Глава 17

Сон слетел с меня мгновенно. И какое-то время мы с волками так и рассматривали друг друга, пока между нами не вклинилось ржание кобылы.

Я обернулась к стреноженным лошадям.

Ветерок и кобыла навострили уши, но первый, в отличие от вымотанной соседки, особого страха не проявлял. Да и меня, стоило только взять себя в руки, отпустило быстро.

— Не бойся, – успокоила я Гульнару. – Сытые они…

— А если чоно пойдут к нам?

— Не пойдут! Им что, делать нечего?

— Айше.

— Не бубни, Гуля!

Отмахнувшись от нее, я быстро соображала. В голове уже всплывали обрывки то ли чужой памяти, то ли моей.

Волки в такое время суток не охотятся. Эти трое – дозорные, а мы, скорее всего, просто забрели на их территорию, чего избежать было практически невозможно: в Нижнем Поволжье обитала огромная популяция серых хищников. Но сейчас стоял конец августа, сытая пора, на что хотелось полагаться в первую очередь. Незачем им с нами связываться...

— Думаю, тут их земля. Вот они и проверяют нас, – озвучила я свои предположения. – Мы им не угроза, они нам тоже: если нарываться не будем – не тронут. Ты пока вещи собирай, а я лошадей подготовлю. Уйдем отсюда от греха подальше.

— Да, уйдем, Айше.

Мои слова немного успокоили девчонку. Она еще не отошла от случившегося в ставке, плюс не отдохнула, и поесть мы не успели, а тут новые потрясения. Но хорошо уже то, что в ступор Гуля не впала: почти сразу начала аккуратно сворачивать настил весь разом, туго-туго, чтобы вместить в один валик обе накидки и плед.

Я же направилась к лошадям.

Сперва к Ветерку. Рядом с ним мне было как-то спокойнее. Может, оттого что в нем набралось под полтонны веса, а может, и потому, что он проявлял настоящую мужскую выдержку. Но беда в том, что и наши гости были не из робкого десятка: стайные, не одиночки, а значит, хорошо умели работать командой.

Лучше и впрямь убраться с их территории… Отдохнуть как следует не вышло ни у меня, ни у кобылы, но, раз такой выбор, я предпочту потрястись в седле, чем раздражать своим присутствием хозяев.

Да и пора было возвращаться в ставку.

Небо вдали выглядело чистым, пожар там точно закончился. Если идти вдоль реки, даже медленным темпом, к вечеру мы обязательно выберемся к поселению. Правда, сперва придется сделать небольшой крюк из-за волков: те как раз были на нашем пути.

— Айше, – тихонько позвала меня Гуля.

Троица хищников развернулась, скрывшись из виду, но порадоваться я не успела. Стоило нам начать выход из низины, как волки вновь попали в обзор. Нет, они не охотились на нас – присматривались. Если бы это была охота, поведение серых отличалось бы кардинально. К тому же на такой местности мы их попросту не увидели бы: вокруг росли кусты и деревья, трава кое-где стояла по пояс. При желании можно подобраться к цели вплотную, пойти против ветра так, что и лошадь не учует.

— Веди себя спокойно, – предупредила я девчонку.

Следующие полчаса были потрачены на выход к степи.

Улучив момент, мы напоследок напоили лошадей и сами утолили жажду. А оказавшись на ровной земле, полезли в седла.

Река служила для меня самым главным ориентиром. Заблудиться с ней смог бы разве что дурень. Благодаря ей я точно знала расположение ставки ниже по течению: если держать Волгу справа от себя, рано или поздно цель объявится.

Но не проехав и пятисот метров, мы опять увидели ту же троицу. Выйдя из низины, волки засеменили вначале вдоль реки, а потом нам наперерез – на приличном расстоянии и без агрессии. Только это не облегчало задачи: нам все еще надо было как-то их объехать.

Впрочем, я и так собиралась делать крюк, но не думала, что они действительно захотят нас проводить.

Пришлось еще сильнее удаляться вглубь степи.

