8

**

— Как… празднично, — пробормотала Не Зовут.

— Ага, — хохотнул тануки, отпивая из чаши, — они быстро убрали трупы, молодцы.

Толпа веселилась, угощаясь бесплатной едой и выпивкой. Атмосфера казалась весьма праздничной: любой, кто пришёл бы сюда со стороны, явно решил бы, что он попал в самый счастливый город на свете.

— Вообще забавно за этим наблюдать, когда оно прогрессирует так быстро, да? Обычно сценарий примерно тот же, но всё же больше растягивается во времени и пространстве.

— Если ты находишь забавным такие зрелища, — Не Зовут задумчиво рассматривала веселящуюся толпу. — Я ненавижу это, если хочешь знать.

Фестиваль был роскошен, конечно. Но ещё более радовала огромная, роскошно украшенная сцена со змеящейся поверху надписью “Хочешь очистить мир от тех, кто хочет лгать — вступай в отряд справедливости! Если ты хочешь всё изменить, иди за градоправителем Хо: он знает путь!”

— Я говорю: быстрее, чем обычно, — вздохнул Тануки, наблюдая за выстраивающейся к палатке очередью. — Чем бы ни был этот артефакт, это очень могущественная дрянь.

Не Зовут коротко кивнула и закинула в рот пару орешков.

— А вот и наш тёмный властелин, — отметила она, когда на балкон ратуши вышел высокий, чуть нескладный юноша, приветственно поднимая руки навстречу толпе.

Многие тут же пришли в неистовство.

— Градоправитель Хо! Мы любим тебя!

— Мы любим тебя!..

Тануки скривился.

— Вот всегда знал, что хорошее дело любовью не назовут.

— Я пойду, посмотрю на знаменитость поближе, — сказала Не Зовут, одним глотком приканчивая свою чашу. Она выглядела спокойной, но взгляд её был тяжёл. — Ты выпей пока ещё чашу, дорогой.

— Это я могу, — тануки улыбнулся, — но ты там осторожней, дорогая. Вон какая толпа, чтоб не затоптали ненароком.

— Конечно.

Тануки откинулся на стуле и наполнил свою чашу ещё раз.

Вот ведь, конечно, история… Угораздило же вляпаться. И удавалось же избегать таких ситуаций, много лет удавалось, и вот на тебе… Вздохнув, Рю прислушался к разговору культиваторов за соседним стогликом. Не то чтобы он рассчитывал услышать нечто новое, но всё же…

— ..Я слышал, что моя соседка закрылась в доме и не желает ни с кем разговаривать. Наверняка не хочет выболтать какие-то свои секреты!

— С этим надо бороться! Мы, люди которые очистились и открыли свои секреты миру, теперь свободны! Как можно построить справедливый мир, когда люди не честны друг с другом? Как мы можем верить тем, кто отказывается от дара честности?

— Именно затем я и вступил в Отряд Справедливости! Я обязан градоправителю Хо своей жизнью и честью, знаете ли! Знаете, что моя жена сказала мне за ужином? Что мой сын вовсе не мой!

— О, какой кошмар!

— Конечно, я убил и эту суку, и её ублюдка!

— ..Коллега, но разве это не немного экстремально?

— Это вопрос чести, и я буду смывать это пятно кровью! Я теперь не отпущу никого, кто уклоняется от правды! А что я делаю у себя дома, это моё и моё дело.

— Конечно, просто это… Разве не экстремально немного? Градоправитель Хо, конечно, спас меня тоже. Мой брат, оказывается, собирался меня убить. Представляете? и я очень благодарен, но…

— Какие могут быть “но”? Градоправитель жизнь тебе спас, а ты теперь недоволен?!

— Я не то чтобы недоволен, просто… Вы знаете, что почти вся стража арестована? Я хотел обсудить с господином Быком ситуацию с моим братом — надо ведь что-то делать, когда тебя убить хотят, да? — но там никого не было…

— На кой тебе какая-то стража? Они все были коррумпированы и в любом случае сидели там не ради идеи. То ли дело мы! Теперь мы, воины справедливости, будем заниматься такими делами! Вступай и ты тоже, это решит проблему с твоим братом! Все, кто становится под знамёна справедливости, становятся сильнее. Градоправитель Хо делится с нами своей силой!

— ..Не знаю. Это как-то… слишком экстремально для меня. Я не создан для такого…

— Эх ты! У тебя совсем нет хребта! Смотри, а то тебя примут за одного из этих ублюдков из Лисьих Шагов…

— А что с ними не так?

