Глава 14

– Как думаешь, нам ещё долго придётся искать главное помещение? – поинтересовалась Власта после пары часов отдыха.

– Чего не знаю – того не знаю, – ответил Марк и поднялся. – Нужно двигаться дальше. Сейчас где-то около двух часов дня. Ещё шесть часов можно потратить на дорогу, и только потом остановиться на ночлег.

Власта сразу же встала, как никто желая поскорее добраться до их цели. Не то чтобы она страдала клаустрофобией, но после стольких лет привольной жизни на заставе, когда ей не нужно было спускаться ни в какие подземелья, окружающая обстановка немного давила. И только присутствие рядом Марка и сосредоточенность при прохождении коридоров хоть немного отвлекали.

Следующие несколько часов дороги ничем не отличались от предыдущих. Они выбирали коридоры, не несущие на себе следы сработавших ловушек. Но чем дальше им везло, тем сильнее напрягалась ледяная магиня. Она уже не раз задумывалась о том, что их предшественники не добрались до конца пути, погибая по дороге. А значит, вскоре Марк и Власта обязательно встретятся с какими-нибудь ловушками. И, словно в подтверждение её мыслей, в очередной раз наступив на ничем не примечательную плиту, Марк активировал невидимый механизм. Лишь мгновенная реакция Власты спасла их, когда они полетели вниз. Когда до земли оставалась всего пара метров, она успела активировать воздушную подушку, которая значительно смягчила их падение. Хоть полностью и не защитила.

Охнув, когда ощутимо приложилась бедром и локтем о пол, Власта ругнулась сквозь зубы. Дав себе с десяток секунд, чтобы прийти в себя, она потянулась к отлетевшему в сторону солнечнику. Оставалось только удивляться, как он ещё не вылетел из гнезда, погружая их во тьму. Но и солнечник Марка оказался цел. Артефактор умудрился не выпустить его из рук, и теперь, лёжа на спине, держал его высоко над головой, глядя на медленно исчезающую в потолке дыру, через которую они свалились.

– Не повезло, – прокомментировал он, так и продолжая лежать.

– Ты ранен? – всполошилась Власта, подползая к нему.

– Нет, кости точно целы, – успокоил её артефактор. – Ты спасла нас своим заклинанием. Просто думаю…

– Ох ты ж! – воскликнула магиня, перебивая его. – Мы здесь не одни.

Марк тут же приподнялся, глядя в указанном Властой направлении. Около одной из неровных стен сидели, прислонившись друг к другу, два скелета. И, судя по хорошо сохранившейся одежде, это были те, кто пришёл сюда восемьдесят лет назад. Платье пустынного клана и заплетённые в тонкие косы волосы одного из мертвецов только доказывали правильность их предположения.

– Далеко забрались, – сказал Марк, когда магиня отправилась изучать находки.

– У мужчины сломана нога и, судя по следам крови на повязке, глубокая рана на боку, – наконец сказала она. – А вот женщина вроде бы совсем не пострадала. Интересно, тогда почему она не ушла?

– Возможно, не захотела оставлять своего спутника, – предположил артефактор, садясь в медитативную позу.

– Или же не смогла выбраться отсюда, – добавила прагматичная Власта.

– Предлагаю проверить. – Марк поднялся на ноги и отряхнулся. В отличие от верхнего этажа, тут было довольно грязно.

– В какую сторону идём? – деловито поинтересовалась магиня, повторив за артефактором его движения.

Бедро и локоть всё ещё побаливали, но ходьбе не мешали. Если надо, она даже бежать сможет.

– Туда, – махнул рукой направо Марк и… пошёл налево, что-то весело насвистывая себе под нос.

Власта только головой покачала и, бросив прощальный взгляд на скелеты, отправилась за ним. На этот раз это были не коридоры, а скорее грубо вырубленные проходы. Довольно узкие и низкие. В некоторых местах магам даже приходилось пробираться ползком. Но всё же путь не был ужасно сложным, поэтому магиня мысленно согласилась со словами Марка о том, что та несчастная просто не пожелала бросать своего спутника. Видимо, слишком сильно любила, раз не только отправилась вслед за ним в столь опасное путешествие, но и умерла, не пожелав жить без него.

По крайней мере, других причин Власта не видела.

– Ты заметила, что мы понемногу поднимаемся вверх? – спросил Марк, когда они выбрались на относительно свободное пространство.

Потолок здесь так же был очень низким, но, по крайней мере, они могли выпрямиться, разогнув затёкшие спины.

– Мне кажется, что мы то поднимаемся, то опускаемся, – ответила магиня, разминая поясницу.

– Согласен, но всё же мы идём наверх. Главное, чтоб не вышли отсюда на поверхность. Я ещё не готов покинуть убежище, когда нахожусь так близко к нему.

– Тише! – Власта приподняла руку, заставив мужчину замолчать, и прислушалась.

Вскоре она отчётливо различила журчание воды. И, судя по изумлённому взгляду артефактора, тот тоже услышал.

– Подземный источник! – недоверчиво выдохнул он. – Да мы везунчики.

Добрались до него они буквально за две минуты. Оказалось, что источник брал своё начало именно из этого места. Но пройти за ним по течению не удалось. Буквально через пятнадцать метров маги наткнулись на преграду, под которую и затекал ручей.

– Придётся вернуться назад, – немного разочарованно сказал Марк и пару раз пнул стену.

