Глава 2

Королевство Сербия, город Белград

Сердце ёкнуло.

— Скверные новости — это не то, что я хотел бы услышать, — вздохнул я.

— Понимаю, Юрий. Мой человек в Белграде сделал всё, что мог, но его связи при дворе не дотягиваются до короля настолько, чтобы устроить вам аудиенцию, тем более по такому щекотливому делу. Мне очень жаль, друг мой. Я надеялся на большее, — с сожалением закончил герцог.

Я прикрыл глаза. Да уж, я тоже надеялся на большее…

— Понимаю, ваша светлость. Вы сделали что могли, и я вам благодарен.

— Если бы я мог помочь как-то ещё… Увы, в Сербии моего влияния не хватает на такое сложное дело. Надеюсь, вы сможете добиться своего иначе, Юрий.

— Обязательно добьюсь. Ещё раз спасибо за помощь, герцог. Всего доброго, — попрощался я.

Вот и закрылась дверь, на которую я так надеялся. Но сдаваться я не собирался. У меня есть немало других контактов в Европе. У кого-то из них наверняка найдутся нужные связи. Теорию шести рукопожатий никто не отменял.

Если кто не знает, эта теория говорит о том, что любой человек знаком с любым другим человеком на планете через пять знакомых или шесть рукопожатий. Вы знаете одного, тот другого, другой третьего и так далее. В результате в среднем к нужному вам человеку выстраивается цепочка из вас и пяти знакомых друг с другом людей.

Я принялся за дело.

Сначала позвонил маркизу де Мариньи. Персиваль искренне посочувствовал моей проблеме, но помочь не смог — он совсем не имел никаких знакомств на Балканах.

— Сожалею, Юрий. Я попробую обратиться к знакомым. Кажется, маркиз де Кремон имеет какие-то связи в Болгарии… А ещё граф де Бо одно время крутил роман с какой-то сербской дамой. Короче говоря, я сделаю, что смогу.

— Благодарю, маркиз. Буду очень признателен.

— Раз уж вы позвонили, позвольте спросить — как дела с Николь? Она вернулась из Петербурга такая расстроенная…

— Восстановление идёт дольше, чем я ожидал. К тому же Николь пригласила меня провести выходные у вас, но дела заставили остаться в России.

— Вот оно что. Как только освободитесь, ждём вас в гости, Юрий! Наш дом всегда открыт для Серебровых. Ну, не буду больше отнимать у вас время… Сейчас попробую позвонить своим знакомым, — пообещал Персиваль.

— Спасибо, — ответил я и сбросил звонок.

Затем я позвонил барону фон Штерну. Увы, Вильгельм не взял трубку. Что ж, ничего страшного, он просто может быть занят. Дождусь, когда перезвонит, или сам наберу ещё раз позже.

Попробовал связаться с герцогом фон Мондом, но его секретарша сообщила, что у герцога важное совещание. Я попросил перезвонить, как только он освободится.

Я связался также с профессором Вандерли, магистром Дювалем, Родриго Эстебаном и другими своими знакомыми. Все они обещали помочь, но увы, прямых связей при сербском дворе никто не имел.

Спустя некоторое время список моих контактов иссяк. Я позвонил каждому, кого знал в Европе, даже тем целителям, с которыми лишь мельком пересекался на симпозиуме. Номера телефонов некоторых пришлось поискать, и некоторые даже оказались недовольны звонком. Могу их понять — малознакомый русский граф просит о такой сложной услуге. Но меня это не смущало, я был обязан попробовать всё.

Уже вечерело, когда мне перезвонил герцог фон Монд.

— Добрый вечер, ваша светлость, — ответил я.

— Здравствуйте, Юрий! Рад вас слышать. Прошу простить, у меня сегодня напряжённый график. Давайте сразу к делу, чем могу помочь? — пробасил Конрад.

Я коротко обрисовал ситуацию, не вдаваясь в лишние детали. Мол, мой человек попал в беду в Белграде, обвинение сфабриковано, и мне жизненно необходима аудиенция у короля, чтобы всё прояснить.

Фон Монд хмыкнул.

