Глава 3

Первой остановкой стала Гильдия поваров. Знакомое серое здание встретило меня прохладой и запахом воска. Я толкнул дверь с табличкой «Регистрация и лицензии» и вошёл.

Чиновник, с которым я разговаривал в прошлый раз, услышав, как я вошёл, поднял голову. Завидев меня, он заметно побледнел, выпрямился на стуле и начал поправлять стопку бумаг дрожащими руками.

— Добрый день, я за лицензией, — произнёс я, подходя к столу. — Надеюсь, она уже готова?

— Ещё и трёх дней не прошло, но я сейчас проверю, — чиновник засуетился, зарываясь в ящик по самые брови. — Ваше заявление… О, неожиданно! Всё готово. Заплатите, и я вам его отдам.

Я отсчитал монеты и бросил на стол. Монеты звякнули, и чиновник вздрогнул, будто это были не серебряные кружочки, а раскалённые угли. Он торопливо сгрёб их в ящик. Взамен он вытащил плотный лист бумаги с гербовой печатью, пробежал глазами по строчкам и пододвинул ко мне.

Внимание!

Квест «Разрешите готовить!» выполнен!

Награда: 40 опыта, лицензия на готовку на рынке, 1 подарок

Опыт 220/400

Наконец-то! И квест, и разрешение на готовку, да ещё и подарок! Одно нажатие на кнопку, и вдруг я едва не сложился пополам. По спине прошёлся огонь, мышцы скрутило стальными клещами. Не успел моргнуть и глазом, как ощутил изменения в теле. Это что же мне Система такое подарила⁈

Поздравляем!

Вами получил навык: «Крепкая спина»

Тип: пассивный

Свойства: Длительная работа у плиты меньше утомляет спину и плечи. Усталость от статичных поз наступает вдвое медленнее. Идеально для многочасовой готовки

Вот так подарок. Я мысленно расхохотался. Надо же, крепкая спина! Теперь-то я смогу стоять на рынке и готовить от рассвета до заката! Нормально заработаю денег, отдам все долги и купить продукты. Живём!

— Благодарю, — улыбнулся я, сворачивая бумагу и одновременно смахивая сообщения Системы. — Приятно иметь дело с профессионалами.

— Передавайте поклон Аристарху Петровичу, — вдруг выпалил чиновник и осёкся, понимая, что сказал лишнее.

Я мысленно усмехнулся. Вот, значит, настолько казначею понравился мой обед, что он похлопотал за меня в гильдии. Приятно осознавать, что не зря я тогда его поваров гонял. Без его помощи меня бы точно здесь мурыжили не одну неделю. На этот раз победа в битве с князем осталась за мной. Осталось выиграть всю войну.

— Непременно передам, — ответил я и вышел, оставив чиновника нервно вытирать лоб платком.

На улице я вдохнул полной грудью, довольно глянул на количество опыта, а потом решительным шагом направился к ратуше. И снова в бой!

Ратуша стояла на центральной площади и поражала своим видом и помпезностью. Три этажа, колонны и широкое крыльцо со здоровенными дверями. Над входом висел герб города — скрещённые меч и ключ. Я поднялся по ступеням, толкнул тяжёлую дубовую дверь и оказался в длинном коридоре, пропахшем пылью и старыми бумагами.

Кабинет, выдающий разрешения на уличную торговлю, нашёлся на втором этаже. Я постучал и, услышав невнятное «войдите», переступил порог.

Комната была душной и заваленной бумагами до самого потолка. За столом сидел пожилой мужчина с лысиной, обрамлённой венчиком седых волос. На вид ему было не меньше шестидесяти лет, не меньше. Типичный уставший человек, во взгляде которого читалось весьма определённое: «Я здесь сижу тридцать лет и пережил пятерых бургомистров».

— По какому вопросу? — спросил он, пытаясь изобразить интерес.

— Хочу получить разрешение на уличную торговлю, — ответил я, кладя на стол лицензию гильдии, рекомендательное письмо от Корнея и купчие на землю. — Трактир «Сытый Вепрь», владелец Марк Винтер. Вот документы, какие смог собрать.

