобы не присвоить тебя сразу же.

Губы скользнули к виску, затем – к уголку губ.

– Я люблю тебя, и сила моих чувств просто ужасающая.

Он говорил это так, будто признавался в чем-то опасном, в чем-то, что могло сжечь нас обоих.

– Я жажду полного обладания своим сокровищем.

Его голос стал ниже, темнее, в нем звучало что-то первобытное, драконье.

– Тебе больше никогда не придется самой себя защищать. Я не позволю никому сделать тебе больно.

Сердце замерло, а потом забилось с новой силой.

– Ты идеальный мужчина, – пробормотала я, закидывая руки ему на плечи, чувствуя, как его тело напрягается под моими пальцами.

Он склонился еще ближе, и я увидела в его глазах бесконечную преданность, страсть и… жажду.

– Зря ты записалась ко мне на факультатив, Ола, – прошептал он, так близко, что его дыхание обжигало мои губы. – Теперь я не дам тебе ни секунды покоя. Будешь ли ты со мной?

– Да, – пропищала я, совершенно деморализованная таким поворотом. Я на что угодно готова была сейчас согласиться.

Мир перевернулся. Все, о чем я лишь осмеливалась мечтать в самых сокровенных фантазиях, вдруг стало реальностью. А потом… Потом его губы накрыли мои, и я перестала думать.

Этот поцелуй был как падение в бездну – стремительное, огненное, лишающее рассудка. Его руки сомкнулись вокруг меня с такой силой, будто он боялся, что я исчезну. И мне это нравилось. Нравилось до дрожи, до мурашек, до того сладкого головокружения, когда земля уходит из-под ног.

Я прижалась к нему, впитывая каждое прикосновение, каждый вздох, каждый стук его сердца – такого же бешеного, как мое. Сколько лет я тлела в тихом безумии, наблюдая за ним издалека, запрещая себе даже мечтать о большем. А теперь… Теперь он был мой. Мой! И я могла касаться его, целовать, чувствовать, как его пальцы ласкают мою кожу.

Когда мы наконец разомкнули губы, он прижал лоб к моему, и в этих мгновениях было больше, чем я могла представить в своих самых смелых мечтах.

А потом зазвонил колокол.

Райан вздохнул, медленно отстранился и, развернув меня, мягко подтолкнул к двери.

– Все, факультатив закончился.

– Уже? – прошептала я, еще не веря, что этот момент прерван.

Он тихо рассмеялся, и звук его смеха заставил мое сердце екнуть.

– По стихийной магии я тебя подтяну на втором году обучения, а факультатив больше не подтвержу. Иначе нас накажут.

Только тогда до меня дошло, что он имел в виду. Щеки вспыхнули, кровь ударила в виски, и я, попрощавшись, выбежала из кабинета.

У меня словно крылья были за спиной. Я люблю и любима, и мой мужчина меня присвоил. Наконец-то!