— Щекотливое дельце. Но вам повезло, граф. У меня при сербском дворе есть один весьма влиятельный знакомый. Даже можно сказать, что он мой друг, и это человек, к которому прислушивается сам король. Я могу замолвить за вас словечко… Ничего не обещаю, но постараюсь устроить вам встречу с Его Величеством, — сказал герцог.

Я мысленно возликовал.

— Конрад, я ваш должник!

— Как-нибудь сочтёмся, Юрий… Дайте мне один день. Я свяжусь со своим другом и всё устрою, — пообещал фон Монд.

Он сдержал слово.

Прошёл ещё один день — самый долгий и томительный из всех. Я не находил себе места и метался по номеру из угла в угол. Персиваль перезвонил и сообщил, что помочь не сможет. Оказалось, роман его знакомого граф де Бо с сербской дамой завершился скандалом, и поэтому никаких связей при дворе у него не осталось.

И вот в полдень раздался звонок внутреннего телефона, и с ресепшена сообщили, что меня ожидают.

Я прихватил папку с документами Мюллера, спустился и увидел в холле двух мужчин в строгих костюмах. Увидев меня, они одновременно предъявили удостоверения с таким же сербским орлом, как описывал Шёпот.

— Здравствуйте, граф Серебров. Прошу проследовать за нами. Вас ожидают во дворце, — сказал один из них на русском.

— Благодарю, — кивнул я, и мы вышли на улицу, где сели в чёрный магомобиль с государственными номерами.

Один из мужчин сел за руль и выехал на дорогу. Второй повернулся ко мне и сообщил:

— Его Величество готов вас принять. Аудиенция назначена через полчаса, к этому времени мы доберёмся до дворца.

— Хорошо, — кивнул я.

— У вас есть при себе оружие или артефакты?

— Только защитный, — я показал кольцо из метеоритного железа.

— Его потребуется снять. Также будьте готовы к проверке. Если на вас наложены какие-либо чары, лучше развейте их заранее, это упростит процесс.

— Само собой. Я встречался с российским императором и представляю, как это всё выглядит, — ответил я.

— Хорошо, — кивнул мужчина и отвернулся.

Королевский дворец Белграда оказался гораздо менее роскошным, чем я ожидал. Он отдалённо напоминал уменьшенную копию Зимнего, хотя архитектурные стили, конечно, были разными. Зимний дворец Петербурга выглядел гораздо больше и роскошнее даже снаружи.

Я мысленно осадил себя. Размеры дворца не значили ровным счётом ничего — в своей стране Драган Третий обладает абсолютной властью, и от его слова зависит, останутся ли в живых Мюллер и его люди.

Я здесь в роли просителя и должен проявить уважение к королю, но при этом сохранить достоинство. Всё-таки я подданный Российской империи, которая считается другом Сербского королевства, и имею кое-какое влияние в своей стране.

Меня тщательно проверили на входе. Сначала изучили артефактами, а затем обыскали, и только после этого впустили во дворец.

В просторной приёмной меня встретил высокий седой человек в украшенной золотом ливрее. Он коротко поклонился и прознёс:

— Добро пожаловать, граф Серебров. Его Величество примет вас немедленно, но должен предупредить: у вас будет десять минут. Король милостиво согласился уделить вам время, однако он слишком занят, и поэтому прошу вас изложить своё дело быстро и по существу.

— Понимаю, — кивнул я.

Итак, у меня всего десять минут, чтобы спасти жизни Клеменса и его людей. Что ж, придётся уложиться.

Меня провели в тронный зал, щедро украшенный золотом, красным бархатом и росписями. В дальнем конце на возвышении восседал король Сербии. Он оказался моложе, чем я предполагал, и даже густая борода не добавляла ему возраста.

Драган Третий был одет в наряд, который представлял собой некую смесь делового костюма с парадным мундиром. Золотая вышивка, аксельбанты и крупные пуговицы с гербом на рукавах, при этом строгий крой самого костюма. Довольно стильно, должен признать, интересное сочетание эпох.

По бокам от королевского трона застыли вооружённые гвардейцы, а чуть в стороне стоял с бесстрастным лицом человек. Судя по всему, советник или другой чиновник.

Я приблизился на положенное расстояние и отвесил почтительный поклон.

— Ваше Величество. Благодарю, что согласились меня принять.

Король окинул меня изучающим взглядом и медленно кивнул.

