Глава 36

Когда я проснулась, солнечный луч, падающий на одеяло сквозь раздвинутые занавески, почти добрался до моего лица. Комнату наполнял нежный цветочный аромат, принесенный ветром из Хрустальной Долины, где уже в полную силу властвовала весна. На тумбочке у кровати стоял поднос с несколькими блюдами, накрытыми крышками, и бутылочка с восстанавливающим эликсиром. Разбросанную накануне одежду кто-то заботливо убрал, и, подозреваю, это была Уна. А вот Дракон в моей спальне отсутствовал. О том, что все произошедшее мне не приснилось, свидетельствовала глухая, саднящая боль между ног. Думаю, если расправить покрывало, на нем обнаружится несколько пятен крови, но делать я этого не собиралась. Потянувшись, я отбросила в сторону одеяло и, как была, обнаженная, проследовала в ванную. Вода куда-то стекла, оставив на полу небольшие лужи, и осталось только надеяться, что это тоже дело рук моей горничной, искусной в бытовой магии.

Повернувшись спиной к большому зеркалу во весь рост, я убедилась, что татуировка, украшавшая мой позвоночник с самого рождения, пропала. Поведя плечами, я глубоко вдохнула. Одна исчезла, другая появилась. В неверном лунном свете она казалась серебристой, но при дневном освещении ничего не изменилось. И что бы это могло значить?

Одеваясь, я выбрала тунику с длинными рукавами. Почему-то демонстрировать всем подряд свое новое украшение не хотелось. Волосы заплела в тугую косу и приступила к завтраку. Все это время я старательно гнала от себя мысли о Драконе. О том, что именно произошло вчера, о его словах, произнесенных горячим шепотом в пылу истинной страсти, и о том, какие дела заставили его покинуть меня на рассвете. Но с делами, допустим, понятно, все же он не последнее лицо в Аттиноре, и Рану, скорее всего, часто требуется помощь и совет младшего брата. Но что мне делать дальше? Как себя вести? Хотя бы сейчас. Ждать его здесь? А если он не придет? Собирать свои вещи? Столько вопросов, и ни одного намека на ответ. Но если сидеть тут и гадать, можно, наверное, сойти с ума, поэтому, покончив с завтраком, я решила найти Киану и все прояснить.

Прежде, чем покинуть свои апартаменты, я снова заперла дневник своего предка в шкатулке. Надеюсь, он мне никогда больше не пригодится, но я сохраню его, как память о своих предках.

В коридорах было непривычно пусто и тихо, и я отправилась наугад в сторону лестницы, понятия не имея, где искать Киану. Что ему сказать? Спросить, можно ли мне вернуться в Солнечную Долину? А что, если теперь он не захочет меня отпустить? Хотя, зачем я ему? У него, как сказал ис Ран Скайгард, скоро свадьба. Зачем ему любовница перед носом, пусть и одноразовая? При мысли о том, что Дракон может просто сделать вид, будто ничего и не было, рот наполнился горечью, а сердце сжалось. Остановившись, я несколько раз глубоко вдохнула. Зачем придумывать что-то, когда совсем скоро я смогу просто спросить?

Шаги позади я скорее почувствовала, чем услышала. Какое-то внутреннее чутье забило тревогу, и я, привыкшая ему доверять, в одно мгновение окружила себя щитом. Пусть это выглядит, как неоправданная паранойя, но я предпочитаю быть живым и здоровым параноиком, чем самонадеянным трупом. К сожалению, в этот раз щит меня не спас. Заклятие с легкостью пробило защиту, и по телу разлилась острая, рвущая на части боль. Вскрикнув, я успела только развернуться к противнику, но так никого и не увидела, а в следующее мгновение меня поглотила густая, липкая тьма.

В себя меня привел запах. Резкий, невыносимый, вызывающий тошноту. Голова раскалывалась от боли, и при мысли о том, чтобы открыть глаза, захотелось просто умереть на месте и не мучиться.

— Выпей, — прозвучал незнакомый голос, и губ коснулась какая-то склянка. У меня не было ни одной причины доверять ему, и я отрицательно качнула головой, едва не застонав от очередной волны боли.

— Выпей, — раздраженно повторил он. — Это снимет боль.

— Или убьет меня, — с трудом раскрыв пересохшие губы, хрипло ответила я.

— Не убьет, — хмыкнул он. — Пока что ты нужна живой.