Чиновник приподнял брови, и я увидел, как в их глубине глаз мелькнуло узнавание. Нет, не меня он узнал — фамилию. Он замер на секунду, потом медленно пододвинул к себе бумаги и принялся их изучать.

Минуты текли, а чиновник всё продолжал изучать документы. То переложит их в другом порядке, то поднесёт к глазам, сильно прищурившись. И что он там ищет? Рецепт бесконечной жизни, что ли⁈ Всё это время я молча стоял, скрестив руки на груди. Ох, чую, и здесь будет мне привет от князя.

Наконец, чиновник оторвался от бумаг и вздохнул, как человек, которому предстоит сообщить дурную весть.

— Видите ли, господин Винтер, — начал он, и голос его звучал почти сочувственно. — В ваших документах отсутствует самое главное.

— Что именно?

— Подушная грамота, — чиновник развёл руками. — Вы не житель Бешаля. Ваш трактир, насколько я понимаю, находится за городской чертой, посреди тракта. А уличная торговля на городском рынке — это законное право горожан, платящих городские подати. Чужаки могут торговать только на временных ярмарках или уплатив повышенную пошлину. Но она требует разрешения бургомистра, а их выдача… — он замялся, — … временно приостановлена.

— Временно приостановлена, — эхом повторил я, понимая, к чему он клонит.

— Именно так. Распоряжение городского совета, — он кивнул на кипу бумаг в углу. — Ничего не могу поделать.

— Допустим, — сказал я, стараясь сохранять спокойствие. — Что ещё?

Чиновник снова вздохнул, и в этом вздохе мне почудилось искреннее сожаление.

— Поручительство, — сказал он, — от двух уважаемых горожан. Такой бумагой они подтверждают, что вы не мошенник, а добросовестный торговец. С такой бумагой я с радостью вам одобрю разрешение. А пока, увы.

— У меня есть рекомендательное письмо от Корнея Пышкина, торговца выпечкой, — я кивнул на бумагу.

— К сожалению, это не официальный документ с подписью и печатью. Поручительство заверяют в ратуше, у бургомистра, — чиновник покачал головой, и в его глазах мелькнула тень сочувствия.

В ответ на его слова мигнуло сообщение Системы.

Внимание!

Квест «Бумажки с печатью» обновлён

Цель: получить подушную грамоту, два поручительства от уважаемых граждан Бешаля

«И этот туда же», — подумал я.

Подушной грамоты у меня нет, потому что я не горожанин и прописан в трактире за городской чертой. Поручителей нет, потому что кто в целом Бешале рискнёт поручиться за сироту Винтера. Пока не рискнёт. Это лишь вопрос времени.

Фамилия князя ни разу не прозвучала, но было понятно, что это его ловушка, идеально выстроенная с точки зрения закона. Всё подогнано безупречно, даже придраться не к чему. И всё равно, чиновник, обложенный со всех сторон нужными законами, нервно теребил край бумаги, ожидая моего ответа.

— Я вас понял, — сказал я, забирая документы со стола. — Всего доброго.

— Всего доброго, — эхом отозвался чиновник, и в его голосе послышалось неприкрытое облегчение.

Я вышел из ратуши и остановился на крыльце, глядя на площадь. Солнце стояло уже высоко, туда-сюда сновали телеги, торговцы расхваливали товары, где-то звенел колокол. Город жил своей жизнью, и ему не было дела до того, что не дали возможность торговать. Впрочем, сейчас не время отчаиваться и опускать руки. Наоборот! Я увидел свой шанс даже в такой ситуации. У меня есть лицензия гильдии. У меня есть руки, нож и голова на плечах. А значит, я найду способ заработать денег.

Площадь встретила меня привычным гомоном. Я двинулся к знакомому прилавку в дальнем конце мучных рядов. У меня был план.

Пышка уже раскладывал на витрине сдобные булки с корицей. Его знали все на рынке, и не только из-за выпечки. К слову, прозвище «Пышка» прилипло к нему давным-давно и намертво, хотя сам Корней предпочитал, чтобы его звали по фамилии — Пышкин. Но рынок есть рынок, здесь клички дают, и они прилипают навечно. Да и он сам вполне выглядел на своё прозвище: круглый, румяный и вечно перепачканный в муке, хотя не готовил булочки, а приносил их из дома. Увидев меня, он расплылся в улыбке и замахал рукой, как старому другу.

