Глава 20. Путь на север

Натан, не зная усталости, шёл вперёд и тянул за собой на поводке ослика. Эвелин дремала в санках. Ночь выдалась звёздная, несильный морозец пощипывал щёчки. Снег хрустел. Сугробы поблёскивали под светом звёзд и Луны. Какая же всё-таки красавица зима! Укрыла богатым одеялом всю землю, посеребрила деревья, набросила алмазную шаль на ели и сосны. Лес приоделся в великолепное убранство и ожидал чуда, словно вот-вот случится волшебство. Эвелин любила зиму, обожала снег. Холод и пурга не страшили её. Наоборот, в снежном буране ощущалась тайна, которую девушке всегда хотелось разгадать. Здесь в лесу, на севере страны, холоднее, чем в Эрмуте. Эвелин расслышала голос Натана:

– Няфка, Няфка! – княжна открыла глаза.

Детина усердно жестикулировал и указывал рукой куда-то в сторону гор.

– Что случилось? – спросила Эвелин.

– Няфка, Няфка, – продолжал махать руками Натан.

– Очень понятно, – буркнула княжна и слезла с санок. – Всё, дальше я сама! Забирай санки!

– Няфка, Няфка! – вытаращился парень. Руками изображал крест, что означало: «Дальше идти нельзя. Опасность!»

– Натан, я понимаю, что в Высоких горах полно хищников и разного рода неприятностей, но мне нужно скорее добраться до них. За мной следует ещё большая опасность. Если ты боишься, что ж, спасибо тебе. Возвращайся домой. Дальше я пойду одна, – Эвелин стала отвязывать ослика.

– Няфка, Няфка, – тихо сказал детина, сбросив руки девушки с животного. – Няфка! – указал ей на сани.

– Я пройдусь, а то замёрзну, – улыбнулась Эвелин.

В ответ Натан довольно расплылся с детской непосредственностью, обнажив ровные белые зубы. Он сделался милым и симпатичным. Особенно украшали парня ямочки на щеках.

Эвелин зашагала рядом с Натаном. Шли молча. А о чём же говорить? Кроме слова «няфка», парень ничего не произносил. Эвелин всё же попробовала:

– Натан, ты же мою речь понимаешь?

– Няфка, – довольно кивнул он.

– Хорошо. Скажи, а волки в лесу водятся? – это первое, что пришло девушке в голову.

– Няфка? – приподнял бровь парень.

– Волки! У-у-у-у-у-у-у-у, – изобразила княжна.

– Няфка… – зашипел Натан, закрывая широкой ладонью рот Эвелин. – Ня-ф-ф-к-а.

– Угу, – кивнула девушка. – Поняла, водятся. Веду себя тихо, – Натан отпустил. Но тут же насторожился.

– Что?

– Няфка, – приложил палец к губам. – Няфка, – голос Натана звучал настороженно. Он озирался и схватился за топор, висевший у парня на поясе.

Посмотрев на Натана, Эвелин достала свой кинжал, который ей подарили братья. Меча так и не дождалась.

– Няфка, – всучил ослика Эвелин и движением руки показал, чтобы шла вперёд.

Девушка послушалась. Парень осторожно следовал за ней. За кустами блеснули жёлтые светящиеся глаза.

– Няфка! – крикнул. Чудесным образом у Натана в руке оказалась горящая, словно факел, палка. Он бросил палку Эвелин. Сразу же подхватил другую с земли и одним лёгким движением ладони зажёг.

– Ух ты! – выдохнула Эвелин.

Однако сейчас было не до вопросов. Стая голодных волков окружала путников. Ослик дрожал и жался к Эвелин. Увидев огонь, волки остановились, но разбегаться не спешили.

– Няфка! – крикнул Натан и указал Эвелин на ель.

– А ты? А как же ослик?

– Няфка! – рявкнул парень.

Княжна положила горящую палку наземь перед осликом и быстро забралась на ель. Лазить по заборам, крышам и деревьям княжна умела с детства. А во что ещё играть девочке в компании трёх братьев?!

С ели Эвелин наблюдала за происходящим. Натан времени тоже не терял. Дерево, под которым жался испуганный ослик и стоял сам Натан, кольцом охватил огонь. Эвелин не поняла, как так получилось, откуда исходил огонь. С высоты, так вообще, казалось, про просто горел снег.

Близко к пламени волки не подходили, лишь озлобленно поглядывали на путников внутри огненного кольца. Всё ждали, когда же пламя угаснет. Но пламя продолжало полыхать.