Поначалу такое решение казалось верным. Миновав пару-тройку холмов, мы вновь развернули коней в сторону ставки. Все это время Гульнара упрашивала меня не возвращаться, и я уже вымоталась затыкать ей рот. Но девчонка не слушалась: проявила несвойственное ей упрямство, а, заработав по-настоящему суровый выговор, разревелась.

Ее до ужаса пугал тот старик – Борчи.

Меня, признаться, тоже, и ее рыдания усиливали страх. Но и уподобляться восемнадцатилетней пугливой дурочке я не хотела. Следовало как минимум узнать, что там случилось, хоть издалека провести разведку, а не ломиться в степь лишь потому, что какой-то ненормальный запугал мою служанку.

Но осуществить простой план не получилось – стоило скорректировать маршрут, как впереди нас снова встретили волки.

Вот это было совсем не к добру.

— Медом вам, что ли, намазано?! – вспылила я, резко разворачивая Ветерка, но вскоре поняла: как бы мы ни пытались обойти этих троих, они все равно оказывались перед нами.

Часа через два бесконечных попыток я окончательно сдалась: только зря вымотала и себя, и лошадей. Кобыле уже нужен был отдых, как и Гульнаре – та совершенно выдохлась, догнала по состоянию меня. И пусть закат в эту пору года наступал в степи не так поздно, обстоятельства подталкивали всерьез задуматься о ночевке.

Другого выхода я не видела – выбрала новое направление обратно к реке.

Придется-таки уйти с чужой территории – сделать крюк побольше. Но завтра, набравшись сил.

Ближе к вечеру мы вернулись к Волге: на новое место, километрах в трех от прежнего. Толком ничего не поев за весь день, решили оборудовать лагерь основательно: со всеми предосторожностями, с уже расседланными лошадьми, которых следовало обтереть, и обязательным костром.

Остаток дня ушел на обслуживание лошадей и заготовку дров. Костер разожгли в сумерках, а перекусив куртом из седельной сумки, наспех помывшись в ледяной реке и почти не разговаривая, мы легли отдыхать.

Первой я уложила Гулю, но спала она плохо: бормотала, металась, тихо всхлипывала. Когда же пришла моя очередь, отоспаться у меня не вышло. Около полуночи из темноты поднялся волчий вой, по ощущениям где-то рядом, так что рассвет мы встретили измотанными.

А стоило собрать лагерь, как объявились и наши провожатые.

Все та же троица волков следила за нами с приличного расстояния, будто и не отходила ни на минуту.

— Да чтоб вас… – матернулась я себе под нос.

Последующий день выдался хуже предыдущего. Мы снова петляли, стараясь утомить волков или выскользнуть с их территории: опять уходили дальше и дальше от ставки, но все усилия не приносили результата. Мне даже начало казаться, что волки не просто следят за нами – гонят нас прочь от дома, будто осознанно.

Бред бредом, а путь обратно постоянно увеличивался. И задерживаться на одном месте не имело смысла – волки постепенно смелели, подходили ближе, если мы слишком долго рассиживались. А один раз в открытую проявили агрессию, когда я, плюнув на все, попыталась через них прорваться.

Нас не пустили…

Отсчитывать километры до поселения я тоже уже не могла – сбилась. Раньше ориентиром мне был дым, теперь же лишь внутренние ощущения. Но и по ним вывод приводил в ужас – мы ушли на добрых сорок километров и до сих пор не отделались от сопровождения.

Этой выматывающей гонке я не видела конца. Но страшнее всего было то, что серые провожатые и не думали нас оставлять. К вечеру третьего дня их поведение изменилось, и если бы не разведенные нами костры, еще одну ночь нам пришлось бы несладко.

Но и следующий день облегчения не принес.

Ближе к рассвету к тем троим примкнула свежая четверка.

Стоило нам выехать в степь, как за спинами появилось уже семеро хищников. И сколько бы я к ним ни оборачивалась, понимала одно: теперь мы были им по зубам.