Пока что? А потом, значит, все равно убьют? Я попробовала пошевелиться, но, судя по ощущениям, меня надежно притянули к стулу, связав руки за спиной.

— Если не выпьешь, я волью это в тебя силой, — потерял терпение мой собеседник. — И поверь, тебе это не понравится.

— Давай я, — прозвучал еще один неизвестный голос, и от неожиданности я распахнула глаза. Напротив меня, сжимая в руках прозрачную склянку с дурно пахнущим зельем, стоял темный эльф, уже явно не молодой, но все еще крепкий. Судя по интонациям, он привык повелевать, не встречая неповиновения, и мое упрямство его действительно не на шутку раздражало. А справа от него, скрестив руки на груди, застыл тот, о ком я знала из страшных бабушкиных сказок. Шанар. Каратель. За его спиной торчало огромное белоснежное крыло, а в холодных серебристых глазах застыла смерть.

Присутствие убийцы стало веским аргументом, и, вздохнув, я позволила темному влить в меня зелье. На вкус оно оказалось еще хуже, чем можно было судить по запаху, и очень пожалела о том, что успела позавтракать. Но тошнота быстро улеглась, как и головная боль.

— Кто вы такие? — спросила я, откашлявшись. Во рту остался противный привкус зелья, но с этим можно было жить. К счастью, магию они не заблокировали, а утром мой резерв был практически полон после ночных… упражнений. Осталось только каким-то образом освободить руки.

— Это зависит от тебя, — усмехнулся эльф. — Мы можем стать очень хорошими друзьями. Но лишь при условии, что ты будешь вести себя благоразумно.

Пока что обстановка располагает к благоразумию. Сопротивляться я все равно пока не могу.

— Где я? — перешла я к следующему вопросу, пользуясь тем, что мой собеседник настроен на конструктивный диалог.

— В Шаеноне, — с легкостью ответил эльф, и я едва не подавилась воздухом.

— Мы на Сумеречном Континенте? — искренне удивилась я. — Как вам удалось утащить меня из под самого носа Ледяных Драконов?

— Не нам, — самодовольно усмехнулся темный. — А ему.

Шанар, невозмутимо вычищающий ногти метательным ножом, одарил меня скупой усмешкой, ясно давшей понять, кого здесь в действительности стоит опасаться.

Что ж, о том, что однокрылые способны проникать в самые защищенные крепости, прикрываясь своим пологом невидимости, в Алассаре ходят легенды. Значит, в замке Драконов один из них вполне мог напасть на храмовника, да и найденное перо свидетельствовало в пользу именно этой версии. Только вот не верится, что искусный убийца мог совершить такую оплошность, как оставление улики на месте преступления.

У меня есть ответ на вопрос, как меня смогли похитить, но как мы оказались на Сумеречном Континенте? Хрустальная Долина накрыта защитным куполом, преодолеть который можно только с позволения Драконов. Но, может, для шанар это не препятствие? И меня смогли телепортировать?

— Сколько прошло времени с моего похищения?

— Не более часа, — охотно отозвался эльф и, будто прочитав мои мысли, добавил: — для шанар купол не помеха.

Я проверила свои ментальные щиты. Они оказались на месте и крепки, как никогда раньше. Кажется, после вчерашнего ритуала я стала немного сильнее. Или дело вовсе не в ритуале… Думать об этом почему-то было больно. Как будто проснись я утром вместе с Киану, это могло бы что-то изменить. Он, наверное, даже не подозревает о моем похищении. Не бегаю за ним по замку с неудобными вопросами — и ладно. Поморщившись от собственных мыслей, я постаралась направить их в какое-то другое русло. Лучше придумать, как освободиться и сбежать, чем мучить себя беспочвенными предположениями о мотивах Дракона. В конце концов, он мне ничего не обещал и в любви не клялся.

— Что вам от меня нужно? — перешла я, наконец, к основному вопросу.

— О, — мой собеседник усмехнулся, как мне показалось, очень плотоядно. — Сущую малость. Нам нужны твои наследники.

— Что, простите? — может быть, я ослышалась?

— Ты последняя из рода Кьярн, а нам бы не хотелось, чтобы с твоей смертью ключевая кровь исчезла из Алассара.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, и промолчала. Что-то тут не складывалось. Разве меня не пытались убить? Или это не их рук дело? Но нити кукловода тянулись на Сумеречный Континент, и логично было бы предположить, что меня похитили по его приказу.