– Но завтра. – Власта сбросила сумку под ноги и потянулась. – Предлагаю здесь и заночевать. Место довольно неплохое, только подсветки бы немного больше.

– С этим проблем не будет, – не стал спорить артефактор и полез в недра своей сумки. – Устрою тебе романтическое свидание.

– Так уж и свидание? – усмехнулась Власта, хотя сердце приятно ёкнуло в груди.

– Конечно! Я тот ещё романтик.

В этот момент его живот испустил довольно громкую руладу. Сдавленно всхлипнув и спрятав лицо в ладонях, магиня рассмеялась. Её смех отразился от стен пещеры, наполняя пространство теми звуками, которые здесь никогда ранее не слышались. А когда немного успокоилась, то сквозь пальцы посмотрела на донельзя смущённого мужчину и чуть вновь не расхохоталась.

– Ладно, так уж и быть, внесу свою лепту в наше свидание, – всё ещё посмеиваясь, сказала она. – Приготовлю нам ужин. Правда, не берусь утверждать, что он будет романтическим.

– От тебя я приму любой! – заверил артефактор и принялся расставлять прихваченные с собой солнечники.

Зачем ему понадобилось аж двенадцать переносных светильников, Власта даже спрашивать не стала. Зато пещера теперь была прекрасно освещена, позволяя рассмотреть все неровности и трещинки на стенах и потолке. Затем Марк оградил при помощи артефактов небольшой участок ручья и подогрел его. Получилась своеобразная ванна с горячей водой. И магиня вообще зареклась когда-либо интересоваться, зачем артефактор берёт с собой ту или иную вещь. Такого предусмотрительного человека ещё поискать нужно было. Правда, у её бабушки было другое слово, определяющее таких людей. Хомяк. Но, как показала практика, иметь такого друга было совсем не плохо.

Этот вечер был наполнен удивительным спокойствием и негой. Будто они не в опасное путешествие отправились, а выбрались на пикник, чтобы побыть вдвоём наедине и отдохнуть от суеты внешнего мира. Ни Марк, ни Власта, по молчаливому согласию, не обсуждали, что им предстоит, и сумеют ли они вообще выбраться отсюда. Главное, что они выжили после попадания в ловушку, сконструированную древним магом, так тщательно охранявшим свои тайны.

– Ты когда-нибудь была в Менском княжестве зимой? – спросил Марк, притягивая обнажённую и слегка разомлевшую в горячей воде Власту к себе.

Глубины и ширины ручья оказалось достаточно, чтобы они оба с комфортом расположились в обустроенном артефактором затоне.

– Конечно, – ответила она, откидывая голову на мускулистое плечо. – Я родилась и провела первые пять лет жизни в поместье своей бабушки. Это уже потом мои родители перебрались на родину отца, когда ему пришлось принять титул после смерти своего отца и старшего брата.

– Тогда ты определённо участвовала в дикой забаве менсковчан по нырянию в снег после бани, – предположил Марк и накрыл одно из полушарий груди своей ладонью.

Сжав сосок между пальцев, мужчина потеребил его, отмечая, как магиня сразу же откликнулась на ласку. Одобрительно выдохнув, она всё же не сдержала смешка, когда спросила:

– Почему же дикой?

– Потому что только ненормальные дикари будут заниматься таким сумасшествием! – уверенно ответил артефактор и прикусил нежную кожу на так кстати открывшейся шее.

– Тогда… зачем же ты прыгал? – сумела спросить Власта и прикусила губу, чтобы сдержать стон.

– Потому что Марат заявил, что не может ударить в грязь лицом перед всеми этими аристократишками, но и прыгать один в сугроб не намерен, – немного обиженно произнёс Марк.

И, видимо, чтобы сгладить неприятные воспоминания, решил свести плавящуюся от его прикосновений магиню с ума. Оставив её грудь в покое, он медленно заскользил ладонью вниз по стройному телу. Выписал замысловатые круги по скрытой водой коже, пока не прикоснулся к средоточию желаний магини. И вновь подумал, что Власта идеальная женщина, так свободно откликающаяся на любые его действия. Без лишнего кокетства, наигранного нежелания и других так любимых некоторыми женщинами штучек. Она просто принимала всё, что он давал ей, возвращая не меньше в ответ.

– Иди ко мне, – прошептал он, заставив Власту оседлать себя.

На этот раз Марк хотел видеть малейшие проявления эмоций на лице магини. Поэтому не отрываясь смотрел, как темнеют её глаза, пока женщина плавно раскачивалась, обвив руками его шею. Вскоре Власта откинула голову назад, а с приоткрытых губ слетели первые приглушённые стоны. Артефактор не спешил, лишь слегка помогая ей двигаться. Ему нравилось постепенно нарастающее напряжение и то, как голос Власты становился всё громче, заполняя собой всё пространство пещеры. Нравилось наматывать на кулак её намокшие волосы, смотреть, как по белой коже скатываются капельки влаги, и как раскачивается высокая грудь в такт движениям магини. Нравилось, как она цеплялась за его плечи и шептала что-то невразумительное, пробегая кончиком языка по своим губам. Нравилось чувствовать себя в ней и осознавать, что именно он заставляет её кричать и просить ещё. Нравилось думать, что она его и больше ничья.

«Никому не отдам», – пронеслась в голове шальная мысль на самом пике.