— Винтер! — крикнул он. — Снова с пирожками?

— С пустыми руками пока, — ответил я, подходя ближе. — Но есть разговор.

Корней отложил булки в сторону, вытер руки о фартук и приготовился слушать.

— Лицензию я получил и готов готовить. Вот только с разрешением на торговлю вышла проблема, и теперь мне нужна твоя помощь.

— Слушаю внимательно, — спросил он прищурившись.

— Предлагаю такой вариант, — сказал я. — Я готовлю у тебя за прилавком, а ты продаёшь и моё, и своё. Аренду половины прилавка я оплачу. Как тебе?

Корней долго не думал, лишь почесал затылок, покосился на свои булки и широко улыбнулся.

— Нет, за место я с тебя денег не возьму. А что сегодня будешь готовить?

— Луковые оладьи с грибной икрой.

— С чем? — он удивлённо поднял брови.

— Увидишь, — я усмехнулся, — и попробуешь первым. Соглашайся, Корней. Народ валом повалит, скупить всё сразу.

— Уговорил! Я в прошлый раз столько всего продал, что должен сам тебе приплатить, что ты возле меня готовить будешь! Ладно, Винтер, по рукам. Готовь так, чтобы запах был на всю округу. Сделаю всё в лучшем виде!

— Будет запах, — пообещал я. — Такой, что весь рынок сбежится. Сейчас только продукты куплю и начнём.

Я отправился по рядам, и рынок встретил меня как родного. И не удивительно, в прошлые визиты я накормил здесь добрую половину торговцев, и теперь они узнавали меня. Да и репутация от Системы делала своё дело. Вот вырастет она до небес, и будут мне все бесплатно отдавать. Ха! Но это всё не сейчас, пока придётся платить за продукты.

Первым делом, мне нужны были овощи. За ними я подошёл к бойкому старичку в синем фартуке. Ефим торговал овощами и зеленью с собственного огорода. Я с ним ещё не был знаком, но слышал о нём. Вертлявый старичок с глазками, которые всё время блестели, будто собирался рассказать смешную шутку.

— О, Винтер! — закричал он, едва меня завидев. — Готовить-то будешь? Видел, как ты судака зажарил — весь рынок гудит до сих пор.

— Сегодня в планах у меня не рыба, — ответил я. — Нужен десяток крупных головок лука.

— Этого добра у меня хватает, — Ефим ловко закинул их в мешок, а потом прищурился. — Продам со скидкой, но есть условие.

— Какое?

Он вытащил откуда-то из-под прилавка холщовую тряпицу, на которой корявыми буквами было выведено: «Овощи Ефима. Лучшие в Бешале».

— Положи эту красоту себе на прилавок, — сказал он, протягивая тряпицу. — Чтоб все видели, у кого ты продукты берёшь. Репутация, понимаешь? Продам всё быстренько и пойду к тебе в очередь встану.

Я усмехнулся. Деловая хватка у старика была будь здоров!

— Договорились. Тогда лук — за два медяка. Добрая молва денег стоит, Ефим.

Он хмыкнул, дёрнул свой ус и махнул рукой.

— Ладно, за два. Но только потому, что ты Винтер, но чтобы тряпица лежала на виду!

Я уже собрался уходить, но задержался:

— Слушай, Ефим, а князь своих людей сюда не засылает?

Старик помрачнел и сплюнул в сторону:

— Засылает… — он проглотил ругательство. — Не так давно лавку мясника прикрыли. Сказали — долги. А какие ж долги, если Матвей каждый год платил? Так что дело тёмное. Но я тебе ничего не говорил.

— Спасибо, — сказал я и двинулся дальше.

В соседнем ряду меня перехватила дородная женщина в пёстром платке, которую все на рынке звали тётушкой Марфой. Она торговала яйцами, и её деревянный короб с выжженным на боку кривым петухом знал каждый покупатель на рынке.

