Глава 27. Луиниль

– Леди Эвелин, сегодня канун Луиниля, – заговорил за завтраком Саварион, пока по воздуху летали тарелки.

– Да. С наступающим праздником Вас, лорд Рион,– нейтрально ответила Эвелин, всем видом демонстрируя безразличие как к празднику, так и к хозяину замка.

Саварион следил не только за выражением лица гостьи, но и за ходом мыслей. Эльфу нравилось злить Эвелин, дразнить, словно маленькую. Лорду удавалось это с лёгкостью, ведь он знал, о чём думала княжна.

Расстраивало владыку лишь одно – Эвелин не симпатизировала ему ни капли. Сам не понимал, зачем искал в голове девушки хоть малейший намёк на чувства. Но ничего, кроме чрезмерного любопытства и злости, лорд там и не находил. Это нервировало. Почему? Саварион и сам не понимал. Себе объяснял он просто, что ждёт благодарности…

Но дело в том, что благодарила Эвелин эльфа постоянно, только вот лорд эль Линаркс ждал большего…

Саварион завидовал сам себе. Вернее, своей второй звериной сущности. Кто бы мог подумать? Эвелин так трепетно относилась к зверю, так восхищалась! Вот уж чего никогда не ожидал Саварион, так это восхищения тем, что он считал уродством и проклятием. Кто бы подумал, что смазливое эльфийское личико ничто, по сравнению с усами, клыками, когтистыми лапами и длинным пушистым хвостом!

– Спасибо. И вас, леди Эвелин, с наступающим праздником! – едва ли то, что изобразил Саварион на лице, можно принять за улыбку. – По этому случаю я хотел бы пригласить вас на праздничный ужин.

Эвелин собиралась приступить к завтраку, да так и застыла со столовым прибором в руке.

– То есть…

– То есть будет бал, как и положено в Луиниль, – закончил мысль Саварион.

Эвелин отложила столовый прибор.

– Всегда считала, что эльфы иначе отмечают Луиниль, нежели люди, – заметила княжна.

– Смотря какие эльфы… – задумчиво произнёс.

– Мама рассказывала… – Эвелин хотела напомнить истинное значение праздника, но лорд перебил:

– Моя мама тоже встречала Луиниль по-другому… Она именно в Луиниль встретила отца, – ровно говорил эльф, сохраняя маску безразличия на лице.

Эвелин вслушивалась в каждое слово.

«Неужели он что-то сообщит о себе!» – подумала.

У лорда лукаво пожелтели глаза.

– А в следующий Луиниль родился я, и тех пор устраивался праздничный ужин и бал в этом замке. А с тщедушными страдающими от любви эльфами по кустам в луинильскую ночь никогда я не прятался с намерением первым попасться навстречу возлюбленной.

– Так значит у вас сегодня день рождения? – по-детски обрадовалась княжна.

– Да.

– О! Но… – Эвелин запнулась.

«А у меня даже подарка нет! Не мог раньше сказать!» – княжна виновато закусила губу.

– О подарке не беспокойтесь, – не удержался Саварион и выдал себя.

– Вы залезли ко мне в голову? – возмутилась Эвелин.

– Когда злитесь, такой воинственной становитесь, даже хочется вам меч вручить, – подразнил Саварион.

– Вы… вы проникли ко мне в мысли! Вы бессовестно слушайте их!

– Да, причём с самого начала. С первого момента вашего здесь появления я нагло и бессовестно залез к вам в голову и читаю там всё, что мне заблагорассудится, – впервые Саварион довольно расплылся в улыбке.

Реакция Эвелин забавляла лорда. Девушка покраснела до ушей, А они у неё были человеческими, чем очень привлекали взгляд эльфа.

Эвелин задыхалась от возмущения. Саварион веселился. Через мгновение княжна овладела собой. Гордо вздёрнула подбородок и поднялась с места:

– Извините, милорд! С днём рождения! – поклонилась и вышла из-за стола.

– Леди, куда же вы? А завтрак?

– Я не голодна, – Эвелин ускорила шаг.

– Вечером я за вами зайду! – сказал Саварион.

Княжна что-то прошептал себе под нос, но эльф не разобрал. Настроение у Савариона улучшилось. Однако ненадолго. Стоило только княжне покинуть столовую, лорд сразу ощутил пустоту внутри.