– Не отдам, – еле слышно прошептал Марк, но оглушённая пережитым Власта ничего не расслышала.

Впрочем, артефактор ничуть из-за этого не расстроился. У них ещё будет время поговорить и всё обсудить. А сейчас ему было достаточно и того, что магиня так доверчиво льнула к нему, подставляя искусанные губы для поцелуя.

Эта ночь выдалась воистину волшебной для этих двоих. Они ещё не раз сливались в жарких объятиях, шепча наполненные нежностью и страстью слова привязанности друг другу. А утром встали удивительно бодрые и отдохнувшие, готовые дальше отправляться на поиски убежища гениального артефактора.

Спустя час пути им пришлось притормозить, так как дорогу преградил отвесный склон, по которому пришлось взбираться на верх. Вот где Власте пригодились практически забытые навыки скалолазания, на которых настояла её наставница. Нерита вообще любила учить ледяную магиню чему-нибудь новому, утверждая, что в жизни всё может пригодиться. И, как показало время, была полностью права. Привитые знания не раз и не два спасали Власту. Лишь единожды дав промашку. Но, к сожалению, нигде в их мире не учили противостоять необычным тварям, пришедшим из других миров.

– Не знал, что тут есть ещё и подземная сеть пещер, – сказал Марк, когда они преодолели склон и присели на небольшом пятачке, чтобы передохнуть.

– Я тоже никогда не слышала о них, – отозвалась Власта, откинув голову на небольшой выступ.

Их солнечники освещали лишь небольшую часть, не давая рассмотреть пещеру полностью. Если честно, магиня уже начала скучать по дневному свету, в очередной раз убедившись, что всякие исследования пещер и тайных убежищ точно не её любимое занятие. И всё же оказаться здесь – весьма волнительный и незабываемый опыт.

«Главное, выбраться отсюда живыми и здоровыми», – подумала она, а вслух сказала: – Идём, хочу поскорее вернуться в чистые и ровные коридоры. Пусть даже и напичканные ловушками.

– И не лень же ему было строить такой огромный комплекс на одного человека, – проворчал Марк, вставая. – Интересно, как он по нему передвигался? Не на машине же.

– А это явно одно из утерянных знаний предков, – предположила Власта и, вытянув руку, посветила солнечником. – Думаю, нам стоит идти в ту сторону. Тебе не кажется, что там воздух как будто свежее?

– Вполне возможно. Без вентиляционных шахт, выходящих на поверхность, здесь точно не обошлись.

Приободрившись, магиня первой пошла к выходу, осторожно ступая по узкой тропе. И совсем скоро они сумели выйти в явно обжитую Сваром часть убежища. Правда, перед этим им пришлось немного поднапрячься, чтобы помочь открыться каменной двери, механизм которой с натугой справлялся со своими обязанностями.

– Уютно, чисто… – Бормотал Марк себе под нос, осматривая помещение, в котором они оказались. – Любопытненько…

Достав из нагрудного кармана своё неизменное пенсне, он водрузил его на переносицу и принялся исследовать стены, испещрённые ровными продолговатыми линиями. Власта ходила вслед за ним, но пока ничего не спрашивала. Её больше интересовала другая дверь. Довольно высокая и широкая, через которую с лёгкостью проедет магмобиль. А рядом с ней обнаружилась узкая лестница, ведущая куда-то наверх.

– Оп! – выдал Марк, а вслед за его словами на стенах зажглись огоньки, освещая помещение бледным голубоватым светом.

– Оп? – переспросила ледяная магиня, скрестив руки на груди.

– Магические плетения похожи на портальные, – сказал Марк, пробегая кончиками пальцев по вырубленным линиям. – Если их активировать, то можно оказаться… где-то. Поэтому ничего трогать здесь мы не будем.

– И даже не посмотрим, что за той дверью? – уточнила Власта, направляясь к ней.

– Ну почему же, посмотреть можно, – не стал запрещать мужчина, только уточнил: – Если не придётся взламывать.

– Думаю, вон та ручка откроет проход. – Власта указала на торчащий из прорези в стене металлический штырь с округлым набалдашником. – Открываем?

– Открываем. – Артефактор ободряюще ей улыбнулся.

На этот раз дверь отъехала в сторону легко и практически бесшумно, будто ей часто пользовались. Вслед за этим загорелся довольно яркий свет, давая магам рассмотреть то, что скрывалось за преградой. Это оказался огромный амбар, иначе и не скажешь. С полупрозрачными кубическими перегородками. Что именно в них было, разглядеть сразу не удалось и Власта ступила внутрь, желая подойти к ним ближе. Марк последовал за ней, но раздавшийся подозрительный стрёкот и неприятный скрежет заставил мужчину схватить в ладонь своей спутницы и настороженно замереть.

Удар, скрежет, ещё удар… За перегородками что-то просыпалось, усиливая стрёкот.

– Уходим, быстро! – приказал артефактор, буквально выталкивая женщину наружу и с усилием нажимая на металлическую ручку.

И пока дверь закрывалась, Власта смогла рассмотреть тех, кого скрывали мутноватые стёкла загонов. По голове пробежали неприятные мурашки, а тело сковало от ужаса и неверия. И как только дверь закрылась, магиня направила на неё ледяной поток своей магии, не жалея резерва и стремясь нарастить как можно более толстый слой льда.

