Глава 19.

Аврора

Я все ждала и ждала, стоя посреди огромных королевских покоев, и старалась не всхлипывать слишком громко. Но упрямые слезы все равно тихо катились по моим щекам. Я не могла их сдержать, словно вместе с ними, очищалось мое нутро.

Я вытерла нос рукавом платья, и украдкой мой взгляд упал на стол. Я смотрела на серебряную чашу с фруктами, полную осенних даров: наливные яблоки, темные груши, гроздья винограда. Я так давно не ела по-человечески, что один их вид причинял почти физическую муку. Слюна предательски выступила во рту, а желудок вдруг громко и совсем не по-девичьи заурчал.

Я вспыхнула от стыда.

Лорд Тарион Ашерис все слышал. И, конечно, все заметил.

Он прожигал меня таким взглядом, каким драконы, должно быть, оценивают добычу. Мне захотелось снова стать невидимой кухаркой, юркнуть в тень и спрятаться за кастрюлями. Но прятаться было некуда.

Несколько мучительных мгновений лорд молчал, потом он резко подошел к столу. Его длинные пальцы уверенно коснулись края тарелки. Он придвинул ее ближе ко мне.

— Возьми, что желаешь, — произнес он спокойно. — Они свежие, принесли незадолго до твоего прихода.

Но я не посмела двинуться.

— Спасибо, драг Тарион, — ляпнула я быстрее, чем успела подумать. — Точнее, лорд Ашерис. Я не голодна.

Глупая ложь. Самая беспомощная из всех, что я когда-либо произносила.

Я опустила взгляд в пол, чувствуя, как пальцы холодеют. Казалось, еще немного, и меня выдаст собственное дыхание.

И тут я вздрогнула, потому что спокойствие дракона треснуло.

— Я сказал, возьми! — рыкнул он так, что пламя в камине дрогнуло, а по стенам прошел морозный ветер.

Ноги у меня подкосились. Но я поспешно шагнула к столу и схватила первое попавшееся яблоко. Оно было теплым и тяжелым в ладони, красным, как закат. Я поднесла его к губам, все еще дрожа, и неуверенно откусила.

Сок брызнул во рту сладкой свежестью.

Я закрыла глаза от блаженства. Яблоко оказалось таким сочным, таким невероятно вкусным, что в тот миг я была готова душу богам отдать за эту простую радость, за право просто есть и жить.

Я ела жадно, почти забыв о страхе. А дракон наблюдал за мной.

Я чувствовала это даже сквозь закрытые веки: тяжесть его взгляда, холодную силу, скрытую в каждом движении. Когда я открыла глаза, он уже снова был спокоен и непроницаем, как ледяная статуя.

Я смотрела на него и впервые могла рассмотреть по-настоящему. В нем не было ни капли мягкости. Лицо суровое, резкие черты, взгляд человека, привыкшего повелевать стихиями. Беспощадный и властный лорд древней крови, чье появление действительно могло быть дурным предзнаменованием для целого королевства.

Но для меня он стал тем, кто снял с шеи петлю. Я доела яблоко даже со всеми косточками, не оставив ни кусочка.

— Благодарю, — прошептала я уже искренне и облизала сладкие губы.

Он кивнул.

— Ты обратилась ко мне «драг Тарион», — произнес он. — Так обращаются к драконам в моей Империи. Откуда ты это знаешь?

Я снова смутилась. Щеки, только что отмытые душистым мылом, вспыхнули.

— Матушка рассказывала, — ответила я робко. — В детстве она любила рассказывать мне сказки о драконах, о вашем народе и о ваших обычаях.

Я невольно выпрямилась, вспоминая ее далекий голос, почти стертый временем, но все равно живой в памяти.

— Она говорила, что к мужчинам-драконам следует обращаться уважительно - «драг», — продолжала я, стараясь не запутаться.

Слова сами слетали с языка, и я удивлялась, что еще способна говорить связно перед этим грозным человеком.

— И еще она учила меня, — я опустила взгляд на свои пальцы, — что женщинам, истинным и связанным с драконом узами судьбы, даровано так же особое обращение - «драгис». Таков ваш порядок.

Лорд Ашерис прищурился.

— Твоя матушка много знает о драконах, — сказал он негромко. — Больше, чем положено обычной женщине человеческого рода.

Я осторожно покачала головой.

— Знала, — тихо поправила я его. — Она умерла, когда мне исполнилось семь.

Произнести это оказалось тяжелее, чем пережить любой допрос.

Несколько мгновений в комнате висела тишина. Взгляд дракона стал еще холоднее, но не ко мне. Скорее к самому миру, который так легко ломает людей.

— Понимаю, — коротко ответил он.

Я глубоко вдохнула и добавила, уже не в силах сдерживаться:

— С тех пор мне больше никто не рассказывал сказки.

Слова вырвались почти шепотом.

Драг Тарион вдруг отвернулся к окну. Его спина показалась мне непробиваемой крепостью.

— Значит, грамоте тебя тоже обучила она? — спросил он, резко меняя тему.

— Не успела. Король Форвальд приказал обучать всю прислугу.

Имя покойного снова кольнуло сердце. Мужчина медленно обернулся.

— Любопытно, — произнес он задумчиво. — Выходит, в этом дворце растили не просто кухарку.

Я не знала, что на это ответить. Я лишь стояла перед ним, такая маленькая, испуганная, но все еще живая. И почему-то почувствовала, что матушкины сказки привели меня к дракону не случайно.

Я едва успела перевести дух после его слов, как тишину снова прорезал знакомый, унизительный звук. Мой собственный желудок подавал сигналы. Он заурчал во второй раз, еще громче и настойчивее, словно нарочно выбирал самые неподходящие моменты.

— Тебя не накормили? — грозно спросил лорд, и в этом вопросе уже не было ни капли спокойствия.

Я смущенно покачала головой.

— После купальни меня сразу привели к вам, драг Тарион, — ответила я почти виновато, будто это я распорядилась оставить себя без еды.

Его глаза полыхнули ледяным блеском.

— Да что за бардак тут творится? — рыкнул он, делая шаг к двери. — Порядки хуже, чем в военной крепости! Я со всеми разберусь.

От этих слов мне стало не по себе. Я представила, как он выходит в коридор, как склоняются перед ним те же люди, что недавно указывали на меня пальцами, как его ярость обрушивается на дворец, словно метель на город.

И почему-то я испугалась не только за них, за него тоже.

Он направился к двери быстрым и властным шагом. Я не успела ничего придумать, не успела даже осознать, что делаю. Тело двинулось само, быстрее разума.

Я резко подалась вперед и перехватила его за руку. Мои пальцы сомкнулись на жестком и холодном запястье.

— Не надо, драг Тарион! — вырвалось у меня.

В следующий миг я поняла, какую вольность позволила себе. Сердце ухнуло куда-то вниз, к самым башмачкам. Мне показалось, что я вот-вот поседею от страха.

А лорд Ашерис замер. Он медленно перевел взгляд на мою ладонь, все еще сжимавшую его руку, потом на меня. В его глазах читался настоящий шок. Кажется, никто и никогда не осмеливался касаться его без разрешения.