Глава 35

Время застыло. Я рвано выдохнула, выныривая из самого обжигающего, умопомрачительного поцелуя. Голова шла кругом, и ноги внезапно подкосились. Я бы, наверное, упала, если бы Киану не подхватил меня, удержав за талию. Его дыхание тоже участилось, а в глазах появился какой-то хищный голод, но страшно не было. Было восхитительно. Так, что сделав большой судорожный вдох, я сама потянулась к его губам, обмирая от страха быть отвергнутой. Ментальные щиты рухнули, открыв меня полностью, потому что удерживать их в таком состоянии я оказалась не способна. Моя обнаженная грудь прижалась к его груди, и тонкая ткань рубашки, разделяющая нас, жгла кожу, потому что в этот момент мне хотелось оказаться так близко, как это вообще возможно. Дракон не отверг, с тихим рыком он впился в мои губы, раздвинув их языком и проникнув внутрь. Задохнувшись от новых, но таких приятных ощущений, я вцепилась руками в его плечи, боясь потеряться окончательно в эмоциональном водовороте. Не знаю, какой у этого мужчины план, но я для себя поняла, что готова дойти до конца. И пусть это будет один единственный раз, потому что совсем скоро Киану женится, а у Драконов, как известно, очень ценится супружеская верность, но это все равно намного больше того, на что я могла бы рассчитывать. И да, я всей душой хочу, чтобы именно он стал для меня первым, потому что если и дарить кому-то свою невинность, то только тому, кого всем сердцем любишь.

Похоже, Дракон решил не торопиться. Оторвавшись от моих губ, он снова переместился на шею, покрывая мою кожу медленными, сладкими поцелуями. Держась за него двумя руками, я дышала, пытаясь не раствориться окончательно в вихре новых ощущений, уносящем меня все дальше о реальности. Его горячие мягкие губы неспешно скользили по мне, изучая каждый сантиметр, и каждый раз он прерывался, найдя новую, особо чувствительную точку, чтобы уделить ей свое повышенное внимание. Дыхание Киану участилось, но я не выдержала первой. Еще какое-то время я пыталась быть аккуратной, одну за другой расстегивая маленькие пуговички на его рубашке, но вскоре, потеряв терпение, я просто рванула ткань в стороны, обнажая гладкую твердую грудь. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы снова вспомнить, как надо дышать. Этот мужчина был прекрасен абсолютно во всем. Начиная от внешности и заканчивая своим характером. Хмыкнув, он стряхнул на пол расстегнутую рубашку и шагнул вперед, прижимая меня к стене. Одна его рука легла мне на грудь, лаская затвердевший сосок и вырывая из меня невольные стоны. Вторая рука Дракона потянулась к моему поясу и на удивление быстро справилась с пряжкой. Мой разум погрузился в сладкий туман, выныривать из которого не хотелось никогда. Сердце как безумное колотилось о ребра, во рту пересохло, а все мое сознание сосредоточилось в самом сокровенном месте, надежно спрятанном между ног, где уже было нестерпимо горячо.

Опустившись на колени, Киану покрыл поцелуями мой вздрагивающий живот, вылизав дорожку вокруг пупка, отчего я в который уже раз покрылась мурашками. Низ живота пульсировал все сильнее, и, кажется, более опытному в любовных делах Дракону это было хорошо известно. Запустив пальцы в его мягкие, растрепавшиеся волосы, я будто со стороны наблюдала, как штаны спускаются по моим бедрам и ниже, как Дракон рассматривает меня потемневшим взглядом, в котором пылала обжигающая, такая заразительная страсть и что-то еще, чему я не могла найти определения. И либо Киану такой хороший актер, либо он действительно хотел меня неистово, так, будто я для него что-то значу, и мое сердце рвалось наружу от переполнявших его эмоций. Поднявшись, он прижался ко мне всем телом, будто давая почувствовать собственное возбуждение. Осмелев, я положила ладони ему на грудь, и убедилась, что кожа у него горячая, упругая и бархатистая, именно такая, как я думала, после чего уже не смогла от него оторваться. Потянувшись, я поцеловала Дракона, скользя руками по его торсу, лаская то всей ладонью, то самыми кончиками пальцев, каждый раз замирая в восхищении, когда он вздрагивал от моих неумелых прикосновений.