– Стой! Хватит! Власта, успокойся! – Марк обнял её со спины, пытаясь привести в чувство.

Последовавший за его окриком громкие звуки ненадолго оглушили их. Ругнувшись и сбросив на ходу свою сумку на пол, артефактор устремился вверх по лестнице. Всё ещё окончательно не пришедшая в себя после увиденного Власта только спустя несколько мгновений поняла, что это был вой сирен. Древняя система извещала о какой-то опасности.

Не став больше медлить, магиня побежала вслед за Марком, успев увидеть, как он влетает в какое-то помещение в конце коридора. А когда сумела его догнать, оказалось, что они нашли то ли наблюдательный пункт, то ли лабораторию. На одной из стен висел большой экран, а перед ним разместился пульт управления. На самом же экране пульсировала багровая надпись: «До следующего цикла жатвы ещё три месяца. Желаете начать жатву раньше?»

Власта точно не знала, о чём спрашивала древняя система, но от предположения все внутренности сковывало от страха. Она перевела взгляд на Марка, замершего перед двумя кристаллами, светящимися, казалось, изнутри. Белый и чёрный, без единого намёка и указателя на какой из них нужно нажать, чтобы остановить вой сирены.

Марк выбрал белый. Власта даже ничего сказать не успела, когда он нажал на кристалл, а вой тут же стих. На экране зажглись белые буквы, гласившие: «Досрочное пробуждение отменено. Стадо отправлено в спячку».

– Как ты узнал? – сипло спросила магиня, чувствуя, как дрожат её руки.

– Чёрное и белое, жизнь и смерть… Я выбрал жизнь, – сумбурно ответил Марк и устало опустился на так кстати оказавшееся позади него кресло.

– Это ведь были загоны? – с дрожью в голосе сказала Власта. – Загоны, да?

По помещению прошла волна света, неприятно резанувшая по глазам и заставившая магов зажмуриться.

– Здравствуй, искатель, – раздался незнакомый мужской голос.

Резко повернувшись на этот звук, Марк с удивлением посмотрел на появившееся в центре комнаты немного рябившее изображение сидевшего в кресле светловолосого мужчины. На вид ему было лет сорок, что указывало на его слишком долгий срок жизни. Длинные волосы свободно струились по плечам, спускаясь на грудь и достигая талии. Одет незнакомец был в просторную коричневую хламиду, подпоясанную тканевым поясом. Лицо, лишённое всякого намёка на растительность на подбородке, имело довольно резкие черты, но пухлые губы, что вносило некий диссонанс в облик. А вот глаза выдавали в мужчине слишком старого и давно уставшего от жизни человека.

– Если ты сумел сюда добраться, значит, достоин! – тем временем продолжил говорить незнакомец.

* * *

4000 лет назад.

Свару понадобилось два года, чтобы систематизировать всё, что он узнал после пробуждения.

Его сородичи пали, сметённые своими слугами, оказавшимися невероятно терпеливыми и хитрыми. Рейты поколениями копили знания и готовились к войне, прекрасно понимая, что их единственный шанс – это неожиданность. Ибо хозяева всё равно превосходили их по силе.

Осознав, что они проигрывают, тайхары уничтожили практически всё, что создали, безжалостно сжигая книги с ценнейшими знаниями, и бились насмерть, не желая сдаваться в плен. И Свар их прекрасно понимал. Ибо те, кто выжил, становились бесправными рабами, призванными при помощи специального ритуала зародить новую жизнь от своих темноволосых слуг.

Когда Свар впервые узнал о ритуале, то долго смеялся до слёз. Рейты, практически лишённые магических сил, сумели придумать, как ненадолго сводить на нет влияние своих генов. И пусть это не всегда срабатывало, не похвалить за упорство их было нельзя. И всё же гениальному артефактору было искренне жаль своих глупых сородичей. Немногим из них удалось избежать рабских оков. И то только благодаря верным слугам, не пожелавшим предавать своих хозяев. Им приходилось прятаться в глухих местах несколько веков, прежде чем они осмелились выйти к новому обществу, чтобы смешаться с ним.

А ещё Свара расстраивал тот факт, что даже устроенный переворот не привёл ни к чему хорошему. Годы шли, война с тайхарами забывалась, тщательно вымарываемая со страниц истории вместе с сопутствующими ужасами. Кому же понравится остаться в памяти потомков насильником? Светловолосые дети, рождённые от таких неравных союзов, занимали высокое положение в обществе. И пусть теперь рядом с ними находились и темноволосые рейты, но разница в силе и продолжительности жизни оставалась огромной. Феодальный строй, когда-то появившийся по капризу тайхаров, продолжил своё существование.

Гениальный артефактор несколько месяцев медлил, всё никак не решаясь активировать свою последнюю разработку. Решающим фактором стали бесчинства, учинённые некромантами. Эти маги крови слишком сильно отличались от тех благородных воинов, решившихся на жизнь, полную лишений, ради спасения своей расы. Новые некроманты жаждали власти и богатств. Понимая, что полное уничтожение некромантов ни к чему хорошему не приведёт, если защитный артефакт истощится, а ткань мира вновь начнёт рваться, Свар наконец решился.

Всего лишь несколько несложных манипуляций обрушили на мир проклятие древних. Тарки вышли на охоту.

