Глава 17. Глэрион

Как только Эгар покинул Эрмут, к стенам столицы стали подтягиваться один за другим наёмники не из местных жителей, а чужеродные отщепенцы, прибывшие на Анос не столько в поисках работы, сколько ради наживы. Жители Ноделя всегда считали, что Запад естественно защищён горами, берег обрывистый. Подойти на судне невозможно, дно покрыто острыми рифами. Никто и не предполагал, что со стороны Западных гор могла прийти опасность. Но именно оттуда и нагрянула. Ведь в затерянной среди Западных гор долине и поселился Глэрион эль Линаркс после того, как совершил жесточайшее преступление, какое когда-либо знавали тёмные и светлые эльфы. Он и сам не смог дальше жить в северной земле, видеть Чёрный замок, осквернённый собственными же деяниями. От тёмного эльфа отвернулись все. Если раньше Глэрион получил милость светлых за непричастность к насилию над человеческими девицами, то после совершённого в доме брата, Глэриону не было оправдания ни перед кем: ни перед светлыми, ни перед тёмными, ни перед людьми, ни перед Всевышнем. Лишить ребёнка матери – что может быть ужаснее?! Разве только тот способ, которым это сотворено!

Глэриона не пришлось даже изгонять. Он приговорил и изгнал себя сам, когда понял, что лишился последнего друга, который всегда был братом, понимал и поддерживал во всём. Даже самая тёмная душа с чёрными мыслями иногда не в состоянии простить содеянное. Однако Глэрион простил себя спустя некоторое время.

Однажды совершённое преступление не оставляет в покое виновника. Оно разлагает душу, ожесточает сердце. И некогда тёмная душа чернеет ещё больше, мучается и толкает на новые коварства. Убийство эльфа не прощается.

Глэрион почувствовал вскоре сильную тягу к чёрному колдовству. Он долгие годы тренировался и экспериментировал. А что ещё ему оставалось делать? Тёмный эльф преуспел. При помощи магии он приманил больше двадцати лет назад молодого Эгара. Жажда обелить себя через потомство и доказать светлым эльфам своё могущество, отомстить, в конце концов, за то, что отвергли, не поняли мотивов и отвернулись, толкала его на новые преступления. Глэрион покинул север добровольно. Он убегал от призраков прошлого. Каждую ночь видел во сне растерзанного Дэриона и умирающую от горя и безысходности Савириэль. Глэрион не хотел смерти, по крайней мере, её смерти!

***

После отъезда Эгара тёмный эльф явился в замок Эрмута. Под личиной лекаря прошёл к Ромиру. Таков был уговор!

Раны лорда Глэдиса-младшего были не чем иным, как искусно наложенной иллюзией с примесью тёмной магии, распознать не смог бы ни один чародей, разве только светлые эльфы. Леди Глэдис, конечно, знала обо всём. Но могла ли она вмешиваться? Нет, не могла. Айрисиэль видела будущее, хрупкое, готовое измениться в любой миг и принять другое развитие событий, если попробовать вмешаться настоящее. Неизвестно, что лучше: оставить всё как есть ради спасения детей или позаботиться о себе, но обречь детей на неминуемую гибель. Айрисиэль была матерью. Любая мать, не задумываясь, выберет жизнь детей!

Глэрион избавил Ромира от ран и ожидал, когда тот приведёт обещанную плату – Эвелин! После бала лорд эль Линаркс понял, что дочь без боя Эгар не отдаст. Тогда Глэрион устроил ему настоящую войну, причём сделал это почти чужими руками. Пошёл к младшему брату князя, всю жизнь грезившему о троне, заключил с Ромиром сделку, выкрал единственную дочь вождя эрнов. Кочевники захлебнулись яростью, пробрались через Горячие горы и сравняли Томну с землёй в поисках принцессы. Бесстрашный народ готов головы сложить на чужбине, но вернуть наследницу, вернуть свою надежду.

Каково же было негодование Глэриона, когда он понял, что Эвелин в замке нет. Мало того, княжны не было и в Эрмуте! Айрисиэль же не соизволила даже покинуть своих покоев. Просьбу Ромира проигнорировала. Приказывать ей он не мог! Пока не мог!

По распоряжению Ромира допросили всех слуг замка. Однако ситуация не прояснилась. Никто ничего не сказал, ведь для них в замке всё шло своим чередом. Эвелин для всех пребывала в покоях и отдыхала. Горничные заходили прибираться в комнатах княжны и видели леди Эвелин, сидящую за вышивкой с леди Эстер.

Распознать искусную иллюзию смог лишь Глэрион. Для этого ему не надо даже было входить в покои княжны. Глэрион-хищник чуял запах, Глэрион-эльф осязал душу, Глэрион-тёмный маг видел пустоту.

Несколько минут потребовалось лорду эль Линаркс, чтобы сообразить, куда отправил князь дочь и с кем. А куда ещё в Ноделе можно отослать девушку, чтобы спрятать от всеведущего колдуна? Только на Восток! Чтобы увести прочь из княжества!

– Глупец! – зарокотал Глэрион. – Какой же ты глупец, Эгар! Продал кровь за мудрость, но так и не научился быть мудрым! Мудрость – это я! Я – сила! От меня не скрыться! – с этими словами тёмный покинул Эрмут, а за стенами столицы обратился в чёрного ягуара* и бросился по следам беглецов.

***

Первая проснулась девушка.

«Быстро однако!» – подумала. Пока выбиралась из спального мешка, растревожила Майкла.

– Эви, ты куда собралась? – спросил спросонья.

– Мне надо! Пусти!

– Что мне пора на стражу?