— Они забаррикадировались у себя в ордене и отказываются признавать новый порядок! Несут какую-то чушь о том, что никогда нечто подобное не примут, и правда со справедливостью им не упали. И не только они! Есть ещё несколько местечек, где собрались эти отщепенцы. С ними надо разобраться, пока они не разрушили наш великий справедливый мир!..

Тануки прикрыл глаза.

То есть, эта дрянь всё же влияет на всех по-разному; то есть, у людей всё же есть выбор. Какой-никакой, но есть.

Это хорошая новость. Так будет проще с ними драться и проливать кровь, когда время придёт — а уж в том, что они с “отрядом справедливости” столкнутся на кривой дорожке, тануки даже не сомневался. И да, больше всего он ненавидел сражаться с теми, у кого выбора действительно нет…

Эх, ну какая же дурацкая ситуация.

Вот как же он вовремя не сбежал, а?..

— Вон она! Держи её!

Даже не глянув, откуда доносятся крики, тануки уже был обуреваем мрачными предчувствиями. Потому он даже не особо удивился, когда увидел Не Зовут, что стремительной тенью неслась по крышам.

За ней, разумеется, следовала тёплая компания из желающих воссоединения личностей.

— Вот ведь, — вздохнул тануки, — почему этому старому самураю никто никогда не даёт спокойно выпить и полюбоваться отражением луны в пруду!

Мир по этому поводу не сказал ему ничего толкового, потому пришлось улыбнуться, оставить красивой подавальщице хорошие чаевые и завернуть за ближайший угол. Траекторию побега Не Зовут он уже прикинул, да и преследователи её издавали слишком много шума, чтобы их не заметить.

— Эти уж мне дилетанты, — пробормотал он. — Ладно, что уж…

Придержав шляпу, он смазанной тенью метнулся вперёд, сливаясь с ветром. Чутьё оборотня позволяло найти удобную дорогу, а в скорости он этих недоделков весьма превосходил, так что…

— Господа, — сказал он, возникая на крыше прямо на пути преследователей, — вам не кажется, что это всё стоит решить миром? Мы могли бы по этому поводу прекрасно вместе выпить. Если что, я угощаю!

— Ты кто такой? — гаркнул предводитель. У него была повязка на руке с изображением печати в виде какого-то странного дракона. Символ этих “борцов за справедливость”? Ну, очень может быть…

— Я? Я просто мимо проходил, рисовое вино попивал. Тут вижу, у вас такое веселье творится — почему бы и не присоединиться? Мне как раз не хватает компании…

— Игнорируйте его, — рявкнул предводитель и метнулся вперёд.

Ну это он зря, конечно.

Ради такой ерунды свой меч Тануки Рю, понятное дело, доставать не стал: много чести. Вместо этого его кулак, основательно усиленный духовной энергией, врезался в челюсть предводителя.

— Красиво летит, — сказал тануки Рю, потому что да — красиво полетел. — Господа, мы могли бы собраться вместе и написать по этому поводу стих!

Наёмники попались совсем нелитературные: заорав какую-то безвкусицу вроде а-а-а-а, они понеслись в атаку.

— Ну вот так всегда, — вздохнул тануки, — не хотите пить и писать стихи? Тогда остаётся только одно развлечение, доступное джентльменам. Давайте драться!

*

— Я бы сама смогла от них уйти, — сказал Не Зовут, выныривая из переулка неподалёку.

Тануки вздохнул.

— Конечно, но кто сказал, что я собираюсь отдать тебе всё веселье?.. Эх, рукав порвали. Ну что за люди?

Не Зовут хмыкнула и пошла с ним шаг в шаг.

— Ну хоть было плодотворно? — уточнил он.

— Вполне. Хотя можно ли трактовать новости как хорошие, большой вопрос.

— Ну что уж, какие есть, такие и наши. Всё лучше, чем блуждать во тьме… Так что там происходит-то?

— ..Я смогла добраться до мальчишки и даже перекинуться с ним парой слов. Проблемы начались, когда я попыталась порвать его связь с артефактом…

— Мы это не планировали, — эти уж ему молодые да горячие! А если бы её расплющило на месте? Или порвало на несколько маленьких дурочек?

— Ну, могло и повезти, — пожала плечами она. — Мальчик потенциально довольно сильный колдун, и он при этом сам в глубине души понимает, что что-то идёт не так. Но проклятая мерзость постоянно шепчет ему в ухо, и, поскольку он с ней переплетён напрямую, эффект неизбежно очень силён.