Глава 15

Власта во все глаза смотрела на изображение того, кого уже многие тысячелетия нет в живых. И поражалась гению древнего мага, потому что знаний, способных помочь создать такую совершенную автономную систему артефактов, проработавших невообразимое количество лет, в современном мире не было.

«Наши предки были невероятно мудрыми, – с благоговением подумала она и осторожно присела у ног Марка прямо на каменный пол, боясь ненароком что-нибудь задеть. – Остаётся только удивляться, как рейтам удалось победить».

– Я надеюсь, что ты не будешь похож на тех, кем стали мои сородичи… – Замолчав, Свар пожевал нижнюю губу, недовольно хмурясь. – Нет, так я только всё ещё больше запутаю. Лучше рассказать тебе историю нашего прибытия в этот мир, чтобы ты понял… По крайней мере, я надеюсь на это.

Марк и Власта недоумённо переглянулись. Слова о прибытии в мир, который они всегда считали своим, обескураживали и настораживали. А количество тайн прошлого разрасталось, как снежная лавина в горах.

– Стоит начать с того, что этот мир для нас не родной, – заговорил Свар, вновь привлекая к себе внимание. – Наши предки прибыли сюда за десять с половиной тысяч лет… – Ненадолго задумавшись, артефактор дополнил: – До того момента, как я веду эту запись. В нашем родном мире разгорелась религиозная война. Как бы смешно это ни звучало, но мы, постигшие множество тайн и сами разработавшие удивительные механизмы, должны были давно отступить от всей этой религиозной чуши. Ни одному божеству, столь могучему, раз он способен создать целый мир, не нужны ни наши жертвы, ни наше слепое поклонение. Ему скорее понравилось бы увидеть, как созданный им разум развивается, постигая всё новые и новые тайны мироздания. Но, к сожалению, мой народ всегда был невероятно фанатичен, следуя им самим установленным и придуманным правилам. Хотя ни одного доказательства встречи с богами не было. Те же, кто решил уйти, придерживались того же мнения, что и я. Поэтому они находились в опасности, предаваемые своими же друзьями и близкими, если появлялся хотя бы малейший намёк на их «безбожие».

Магиня с трудом сдержалась, чтобы не сложить пальцами знак, отгоняющий зло. Не сказать, чтобы она была набожной, но слова древнего мага вызывали беспокойство. Потому что… Богам нужно поклоняться, так учили с самого детства. Были злые и добрые, те, кто оберегал, и те, кто мог наслать беду. Но всем без исключения нужно было приносить какие-то жертвы, чтобы задобрить высшие сущности. А как же иначе?

– Когда предки прибыли в этот мир, сбежав от ужасов войны, то увидели, что он прекрасен и буквально пропитан магией. – Свар мечтательно прикрыл глаза, будто наслаждаясь теми магическими потоками, которые окружали его. И хоть маги помнили, что он уже давно мёртв, всё равно с интересом наблюдали за проявлениями эмоций на лице артефактора. – Они быстро отстроили дома и погрузились в изучение нового для них места. Свободные от условностей и ограничений фанатиков старого мира, наши предки развивали науку и совершенствовали свои тела и магию. Но первый тревожный звоночек появился спустя около трёх тысяч лет после переселения, когда начали рождаться дети, у которых глаза и волосы темнели, а вместе с этим они теряли свои способности. – Свар потёр лицо ладонями и посмотрел перед собой потухшим взглядом. И магам сразу стало понятно, как сильно он переживал по этому поводу.

«А ведь он ещё не знает, что рейты подняли восстание, практически уничтожив всех светловолосых господ, – подумал Марк, словно губка впитывающий откровения артефактора. – Возможно, это даже хорошо, что он не дожил до тех печальных событий».

– Они совершили огромнейшую ошибку. – Свар печально улыбнулся, а у ледяной магини защемило сердце от жалости к нему. И не имело значения, что этот человек давно мёртв. Почему-то он сразу вызвал у неё симпатию. – Решили, что это проклятие новых богов, которых они обидели, должным образом не поклонявшись после прибытия в этот мир. Я видел те записи, хранящиеся в архивах совета сорока. К таким выводам наши предки пришли не сразу. Всё случилось постепенно, когда им не хватило знаний и умений, чтобы найти первопричину этой беды.

Это сейчас я понимаю, что, возможно, рождение таких детей намекало на проблемы не людей, но самого мира. Я не уверен, знаешь ли ты, искатель, что мы привязаны к мировым магическим потокам, и именно поэтому можем чутко реагировать на изменения, происходящие вокруг. Таким нас создала… Кто-то да создал. – Кривовато усмехнувшись, Свар выдохнул и сурово посмотрел прямо перед собой. – Мы никогда не задумывались об этом, поэтому и не обратили внимания. Вообще, впервые такое предположение выдвинула моя старшая сестра. По мнению Лары, некоторые люди рождались с более тонким восприятием мира, имея слишком сильную связь.

Власта честно пыталась понять, о чём толкует артефактор, но она была слишком далека от целительства высокого уровня. Не говоря уже о невероятных знаниях предков, утерянных в ходе войны. Бросив взгляд на, Марка, магиня увидела, что он так же не понимает Свара. Но, достав блокнот, уже начинает что-то в него записывать.

«И то верно, – подумала она. – Лучше пометить важные моменты, чтобы показать нужному специалисту. Может кто и разберётся».