«Эвелин! Эвелин! Что же ты такое? Ведь ты не так проста?» – размышлял Саварион. Завтракать в одиночестве он не стал, а распорядился, чтобы княжне отнесли еду в комнату, сам так и ушёл, ничего не вкусив.

Саварион поджидал Эвелин на улице, обернувшись в барса, но девушка не вышла. «Зачем я только признался в этом! Надо было придумать какую-нибудь отговорку!» – занимался самоедством Владыка севера.

***

Эвелин же весь день трудилась над подарком для лорда. Мастерила браслет. Это самое простое и лёгкое для неё занятие. С рукоделием Эвелин не очень-то дружила. Княжна с усердием старалась и выводила узлами белую снежинку на синем фоне. Ми и Ли принесли для Эвелин много разных ниток, но княжна выбрала только синий и белый.

Она видела из окна, как метался по двору барс. Девушка хотелось спуститься к любимому другу, но не могла же она оставить лорда Риона без подарка в день рождения. Пусть маленький, но подарок.

«Нет, надо же было такому наглецу в Луиниль родиться!» – думала Эвелин, продолжая плести. «Может, мой браслет господина эльфа добрее сделает!» Княжна посмотрела в окно. Сава озирался в поисках подружки.

«Из-за этого белобрысого вредного эльфа приходится жертвовать встречей с другом!»

***

Вечер наступил быстро. Весь день Эвелин провела за рукоделием. Но браслет готов! Кривоватый, но снежинки укладывались, и девушку это радовало. Служанки принесли княжне необыкновенный наряд. Хотя в Чёрном замке обычных платьев не водилось, но то, что сейчас лежало на кровати перед Эвелин, не сравнимо ни с одним нарядом. Казалось, что платье сшито из звёзд и снежинок. Такой ткани Эвелин не встречала.

– Из чего изготовлено это платье? – спросила княжна.

– О, это тонкая эльфийская работа. Секрет эльфы не раскрывают, – ответила Ли.

– Откуда эта красота? Неужели лорд Рион за платьем в Аламраим наведывался?

– Нет, госпожа. Хозяин не появляется в Аламраиме. Все ваши наряды – это…

– Это?

– Это туалеты леди Савири, матери нашего хозяина. Он выносит их нам из Чёрной башни, что находится в левом крыле. Сами мы там не бываем. Нам нельзя. Да и желания особого нет!

– То есть лорд каждый день сам выбирает для меня платье матери? – уточнила Эвелин.

– Да.

– А этот наряд…

– В этом наряде Савири впервые появилась в замке с лордом Дэри в луинильскую ночь.

– Понятно.

Эвелин ощутила себя частью чего-то сакрального для лорда Риона. Внезапно княжне стало жаль владыку Севера, ведь эльф такой одинокий и… возможно, грубое поведение – просто мальчишеская реакция на милую девочку, засевшую в ледяном гордом сердце?

***

Настойчивый стук в дверь испугал Эвелин.

– Кто там?

– Это я.

– Входите! – княжна спрятала руку с плетёным браслетом за спину.

Служанки причесали Эвелин на эльфийский манер и предложили надеть на лоб обруч из белого золота, усыпанный самоцветами. Сейчас княжна почти не отличалась от настоящей эльфийки, разве только ушки маловаты и аура бледнее.

Саварион решительно распахнул дверь и застыл. Повелитель Севера надел серебристый праздничный мундир, расшитый золотыми нитями, трико в тон, высокие белые сапоги из тончайшей кожи. Длинные белокурые волосы зачёсаны назад и заплетены в тонкую косичку, остальная часть волос водопадом спадала на плечи и ниже. Лицо Савариона приобрело загадочное выражение. Он смотрел на Эвелин так, будто видел её впервые.

Молчание затянулось. Никто так и не решался нарушить повисшую тишину.

Неловкую ситуацию спасли Ми и Ли. Девушки уже успели сделаться невидимыми, дабы не раздражать понапрасну хозяина, но они случайно задели серебряный подсвечник, когда пятились к выходу (домовички тоже с любопытством наблюдали реакцию лорда на Эвелин). Подсвечник подпрыгнул и звонко ударился о пол.

Саварион вздрогнул, тряхнул головой и снова исподлобья взглянул на княжну. Эвелин опустила взгляд и закусила нижнюю губу, чтобы не улыбнуться. В том, что она поразила эльфа, княжна не сомневалась.