– Нет. Поспи ещё пару часиков.

Девушка поспешно выбралась из шалаша. А Майкл внял словам сестры и мирно продолжил спать. Караул нёс один из сопровождающих. Пытался бодрствовать, но у него плохо получалось.

Девушка незаметно скользнула в глубину леса. «Нельзя допустить, чтобы он нашёл наш лагерь!» – мысли роем кружились в голове. Легко скользя по снегу, тонкий женский силуэт стремительно удалялся от лагеря в противоположную сторону.

«Увести как можно дальше! Дальше от лагеря! Дальше от Эрмута! Дальше от Высоких гор!» – молоточком стучало в висках.

Вскоре девушка почувствовала слежку. «Он меня заметил! И чует! Это хорошо! Теперь бежать!»

***

«Глупая! Куда ты бежишь! Я унюхал тебя за сотню миль. Что за бестолковая курица! От меня не убежишь!» – бранился в мыслях чёрный ягуар, набирая скорость в зимнем лесу. Двигался зверь почти неслышно… Для людей неслышно…

«Не думал, что полукровки такие же ловкие, как и эльфы! Ну, ничего! Не с такими справлялся!» – зло ощерился зверь, ухмыляясь тёмным мыслям.

***

«Так быстрее ещё чуть-чуть! Уже достаточно далеко. Он скоро поймёт, что я не она! Как только приблизится…»

***

Огромный чёрный ягуар одним прыжком сбил беглянку. Однако девушка быстро увернулась и выставила перед собой невидимый щит. Больше ягуар приблизиться к жертве не мог. Зверь смотрел на девушку светящимися жёлтыми глазами. Казалось, что пламя ярости вот-вот вырвется наружу. Мышцы хищника напряглись. Он приготовился нападать. Глубокий вдох. Смятение зверя. Ягуар поднялся на задние лапы и стал меняться…

Да, цикл ещё не наступил, поэтому сейчас Глэрион мог перекидываться по желанию. Обычно у тёмных эльфов подобное желание появлялось редко. Достаточно тех шести месяцев, когда они обречены существовать в шкуре зверя. Сейчас же особый случай!

Трансформация оборвалась на середине. Перед беглянкой стояло полуразумное существо. Верхняя часть тела принадлежала Глэриону-эльфу, нижняя – чёрному ягуару. В любой другой ситуации девушка разразились бы задорным заливистым смехом и дала бы своё название увиденному существу, но сегодня было не до шуток.

На кону жизни людей, дорогих людей, почти родных!

– Ты! – зло зарычал Глэрион. Превращение позволяло говорить.

– Я!– бойко ответила девушка.

– Где Эвелин? – еле сдерживал себя эльф.

– Ага! Так я тебе и сказала!

– Я убью тебя, светлая с-с-с…

– Не убьёшь! Уши слишком остры**! Разве не знал, что чернокнижие ослабляет первородную силу?! Ты уже не тот, что был! Даже не надейся меня победить!

– Да что ты говоришь?! – издевательски передразнил Глэрион, пародируя интонации. – Откуда только взялась здесь?

– По твоей милости я и взялась! Забыл, что сам сотворил две сотни лет назад? Напомнить? Ах да! Чернокнижие и память видно отшибает… Наверняка, ещё и стареть начинают. Неспроста же все чернокнижники сморчки бородавчатые. Кстати, Глэр, мне кажется или у тебя седой волосок появился на хвосте?

– Где? – тёмный машинально повернулся посмотреть на хвост.

Девушка засмеялась, словно колокольчик зазвенел в ночном лесу.

– Ой! Это снег прилепился! Прости, ошиблась! Но вот бородавка точно на носу намечается…

– Поиграть со мной захотела? Уже обе твои подружки доигрались! Тоже хочешь?

– Я тебя не боюсь! Ты прекрасно знаешь это! Со мной не справишься!

– Да-а-а, – протянул Глэрион. – Савири тоже так думала…

– Не смей произносить её имя! – строго пригрозила.

– Са-ви-ри-эль! – смакуя, произнёс тёмный. – Ммм… – нарочно изобразил блаженство на лице.

Девушку забила дрожь.

– Эвелин здесь нет! Уходи!

– Где она?

– Я не знаю. Спроси у Айрис. Это она с тобой играет, не я. Я лишь иду своей дорогой!

– И куда же она тебя ведёт?

– Дорога всегда ведёт домой.

Брезгливо фыркнул. Что для него дом? Единственное, что пришло в голову – одно место, где он впервые открыл глаза, увидел тёмное звёздное небо и осознал своё бытиё. Да, это было не одну тысячу лет назад. Но именно там Глэрион хотел бы оказаться больше всего, именно это место можно было бы назвать домом. Там он чувствовал себя чистым, сильным, ценным. Сердце больно сжалось в груди. Путь туда закрыт.

– Айрис пожалеет, что затеяла со мной игру. И очень скоро! Если уже не пожалела…

___________________________________

*   Примечание: к пантерам относятся львы, тигры, леопарды, ягуары, ирбисы. В народе пантерами называют чёрных особей леопардов и ягуаров. Белок меланин отвечает за окрас шерсти. Дэрион был чёрным леопардом. Глэрион – чёрным ягуаром.

**  Примечание автора: Первородные эльфы были намного сильнее чистокровных эльфов. Уши первородных не сильно отличались от человеческих, крупные и лишь слегка заостренные. Уши же чистокровных эльфов были острее, но и магической силы чистокровные имели меньше, чем в первородные эльфы, поэтому среди божественного народа ходило выражение «уши слишком остры», когда говорили про кого-то, кто не в состоянии что-либо сделать.