— Приветствую вас, граф Серебров, — произнёс он на русском с лёгким акцентом. — Я немного слышал о вас. Говорят, вы талантливый целитель.

— Смею надеяться, что так и есть, Ваше Величество, — скромно ответил я.

— И, как мне сказали, вы прибыли в мою страну по весьма деликатному вопросу. Говорите прямо, я не люблю долгих предисловий, — Драган Третий взмахнул рукой.

— Несколько дней назад ваша гвардия задержала на окраине Белграда группу людей под командованием Клеменса Мюллера. Насколько мне известно, им вменяют обвинение в действиях против Вашей власти. Я прибыл, чтобы рассказать вам правду об этих людях, — произнёс я.

Король чуть приподнял бровь.

— И в чём же состоит эта правда?

— Эти люди работают на меня. Герр Мюллер возглавляет частную службу, которую я финансирую. Эта служба защищает мои интересы в Европе, а также занимается расследованием деятельности преступной организации, известной как Чёрная каста. Надеюсь, Вашему Величеству известно, какую угрозу представляют её главы и каким влиянием она обладает, — ответил я.

Зал погрузился в тишину. Советник нахмурился и что-то прошептал Драгану на ухо. Лицо короля осталось непроницаемым.

— Чёрная каста, говорите. Знаете, для многих это не более чем страшная сказка, — чуть прищурившись, произнёс он.

— И вы тоже так считаете, Ваше Величество? — спросил я.

Драган Третий едва заметно улыбнулся.

— Нет. Не считаю.

— В таком случае, позвольте показать вам кое-что, — я раскрыл папку и сделал шаг вперёд.

Король посмотрел на одного из своих охранников и жестом велел ему взять папку. Тот передал её Драгану, а я продолжил:

— Здесь информация, которую собрали Мюллер и его люди. Чёрная каста украла рецепт моего эликсира, несколько раз пыталась убить меня и до сих пор проявляет большой интерес к моим делам. На территории Российской империи они сейчас соблюдают осторожность, однако упорно копают под мой европейский бизнес и моих партнёров.

— И чем же вы так интересны этим террористам? — спросил король, листая документы.

— Точно не знаю, Ваше Величество. Но однажды у них получилось украсть образец моего эликсира и создать свой на его основе. Возможно, дело именно в этом. Возможно, есть что-то ещё, — ответил я, не став уточнять, что имеется ещё и некий заговор, направленный против русской короны.

— И при чём здесь господин Мюллер?

— Как я сказал, он работает на меня и в том числе противодействует касте. Его решили убрать. Обвинения против Мюллера и его людей сфабрикованы от начала и до конца. Их заманили в ловушку и оболгали. Уверен, если вы поручите своим людям внимательнее изучить свидетельства, то найдётся множество нестыковок, — ответил я.

Драган Третий внимательно изучал бумаги. Минуты текли, но я молчал, не мешая ему. Наконец, он поднял на меня взгляд.

— Допустим, кое-что в этих бумагах действительно способно вызвать любопытство моих спецслужб. Но вы понимаете, о чём просите? Вы просите меня, короля Сербии, освободить людей, которых моя собственная гвардия задержала с оружием в руках на месте перестрелки, где были убиты несколько моих подданных. И всё это на основании слов иностранного дворянина и стопки бумаг неизвестного происхождения. Вы утверждаете, что обвинения сфабрикованы. Но где гарантии, что вот это не сфабриковано? — он приподнял папку.

— Я понимаю ваши подозрения, и лишь прошу приказать тщательнее расследовать дело. Господин Мюллер и его люди невиновны в том, в чём их обвиняют. Более того, они — ваши союзники в борьбе против тех, кто действительно угрожает Сербии. Чёрная каста пытается использовать вас, как оружие. Неужели вы позволите им это? — спросил я.

Ох, это было рискованно. Провоцировать короля — не лучшая затея. Однако я видел по глазам, что Драган Третий уже готов поверить и всего лишь проверяет меня.

Король долго смотрел мне глаза. Затем он бросил мимолетный взгляд на наручные часы. Тут я понял, что положенные мне десять минут почти истекли. Или уже истекли.