— Каааай, — выдохнул он мне в рот и, подхватив под ягодицы, заставил обхватить его ногами. Оторвав меня от стены, он шагнул к кровати и, повернувшись, бережно опустил на покрывало. Склонившись надо мной, он снова начал покрывать мое тело горячими, сводящими с ума поцелуями. Совершенно потеряв связь с реальностью, я выгибалась ему навстречу, то одаривая ответными ласками, то изо всех сил вцепляясь в покрывало. По всему телу плыли горячие волны, накатывая на меня, когда его требовательные, жесткие губы спустились к самому низу живота и безошибочно нашли крошечную горошинку, где сосредоточилось мое желание. Его горячий и твердый язык проник, кажется, глубоко в меня, и я захлебывалась дыханием от новых и таких острых ощущений. Руки Киану скользили по моему телу, касаясь его жадно и одновременно нежно, не пропуская ни единого найденного чувствительного местечка, о существовании которых я раньше даже не подозревала. Растворившись в ощущениях, я металась по постели, кажется, прося его о чем-то, совершенно не стыдясь ни своей наготы, ни широко разведенных ног, ни того, что со своего места он мог видеть меня абсолютно всю, раскрасневшуюся и, кажется, уже полностью принадлежащую ему.

Момент, когда Дракон избавился от собственных штанов, я пропустила. Просто смотрела на него, совершенного в своей наготе, умопомрачительно красивого и такого желанного, и не могла поверить, что все происходит на самом деле. Опустившись на меня, он вновь прижался к моим губам в требовательном, сводящем с ума поцелуе, а его пальцы проникли туда, где уже было горячо и влажно.

— Киану, — простонала я ему в губы, с силой обхватывая его ногами и притягивая к себе, и скорее почувствовала, чем увидела его улыбку. — Пожалуйста.

Приподнявшись, Дракон развел в стороны мои колени и вошел одним плавным, сильным движением, сорвав с моих губ невольный болезненный стон. Зная теорию, я была готова к неприятным ощущениям, и все же эта мгновенная, ослепляющая боль застала меня врасплох. Киану замер, глядя на меня с тревогой, которая почти сразу сменилась искренним изумлением.

— Кая? — срывающимся шепотом выдохнул он, и я, смущенно улыбнувшись, поспешно кивнула. Мне было приятно его замешательство. Не ожидал? Сердце сладко замерло, когда пришло осознание — теперь я принадлежу ему. Именно так, как и хотела. Взгляд Дракона стал укоризненным, и он покачал головой, осуждая мое поведение. Испугавшись, что он на этом остановится, я крепче вцепилась в его плечи.

— Продолжай, пожалуйста, — прошептала хрипло, и Дракон, одарив меня еще одним непонятным взглядом, исполнил мою просьбу, начав погружаться глубже, заполняя меня полностью, даря удовольствие, смешанное с болью, которая постепенно начала угасать, сменяясь сладкой истомой, разливающейся по телу. Облегченно выдохнув, я обвила руками его шею, потому что меня затопило такое счастье, которого я не испытывала, наверное, еще никогда в жизни. Он заполнял меня собой, беря так, как я мечтала, уверенно и властно, но одновременно едва ли не до слез нежно.

Ритмично проникая в мое тело, Дракон неотрывно смотрел мне в глаза, завораживая вертикальными зрачками на совершенно золотых радужках. Я задыхалась, качаясь на волнах, которые с каждым разом становились как будто выше. Опустив голову, Киану обхватил губами мой сосок, и я невольно вскрикнула, потому что если до этого мне казалось, что лучше быть уже не может, то сейчас я, кажется, на полной скорости влетела во врата Элизиума. То, что нарастало внизу моего живота, разливаясь по всему телу сладкими будоражащими волнами, наконец-то прорвалось, затопив меня с головой, и если бы Дракон не накрыл мои губы очередным поцелуем, я бы, наверное, закричала. Начав двигаться быстрее, через несколько мгновений он с глухим стоном уткнулся мне в шею и на некоторое время затих, вздрагивая всем телом. А когда поднял голову, на его губах была улыбка.