– Думаю, ты не понимаешь, да? – неожиданно хитро улыбнулся Свар, отчего глаза его задорно блеснули. – Попробую объяснить ещё раз. При рождении мы «привязываемся» к магическим потокам, так впитывая силу из окружающей нас среды. Но в то же время мы не на цепи, и в любой момент можем прекратить эту связь. Иначе наши предки просто погибли бы при переходе в новый мир. А те дети… Они другие, «цепные», если можно так сказать. И это уже следствие значительного генетического сбоя. Но, опять же, это только предположение, хотя я склонен верить выводам сестры. К сожалению, она не успела подтвердить свою теорию. Слишком рано моя Лара покинула меня…

И вновь Свар замолчал, надолго погрузившись в свои раздумья. И пока запись, на которой был запечатлён гениальный артефактор, была наполнена тишиной, маги успели обсудить услышанное. Вернее, Марк попросил Власту дополнить то, что он упустил или неправильно запомнил. Но как только Свар заговорил, они мгновенно замолчали, внимательно вслушиваясь в его слова.

– К счастью, были среди возродившихся фанатиков и те, кого не покинул голос разума. Но их становилось всё меньше и меньше, а кровь невинных потекла рекой. В записях, хранящихся в архиве, даже есть упоминания того, что на некоторое время такие дети и вовсе прекратили рождаться и всё как будто наладилось. Что ещё больше укрепило веру предков в правильность своих действий. – Свар поморщился, словно учуяв неприятный запах. – А затем случился первый прорыв, из-за которого погиб мой отец. Я тогда только родился, поэтому совсем его не знал, видел лишь на запечатлителях. В тот год, со слов моей сестры, родилось очень большое количество детей с генетической аномалией. И кровь потекла рекой, а жертвенные костры горели круглыми сутками. Но это не помогло. Зато несколько учёных, ранее находившихся вне милости из-за исследований опасной и непредсказуемой магии хаоса, выяснили, что именно эта страшная сила лучше всего уничтожает иномирных тварей.

Неожиданно на их идею откликнулось множество добровольцев, желающих участвовать в эксперименте по обузданию магии хаоса. Как ни странно, но лучше всего могли справиться с бешеной силой целители, способные напрямую воздействовать на кровь во время лечения. Их ещё называли магами крови. Так и появились первые некроманты.

Власта даже воздухом подавилась, когда услышала о магах крови. Те, кто уже много веков были вне закона из-за зверств, которые некогда творили. Она была свято уверена, что их давно уничтожили. Так гласили официальные хроники. Но если это были некроманты, которые существуют и по сей день…

Магиня посмотрела на Марка, наткнувшись на спокойный взгляд аквамариновых глаз.

«Он знал! – обожгла сознание страшная мысль. – Он всё знал о некромантах! Конечно же, ведь его лучший друг и… О боги, Юнар тоже маг крови!»

Перед мысленным взором предстал весёлый парнишка, что искренне ей улыбался, спас стольких людей на заставе и так сильно переживал о своём наставнике. Ну какой из него маг крови – чудовище, способное сделать из человека послушную куклу?!

Неожиданно Марк прижал свою ладонь к её щеке и, покачав головой, указал на так и продолжившего говорить Свара. И Власте пришлось усмирить своё волнение и неверие. Об этом можно поговорить и потом. И видят боги, она вытрясет из Марка всю правду!

– …уже после смерти моей матери, – услышала она, слова древнего мага. – Я несколько лет не мог простить сестру, наивно полагая, что смог бы уберечь маму, если бы Лара меня тогда не забрала. Но желание спасти свой народ привело меня к артефакторике. Стыдно признаться, но именно я придумал тот артефакт, который защищал наш мир долгие годы и, вполне возможно, защищает даже сейчас. Единственное, чего я не ожидал – что напитывать его станут жизнями всё тех же несчастных детей. Уже давно было известно о большом магическом всплеске перед самым потемнением. Мы даже могли предсказать точное время, ибо он мог принести множество бед. И тогда один из совета сорока, в который некогда входил и я, предложил наполнять артефакт жизнями этих несчастных именно в момент всплеска. И мы делали это на протяжении двухсот лет.

Тогда я впервые начал задумываться о неправильности происходящего и пытался изменить хоть что-то. Но желание выжить и страх перед хищными тварями перекрывали голос разума. И тогда я решил уйти, создав себе убежище, где мог спокойно заниматься исследованиями, потому что задумался об ещё одной вещи, которая не приходила в затуманенные страхом головы. Почему начала разрушаться межмировая ткань? На исследования и составление плана действий я потратил несколько веков. И во многом мне помогли изыскания сестры. Жаль, что она не застала того момента, когда я придумал способ не просто залатать дыры, а обновить разрушающуюся естественную защиту нашего мира.

– О боги! – не сдержалась Власта, не ожидавшая такого невероятного подарка. – Ты…

– Нет, – быстро ответил Марк, не отрывая взгляда от изображения. – Я даже предположить не мог, что здесь мы найдём не просто нужное нам знание, но спасение.