Драган жестом подозвал своего советника и о чём-то с ним пошептался. Я молча стоял и ждал, потому что больше мне ничего не оставалось. Все слова сказаны, аргументы предъявлены. Теперь судьба Мюллера зависит лишь от слова короля.

Наконец, правитель Сербии медленно положил бумаги на подлокотник трона и сцепил пальцы в замок.

— Вы смелый человек, граф Серебров, — произнёс он. — Явиться в чужую страну и говорить в лицо, что меня и мои спецслужбы водят за нос… За одно это вас можно было бы выдворить вон.

Он сделал паузу, за время которой внутри меня всё перевернулось.

— Однако я вам верю, — закончил король.

Я с трудом сдержался, не позволив облегчению прорваться наружу. Внутри же всё ликовало.

— Благодарю, Ваше Величество. Вы не пожалеете, что доверились мне, — сдержанно ответил я и благодарно кивнул.

— Не спешите благодарить, граф, — Драган приподнял ладонь. — Я сказал, что верю вам. Но это не значит, что я освобожу ваших людей просто так, из любви к справедливости. У всего есть цена.

— Я слушаю.

— Вот моё условие: ваш Мюллер передаст сербской короне все материалы по деятельности Чёрной касты в Европе. Всё, что у вас есть, до последней бумажки. И впредь продолжит делиться сведениями, — заявил правитель Сербии.

Я мысленно усмехнулся. Драган Третий не зря носил корону — он мгновенно разглядел в неприятной ситуации выгоду для себя. По сути, король предлагал мне негласное сотрудничество.

И отказываться от него я не собирался. Напротив, о таком союзнике можно было только мечтать.

— Я согласен, Ваше Величество, — ответил я без колебаний. — Но позвольте попросить кое о чём. Сотрудничество должно быть взаимным. Мои люди делятся с вами сведениями о Чёрной касте — а ваши службы, в свою очередь, делятся тем, что добудут сами. Мы оба охотимся на одного зверя, поэтому куда разумнее охотиться сообща.

Брови короля чуть приподнялись. На пару секунд в зале повисла тишина, и я успел забеспокоиться, что перегнул палку. Но затем уголки губ Драгана дрогнули в улыбке.

— А вы не только смелы, но и не упускаете своей выгоды! Это мне нравится. Хорошо, граф. Принимается. Вы правы, обмен должен быть взаимовыгодным, — кивнул король.

Он снова поманил советника, что-то негромко ему сказал, а затем перевёл взгляд на меня.

— Десять минут, что я вам отвёл, давно истекли. Но, признаться, вы меня заинтересовали, граф Серебров, — он поднялся с трона.

— Благодарю, Ваше Величество. Я рад, что мы достигли взаимопонимания, — я поклонился, полагая, что аудиенция окончена.

— Уделю вам ещё полчаса. Только в обстановке поприятнее. Я устал восседать тут, как истукан. Прошу за мной, — неожиданно предложил Драган.

Удивлённый, я последовал за королём, и мы прошли в небольшую уютную гостиную. Гвардейцы остались за дверью. Едва мы расположились в креслах, как слуги подали чай в изящных чашках и блюда с традиционными сербскими сладостями — штрудель с грецкими орехами, жареные трубочки из теста со сладким сиропом, какие-то витые пирожные, посыпанные орехами.

Стоило Драгану сойти с трона, как он резко переменился. Неприступный монарх исчез, а на его месте появился радушный и неожиданно открытый человек. Он расспрашивал меня о России, сетовал на промозглую весну, нахваливал сербскую кухню, которую искренне считал лучшей в мире.

Я невольно сравнивал его с нашим императором. Пётр Алексеевич всегда казался мне глыбой — строгий, отстранённый, вечно занятый делами державы, словно всё человеческое в нём навсегда уступило место бремени власти. А Драган за чашкой чая оказался просто приятным собеседником.

Удивительно, как сильно может отличаться человек на троне от человека в кресле у камина.

Грех было не воспользоваться таким расположением. Я решил взять быка за рога и перевести разговор в более приятное для короля русло, а заодно укрепить наметившуюся симпатию.

— Ваше Величество, до меня доходили слухи, что вы — страстный коллекционер, — произнёс я, отпив чая. — Признаться, я и сам недавно увлёкся собиранием всяких древностей. Но дело это новое, и опыта мне катастрофически не хватает. Я был бы счастлив услышать совет от искушённого человека.