Скатившись с меня, он некоторое время лежал, закрыв глаза и тяжело дыша. Я замерла рядом, в этот момент как никогда остро ощутив собственную наготу. Хотелось прикрыться, но при мысли о том, что для этого придется встать и найти что-то из одежды, низ живота напомнил о себе тянущей болью. Выровняв дыхание, я повернулась на бок и уставилась на Дракона, бессовестно пользуясь тем, что он меня не видит. Его грудь вздымалась уже более спокойно, на губах застыла усмешка, а прекрасное, обнаженное тело, вытянувшееся на моей постели, было сильным и подтянутым. Похоже, Киану не пренебрегает тренировками, потому что под гладкой кожей чувствовались твердые, хорошо проработанные мускулы. В ярком лунном свете, заливающем спальню, отчетливо был видна каждая деталь. Мужчина казался бледным, а волосы, разметавшиеся по покрывалу, идеально белыми. Наверное, так и должен выглядеть истинный Ледяной Дракон, но мое сердце мучительно сжалось от того, насколько нереально было все произошедшее несколько минут назад. И если бы не тонкая алая полоска моей крови на его бедре, неизвестно как там оказавшаяся, я бы решила, что это сон. А так даже кровь на нем смотрелась естественно и восхитительно идеально.

Открыв глаза, Дракон внезапно повернулся на бок и опрокинул меня навзничь, снова оказавшись сверху. Я не успела даже пискнуть, потому что его губы снова накрыли мой рот в неторопливом, изучающем поцелуе, а рука накрыла мой живот, успокаивающе поглаживая. Ну да, щиты же упали, и ему прекрасно известно, о чем я думаю. Сосредоточившись, я, как могла, вернула защиту на место. Что-то мне подсказывало, что в ближайшее время она пригодится. Отстранившись, Киану одарил меня предвкушающим взглядом и вздохнул, как будто что-то мешало ему продолжить. А я впервые подумала, что если бы уже не была некромантом, наша близость могла бы запустить процесс инициации, и кто знает, чем бы все это обернулось.

— Кай, — склонившись ниже, Дракон поцеловал меня в висок и, не удержавшись, скользнул губами по щеке и дальше, к уху. — Мы должны поговорить.

Внутри как будто разлился холод. Захотелось свернуться клубочком и остаться совершенно одной. Поговорить. Мы оба знаем, что ничего подобного больше не повторится, так к чему произносить это вслух? Его ладонь настойчиво скользила по моему животу, успокаивая боль, в то время как мое сердце медленно покрывалось льдом — еще немного, и разлетится острыми осколками, раны от которых заживут еще очень не скоро, а, возможно, никогда.

— Смотри, — взяв меня за руку, Киану пальцами погладил новую татуировку, и только после этого я обратила внимание, что из бледно белой она стала ярко серебристой, отчетливо видимой на коже и, кажется, даже немного сверкающей в лунном свете.

— Что это? — тихо спросила я, полностью завороженная сложным морозным узором, покрывающим мое запястье. Такой же узор, только крупнее, был и на руке Дракона.

— Знак того, что проклятие снято, — усмехнулся он. — И более того, ни один из Ледяных Драконов не сможет причинить тебе вреда, ни прямо, ни косвенно.

Такая сильная защита? Какую цену заплатил Киану? Что означает рисунок на его запястье? Что мы теперь каким-то образом связаны? И что на это скажет его будущая супруга? Почему-то мысли о скорой свадьбе Дракона не давали мне покоя, резали острым ножом по беззащитному сердцу, причиняя невыносимую боль.