— Винтер, милок! — она всплеснула руками. — Ты ко мне? У меня как раз яйца свежие, сегодня только сняла. Нужно?

— Десяток куриных, — сказал я, отсчитывая монеты.

— А ещё знаешь, что? Короб-то на прилавок поставь, — Марфа подмигнула, явно услышав разговор с Ефимом. — Люди увидят и поймут, что яйца у меня брал, а я тебе за это скидку сделаю. Я видела, какая у тебя очередь собирается, так что потом ко мне пойдут.

— Поставлю, — пообещал я, а сам подумал, что теперь прилавок превратится в выставочный стенд с рекламой.

— Вот и славно, — она засмеялась и добавила в короб ещё несколько яиц сверху. — Это в подарок.

Я поблагодарил и двинулся дальше. За мукой зашёл к знакомой торговке, которая в прошлый раз пыталась всучить мне лежалый товар, а теперь встречала как лучшего клиента. Масло взял у гномов — они, как всегда, были немногословны, но качество держали отменное. Сушёные белые грибы и свежие маслята отыскал у старика, который торговал на дальнем краю рынка. За специями я зашёл тоже к знакомую лавку. Кругленький продавец только и рад был меня видеть, отсыпал мне дополнительную горсть перца и взял на два медяка меньше обычного. Я не мог нарадоваться на такие подарки.

Когда я вернулся к прилавку Корнея, руки у меня были заняты мешками и коробами, и это с учётом занятой специями котомки. Работу начал с раскладки рекламы, придавив тряпицу Ефима, коробом. А уж дальше занялся продуктами. Увидев гору свёртков и коробок, Корней присвистнул:

— Ты, никак половину рынка скупил.

— Почти, — ответил я, доставая нож.

Едва я выложил свои припасы, как вокруг началось движение. Соседний торговец гном с окладистой бородой, молча поставил на край прилавка большую чугунную сковороду. Я узнал её — в прошлый раз она уже выручала меня, когда я жарил судака.

— Держи, Винтер, — сказал он коротко. — Ждал, когда придёшь.

— Спасибо, почтенный, — кивнул я.

— И вот ещё, — он начал выкладывать на стол целый набор: деревянные миски, плошки для соуса, лопатку, венчик и большой глиняный кувшин для теста.

Следом к нему присоединились и остальные. Вскоре передо мной было полноценное рабочее место.

— Вот это сервис, — усмехнулся я. — Прямо как дома.

— У нас рынок такой, — гном хмыкнул в бороду. — Своих не бросаем. Ты только готовь повкуснее, а уж я позабочусь, чтобы посуда чистая была.

Я оглядел разложенное богатство и встал к жаровне.

Первым делом я занялся луком. Очистил его от шелухи, и через минуту на доске лежала привычная горка ровных полуколец, почти прозрачных на свету. Корней присвистнул.

— Ты бы на ярмарке за деньги такое показывал, — сказал он.

— С хорошим ножом любой дурак справится, — ответил я, переворачивая лезвие в пальцах. — Это работа старого Хрюза. Гномьи ножи — лучшие в городе, я проверял.

Пара прохожих, услышав имя гнома, одобрительно закивали. Кто-то даже подошёл поближе, разглядывая мой нож. Я мысленно поставил галочку: обещание рекламировать Хрюза я выполнил.

Лук отправился в миску, я присыпал его щепоткой соли, добавил каплю мёда и оставил на десять минут — пусть даст сок, станет мягче и слаще. Тем временем взялся за грибную икру.

Сушёные белые грибы я залил тёплой водой и отставил в сторону. Свежие маслята очистил от лесного сора, срезал ножки и нарезал шляпки мелкими кубиками. Лук для икры — одну крупную головку — покрошил ещё мельче, почти в пыль, чтобы он растворился при жарке и отдал только сладость.

Магическая жаровня, которую гном-посудник заботливо поставил на край прилавка, уже ждала меня. Я повернул ручку, и кристалл засветился ровным светом. На сковороду — ложку топлёного масла, и на поверхности прошла едва заметная рябь, выложил мелконарезанный лук. Он зашипел, и по рядам поплыл карамельный аромат.