– …не рассказывать об этом, видя в кого превращаются мои сородичи, – услышали они, когда эмоции немного схлынули. – Не знаю, результат ли это от закрытия прорывов и наступившей мирной жизни, или же какая иная причина, но я стал свидетелем того, какими самовлюблёнными они стали, считая себя невероятно могущественными, равными тем неизвестным богам, которым ранее так бездумно поклонялись. Да и рейты, которых они стали держать как слуг, подогревали их самолюбие, восхищаясь силой своих хозяев, а по сути родственников, не пожелавших искать пути лечения для своих детей. И всё же я надеялся, что они исправятся. Поймут неправильность своего мировоззрения. Искоренят глупую гордыню, которая могла привести их к гибели. Если бы я увидел, я бы никогда не поступил так.

И вновь наступила тишина. А маги смотрели на то, как на лице гениального артефактора отражается вина пополам с мукой. Они не понимали, о чём он говорил, но видели, как сильно его мучает принятое решение.

– Кажется, я тоже возомнил себя богом, имеющим право вершить чужие судьбы, – немного потерянно сказал Свар. И этот грех навсегда останется со мной, но иначе я не мог поступить, видя, как мои сородичи уничтожают сами себя.

Я выкрал разработки своего давнего знакомого, создавшего… существ наподобие тех тварей, которые чуть не истребили нас. Это были хищные насекомые, способные, если дать им волю, уничтожить всё на своём пути в поисках пропитания. Я назвал их саранчой и поместил в специальный питомник, создав определённый цикл их появления на поверхности.

Внутренности болезненно скрутило, а к горлу подступила тошнота. Власта прикрыла глаза, почувствовав, как силы медленно покидают её. Ибо тарки – страшное проклятие их мира, появились по прихоти одного человека, почему-то решившего, что…

– …уснул в стазис-капсуле на долгие три тысячи лет. Всё это время мои артефакты записывали данные, наблюдая за происходящим во внешнем мире. А после пробуждения меня ждало известие о войне и сопутствующих ей ужасах. Бывшие хозяева были или безжалостно истреблены, или же низвергнуты до уровня племенных животных. Я ожидал, что моих слишком самовлюблённых сородичей может постигнуть кара. Но не думал, что всё будет настолько печально. А больше всего меня расстроили рейты, предпочётшие забыть произошедшее. Они не стали ничего менять или попытаться улучшить свою жизнь, пойдя по другому пути развития. Нет, они просто низвергли хозяев, чтобы самим ими стать.

Я понимаю, слушая мою исповедь, ты можешь злиться и ненавидеть вздорного старика, обрёкшего людей на ужасы от цикличного нападения саранчи. Но если бы ты видел то, что довелось наблюдать мне, тогда, быть может, понял бы… Это тупик в развитии – когда люди не стремятся познавать что-то новое, удовлетворившись лишь набиванием живота или наращиванием личного богатства. Возможно, правильнее было бы отпустить контроль над саранчой, дав ей возможность истребить весь людской род. Ибо сейчас и рейты, и оставшиеся горстки тайхаров как никогда слабы. Но я не решился на это. Как бы там ни было, мне их жаль, и хочется верить, что ещё есть возможность всё исправить. Я даже верю, что эти новые некроманты не такие уж и плохие ребята. Пусть они и потеряли знания о туманных заклятиях, но магия крови всё ещё при них. Главное, чтобы они вновь не возжелали власти, попытавшись управлять людьми при помощи своей опасной силы.

– Разве… – начала Власта и замолчала, что-то подсчитывая в уме.

– Думаю, они восставали два раза, – тихо проговорил Марк, в то время как голос на записи утверждал, что потомки будут обречены, если некромантов не останется.

– Да, я прекрасно знаю, что действующий артефакт не панацея от той болезни, которая охватила наш мир, – сказал древний маг. – И даже не только я, но и некоторые члены совета сорока. Но сначала они пытались спасти свою расу, что, несомненно, верно, хоть и жестоко по отношению к невинным. А затем… Я, честно сказать, не знаю, почему они всё оставили всё, как есть. Возможно, считали, что у них ещё полно времени. Возможно, надеялись, что мир сам восстановится. Но факт остаётся фактом, способ «лечения» пришлось придумывать мне одному. И теперь выбор за тобой, искатель. Ты можешь создать нужную вакцину, или же пустить всё на самотёк, позволяя случиться тому, к чему всё и идёт.

Власта непроизвольно вцепилась в ногу Марка. И только успокаивающее поглаживание помогло ей немного расслабиться. Пока давно почивший артефактор на записи объяснял, как Марк может просмотреть сохранённую базу данных и отключить ловушки, магиня погрузилась в размышления, уже не особо следя за происходящим. Того, что она успела узнать, хватало с лихвой. И это знание пугало, приводило в бешенство, погружало в апатию. Такая безумная буря эмоций, бушевавшая в её сердце, мешала здраво мыслить, чтобы правильно всё оценить. Но это обязательно нужно было сделать. И Власта чуть изменила позу, приняв удобное положение для медитации. Глубоко и размеренно дыша, она пыталась унять скачущие мысли, добиваясь отрешения от окружающего мира. И только когда ей это удалось, женщина позволила себе обдумать информацию.

