Глава 22
- Что-то ты совсем не радуешься, - проговорила Томи сквозь сжатые зубы, в которых она держала булавки. Тонильи стояла перед ней в пышном свадебном наряде, и госпожа подкалывала слишком длинный рукав.
- Это все нереально. Это не со мной происходит. Мне кажется, я все еще сплю, - проговорила бледная Тоня.
- Ну, может быть.
Прошло всего несколько дней с момента ее пробуждения. Вообще-то, обычно к свадьбе готовятся чуть дольше, но Амаддариэл собирался ехать в Горгию, а молодым непременно хотелось, чтобы их брак заключил именно он, и потому решили поторопиться. Тивелий был рад безмерно, он обежал всех знакомых купцов (а таких оказалось немало) и готовил такой пир, такое гулянье, что даже праздничные ужины в доме правителя должны были померкнуть перед этим великолепием. Он не только растратил все свои сбережения, но и влез в долги. Когда Тирра попытался его остановить, ответом ему было: "Пошел вон! Моя единственная дочь выходит замуж!". Чтобы не допустить финансовой катастрофы в семье невесты, на тайном совете в присутствии правителя, Лаони, Тирры и Сайлуса было решено оплатить часть долгов из государственной казны - якобы, от жениха. У Сайлуса, как и у любого другого хорошего врача, конечно, были средства, но на них содержались лечебницы в разных городах и деревнях Элвы.
- Ау!
- Извини, я случайно, - Томи вытащила последнюю булавку. - Готово. Иди смотрись.
- Не хочу.
- Почему? - удивилась Томи.
- Не знаю. Наверно, мне просто все равно.
- А ну иди к зеркалу! - Томи пихнула ее в спину, и Тонильи вынуждена была сделать несколько неуклюжих шагов в сторону зеркала. Из рамы на нее смотрела пышногрудая красавица, вся увитая шелковыми цветами и лентами. Но на Тонильи это не произвело никакого впечатления.
- Ну? - нетерпеливо спросила Томи, не дождавшись реакции.
- Как теперь папа будет без меня?
- Тьфу, - Томи расстроенно притопнула ногой. - Он взрослый мужик, справится как-нибудь. В конце концов, он купец, а твой будущий муж - врач. Вы все будете постоянно разъезжать по стране и уж точно часто встречаться. И вообще, ты ведешь себя как-то не по-невестински.
- А как нужно? - Тоня чуть обеспокоенно повернула голову к госпоже.
- Ну, нервничать там, психовать из-за прически, радоваться, бояться и так далее.
- Я боюсь. Немного.
- Чего? Опять за папу?
- Не знаю. Людей боюсь.
- А жениха? - Томи прищурилась. - Жениха не боишься? Раньше боялась.
- Боюсь немного, - Тоня опустила глаза.
- Ну наконец-то, хоть чуть-чуть порозовела. А то бледная была, как простыня. Ты пока посиди, долго еще. Вон, чаю попей, только на платье не пролей. А я пока тоже переоденусь. Смотри, какую красоту Ам прислал.
Томи подняла с кровати ярко-красное платье с огромным бантом на спинке и змеей скользнула внутрь. Платье было сшито специально для нее: половина юбки спереди была аккуратно вырезана полукругом. Но швеи все-таки постеснялись шить одни лишь шаровары и прислали еще и нижнюю юбку из того же красного шелка. Из уважения к свадьбе Тони госпожа Тэллы решила на этот раз надеть нижнюю юбку.
- Оно такое яркое... Я, пожалуй, встану где-нибудь позади, чтобы не отвлекать от тебя внимание.
- Ни в коем случае! Вы должны держаться поближе к господину Амаддариэлу.
- Он будет вести церемонию. Я там точно ни к чему.
- Встанете сразу за мной, там, где мать невесты должна стоять. Ведь вы мне и правда в каком-то смысле стали мамой.
- Спасибо, дорогая, - госпожа улыбнулась и обняла Тоню, и та, едва ли не впервые за весь день, тоже улыбнулась.
- Вот теперь я, кажется, боюсь.
- Чего?
- Всего!
- Наконец хоть кто-то из нашей компании женится, - жизнерадостно возвестил Тавриэл, поднимая бокал вина за жениха.
- Чему ты радуешься? - пробурчал Сайлус. - Сам бы попробовал.
- Ты так говоришь, будто не рад. Тебя ведь не под пыткой заставляли.
- Это все Томи виновата, - раздраженно заметил Сайлус, затягивая ремень и оправляя сорочку.