— Уже народ оглядывается, — заметил Корней, кивая на прохожих.

— Это только начало, — ответил я.

Когда лук стал золотистым и прозрачным, я добавил к нему нарезанные маслята. Они зашипели, выпуская влагу, и зашкварчали ещё громче. Я помешивал их деревянной лопаткой, не давая пригореть, и ждал, пока жидкость выпарится, а маслята начнут подрумяниваться. Через пять минут добавил размокшие белые грибы, нарезанные тонкой соломкой. Ещё минута — и в сковороду отправился давленый чеснок, щепотка чёрного перца и немного соли.

Грибную массу я переложил в ступку и принялся толочь пестиком. Долго, методично, превращая кусочки в однородную текстуру. В конце добавил каплю масла, чтобы икра стала глянцевой, и горсть мелко порубленной петрушки. Перемешал, выложил в пиалу и отставил в сторону. Ману добавлять не стал, всё же её и так осталось мало, а я уже потратился, по привычке оценивая каждую покупку.

Теперь тесто для оладий. В глубокой миске я смешал муку, два яйца, щепотку соли, ложку масла и немного тёплой воды. Взбил венчиком до однородности — тесто должно быть гуще, чем на блины, чтобы оно обволакивало лук, но не стекало с него. Он уже успел дать сок и размягчиться. Я отжал его от лишнего масла и высыпал в миску. Тщательно перемешал, добавил специи, чтобы был аромат.

Жаровня была всё ещё горячей. Я плеснул на сковороду масла, дождался, пока оно нагреется, и столовой ложкой начал выкладывать тесто. Каждая порция — ровно одна ложка, чтобы оладьи получались одинаковыми. Тесто шипело, схватываясь по краям золотистой корочкой. Через две минуты я перевернул оладьи лопаткой. Румяные, с мягкой и пористой серединкой, как и должны были.

Запах пошёл такой, что Корней забыл про свои булки. Он стоял, опершись на прилавок, и смотрел на сковороду заворожённым взглядом.

— Это не еда, — сказал он тихо. — Это искусство.

— А по-моему, обычный завтрак, — поправил я, переворачивая очередную партию.

Когда оладий набралось с десяток, я выложил их на деревянную доску, смазал сверху грибной икрой и украсил веточкой петрушки.

Вы создали новое блюдо: «Луковые оладьи с грибной икрой»

Качество: хорошее

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Опыт: 230/400

Первую порцию пододвинул Корнею, как моему союзнику по прилавку.

— Пробуй.

Он взял оладью, откусил, и его брови поползли вверх. Корней жевал, смакуя, потом сглотнул и посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что открыл ему тайну мироздания.

— Лук… — прошептал он. — Вроде как обычный лук, но почему он сладкий? И при этом хрустящий… А икра… это же грибы! Ловко ты из него паштет сделал! И корочка… корочка хрустит, а внутри мягко… Нет, ты точно какой-то колдун!

— Просто повар, — привычно ответил я, выкладывая на сковороду следующую порцию. — Начинай заворачивать.

Корней доел оладью, облизал пальцы и гаркнул что есть силы:

— Луковые оладьи! Горячие! С грибной икрой! Подходите, пробуйте, такого вы ещё не ели!

Первый покупатель подошёл раньше, чем я успел дожарить партию. Дородный мужчина в малиновой куртке с массивной золотой цепью на шее. Он удивлённо посмотрел на оладьи, принюхался.

— Луковые, говорите? — переспросил он. — И что, вкусно?

— Попробуйте, — Корней протянул ему оладьи, выложив их на деревянную тарелку.

Что-то я не подумал про подачу! Сейчас же набегут, никаких тарелок не хватит, может предложить заменить бумагой? Интересно, можно тут такое провернуть?

Из задумчивости меня выдернул купец, который уже отсчитал монеты и забирал порцию у Корнея. Стоило ему укусить, как секунду назад скептическое лицо, изменилось, а рот растянулся в улыбке.

— Это… это луковые⁈ Серьёзно⁈ — он проглотил и тут же потянулся за второй. — Беру! Десяток! Всё беру!