Судя по обстановке, мы находились в чьем-то кабинете. Окно было распахнуто, впуская гомон большого города, крики чаек и совершенно незнакомый мне запах, который не могло перебить даже выпитое мной зелье. И откуда-то изнутри пришло понимание, что так пахнет море, которое, судя по всему, очень близко. Захотелось подойти к окну и выглянуть, посмотреть на него хотя бы раз в жизни.

— Меня пытались убить, — я в упор посмотрела на эльфа, но он и не подумал смутиться. — Что-то изменилось?

— Ты еще спрашиваешь?! — с него враз слетела маска добродушия, обнажив истинное лицо, застывшее от злости. — После всего, что натворила?! Сотни лет исследований хаффу под хвост. Сотни лет кропотливой работы перечеркнуто одной безмозглой девчонкой.

Я вжалась в стул, потому что темный склонился ко мне, крича в лицо обвинения. Кажется, от полной потери контроля его удерживало только присутствие шанара, который все так же бесстрастно стоял у окна, не предпринимая никаких попыток остановить происходящее. Наверное, этому эльфу действительно очень надо было выговориться.

— Я не понимаю, — тихо сказала я. — Никто из вас не посвятил меня в свой план, вы воровали мою кровь, а теперь злитесь на то, что я вам помешала?

— Воровали?! — выкрикнул он. — Да если бы не твой глупый Император!

Эльф замолчал, взяв себя в руки. Вспышка прекратилась так же, как и началась, внезапно. Лицо снова застыло каменной маской.

— Глупая девчонка, — процедил он едва слышно. — Ничего ты не понимаешь.

— Так объясните мне, — едва не взвыла я. — Какого хаффа происходит. Вас послушать, так во мне ключевая кровь, так почему было не забрать меня на Сумеречный Континент до того, как я принесла присягу Императору Солнечной Долины? Жених еще этот откуда-то взялся…

— Не откуда-то, — окончательно остыв, пояснил эльф. И, обернувшись, нашел глазами стул, подтянул его к себе и уселся напротив меня. — Я расскажу тебе, время еще есть. И, возможно, после этого нам не придется прибегать к крайним мерам, чтобы заставить тебя быть послушной.

Я, стиснув зубы, кивнула. Знаю я все их методы, нам это в Академии преподавали. Никто не умеет пытать так искусно и эффективно, как шанары.

— Когда ты только родилась, твои родители заключили брачное соглашение с родом Морхайв, подозревая, что не доживут до твоего совершеннолетия. И нет ничего удивительного, что семья, верная королю Сумеречного Континента, захотела впоследствии разорвать этот договор.

— Зачем они вообще его заключали? — спросила я, вспомнив ненависть в красивых глазах собственного жениха и то, как он всеми силами пытался меня не то спровоцировать, не то действительно убить. А ведь я, ослепшая от любви, до последнего не верила, что он готов идти до конца. — Неужели не знали о проклятии?

— Не знали, — вздохнул мой собеседник. — Информацию о том, кто именно создал заклятие трансмутации и применил его на практике, долгое время держали в секрете, даже после того, как твой дед был казнен Драконами. Правда выплыла случайно, когда стало известно, что для создания ларков была использована именно ваша кровь.

— Драконы знали, — упрямо не согласилась я. — И молчали?

— У Скайгардов, поверь, нашлись дела поважнее, — ухмыльнулся темный. — Хрустальная Долина оказалась обезглавлена, и у них началась борьба за власть. Никто не хотел видеть на троне убитого горем мальчишку. Совет настаивал на регенте, но, к сожалению, ис Ран Скайгард при поддержке своего бешеного брата слишком быстро поставил подданных на место, наотрез отказавшись от договорного брака. Но, насколько я знаю, совет продолжает давить, и жениться ему все таки придется, причем в ближайшем будущем.

Или его бешеному брату. При мысли о Киану сердце болезненно екнуло. Не трудно догадаться, как этим двоим удалось усмирить собственное дворянство, при такой-то силе.

— Но как только тайное стало явным, Каин Морхайв сделал все, чтобы расторгнуть помолвку.

— О, он прекрасно справился со своей задачей, — с горечью подтвердила я, внутренне восхищаясь изобретательности своего несостоявшегося свекра.