Лорд громко прочистил горло, давая понять домовичкам, чтобы выметались вон из покоев да поскорее. Подсвечник взлетел на место, шлёпанье маленьких ножек быстро прекратилось. Эльф прикрыл дверь и подошёл к Эвелин.

– Вы великолепны, леди, – он взял запястье девушки и прикоснулся губами.

– Спасибо. Вы тоже шикарно выглядите!

Саварион оторвался от тонкой ручки и впервые взглянул на Эвелин так, как не смотрел никогда ни на кого раньше.

«Она потрясающе красива!» – думал он. «Нет, она не Айрис! Айрис идеальна! Эвелин не лишена внешних недостатков! Взять хотя бы цвет волос – совсем не эльфийский, больше напоминает жёлтый, а не белый. А ушки! Они такие маленькие хотя и слегка заострённые, но это не то! Любой эльф посмеялся бы над такими ушами, а мне они почему-то нравятся!» – Саварион заправил прядку волос Эвелин за ушко. Хороший повод, чтобы прикоснуться и рассмотреть лучше.

Княжна ощутила мурашки.

– Я хотел извиниться, – тихо и как-то хрипловато вышло у Савариона.

Девушка подняла глаза.

– Утром я вёл себя отвратительно. Мне не все мысли ваши доступны. Но кое-что я вижу, например, воспоминания или откровенные сиюминутные незащищённые мысли. Но есть и недоступные для меня. Вот, например, сейчас, я ничего не слышу.

Эвелин только улыбнулась и не стала развивать тему:

– У меня для вас всё же есть подарок!

– Подарок?

– Да. У вас же день рождения! Без подарка нельзя! Но поскольку времени у меня было мало, ваш подарок вышел немного кривым.

– Кривым? – улыбнулся Саварион.

Эльфа забавляло происходящее, и раздирало любопытство.

– Да. Вот! Я сама сделала! Надеюсь, вам понравится! Я та ещё рукодельница… – Эвелин протянула синюю полоску из узлов.

– Что это?

– Это? Вообще-то, я плела браслет на руку. Непохож? – расстроилась княжна.

– Похож! – Саварион подал запястье.

Эвелин закрепила плетённый из узелков браслет. Тот получился великоват. У Савариона рука оказалось тоньше, чем Эвелин предполагала.

– Ой, велик! Просчиталась. У моих братьев кость в этом месте шире…

– Нет… нет. Всё прекрасно! Я люблю, когда свободно. Ладонь не позволит ему свалиться. Замечательный подарок! Спасибо!

– Вам правда нравится?

– Да, конечно. Мне никто ещё рукотворных браслетов не дарил! – засмеялся Саварион.

«Красивый, когда смеётся!» – подумала Эвелин и мысленно дала себе оплеуху, потому что лорд-эльф перестал смеяться и сейчас смотрел поблескивающим взглядом на Эвелин.

– Ужин ждёт! Идёмте! – предложил локоть княжне лорд.

***

Столовую украшали свечи и блестящая мишура, вырезанные снежинки. Всё сияло и переливалось серебристым светом.

Лорд галантно ухаживал за дамой. Ужин получился романтичным. Стол ломился от яств. Запечённая птица с овощами, салаты, студни всех видов, пироги и ореховые нюуд (мусс). В столовой царил хаос запахов, вызывающих аппетит, начиная с чеснока и заканчивая ванилью.

Когда дело дошло до десерта, вдруг заиграла тихая, приятная музыка. Эвелин мелодия показалась смутно знакомой.

– Кто это играет?

– Музыканты!

– Откуда они взялись?

– О! В этом замке много кто живёт. Есть и художники, и артисты…

– Домовики?

– Они самые! Вы же посещаете их спектакли!

– А вы откуда знаете? Про меня и про спектакли вообще?

– Я много чего знаю. Я хозяин этого замка! Всё знаю! Потанцуем?

Саварион повёл Эвелин в просторный зал для танцев. Там музыка играла громче.

Лорд закружил княжну сначала в вальсе, который плавно перетёк в менуэт.

– Вы прекрасно танцуете, леди!

– Спасибо. Я действительно танцую лучше, чем плету браслеты.

– Ваш браслет симпатичный. Правда! – Саварион вытянул из-под рукава плетёную полоску.

– Скоро полночь! – заметила Эвелин.

– Не хотите подышать на балконе?

– Хочу!

Саварион взял Эвелин за руку и увлёк за собой.