— Корней, — я не отрывался от готовки, — у тебя бумага есть? Неудобно же большие партии на тарелках отдавать.

— Да откуда ж у меня бумага, — всплеснул он руками, — я же обычный торговец!

— Тогда листья, — я на миг задумался, — лопуха или чего-то такого. Будет удобно есть на ходу, а потом просто выбросить.

— Лопух? Какая невидаль, — он огляделся. — Эй! Тарас! Ты говорил, что у тебя ревень удался, что листья больше двух ладоней.

— Есть такое! А тебе чего? — откликнулся мужчина, который покупал мёд на соседнем ряду.

— У тебя с собой? Или же дома?

— Да с собой, чтоб им пусто было! Думал, хоть на корм продам.

— Тащи сюда, дело есть.

И пока я готовил, а купец терпеливо ждал, Тарас сбегал к телеге и обратно, принеся целую охапку блестящих от воды листьев ревеня.

— Отлично! — я бросил ему медяк. — Забираю всё!

Корней ловко закрутил первый же крупный лист, оглядел его со всех сторон, одобрительно крякнул и передал купцу. Тот схватил и, кусая на ходу, отошёл от прилавка. Следом подошла женщина в цветастом платке, за ней ремесленник в кожаном фартуке, потом два орка, привлечённые запахом. Очередь выстроилась мгновенно, будто её кто-то нарисовал.

Я жарил, не отрываясь. Руки работали сами: ложка теста на сковороду, шипение, переворот, готовая оладья на доску, смазать икрой, украсить зеленью, передать Корнею. Ритм был чётким, как в лучшие вечера в «Версале». Сковорода не остывала ни на минуту, грибная икра убывала стремительно, лук в тесте подходил к концу.

Краем глаза я заметил стражников, которые прохаживались вдоль рядов. Старые знакомцы рыжий и брюнет. Они подошли ближе, принюхались. Рыжий нахмурился, глядя на меня, потом перевёл взгляд на Корнея, который бойко торговал оладьями. Надо бы узнать их имена, что ли?

— Винтер, — сказал рыжий, останавливаясь у прилавка. — Опять готовишь?

— Готовлю, — ответил я, не отрываясь от сковороды. — А торгует Корней. Лицензию я сегодня получил, всё как полагается.

Рыжий переглянулся с брюнетом. Тот пожал плечами — мол, формально, всё чисто, не придерёшься. Стражники потоптались ещё минуту, потом рыжий вздохнул и кивнул на оладьи.

— Дай-ка парочку. За деньги, разумеется.

— Корней, обслужи господ стражников, — сказал я, переворачивая очередную партию.

Корней расторопно завернул четыре оладьи, по две на брата, и стражники ушли, жуя на ходу.

— Пронесло, — шепнул Корней.

— Работаем, — ответил я.

Пока сковорода разогревалась для следующей партии, я бросил взгляд на Корнея и спросил вполголоса:

— Скажи, а князь Свиридов часто здесь бывает? На рынке, я имею в виду.

Корней поморщился, оглянулся по сторонам и понизил голос:

— Раньше — нет. А в последнее время его люди всё чаще крутятся. То у одного торговца лавку отберут, то у другого — пошлину поднимут. Говорят, он скупает всё подряд. Многие уже под него легли.

— Понятно, — кивнул я, возвращаясь к сковороде. — Значит, не я один у него в зубах.

— Ты ему особенно кость поперёк горла, — хмыкнул Корней. — Твой дед не сдался, и ты не сдаёшься. А он не привык, чтобы ему перечили.

Я работал как машина, не поднимая головы. И где-то в середине процесса, когда очередь ненадолго рассосалась, я заметил ещё одних знакомых.

Двое пацанят, лет девяти-десяти, торчали у столба напротив прилавка. Один пониже, с рыжими вихрами и в кепке, надвинутой на самые глаза. Второй повыше, худой как жердь, в такой же кепке, но сдвинутой на затылок. У обоих были невинные лица, руки они держали в карманах, а взгляды их бегали по толпе, выискивая добычу. Хотя всё чаще их внимание привлекал Корней, который заворачивал очередную партию оладий.