— Ты разобралась, что за артефакт?

— Да, это печать вроде тех, что изображены на повязках у отряда справедливости. Если я понимаю верно, раньше эта игрушка принадлежала покойному императору Золотых Дворцов.

— Ох ты ж нифига себе…

— О да.

— Но как она оказалась здесь, у этого дурного ребёнка?!

Не Зовут помедлила, а после отметила:

— Я не уверена, что то, что я скажу тебе сейчас, стоит знать всем членам нашей команды.

— Вступление уже радует, — Рю узнавал запах дерьма, когда чуял его, спасибо большое!

— Дальше будет лучше. С чего бы начать… Все мы знаем, что император Кан покинул этот мир и стал его небесным покровителем.

— Разумеется. Только не говори мне, что это он…

— О нет, что ты, такие вещи вовсе не в его духе. Его мать, с другой стороны… Она не приняла новости хорошо.

— О, — в глазах тануки промелькнуло понимание. — Так значит, император не по своей воле ушёл в иные миры. Ну, следовало ожидать…

— Это сложный вопрос, — прервала Не Зовут, — и важно сейчас не то, как всё было на самом деле, но то, как новость восприняла мать императора. И тут следует сказать, что восприняла она их плохо.

Тануки прищурился:

— И ты это знаешь, потому что…

— Я слышу вещи, там и тут, — безмятежно улыбнулась Не Зовут. — Ничего больше.

— Конечно… То есть ты подразумеваешь, что артефакт — месть богини за её сына?

— Да, всё так. Он не один-единственный, она уже преподнесла несколько похожих даров, и этому городу тоже так повезло. Честно говоря, тут всё ещё не так плохо по сравнению с прочими вариантами.

— То есть это у нас — не так плохо…

— Ну да, всё познаётся в сравнении.

— Отлично. Долетали до меня все эти шепотки о фамильном безумии Фаэн, но я не думал даже, что на своём веку воочию увижу доказательство.

Не Зовут хмыкнула.

— О великом доме Фаэн ходит множество слухов, — отметила она, — что магия течёт в их крови, что они однажды спасут этот мир, что приведут этот мир к гибели, что они безумны… И в чём-то каждый из этих тезисов правдив, если соввсем уж честно. Но я бы не сказала, что знаменитое безумие дома Фаэн — болезнь. Это скорее закономерное последствие очень углублённых занятий магией, крови магических существ, что течёт в их жилах, множества родовых проклятий и экстраординарных ментальных способностей. Многие Фаэн гениальны и могущественны — и многие скатываются в безумие, не выдерживая этого. Я вижу тут некоторую логику.

Тануки задумчиво кивнул:

— Что мы планируем сказать нашим?

— Всё, за исключением вовлечённости богини в это. Имя Фаэн не должно звучать.

— Интересно. А мне ты сказала, потому что?..

— Мне показалось, ты из тех, кто поймёт. На случай, если это знание вдруг станет критичным, или всё обернётся плохо, ты можешь сообщить о происходящем в Орден Паука.

— Угу. Но для начала хочу честный ответ. Мне кажется, ты довольно много знаешь о внутренних делах самого могущественного магического дома империи. Просветишь, как так получилось?

— Легко, — оскалилась Не Зовут, — вопреки устоям своего ордена, я вышла замуж за одного из Фаэн, чтобы полюбить другого. Тот другой, кстати, приказал меня убить и очень огорчится, если вдруг узнает, что я всё ещё жива.

Рю икнул.

— Это то, что они называют интересной биографией, — пробормотал он.

— А то, — хищная улыбка Не Зовут стала ещё шире, показав клычки. — Кстати, это мило!

— Что родственник твоего мужа, в которого ты влюблена, захотел тебя убить? — чтобы он ещё раз купился на чьё-то спокойное личико…

— Что ты говоришь про тех ребят в доме “наши”. Не ты ли читал тут лекцию на тему того, что ни к кому привязываться нельзя и дом нам подобным лучше не иметь? Не слишком ли быстро ты в таком случае стал домашним, господин тануки? Это мило до пушистости!

Ах ты ж сучка.

— Ну, не сверкай глазами. Догоняй! — и она понеслась над крышами, оставив тануки Рю тихо материться под нос.

Грёбаные адепты пути туриста. А его ведь предупреждали ни за что, никогда не связываться с этими долбанутыми!..