 Княжна вышла в струящемся звёздно-снежном платье на мороз. Холода не чувствовала. Сейчас её согревал Саварион своей магией. Как полукровка Эвелин меньше ощущала холод, голод, чем люди. Она невосприимчива к болезням, но магии эльфийской в чистом виде в девушке не было.

– Утром вы сказали, что никогда не прятались в кустах в луинильскую ночь… – начала Эвелин. – Что это значит?

– Это значит, что я никогда никому не навязывался, – кратко ответил Саварион.

– Не совсем понятно…

– Смотрите, – отвлёк княжну лорд, – на небе зажглась новая звезда!

– Где?

– На востоке, вон там, смотрите!

– Да, точно! – восторженно поддержала Эвелин и стала разглядывать яркое небесное тело.

 Девушка так увлеклась, что не заметила, как внимательно рассматривал её Владыка Севера. Эвелин резко повернулась, собиралась что-то сказать про вновь родившуюся звезду, но совершенно забыла обо всём на свете, потому что лицо эльфа оказалось слишком близко к ней, его чётко очерченные губы привлекали взгляд девушки. Княжна уставилась на эти тонкие мужские губы, мысль ураганом закружились в голове.

– Ночь Луиниля волшебная, – тихо молвила Эвелин, чуть подавшись навстречу к красивым губам. – Вам повезло родиться в Луиниль.

– Я как раз и родился в полночь, – прошептал Саварион, заключая девушку в объятия. – Вам не холодно?

– С днём рождения, лорд Рион, – Эвелин проигнорировала бессмысленный вопрос. – У нас в Ноделе именинников принято целовать в щёчку.

– Так в чём же дело, леди?

Княжна потянулась к щеке лорда, но он опередил её. Накрыл рот губами и замер с девушкой в руках. Княжну поглотила волна нежности. Мысли поскакали ещё быстрее. Поцелуй длился всего лишь несколько минут, а что только не пронеслось в голове девушки. Да и не поцелуй это был лишь мимолётное прикосновение губ…

Эвелин почувствовала, как Саварион зарычал и отстранился. Он не смотрел ей в глаза. Не сказав ни слова, повёл с балкона в замок, через бальный зал прямо по лестнице.

– Я провожу вас до вашей комнаты. Уже поздно. Нужно отдыхать, – сухие слова.

«Как резко он изменился! Только что сам поцеловал меня! Что с ним такое?»

– Лорд, вам не понравилось… – Эвелин замялась.

Она хотела сказать: «Вам не понравилось целовать меня?», но посчитала, что слово «целовать» не совсем уместно.

– Нет. Поздно, – отрезал Саварион.

Он оставил ошарашенную Эвелин у комнаты и исчез. Сердце девушки больно ныло. Это был её первый поцелуй! Пусть мало походил на поцелуй, но всё же другого слова не подобрать!

«И даже если лорду было так противно, хоть бы соврал! Зачем он вообще начал всё это?!» – с горечью рассуждала княжна. «Почему мне так больно и обидно? Неужели я влюбилась?» – Эвелин резко отворила дверь и влетела в комнату.

«Почему я такая дура! Стоит только эльфу улыбнуться мне и несколько часов не говорить гадости, я уже верю ему, верю в то, что он самый добрый и лучший на свете! А на самом деле…»

– А на самом деле ты ему не нужна! – Эвелин услышала смутно знакомый мужской голос в комнате.

– Кто здесь? – испуганно спросила она.

Ответа не последовало. Эвелин зажгла больше свечей. Ей показалось, что тень мелькнула в уборную.

– Кто здесь? – громче спросила.

– Он не любит тебя, и никогда не полюбит. Разве ты не знаешь, что эльфы любят лишь раз в жизни? 

– Кто, кто со мной говорит? – Эвелин осторожно направилась к уборной.

Никого нигде не было бы!

– Хочешь узнать о нём правду? Приходи в левое крыло. Я расскажу всю правду о нём. Открою тебе, кого любит лорд на самом деле. Ты для него игрушка.

– Кто ты?

– Тот, кто скажет тебе правду, тот, кто будет по-настоящему любить тебя…

Эвелин осторожно выглянула из комнаты в коридор. Никого не видно. Княжна направилась к лестнице и вниз, свернула к левому крылу. Дверь, которая всегда была заперта, вдруг поддалась. Эвелин вошла внутрь. Разглядеть ничего не успела, девушку поглотил тёмный дым…