Глава 36

Облизав сухие, потрескавшиеся губы, седобородый старик, лежащий на жесткой скамье, открыл уже привыкшие к тусклому свету темницы глаза, и потянулся к стоящему неподалеку кувшину с солоноватой на вкус мутной жидкостью, которую солдаты приносили ему раз в два дня и именовали водой.

Сегодня ровно неделя с того дня, как двое стражей доставили его в столицу к Гамару Безухому, который дал ведьмаку семь дней, на то, чтобы тот поднабрался магических сил и призвал в замок иномирянку, иначе старика будет ждать неминуемая смерть.

С самого утра Марвин, а это был именно он, прокручивал в уме различные способы оттянуть наказание, так как до последнего надеялся, что девочка и ее помощники успеют закончить свою миссию.

Заклинание «Триады», помимо сосуда для короля, показало ведьмаку возможное будущее, но все было очень шатко и могло измениться в любой момент, реши он рассказать девочке о ее судьбе, потому оставалось только взывать к богине Амире…

Противный лязг засова заставил больное сердце старика пуститься в бешеную скачку.

На этот раз в гости пожаловал всего один солдат, лица которого за маской было не увидеть. Он вошел внутрь, и подсвечивая себе факелом, и огляделся по сторонам.

— Дело для тебя есть, грязный ведьмак, вставай, давай! Его величество требует твоего присутствия.

«Ну вот и пришел мой смертный час», — пронеслось в мыслях Марвина прежде, чем он медленно поднялся с жесткой лавки, — «Великая Амира, благослови своего верного слугу на лучшую жизнь в загробном мире!»

Как ни странно, направились они не в ту сторону, куда его вели в прошлый раз на аудиенцию к Черному королю, а в совершенно противоположную.

Из каждой камеры неслись протяжные стоны, слыша которые Марвин вздрагивал от жалости и страха. Уловив шаги снаружи, кто-то начинал стучать по железным дверям, умоляя выпустить его к семье и детям, а кто-то проклинал Черного короля, желая ему сдохнуть в канаве.

Солдата стенания заключенных оставляли равнодушным. Чеканя шаг, он вел перед собой седобородого старца, не отвлекаясь на шум, в точности исполняя отданный ему приказ.

Наконец, впереди показалась лестница, поднявшись по которой, они остановились перед открытой железной дверью. Темный эльф схватил Марвина за шкирку и, отодвинув себе за спину, вошел первым. Старик последовал за ним.

— Ваше величество, я привел ведьмака, как вы и приказывали.

Помещение было небольшим. Изнутри его освещало пламя от висящих на стенах факелов. Посередине стоял деревянный столб до самого потолка, к которому был привязан молодой парень.

Лицо его было разбито в кровь, длинные и когда-то белые волосы выбились из высокого хвоста свисая красными сосульками. Штаны и рубашка были разорваны, а видневшееся в прорезях тело покрывали синяки и кровавые следы от кнута, что держал в руке возвышавшийся позади него стражник.

Перед парнем стоял сам король и высокая красивая девушка с черными, как вороново крыло волосами.

— Каррэль, не будь дураком, зачем тебе эти каторжники? Расскажи брату, где они сейчас, и он тебя отпустит, — в ее голосе не было ни заботы, ни жалости. Лишь ровные, безжизненные тона, говорящие о хладнокровии его обладательницы.

Парень, слегка приподняв голову, сверкнул в ее сторону свирепым взглядом, и сплюнул на пол.

— Я и есть дурак, если не хуже. Думал, в знак нашей давней дружбы, спасти тебя от чудовища, которое ты братом кличешь. Рассказал про истинного короля, а ты стражу на меня натравила. Такая же тварь, как и вся твоя семейка. Я лучше умру, чем предам своих друзей, так и знайте.

- Ты и так умрешь, эльф, — раздался из-под железной маски замогильный голос Гамара, — но тайны твои мы все равно узнаем.

С этими словами он повернулся к Марвину, до которого уже дошло, с какой целью его сюда привели.

***

— Скай, сутки уже прошли, как эльф ушел, — тихо бросил сидящий у каменной стены Варлоки, в объятиях которого спала Милана, — поймали его, как пить дать. Уходить надо.

— Надо, — невесело согласился стоящий напротив оборотник.

Услышав его слова, сидящая рядом со мной Скилла громко всхлипнула и начала вытирать рукавом, бегущие по щекам слезы.

За прошедшее с нашего возвращения из трактира время ее глаза опухли и покраснели, уродуя прекрасное лицо, но остановится она была не в силах. Никто из нас даже не подозревал о возникших у нее чувствах к высокому светловолосому парню, что помогал и поддерживал ее весь путь из Кандугана, поэтому ее реакция на его уход была для всех неожиданностью.

Теперь она считала его предателем, а я не могла поверить в то, что все это время он шпионил за нами, выжидая своего часа. Мужчины, я думаю, тоже ждали, что Каррэль вернется и все объяснит, потому и тянули с уходом из пещеры.

Но ждать больше было нельзя.

Представитель ведьм, о приходе которого предупредила старая Мари, еще не показывался, да и как остальные виды отнесутся к нашему зову без выданных ими грамот, было непонятно.

На сборы ушло минут десять, и вот мы уже впятером медленно плелись друг за другом к выходу из пещеры, намереваясь сменить ее на другую, и разработать план действий, что был нам жизненно необходим.

Но не успели…

Солнце уже садилось за горизонт, освещая все вокруг кровавым светом, будто зная, что нас ожидает сегодня.

Стоя в шеренгу на выступе скалы мы обводили взглядом собравшееся вдалеке, у стен города войско, состоявшее из тысяч всадников в латных доспехах, лица которых закрывали внушающие ужас железные маски.