- Интересно, в чем это?
- Ни в чем. Забудь.
- Нет уж, ты расскажи.
- Я сказал, забудь!
- А ну, прекратите, - вмешался Амаддариэл. - Вечно вы ссоритесь по пустякам. Тавриэл, ты чего в душу человеку лезешь? Даже если он не хочет жениться и прямо сейчас убежит, это не твое дело.
- И вы туда же, господин. Никуда я не убегу, - Сайлус сердито всхлопнул сюртук и принялся натягивать его на себя, нещадно треща швами.
- Но ты выглядишь таким недовольным...
- Да потому что лезут все, кому не лень! Вот какая ему разница, когда я успел дать согласие? Ну да, да, я с ней почти пять дней провозился и да, нам было, о чем поговорить!
- Скажи хоть, почему именно она? Решил жениться, так выбрал бы кого поблагороднее. Ты же придворный врач. А она - дочка винокура.
- Зато отлично сработаются, - ответил вместо него Амаддариэл. - Тивелий будет всех вином травить, а Сайлус потом - всех лечить. А правда, Сайлус, почему Тоня?
- Понравилась, и все тут.
- А при чем здесь госпожа Томи? - вспомнил Тавриэл.
- Сам у нее спроси. Расскажет, может, и ты тоже женишься.
- Ладно, не кипятись, - Амаддариэл примирительно хлопнул травника по плечу. - Готов? Советы нужны?
- А ведь точно, господин, - встрепенулся Тавриэл. - Вы ведь уже были женаты!
Повисла неприятная пауза.
- Господин Тавриэл, вы иногда бываете бездушны, как бревно, - прокомментировал юный Тирра, сидевший в кресле у окна. Тавриэлу хватило ума промолчать.
- Ладно. Вижу, все готовы, - оглядел присутствующих Амаддариэл. - Поспешите! Встретимся уже в храме. Приятных гуляний!
Гуляния было слышно издалека. Томи стояла в одной из храмовых комнат и глядела в окно, выложенное цветными стеклами. Снег пушистыми шапками укрывал клумбы и скамьи в саду храма. Дорожки и площадку перед Камнем давно расчистили. На деревьях покачивались на цепочках стеклянные шары с горящими в них свечами. Ветра не было, и двое мальчишек, приставленные следить за огоньками, от нечего делать лепили снеговика.
- О чем задумалась?
- О празднике Нового Года.
- Не знаю такого. Это лиссане такой праздник придумали?
- Нет. Здесь его вообще не отмечают.
Амаддариэл тактично промолчал, не зная, стоит ли расспрашивать девушку о ее прошлом. Но Томи заговорила сама:
- Там, где я жила раньше, год считали не с весны, а с середины зимы.
- Неудобно же.
- Да, немного. Новый год был самым важным праздником в году. На Новый год в дом приносили молодые елочки, украшали их огнями, конфетами, игрушками и лентами. Друг другу обязательно дарили подарки. Особенно детям. И загадывали желания. А еще Новый год непременно нужно было встретить хорошо. Даже присказка такая была: как новый год встретишь, так его и проведешь.
- Хороший праздник. У нас нет зимних праздников. Может, ввести? Только назвать как-нибудь по-другому.
- День середины зимы. Или снежный день. Как-нибудь так.
- Думаю, полуэльвы назовут его "День Томи". Тебе, кстати, послание пришло из Тэллы. Некий Винсент просил передать, что у них все хорошо, дома достроили, везде тепло. И что припасов на зиму хватит.
- Вот и славно, - Томи улыбнулась и вздохнула с облегчением.
- Ты волновалась за них?
- Нет. Но от этого известия мне определенно стало легче на душе... Ну, где там наши новобрачные? Я устала ждать.
Где-то в городе сейчас ходили из дома в дом двое новобрачных, выспрашивая: не видал ли кто их суженого (суженую). Им отвечали, что не видали. Если в доме была дочь на выданье, предлагали ее жениху, а сына - невесте. Те, конечно, отказывались. Тогда им в утешение непременно что-нибудь дарили. Ламниската - большой город, и искать друг друга молодые могли долго. Томи об этом знала, и ей было скучно. В соседней комнате разминали пальцы музыканты, наигрывая что-то медленное и задумчивое.
- Холодно, - пожаловалась Томи, кутаясь в шубку.
- Камин еще не протопился. Подожди полчасика.
- Сколько можно ждать? Давай, что ли, подеремся хотя бы.