— Несмотря на это, у тебя странным образом получается находить защиту у тех, кто должен бы тебя ненавидеть, или и вовсе быть равнодушным, — на лице эльфа снова появилась злость, и он сцепил руки на коленях с такой силой, что побелели костяшки.

— Что вы имеете в виду? — напряглась я и посмотрела на шанара. Он подошел ближе, внимательно слушая разговор, но не вмешивался. Руки за спиной начали затекать, и я активно шевелила пальцами, чтобы они окончательно не потеряли чувствительность.

— Узнав правду, Морхайв несколько раз пытался тебя убить, но если в первый раз тебя спас светлый, этот выскочка Элланд, то дальше вообще началось что-то непонятное. После зимнего бала тебя будто окружило универсальной защитой, и никому так и не удалось выяснить, что это было и откуда взялось.

Зато я, кажется знаю.

— Хранитель Алассара, — тихо произнесла я то, что никогда не считала секретом. А вот то, что Ронар каким-то образом спас мне жизнь, стало открытием. И ведь ни словом не обмолвился.

— Это многое объясняет, — задумчиво произнес шанар. — И ты нам об этом обязательно расскажешь. Позже.

Перед тем, как покинуть свои апартаменты, я успела надеть на себя форменный мундир, и сейчас, застегнутая на все пуговицы, почувствовала, что климат на Сумеречном Континенте гораздо теплее и мягче, чем в Аттиноре. Между лопатками выступила испарина, а в горле после зелья было настолько противно, что даже вода не смогла бы, наверное, это исправить. Но я продолжала упорно шевелить пальцами, чувствуя, что при желании смогу призвать магию. Резерв был полон, но сила, которая в нем плескалась, не была привычной тьмой. Похоже, накануне я снова исчерпала себя до донышка, и в итоге ситуация, которая привела к моей спонтанной инициации, повторилась в точности, с одной лишь разницей — теперь я могла это контролировать. Прикрыв глаза, я послала поисковый импульс. Тихо зашуршали крылья. Я знаю, что шанары могут двигаться совершенно бесшумно, и этот нарочно привлек мое внимание. Склонившись к самому моему лицу, он вглядывался в него, с каждым мгновением хмурясь все сильнее. Наверное, думает, а не надеть ли на меня антимагические наручники. Но моя паутинка уже расползлась по всему строению, оказавшемуся, судя по всему, чьей-то резиденцией, и я уже увидела все, что хотела.

Здание, в котором меня держали, было размерами меньше замка, но больше среднего загородного дома. Всего я насчитала три этажа и подвал, который, судя по всему, в данный момент был затоплен водой. Мне не надо было заглядывать за пределы дома, чтобы понять, что мы находимся где-то на побережье. Значит, это самая окраина Шаенона, еще немного, и начнутся земли орков. А ведь именно в этом месте когда-то началась история моего рода. История, как любил повторять магистр Сильварион, имеет удивительное свойство повторяться.

Поисковая сеть показала, что в здании, кроме нас, еще два с половиной десятка живых существ. Я не видела ни их пол, ни расу, только пульсирующие огоньки, обозначающие бьющиеся сердца. Достаточно одного сильного удара магией смерти, чтобы заставить их взорваться изнутри, ломая ребра, и я почему-то не сомневалась, что у меня получится. И не только это. Шанар ухмыльнулся, и из-под манжеты его просторной рубахи показалось острие метательного ножа. Одна попытка кому-то навредить, и вся эта сталь войдет в меня — говорили его глаза. Я чуть повела плечами, показывая, что все еще надежно связана, и лезвие пропало так же, как и появилось. Для эльфа эта молчаливая демонстрация не осталась незамеченной, но комментировать он не стал, решив продолжить излагать информацию.

— В конечном итоге лесс Морхайв образумился и оставил свои попытки, — произнес эльф. — К тому же выяснилось, что без тебя нам не завершить задуманное. Ларки нового поколения вышли отменными, сильными, ловкими, бесстрашными, только вот беда — подчиняться не хотели. Но так как подобраться к тебе в Академии не было ни единого шанса, мы заручились поддержкой человеческого Императора. После принятия присяги он стабильно поставлял нам твою кровь, а когда с эксперимент завершился, было принято решение тебя устранить.

— Кем принято? — поинтересовалась я, не веря, что инициатива могла исходить от Его Величества.

— Советом шанар, — бросив быстрый взгляд на пернатого, ответил эльф. — Главным образом, их королевой.