Глаза Драгана тут же вспыхнули неподдельным интересом.

— Вот как? Вы коллекционер? А что именно вы собираете, граф? — он подался вперёд.

— Древности, уникальные артефакты, в общем, вещи с историей. Пока что моё собрание скромно, но я только в начале пути. И, признаться, я приехал не с пустыми руками. Позвольте поднести вам небольшой дар — в знак благодарности за то, что согласились меня выслушать и поступили по справедливости, — произнёс я.

С этими словами расстегнул верхние пуговицы рубашки и снял с шеи старинный медальон, который пронёс на себе. Он не вызвал интереса у охраны, поскольку в нём не было магии — хоть это был и артефакт, но давным-давно разряженный. Я купил его на одном онлайн-аукционе, и это была одна из самых дорогих вещей в моей коллекции.

Драган бережно принял медальон, поднёс к свету, и я увидел, как загорелись его глаза.

— Персидская работа, не правда ли? — спросил он, осторожно проводя пальцами по вырезанным на медальоне символам.

— Ваше Величество и правда отлично разбирается в таких вещах. Да, это артефакт времён династии Ахеменидов. Приблизительно пятый век до нашей эры, — ответил я.

— Какая великолепная сохранность. Думаю, хороший артефактор даже смог бы его зарядить! Граф, вы хоть понимаете, какую драгоценность держали на шее?

— Теперь, глядя на вас, начинаю понимать, — улыбнулся я.

Король рассмеялся. Кажется, этим подарком я попал ему прямо в сердце.

— Знаете что, Юрий Дмитриевич, — произнёс он, всё ещё любуясь медальоном, — человек, который дарит такие вещи и при этом разделяет мою страсть, заслуживает большего, чем чашка чая. Никто не оценит мою коллекцию лучше, чем другой коллекционер. Идёмте, я покажу вам своё хранилище! Уверен, вам будет на что посмотреть.

Я мысленно похвалил себя за предусмотрительность.

Кажется, этот визит во дворец принесёт мне куда больше, чем просто свободу Мюллера.

Австрия, город Вена

Хрустальный бокал разлетелся вдребезги, ударившись о стену. Осколки брызнули по паркету, а тёмное вино растеклось по светлым обоям уродливым кровавым пятном.

Клаус Вебер стоял посреди своей гостиной и смотрел на телефон в своей руке так, будто хотел уничтожить его взглядом.

Сообщение от информатора в Белграде он перечитал трижды, и с каждым разом ярость закипала всё сильнее.

«Мюллер и его люди освобождены по личному распоряжению короля».

— Невозможно, — прохрипел Вебер. — Это попросту невозможно!!!

Клаус с силой провёл ладонью по лицу. Перед глазами всплыла чёрная фигура Фоссы, а в ушах прозвучал его хриплый голос: «Этот русский имеет скверную привычку переворачивать ситуацию с ног на голову. Полагаю, скоро вы снова в этом убедитесь».

Куратор касты как в воду глядел. И от этого было только хуже.

Вебер заставил себя дышать ровнее и принялся мерить комнату шагами, лихорадочно просчитывая последствия. А они были катастрофическими.

Освобождение Мюллера — это полбеды. Главная проблема в другом. Если Серебров добился аудиенции и убедил короля, значит, он выложил карты на стол. Значит, сербские спецслужбы, которые тоже борются с Чёрной кастой, могут выйти на Клауса. Ведь Мюллер почти вышел — а если к работе подключатся сербы, у которых ресурсов побольше, то это может закончиться очень плохо.

— Проклятье, — выдохнул он сквозь зубы.

А ведь будет ещё разговор с Фоссой.

При одной мысли о том, как он будет докладывать куратору о провале, по спине Вебера пробежал холод. Чёрная каста не прощает промахов. Особенно столь громких. Те, кто подводил организацию, обычно бесследно исчезали.

Вспомнить только Оскара, которого Вебер лично убил.

Клаус остановился у окна и уставился в ночную тьму невидящим взглядом. Паника уходила, уступая место холодному расчёту. Истерикой делу не поможешь. Нужно действовать.