- Что? - не поверил своим ушам Амаддариэл. Вместо ответа Томи залепила ему звонкую пощечину, хихикнула, наблюдая за результатом, и попыталась повторить экзекуцию, но Ам увернулся. Следующий удар был нацелен в грудь, но перехвачен крепкими ладонями. Один из ногтей скребнул по запястью девушки за пределами перчаток.
- Осторожней!
- Извини. Но ты сама на меня напала!
- Я ж не в серьез, - пояснила Томи и попыталась пнуть правителя в коленку. Тот резво отскочил. Затем последовала серия быстрых выпадов. Ам увернулся от всех, кроме последнего: Томи задорно наступила ему на ногу.
- Ну, держись, - наконец, включился в игру Амаддариэл, принял боевую стойку и попытался толкнуть Томи в плечо. Увидев летящий в ее сторону кулак, Томи весело взвизгнула и пустилась наутек. Бегала она медленнее вампира, зато разворачивалась проворнее, в то время как Амаддариэл постоянно налетал на углы и дверные косяки. Они пороняли все стулья, перевернули стол. На шум сбежались музыканты, застав двух правителей в весьма нецарственной позе: Амаддариэл, вывернув правую руку Томи ей за спину, пытался свободной рукой выдрать ее пальцы из своих волос, ногой виртуозно пресекая все попытки девушки залепить ему каблуком в коленку. В какой-то момент они оба запнулись за стул и с грохотом повалились на пол, опрокинув на себя вазу с сушеными цветами. Серебряный обруч слетел со лба правителя и закатился под какую-то тумбочку, нижняя юбка Томи не выдержала напора ее каблуков и с громким треском порвалась.
- Идут! Они идут! - послышался крик с улицы. Всклокоченные правители с трудом поднялись с пола, еще тяжело дыша, и попытались привести себя в порядок. Амаддариэлу подали гребень и достали обруч из-под тумбы. А вот с нижней юбкой Томи было сложнее. Она попыталась перевернуть ее задом наперед, но сзади юбка была испачкана.
- Да ну ее, - сказала Томи и вышагнула из столь нелюбимого ею предмета одежды, оставшись как всегда в половинчатом платье и шелковых брючках.
- Замерзнешь, - предупредил Амаддариэл.
- А ты не затягивай с церемонией.
Церемония должна была проходить в саду у Камня. Гости и молодые уже показались в воротах храма, служитель вел их за собой. За ними следовала огромная толпа гостей: кого пригласили, а кто просто пришел поглазеть. Не так уж часто в Элве случаются свадьбы. А еще реже молодых венчает господин Амаддариэл. Тоня робела и прижималась к отцу, тот ободряюще похлопывал ее по ладони. Сайлус шел один, Тирра, Тавриэл и Лаони держались чуть позади него. В толпе Томи различила лохматую шевелюру Тамиладу и серебристые волосы Марка. Когда толпа подошла к камню и молодых оставили одних, Марк незаметно покинул пределы толпы и скрылся в тени деревьев: ему не нравилось излишнее внимание окружающих. Тамиладу же, напротив, отыскал взглядом Томи, улыбнулся и помахал ей рукой, пристроившись слева от служителя храма.
Правители вышли на площадку с Камнем, Томи подошла к Тонильи и ободряюще пожала ее плечо. Тоня робко улыбнулась ей. Заиграла музыка.
Амаддариэл начал приветственную речь, и Томи сразу стало скучно: ну почему ни одна церемония не обходится без этих высокопарных фраз? От нечего делать она принялась разглядывать людей в толпе. Люди тоже ее разглядывали. После того, как Амаддариэл сказал, что она может замерзнуть, Томи принципиально рассталась с шубкой, и красный шелк платья колыхался от ветра и огнем горел над сугробами за ее спиной. Ей было холодно, о да! Но зато как интересно было наблюдать за реакцией людей в толпе: кто смотрел на нее с ужасом, кто с удивлением, кто с сомнением, а кто и с восторгом. Томи приосанилась и тряхнула головой. Затем глянула на Амаддариэла: долго он там еще со своими дифирамбами? Нужно впечатление она уже произвела, теперь бы не простудиться. Амаддариэл тоже на нее посмотрел и сбился на полуслове: уж больно непривычно и вызывающе смотрелась яркая и разгоряченная борьбой Томи на фоне этих белоснежных сугробов и разряженных в светлые шубы гостей. Госпожа Тэллы хмыкнула и отвернулась от него, снова переключив внимание на толпу. Тамиладу смотрел на нее и широко улыбался. Томи показала ему язык, отчего в толпе хихикнули дети. Служитель сдвинул брови: видно, подумал, что Томи показывает язык именно ему. Томи фыркнула.