— Спасибо, — выдохнула я, потому что других слов просто не нашлось. — За все.

И за эту чудесную ночь тоже. Я буду помнить ее до самой своей смерти.

Перевернув мою руку, Дракон пальцем погладил шрам, оставленный его когтем.

— Почему ты не сказала… — начал он едва слышно, но внезапно запнулся. — Я бы мог быть осторожнее.

Поняв, что он имеет в виду, я улыбнулась, но отвечать не стала. Что он хочет от меня услышать? Оправдания? Боясь не угадать с ответом, я смущенно отвернулась. Есть вещи, о которых не принято говорить, особенно если ты боевой маг, и твое совершеннолетие давно минуло. Дракон, наверное, и предположить не мог, что я могу все еще быть невинной. В моей мимолетной боли точно нет его вины.

Спрашивать больше ни о чем не хотелось. Проклятие снято, и это чудесно, но у радости почему-то горький привкус. Повернувшись к Дракону, я увидела, что он нахмурился, а глаза, начавшие возвращаться к привычному изумрудному цвету, снова потемнели.

— Идем, — одним гибким движением встав с кровати, Киану подхватил меня на руки и понес в ванную. Положив голову ему на грудь, я с удовольствием вдохнула в себя его чудесный, ни с чем не сравнимый запах и зажмурилась, даже и не думая сопротивляться. Хорошо бы продлить эту ночь как можно дольше. И если мой Дракон хочет купаться, то я всеми руками "за". Усадив меня на скамеечку неподалеку от небольшого бассейна, Дракон открутил вентили, пуская воду, и через некоторое время помещение наполнилось паром. Вернувшись ко мне, Киану снова взял меня на руки и осторожно спустился по короткой лесенке на дно бассейна. Вода едва доставала ему до лодыжек, но мужчину это, кажется, не смущало. Поставив меня на ноги, он взял с полочки мочалку и, намочив ее, полил густым мылом из ближайшего флакона. Я стояла, вцепившись рукой в его предплечье, и мои пальцы невольно скользили по гладкой коже, запоминая ее упругость, цвет, запах, сводящие с ума ощущения от того, как его плоть снова стала каменно твердой. Ванна постепенно наполнялась, и когда вода достигла моих коленей, Киану сел на гладкое каменное дно и, потянув меня за собой, усадил на свои бедра. Одной рукой придерживая меня за талию, вторую, с зажатой в ней мочалкой, он просунул мне между ног.

— Боль скоро пройдет, — прошептал он мне в ухо, и я кивнула, слишком счастливая и разомлевшая, чтобы что-то говорить. Ванная наполнялась горячей водой и паром, но жар мужского тела подо мной ощущался как нечто совершенно невероятное. Очень явно чувствуя его возбуждение, я шире раздвинула ноги, предоставляя ему полный доступ. Получив мое молчаливое согласие, Дракон прерывисто вздохнул, и его рука с талии переместилась мне на грудь, обхватив мягкое полушарие, идеально помещающееся в его ладони. Зажав между пальцами сосок, он чуть наклонился и прикусил кожу мне на шее, отчего я протяжно застонала, не в силах сдержаться. Слишком он близко. Слишком остро я его чувствую. Слишком сильно его люблю. Все слишком.

И если он хотел о чем-то еще поговорить, то момент был безнадежно упущен, потому что я положила голову ему на плечо, и Киану начал покрывать мою шею горячими, жадными поцелуями, быстрыми и порывистыми, как будто хотел получить как можно больше за отведенное нам время. Отбросив в сторону мочалку, он двумя руками ласкал мое тело, заставляя выгибаться и извиваться на нем в отчаянном желании почувствовать его сильнее, острее и глубже. Мне мало было того, что он навсегда занял большую часть моего сердца, не достаточно, что он раскаленной лавой тек по моим венам, проникая в каждую клеточку моего тела, переполняя ее своей обжигающей, но такой мучительно неторопливой лаской. Я хотела проникнуть ему под кожу, заклеймить своими поцелуями, вскружить голову так же, как это сделал со мной он, и стать той, кто навеки останется в его памяти. Поэтому, развернувшись, я оседлала его бедра и, прижавшись грудью к его груди, стала с исступлением покрывать поцелуями его затуманенные от страсти глаза, его высокие скулы, чуть припухшие, такие сладкие и манящие губы и спустилась к шее, вырвав из него не стон, а тихое, раскатистое рычание. Вода начала переливаться через края бассейна, растекаясь по полу ванной комнаты, и я потянулась к вентилям, но Дракон перехватил мою руку.