Первое — залечь на дно. Свернуть всё, что можно спасти, оборвать опасные нити, исчезнуть с радаров. Пусть сербы и Мюллер думают, что он затаился и зализывает раны.

Второе — выждать.

И третье — подготовить ответ. Какой? Пока неясно. Но этот удар обязан быть смертельным.

Вебер подошёл к столу и принялся методично собирать бумаги, которые следовало сжечь.

Королевство Сербия, Белград, королевский дворец

Королевское хранилище располагалось глубоко под дворцом — мы спустились туда на потайном лифте, миновав три поста гвардейцев и две массивные двери, покрытые мощными защитными чарами. Драган открывал их лично, используя довольно сложные заклинания.

А когда последняя дверь отворилась, я невольно замер на пороге.

Хранилище оказалось огромным сводчатым залом, залитым светом магических светильников. Вдоль стен тянулись стеклянные витрины и постаменты, и на каждом покоилось сокровище. Древние короны, инкрустированные драгоценными камнями, украшенные мечи, сабли и булавы. Свитки, фолианты, кубки, статуэтки. Артефакты, от которых веяло вековой магией.

— Впечатляет, не правда ли? — Драган довольно усмехнулся, наблюдая за моим лицом.

— Впечатляет, — признал я.

— Эту коллекцию начали собирать ещё несколько поколений назад. Семейное увлечение, можно сказать. Идёмте, граф, я покажу вам самое интересное, — король поманил меня за собой.

Он вёл меня от витрины к витрине и рассказывал о своих сокровищах с азартом и нежностью — называл эпохи, мастеров, рассказывал, при каких обстоятельствах та или иная вещь попала в коллекцию.

А затем мы подошли к одной из дальних витрин, и моё сердце пропустило удар.

— А вот это — особая гордость нашего рода. Трофеи, добытые в бою! — улыбнулся Драган, обводя рукой экспонаты.

Под стеклом лежали тёмные артефакты — почерневшие амулеты, костяные жезлы, ритуальные ножи с засохшими бурыми разводами. Любопытные вещи, но мой взгляд приковала к себе лишь одна.

В центре витрины, на бархатной подушке, лежала расколотая пополам чёрная сфера.

Я мгновенно её узнал. Такой же артефакт Пустоты, только целый, был у Мессингов. Когда мы штурмовали поместье в конце войны, граф использовал его, и я едва сумел остановить ту разрушающую силу, которая вырвалась наружу.

Вот только этот артефакт был сломан. Я не ощущал в нём ни малейшего отголоска Пустоты. Похоже, его уничтожили ещё тогда, триста лет назад, во время штурма логова культа.

Зато теперь не оставалось сомнений, что это был именно культ Пустоты.

— И где же именно были добыты эти артефакты? — спросил я, и скрыть напряжение в голосе не получилось.

Король скосил на меня взгляд и чуть склонил голову.

— Отчего вас так заинтересовали именно эти вещи? Среди всех моих сокровищ?

Я мысленно выругался на себя за поспешность, но виду не подал. Лицо моё осталось спокойным.

— Признаюсь честно, Ваше Величество, тёмные артефакты — моя особая слабость, — непринуждённо произнёс я. — В моём собрании есть несколько подобных вещей, как и у вас. Безусловно, они использовались для отвратительных ритуалов, но за ними кроются, так скажем, особо любопытные истории. В прошлом году я даже снарядил исследовательскую миссию в Афганистан, мои люди искали там следы одного древнего культа.

— Надо же! — настороженность во взгляде Драгана растаяла, сменившись прежним азартом коллекционера, нашедшего родственную душу. — Что ж, тогда вы оцените. С этими вещами связана легенда нашего рода, которой я с радостью с вами поделюсь. Легенда, конечно, кровавая и страшная… Её мало кто знает, но вам я готов её рассказать.

— Буду признателен, Ваше Величество, — кивнул я, и внутри всё натянулось, как струна.

В кои-то веки сама судьба протягивала мне нить, ведущую к тайнам Пустоты. И я не собирался её упускать.

От авторов:

Мы с Александром сегодня хорошо потрудились, поэтому на этой неделе перерыва не будет и завтра вы сможете прочесть следующую главу.

С уважением к вам, Алексей и Александр.