Глава 44. Плохое предчувствие

Последнюю точку в нашем разговоре с матерью о праздновании поставил бегущий мимо Престон. Он спешил в постирочную за новыми полотенцами и нес туда целую кучу грязных вещей из спальни Лео. Герда окликнула внука на полпути:

— Престон, подойди сюда…

Мальчик остановился в коридоре, но мы видели его через широкую арку дверного проёма.

— Зачем?

— Мы почти не говорили с нашего приезда. Я готовлюсь к праздникам. Может, ты составишь мне компанию? Обсудим, какие десерты поставить на стол.

Мне стало любопытно, потому я молча следила за происходящим.

— Но я занят…

— Заботой о твоём отце могут заняться слуги и его доктор. Юному наследнику генеральского дома совсем не обязательно бегать здесь подобно нищему мальчишке и таскать грязные тряпки.

Престон замешкался на мгновение. Я видела, как с каждым выпадом с той или иной стороны «сил в доме», ему приходится делать выбор: поддаться праздной лености аристократства или всё-таки продолжать трудиться для близких.

— Я… не…

Племянник не знал, что ответить, потому я всё же вмешалась:

— Престон не «бегает подобно слуге», а старается помочь своему отцу и быть рядом с ним. Это очень правильно и заслуживает уважения. Не обесценивай его труд.

— Леогарду сейчас абсолютно всё равно, заботится о нём сын с женой или человек, которому за это платят, – хмыкнула Герда.

Я правда удивлялась, что мне приходится объяснять такие обыденные вещи взрослой женщине…

— Но это важно для нас. Так ведь, Престон?

Чувствуя мою поддержку, племянник уверенно кивнул.

— Да и что там выбирать с десертами? – бодро произнес он, перехватывая гору вещей поудобнее. – Запиши шоколадный торт. Все любят торты. Вот и дело с концом.

С этими словами мальчик поспешил дальше. Герда осталась крайне недовольна таким отношением. Подготовку к празднеству она считала истинной работой для леди, с которой нужно считаться. Возможно, я бы поддержала её энтузиазм в любой другой ситуации. Но не сейчас.

— Я тоже люблю шоколадный торт, – добавила с мягкой улыбкой, кивнула матери и вскоре смогла подняться в спальню к Лео. Как раз наступило время, чтобы покормить его чем-нибудь углеводным.

Увы, там мне также было не суждено долго оставаться в одиночестве. Едва я успела наполнить шприц сладкой жидкостью, чтобы пустить ту по установленному зонду, как в комнату постучали. Поначалу я подумала, что пришёл доктор, но на пороге неожиданно показался Матис. В отличие от жены, он стабильно навещал Лео, хоть и довольно безучастно.

— Не помешаю? – с улыбкой спросил отец семейства.

Я постаралась улыбнуться в ответ.

— Заходи.

Матис молча прошёл к кровати и какое-то время с интересом наблюдал, как я кормлю Леогарда через торчащую трубку, которую ранее он успел назвать: «безумием, давшим надежду».

— Что это? – спросил мужчина, указывая на тарелку с питательной жидкостью.

— Я развела мёд в теплой воде. У Лео уже был более плотный приём пищи, но в основном белковый. Так что я стараюсь поддерживать уровень углеводов для энергии. Чтобы он получал всё необходимое, – я засмотрелась на лицо спящего мужа. – Хотя если бы он был в сознании, то начал бы ругаться, что терпеть не может мёд.

Отец с интересом слушал и не возражал. В этом плане Матис располагал к себе чуть больше. Он не требовал внимания, как его жена, и умел молчать, когда это было необходимо.

Вскоре я закончила и пока убирала всё необходимое, Леогард вдруг поморщился и издал тихий стон. Я невольно вздрогнула.

— Кажется, ему больно, – логично заметил Матис, напряженно вглядываясь в лицо зятя.

— Да, – я была настроена куда позитивнее. – У него прошло действие обезболивающего лекарства. И сейчас его тело явно испытывает сильную боль. Но это здорово. Значит, его сознание не погружается в глубокую кому.

— Ты не даёшь ему свой отвар? Который на основе эликсира Ярка? – с удивлением протянул мужчина, но заметно снизил громкость голоса, когда вспомнил о здешнем фармацевте. – Но… почему?

Я невольно замешкалась. Понятно. Отец Эвы знает, что она покупала основу для своего отвара на стороне, а не готовила её сама. Интересно. Хотя не удивительно, что она поделилась секретом с родителем. Наверное, они были близки?..

— Он же мучается, – взволнованно добавил Матис.

— Да, но боль может спровоцировать пробуждение. И это для нас куда важнее. Главное, чтобы не пытался перекусить трубку.

Отец семейства напряженно задумался. Я же продолжила убирать всё после кормления.

— И всё же я волнуюсь. Может, стоит дать ему хоть немного? Развести с водой.

Я окинула Матиса взглядом, полным сомнения. Не понимаю. Он переживает из-за боли Леогарда? Это забота? Или что ещё? Наверное, когда ты выдаешь за мужчину сразу двух дочерей, это что-то да значит. Однако было в семействе Вельс что-то беспокоящее.

— Нет. Не нужно. Мы с доктором решили, что боль в этой ситуации может пойти на пользу. Леогард сильный. Он справится. Самое главное для него сейчас – проснуться.

— Если с этим согласился доктор, – кивнул наконец Матис. – То хорошо. Кстати, мы с матерью привезли кое-какие твои вещи, которые ещё оставались в нашем поместье. Всё забывал тебе об этом сказать.

— Да, я видела несколько коробок в спальне. Но пока что нет времени их разобрать. Спасибо.

Я вежливо улыбнулась, взяла тряпку, смочила холодной водой и протерла лоб Леогарда. Сразу после начала менять охлаждающие повязки. Видя мою занятость и неготовность к дальнейшему диалогу, Матис постоял рядом ещё какое-то время, но после всё же ушёл с легким чувством неловкости. Они как раз разминулись в дверях с Дерби, которого я отпустила ранее немного поспать.

— Всё хорошо? – басовито спросил слуга, видя моё напряженное лицо под вуалью задумчивости.

— Да, – ответила, не отвлекаясь, а после всё же добавила в полголоса: – Дерби, не оставляй Лео одного, хорошо? Я буду тебя сменять. И попрошу Бекку нам помочь с дежурством. Чтобы никто его не беспокоил без нашего ведома.

Слуга оглянулся на дверь, куда недавно вышел Матис.

— Вы чего-то опасаетесь?

— Нет, – я улыбнулась и вытерла руки. – Просто странное предчувствие. Ничего особенного.