К рассвету звери потеряли всякий интерес к странноватым людям, оборонявшимся от хищников огненной стеной. Бросив последний голодный взгляд на Натана, ослика и ель, волки потрусили восвояси в предрассветном полумраке.

Когда звери исчезли, парень устало привалился к ели.

– Натан, ты как? – княжна спустилась с дерева.

– Няфка, – довольно бормотал и прикрыл веки.

Эвелин вытащила из саней одеяло, накинула на своего героя, и сама подлезла под плечо парня. Натан приоткрыл один глаз, оценил жест и довольно улыбнулся, привлекая девушку к себе. Ослик в особом приглашении не нуждался. Устроился по другую сторону от парня. Так путешественники вздремнули несколько часов. А когда небо посветлело, снова двинулись в путь.

Днём им предстояло перебраться через замёрзший Нод на другой берег. К ночи они планировали дойти гор, и там расстаться.

В пути Натан подстрелил нескольких зайцев. Сделали привал, чтобы приготовить похлёбку и подкрепиться. Говорить парень не умел, зато готовил… То ли Эвелин так проголодалась, то ли Натан оказался искусным поваром, но так вкусно княжна ещё не ела в своей жизни.

К вечеру путники благополучно добрались до гор. Натан обеспокоенно оглядывался весь остаток дороги после привала и бубнил. Эвелин списала это на скорое расставание. Горы были совсем рядом, просто из-за частых деревьев не разглядеть. Лес постепенно переходил на склоны Высоких гор. Солнце ещё не село, а путники добрались до кромки. Деревья значительно поредели и стали меньше и слабее. Снега на склонах было мало. Его выдувало ветром. Он лежал лишь высоко, ближе к вершинам. Каменистая дорожка извивалась змейкой и терялась в ущелье. Эвелин поняла, что ей предстоит идти по этой горной тропинке, но уже одной.

– Няфка! – парень указал на извилистую дорожку.

– Спасибо тебе, Натан, за всё! Нам пора прощаться. Дальше идти со мной не прошу!

– Няфка! – грустно ответил детина. Своего расстройства не скрывал.

Чего уж таиться, понравилась ему Эвелин. Никто ещё из девчонок его ни разу не звал героем. Никто не смотрел с восхищением так, как она, без малейшего намёка на жалость или сочувствие. Да, Натан не умел говорить, но всё понимал. И сердце у парня доброе, только родился неудачно, травма, поэтому и говорить, кроме собственного имени, ничего не мог. Кем были его родители, никто не знал. Никто не ведал, как появился этот детина в деревне, но растили его всем селом, будто родного. Натан был сильным, и имелась у него одна особенность. Он умел зажигать огонь из ничего. В деревне все знали о способности парня и ценили за это. Охотники всегда брали Натана с собой. Все хищники боятся огня.

– Няфка! Няфка! – внезапно затараторил Натан, схватил дорожный мешок, отвязал ослика и шлёпнул того по боку. Животное опрометью бросилось в сторону с диким воплем.

– Няфка! – парень схватил Эвелин, закинул себе на плечо и побежал по дорожке в гору.

– Натан, отпусти меня! Что случилось?

– Няфка, – последовал ответ, и парень ускорился.

Эвелин всмотрелась вдаль. Где-то ещё в лесу между редкими деревьями мелькнула чёрная точка. Быстро выскочила из перелеска и понеслась по склону вверх, ловко перескакивая с одного выступа на другой. Девушка оцепенела от страха.

– Кто это, Натан?

– Няфка!

Эвелин ожидала преследования. Но считала, что будут люди, наёмники или стражники лорда эль Линаркс. Точка же больше походила на зверя.

– Няфка, Няфка! – парень задыхался. Он пробежал приличное расстояние. – Няфка! – спустил Эвелин с плеч и крикнул: – Няфка! – показал, чтобы бежала, не оглядываясь.

– Натан, а ты?

– Няфка! – прикрикнул парень и посмотрел угрожающе.

Эвелин побежала вперёд. На дорожке перед Натаном вспыхнул огонь.

Огня страшатся обычные дикие звери. Чёрный ягуар, стремительно преследовавший путников, не был обычным. Огонь для него не помеха. Да, на время задержал хищника, но не напугал.

Встретив пламя на пути, зверь остановился. Оскалился, словно растянулся в зловещей улыбке. Секунда и от высоченного пламени остались лишь крохотные язычки. Зверь лёгким прыжком преодолел преграду.