— Оставь, — прошептал он мне в губы, и, приподняв мои бедра, вновь погрузился в меня, войдя сразу на всю свою длину. Я выгнулась, вцепившись в его плечи, потому что наслаждение, доставленное этим действием, вышло за все границы разумного, остались одни лишь инстинкты. Поняв, что просто сидеть на нем недостаточно, я начала двигаться, постепенно ускоряя темп. Дракон облокотился о бортик бассейна и придерживал меня за бедра, не давая скользить слишком быстро, но даже несмотря на это внутри меня постепенно нарастало напряжение, готовое вот-вот обернуться яркой вспышкой. Вода плескала через край в такт моим движениям, но все это было не важно, кроме Киану, запрокинувшего голову и закрывшего глаза. Его губы были плотно сжаты, как будто он изо всех сил сдерживался, а ноздри трепетали от яростного, рваного дыхания. Не удержавшись, я практически легла на него и прижалась губами к артерии на его шее, то прикусывая чувствительную кожу, то отчаянно вылизывая ее, выцеловывая на его совершенном теле замысловатые узоры. Видимо, от изменения угла проникновения ощущения стали еще ярче. Захлебываясь дыханием с каждым движением, приближающим меня к ослепительному финалу, я обвила руками шею любимого Дракона и уткнулась лбом ему в грудь, ловя языком стекающие по ней капли воды. Закрыв глаза, я полностью растворилась в ощущениях, теперь абсолютно хорошо понимая тех магов, кто избрал для себя такой способ не только инициации, но и сброса излишков энергии. Когда удовольствие достигло своей вершины, и я протяжно застонала Киану в ключицу, не в силах сдержаться, он с силой прижал меня к себе и несколькими яростными движениями достиг собственной разрядки. Тяжело дыша, мы уставились друг на друга одинаково шальными взглядами. После чего, не сговариваясь, потянулись друг к другу губами и слились в таком жарком и умопомрачительном поцелуе, что я почувствовала, как он снова твердеет внутри меня.

— Кая, — оторвавшись от моих губ, хрипло выдохнул Дракон. — Ты меня с ума сводишь.

— Ага, — только и смогла выдохнуть я, чувствуя себя абсолютно счастливой. Это не признание в любви, но и не полное равнодушие, и уж точно не ненависть,  полыхавшая в его взгляде при первой встрече. Прогресс.

Оглядевшись, пришедший, наконец, в себя Киану тихо ругнулся и поспешно закрутил вентили. За пределами бассейна вода по щиколотки заливала всю ванную комнату.