«Мы слишком сильно отличаемся от Свара, – думала она, продолжая всё так же глубоко и размеренно дышать. Хотя бы тем, что живём в другое время – не то, в котором жил и трудился он. И, если честно, мне трудно понять ту боль, которую испытывал этот воистину великий ум, глядя на то, во что понемногу превращаются его сородичи. Но представить всё же могу, поэтому ход его мыслей вполне логичен. Это как со смертельной раной у товарища по оружию. Когда ты с ним оказываешься в таких дебрях, из которых сам с трудом выбраться сможешь. А тащить его за собой, это только продлевать агонию, причиняя лишние страдания. И да, в такие моменты тебе больнее, чем ему. Ибо товарищ вскоре избавится от мучений, а ты будешь жить дальше с этой разъедающей душу раной. Но, даже осознавая всю правильность своих действий, будешь искать способы и продлевать жизнь небезразличного тебе человека. И со своей стороны Свар сделал всё, что мог. Он создал, как сам сказал, вакцину, способную спасти не только нас, но и дом, в котором мы живём. Конечно, хотелось бы, чтобы этот страшный выбор сделал он сам, спася мир ещё задолго до моего рождения. Но мы ведь не можем постоянно надеяться на кого-то, перекладывая ответственность на чужие плечи. Нужно хоть раз решить всё самим. Только имеем ли мы на это право?»

Открыв глаза, она наткнулась на спокойный взгляд Марка. Запись исчезла, а мужчина терпеливо ждал, когда Власта обратит на него внимание.

– И до чего дошла? – спросил он, стуча закрытым блокнотом по своей раскрытой ладони.

– Как думаешь, мы достойны спасения? – в ответ спросила она.

– Конечно. – Артефактор ни на секунду не задумался над вопросом, что наводило на определённые мысли.

– Ты уже раньше задавался этим вопросом?

– Да, было дело. Наш мир не идеален, но в нём есть те, кто достоин жить. А ещё есть те, кому обязательно нужно дать шанс, чтобы они могли осознать свои ошибки и измениться. Нам никогда не понять, что именно пришлось пережить Свару, раз он принял такое решение, – озвучил артефактор её недавние мысли, – но я точно не собираюсь оставлять всё, как прежде. В моей жизни есть те, кого я обязательно хочу спасти. Поэтому прямо сейчас отключу ловушки и начну изучать базу данных.

– А я? Что делать мне?

– Кормить меня, женщина! – наигранно прорычал Марк и гордо выпятил грудь. Кстати, весьма широкую и мускулистую.

Постаравшись отвлечься от привлекательного зрелища, Власта подняла глаза к потолку и недовольно сказала:

– Когда я соглашалась на эту авантюру, то не думала, что вся работа сведётся к приготовлению еды. Я теперь не боевой маг, а обычная кухарка!

– Почему это обычная? – искренне удивился Марк. – Очень даже красивая! А если надеть на тебя накрахмаленный передник и чепчик, и больше ничего кроме…

Досказать свою фантазию ему не дал не сильный, но ощутимый подзатыльник. Погрозив ухмыляющемуся мужчине кулаком, магиня потянулась к одной из лежавших на полу сумок. За что тут же заработала звонкий шлепок по ягодице. Но когда она обернулась, Марк уже сосредоточенно что-то нажимал на панели управления.

«И ведь даже разозлиться на него нормально не получается, – мысленно сокрушалась она, предварительно отойдя на безопасное расстояние и доставая из сумки еду. – А ведь раньше я такого не позволяла даже бывшему жениху. Влюбилась, что ли?»

Последняя мысль ошпарила не хуже кипятка. Сглотнув и настороженно посмотрев назад, Власта тихо выдохнула. Марк сосредоточенно изучал какие-то надписи, появившиеся на экране, и совершенно не обращал внимание на происходящее вокруг. А она никак не могла оторвать от него взгляд, изучая мужской профиль. То, что Марк привлекательный мужчина, не вызывало никаких сомнений. То, что он способен при желании очаровать кого угодно, неоспоримый факт. То, что он один из умнейших и сильнейших артефакторов мира, только добавляло веса привлекательности. И то, что Марк оказался не таким поверхностным, как иногда казалось из-за его вечных шуточек, безгранично радовало. А его верность и ответственность безгранично восхищали Власту. Но даже со всеми этими несомненными положительными моментами, можно ли влюбиться всего за несколько дней знакомства? И не просто поверхностно, а понимая, что ты погрузилась в эти чувства слишком глубоко? Оказалось, можно.

А осознание и принятие своей любви оказалось не таким уж и тяжёлым. И даже мысли о том, что это чувство может оказаться безответным, не пугали. Хотя некоторая горечь и присутствовала.

«Ладно уж, переживу, – с уверенностью, которую пока не чувствовала, подумала Власта. – Не маленькая девочка, и не через такое проходила».

– Нашёл! – воскликнул Марк некоторое время спустя, чем изрядно напугал погрузившуюся в свои мысли магиню. – Ну наконец-то!

Оглянувшись, Власта увидела, как он что-то нажимает на панели, иногда посматривая на экран. Присмотревшись, она увидела слова, на этот раз подсвеченные белым: «Вы уверены в своём выборе?». Магиня даже понять ничего не успела, как Марк вновь нажал на один из кристаллов. И по всему убежищу разнёсся вой сирены. На этот раз не пугающий, а скорее предупреждающий о чём-то.

– Что ты сделал? – спросила она.

– То, что давно хотел, – ответил артефактор и протянул к Власте руку.

Даже не подумав сопротивляться, она подошла к нему, вложив свою ладонь в его.

– Расскажешь?

– Уничтожил тарков. – Марк прижал её к себе, уткнувшись лицом в пышную грудь, и глухо добавил: – Больше это проклятие не будет довлеть над нашим миром.