Что оставалось Натану? Только взяться за топор.

Эвелин оглянулась на повороте. Зверь смотрел сквозь Натана прямо на неё. Она узнала эти глаза. Эти жёлтые глаза, которые сначала привлекали и казались похожими на янтарь, теперь же пугали, ужасали, обезоруживали. Эвелин задыхалась, но не останавливалась, а только ускорилась.

«Как долго мне ещё бежать?! Где граница земель? Мама сказала, он не посмеет переступить!»

Погода в горах резко изменилась. Быстро стемнело. Подул сильный ветер. Началась вьюга. Снег залеплял глаза. Эвелин бежала и бежала. Вдруг услышала страшный человеческий крик, пронзающий тьму, а следом душераздирающий рык зверя. Крик человека оборвался, сменился бульканьем… И снова рык ягуара, победоносно оглашающий горы.

– Натан! – сквозь слёзы прошептала Эвелин.

«Я должна спастись! Должна! Чтобы Натан погиб не напрасно! Может, мне и не убежать в горах от него! Но я буду бороться до последнего!»

Девушка продолжала бежать, не разбирая дороги. Ей уже казалось, что зверь вот-вот набросится на неё сзади.

Более или менее приличная каменистая тропинка закончилась. Впереди только камни и уступы. Эвелин карабкалась, скользила, цеплялась, подтягивалась. Назад не оглядывалась. Боялась. Смотрела только вперёд. Сквозь метель ей даже один раз почудилось, что она видит силуэт дымчатого зверя на вершине плоского уступа. Силуэт сливался со снегом. Девушка поморгала, скала оказалась пустой.

«Наверное, это моё воображение!» – подумала.

Злобный рык неподалёку вернул Эвелин в реальность. Княжна оглянулась. Ягуар смотрел на неё снизу. Девушка висела на скале не в силах подтянуться. Хищнику же ничего не стоило за один прыжок оказаться на той самой скале. Однако ягуар не спешил. Смаковал свою жертву, бьющуюся от страха в тщетных попытках спастись. Слегка рыкнул, будто говорил: «Не дури, спускайся! Ты всё равно моя!»

Эвелин подняла глаза и произнесла:

– Аламир! Помоги, если можешь! – сразу почувствовала прилив сил. Быстро подтянулась и услышала скрежет. Сверху сорвался камень. Девушка едва успела прижаться к скале. Валун летел прямиком на ягуара. Зверь отпрыгнул в сторону и злобно фыркнул.

Заминка позволила Эвелин углубиться в ущелье. Вьюга разыгралась сильнее. Следы заметало мгновенно. Даже такой хищник, как Глэрион, уже с трудом видел и чуял след жертвы. Эвелин брела из последних сил, взбираясь всё выше и выше. Снова появилась дорожка и запетляла серпантином, но бежать было трудно. Ноги увязали в снегу. Эвелин почувствовала, что преследование прекратилось, словно заснеженная тропинка была неким Рубиконом. Страх исчез сам собой. Однако силы быстро оставляли девушку. Пробираться сквозь пургу в горах, то ещё испытание!

Эвелин брела, еле переставляя ноги. Тропинка повернула и повела вниз.

«Я по ту сторону гор!» – с облегчением подумала.

Эвелин сделала несколько шагов и рухнула в снег. Идти дальше не могла.

«Сейчас меня завалит снегом. Будет снежный курган, а внутри – холодная княжна Эвелин Глэдис!» – последняя мысль перед тем, как сознание покинуло девушку.

***

Эвелин снился странный сон. Кто-то роет снег над её головой. Она лежит в сугробе, но ей ни капли не холодно. Вот её лица касается что-то приятно шершавое. Это шершавое фыркает, чья-то огромная тень нависает над ней. Щекочет лицо. Будто зверь обнюхивает находку.

На задворках сознания Эвелин проносится кричащая отчаянием мысль: «Он всё-таки меня нашёл!»

Сон продолжался. Кто-то копает, нюхает, фыркает в лицо, щекочет мягкой шерстью.

Потом Эвелин легко извлекают из снега. Тело девушки наполняется лёгкостью, и она плывёт в воздухе. 

Вы когда-нибудь летали во сне? Это удивительно. Управляешь полётом при помощи силы мысли. Как говорится: куда хочу – туда лечу.

Вот и с Эвелин происходило примерно то же. Никто больше не щекотал её. Ей казалось, что в полёте она соприкасается с чем-то тёплым, гладким, с глухим, но активным стуком.