Я и не знала, что у проклятой расы есть своя королева. После возвращения с Мертвых Земель они рассредоточились по всему Алассару, но большая часть осталась на Сумеречном Континенте и подчинялась правительству либо темных эльфов, либо орков, в зависимости от территории, на которой решили поселиться.

— К сожалению, прибытие делегации Ледяных Драконов немного нарушило наши планы, — вздохнул эльф. — Император до последнего не хотел тебя отдавать, зная, что в Хрустальной Долине у тебя есть шанс выжить и нарушить наши планы.

— Зачем он в таком случае настаивал, чтобы я присутствовала на встрече с Драконами? — искренне удивилась я, вспомнив, как магистр Сильварион передал мне приказ Илара Асгарда.

Эльф поморщился, и его взгляд снова метнулся к шанару, будто бы спрашивая разрешения.

— Это было обязательное условие Драконов, чтобы последняя из рода Кьярн присутствовала на встрече. Они знали, что ты будешь там, Кая. У тебя не было ни единого шанса уклониться.

Знали. Так вот почему Киану Скайгард так быстро вычислил меня в группе боевых магов, он просто был готов к встрече.

— Попытка убить тебя в ночь перед отлетом тоже провалилась. Проклятому ящеру не спалось, и за каким-то хаффом его понесло именно в сторону твоего дома.

Я усмехнулась, уже догадываясь, как события разворачивались дальше.

— Император дал мне передатчик, чтобы Драконы поймали меня на шпионаже и казнили. Так? Он же не знал, что связь не будет работать через установленную Драконами защиту, — дождавшись утвердительного кивка, я продолжила. — А верита? Кто-то подсыпал ее послу, чтобы он на меня напал.

— Он сам и подсыпал, — не стал скрывать от меня темный. — Катализатор тебе в напиток добавил тоже он, но когда и это не сработало, наш верный подчиненный в замке позаботился о том, чтобы ты не пережила инициацию.

Тео. Странно только, почему он просто запер меня в холодной камере, а не ударил ножом, к примеру. Мой резерв был пуст, и я вряд ли смогла бы что-то этому противопоставить. Этот вопрос я решила озвучить.

— Потому что этот бешеный Скайгард, — губы эльфа презрительно скривились, — в первый же день приставил к тебе своего лучшего мага для охраны. Но кроме того, Дракон слишком быстро понял, что кто-то пытается целенаправленно тебя убить, и навесил свою персональную защиту. Прямое нападение на тебя стало бы смертельным для убийцы.

От этих слов в душе разлилось приятное тепло. Я и не заметила, что на мне такая сильная защита. После такого даже стыдно называть себя хорошим боевым магом.

— Поэтому следующее нападение совершили на храмовника с применением некромантии, чтобы подозрение пало на меня?

— Ты на удивление живучая, Кая. И сейчас нам это только на руку. Да, на храмовника напали, чтобы Драконы задумались, стоит ли держать под боком столь опасного некроманта. Жаль, что син Виллан остался жив, потому что сразу по возвращении в Солнечную Долину он помчался в свой проклятый Светлый Орден и рассказал все, что происходило в Аттиноре. Теперь, как ты понимаешь, у вашего Императора появились некоторые проблемы, потому что сложившаяся ситуация вызвала слишком много вопросов.

Кажется, Адриан выполнил свое обещание. Хотя, в нем я практически не сомневалась.

— А виверны? — вспомнила я инцидент на границе.

— Виверны, — взгляд эльфа стал неприязненным. — Были натасканы охотиться на ларков. Они почувствовали Артура Грея и напали на него. Однако, все обошлось, и Драконы, кажется, даже ничего не заподозрили. Иначе не сводили бы глаз с гостей. Но все их пристальное внимание было приковано к тебе.

Что ж, пожалуй, я узнала все, что хотела. За исключением одного.

— Мы кого-то ждем?

— Уже нет, — шанар одним плавным движением оказался возле двери и распахнул ее. Мне пришлось сильно повернуть голову, чтобы увидеть, кто пришел.

— Все готово, — послышался незнакомый голос, и в помещение шагнул еще один проклятый. Протянув эльфу полоску тонкой черной кожи, он бросил на меня мимолетный взгляд и криво усмехнулся.

— Ну что ж, Кая, — поблагодарив шанара, темный повернулся ко мне. — А сейчас ты забудешь все, что я тебе рассказал, и станешь самой послушной девочкой во всем Алассаре.