Наконец, словоизлияние Амаддариэла закончилось. Молодые присели у огромной кувшинки, и он возложил на Камень их руки: одну поверх другой. Тонильи залилась краской, Сайлус тоже почему-то смутился. Камень задрожал едва видимым светом, а потом принялся тихо вибрировать и сиять, да так ярко, как давно уже не сиял. Толпа восторженно ахнула и подалась вперед, так что некоторых пришлось даже отгонять стражам. Амаддариэл отошел к Томи, чтобы не мешать.
- Какая красивая пара, - шепнула Томи ему на ухо, пока все были увлечены необычным явлением и не смотрели на них.
- Надеюсь, у них будут дети, - ответил ей Амаддариэл.
Тамиладу не собирался выходить, но он стоял в первой линии и подавшаяся вперед толпа вытеснила его и служителя ближе к брачующимся. Он видел, как шепчутся правители и как Томи украдкой потирает замерзшие плечи. "Надо бы ее укрыть чем-нибудь", - подумал он и тут заметил, что служитель ведет себя как-то странно: глядя на правителей, он постепенно багровел, плотно сжатые губы тряслись, щеки надувались. Было похоже, что он вот-вот что-нибудь закричит. Но прежде чем слова вырвались из его уст, он выхватил из-за пояса что-то блестящее и рванулся к Томи.
Тамиладу не успел сообразить, что происходит, но интуиция и рефлексы сработали быстрее. Эльв помчался вслед за служителем, запрыгнул ему на спину и резким ударом отбил летящее к Томи лезвие в сторону. Тамиладу успел заметить широко открытые глаза госпожи, руку Амаддариэла, толкающую девушку в противоположную от служителя сторону, и ухнул с головой в свежий сугроб.
Снег залепил ему глаза, набился в рот. Пока Тамиладу отплевывался, он слышал, как кричит что-то Амаддариэл, как звенят оружием стражи, как визжат женщины в толпе. Когда все успокоилось, подоспевший Тирра помог ему выбраться из сугроба. Чуть поодаль сидел наскоро связанный служитель и злобно сверкал глазами на толпу.
- Это ты писал госпоже Томи письма с угрозами? - прорычал не на шутку рассерженный Амаддариэл, сжимая выбитый из руки служителя кинжал.
- Да.
- Это ты подкинул ей в постель песчаную сновидицу?
- Да.
Амаддариэл хотел еще что-то спросить, но злость колотила его, и слова не шли наружу. Он только махнул рукой стражам, и те утащили служителя в храм. Потом Ам вспомнил, что он правитель, и находится на свадьбе друга, глубоко вздохнул, успокаиваясь, и повернулся к Томи.
Та лежала подле Камня без сознания, неизвестно откуда взявшийся Серебряный дракон прижимал ее голову к своей груди, испуганно глядя на толпу и вытянув руку в отстраняющем жесте. Тоня уговаривала его отпустить госпожу и дать Сайлусу ее осмотреть.
- В чем дело? Разве он все-таки поранил ее? - забеспокоился Ам.
- Нет, она ударилась о Камень при падении, - ответил ему травник и повернулся к полуэльву. - Молодой человек, мы не обидим вашу госпожу. Я врач, позвольте мне осмотреть ее.
Тяжело дышащий Марк только крепче прижимал к себе госпожу и испуганно переводил взгляд с одного лица на другое. Его голубые глаза с черной каймой по привычке искали место, где можно спрятаться, а своим телом он загораживал госпожу от возможных ударов.
- Марк! - позвал его Тамиладу. - Марк, стражи уже поймали преступника. Госпоже Томи больше ничто не угрожает. Позволь врачу осмотреть ее.
Марк еще немного посомневался, но Тамиладу он доверял и, наконец, выпустил госпожу из своей мертвой хватки. Томи по-прежнему была без сознания. Голова ее откинулась назад, правая рука безвольно скатилась вниз. Кожа быстро серела, губы стремительно приобретали синюшный оттенок, под глазами наметились тени.
- Нужно срочно отнести ее в тепло, - скомандовал Сайлус. Марк и Тамиладу попытались приподнять девушку, но не преуспели в этом. Тогда Амаддариэл закутал ее в свой нагретый плащ, подхватил на руки и понес к саням.