Я отложил на деревянную тарелку несколько готовых оладий, накрыл их чистой тряпицей и задвинул в сторону, подальше от покупателей. Корней заметил это и вопросительно поднял бровь.

— Для особых гостей, — пояснил я.

Он кивнул и вернулся к торговле, не забывая расхваливать и свои булки.

Очередь не убывала. Оладьи расходились с такой скоростью, что я едва успевал жарить. Прохожие останавливались, спрашивали, что это, слышали отзывы и немедленно вставали в очередь. В какой-то момент я заметил, что грибная икра почти закончилась, а теста осталось на донышке.

— Корней, — позвал я. — Продукты заканчиваются.

— Вижу, — он оглядел очередь. — Эй, народ! Последняя партия, больше пока нет!

Очередь недовольно загудела. Последние оладьи разобрали за минуту, и люди расходились нехотя, с тоской оглядываясь на пустую сковороду.

— Позже приходите! — крикнул Корней им вслед. — Ещё печь будем!

Я вытер руки о фартук и посмотрел на солнце. Оно стояло высоко, припекало, делая тени короткими. Самое жаркое время дня и самое подходящее, чтобы сделать перерыв и решить вопрос с пополнением запасов. Вместо того чтобы оставить прилавок, меня посетила интересная идея. Пацанята! Они всё стояли у столба и смотрели на меня голодными глазами. Вот и пригодилась моя заначка.

Я поманил их пальцем. Они переглянулись, потом нехотя, подошли к прилавку. Остановились на безопасном расстоянии, готовые в любой момент дать дёру. Рыжий шмыгнул носом, а худой, буравил меня взглядом исподлобья.

— Есть хотите? — спросил я.

Рыжий кивнул, не сводя с меня глаз. Я достал из-под тряпицы отложенные оладьи и поставил перед ними.

— Это ваша порция. Можете сейчас съесть.

Пацанята не заставили себя ждать. Они схватили оладьи и вгрызлись в них, как голодные волчата. Рыжий жевал с закрытыми глазами, худой давился, глотал, почти не жуя. Не прошло и минуты, чтобы тарелка опустела.

— А теперь — дело, — сказал я, и мой голос стал жёстче. — Мне нужны продукты, вот список.

Я протянул им клочок бумаги, на котором нацарапал перечень. В другой руке я держал пригоршню медяков — ровно столько, сколько требовалось на закупку без учёта моих скидок за репутацию.

— Пойдёте по рядам, купите всё, что написано. Деньги — вот. Если хорошо сработаете — добавлю монет сверху.

Внимание! Активирован квест: «Бегунки для 'Сытого Вепря», повторяющийся

Цель: вы имеете возможность давать поручения за оплату деньгами или едой

Награда: 20 опыта, +1 к лояльности главаря

Штраф: в случае отказа от оплаты, возможность давать поручения аннулируется

Текущее задание: закупка продуктов за тарелку оладий

Принять/отказаться?

Пока я читал текст и принимал квест, рыжий переглянулся с худым. В их глазах мелькнуло сомнение: они привыкли воровать, а не выполнять поручения.

— И запомните, — добавил я, понижая голос. — Я знаю, кто вы и чем промышляете. Если деньги пропадут или продукты окажутся дрянными, я узнаю. И тогда больше никогда — слышите, никогда — вы у моего прилавка даже воды не получите. Всё понятно?

Рыжий посмотрел на пустую тарелку, потом на меня. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Сделаем, — сказал он хрипло и взял деньги. — Всё купим, не сомневайтесь.

— Вот и отлично, — я выпрямился. — Вперёд. Время — деньги.

Пацанята развернулись и нырнули в толпу, только макушки мелькнули. Корней проводил их взглядом и покачал головой.

— Знаешь, кто это? — спросил он. — Это же шпана с Нижнего ряда. Они воруют.

— Они же не от хорошей жизни воруют, — ответил я, вытирая сковороду. — Мне всё равно помощники нужны, а для них это возможность честно заработать. И в следующий раз они дважды подумают, прежде чем воровать. А если нет — я с них спрошу. Лично.