— Надо выбираться отсюда, — усмехнулся мужчина, и, придерживая за талию, помог мне с него слезть. Ноги не держали, и я бы снова села в бассейн, позволив горячей воде расслабить напряженные мышцы, смыть усталость, успокоить, но Дракон прав, пора выбираться. Держась за него, я вылезла из бассейна и, прихватив пару сухих полотенец, вышла в спальню. К счастью, уровень пола в ванной комнате был ниже, чем в остальных помещениях, и вода больше никуда не попала. Завернувшись в полотенце, я подошла к кровати. Ворс ковра приятно щекотал босые, влажные ноги, пролезая между пальцами. От приоткрытого окна веяло холодом, колыхая тонкую прозрачную занавеску, но я почувствовала лишь слабое дуновение. Мое тело все еще горело и плавилось, не отойдя от неистовых ласк, а сердце пылало от безграничного, переполняющего меня счастья, поэтому даже если бы вся комната покрылась льдом, я бы, наверное, не замерзла. Луна скрылась за тучами, но остался свет, льющийся из ванной, и в этом полумраке глаза Дракона мягко мерцали. Удерживая меня своим взглядом, он медленно улыбнулся и стянул с бедер полотенце, которым уже успел обернуться, демонстрируя свою полную готовность. Я ответила ему такой же улыбкой, потому что единственное, чего мне сейчас хотелось — это снова и снова принадлежать ему, упиваясь его ласками, отдаваясь полностью и получая взамен гораздо больше. Поймав край моего полотенца, Киану потянул его на себя, и я не стала удерживать, позволив ткани мягко сползти к моим ногам. Некоторое время мужчина не двигался, разглядывая меня внимательным, изучающим взглядом, и я буквально кожей чувствовала это жадное прикосновение, скользящее по груди, по бедрам, по моим ключицам.

— Ты прекрасна, Кая, — прошептал он, и я смущенно опустила голову, потому что целитель был прав — шрамы не красят девушек, а их на моем теле хватало. Я никогда не стремилась сохранить красоту, оставляя некоторые отметины, как напоминание о собственной глупости и безрассудстве, уверенная, что у меня никогда не будет того, кто заставит пожалеть о принятом решении. Однако, вопреки расчетам, этот миг настал, и я была по-настоящему благодарна Дракону за то, что он принял меня такой, со всеми этими шрамами. Даже если он просто умело сделал вид.

Наверное, что-то прорвалось сквозь мои щиты, потому что Киану шагнул вперед и, взяв меня на руки, уложил на кровать, накрыв сверху своим телом. Его губы впились в меня поцелуем, подчиняющим, лишающим воли, и, обхватив его ногами, я раскрылась, подаваясь ему навстречу, с одним лишь стремлением — снова стать единым целым. Дракон не заставил меня долго ждать, и я с силой вцепилась в его плечи, оставляя глубокие следы, потому что на этот раз его страсть была неистовой, на грани грубости, и одновременно удивительно сладкой.

— Моя! — прорычал он мне в шею, покрывая кожу горячими поцелуями-укусами и ритмично вколачиваясь в податливую плоть. — Моя Кая!

Твоя. До самых кончиков ногтей.

Закрыв глаза, я отпустила себя окончательно, отзываясь на каждое его прикосновение, позволяя ему проникать не только в мое тело, но и в душу, сбросив ненужные уже щиты, срывая голос от рваных, хриплых стонов.

Отдышавшись и немного придя в себя после очередной ослепительной кульминации, Дракон лег на бок и прижал меня к себе. Его пальцы легкими бабочками порхали по моему телу, как будто он таким образом извинялся за проявленную несдержанность. Но ему совершенно не за что было просить прощения, и эту ночь я не променяла бы ни на какую другую.

Приподнявшись, Киану вытащил из под нас покрывало и сбросил его на пол, затем, потянув за одеяло, в конечном итоге накрыл нас, после чего лег обратно и, прижавшись ко мне все еще пылающим телом, поцеловал в висок.

— Ты останешься? — спросила я, внутренне боясь, что вот сейчас он поднимется и начнет собирать свою одежду, разбросанную по спальне.

— Конечно, — его горячее дыхание коснулось моего уха, и я прижалась к нему плотнее, чем заслужила в ответ недовольное шипение.

— Не ерзай, — рыкнул он. — Иначе спать тебе сегодня не придется. Я итак слишком долго ждал…

Учитывая, что мы встретились неделю назад, он, оказывается, очень нетерпеливый Дракон.

— Хорошо, — улыбнулась я и, развернувшись в кольце его рук, устроила голову на его плече. — Я бы тебя все равно не отпустила.

Киану хмыкнул. Может, он говорил что-то еще, но день действительно выдался тяжелым, я потратила слишком много магии и крови, поэтому тьма навалилась внезапно, мгновенно утянув меня в глубокий, крепкий сон.