Глава 62

Анна

Несмотря на прекрасное начало дня, на душе у меня лежал камень тревоги. Я переживала за Яра. Я видела, как с каждым днем он становился самостоятельнее, как ловко управлялся с домашними делами, как у него появлялась тяга к жизни, но оставлять его одного было все равно страшно. Мне было очень тяжело уезжать.

Хотя, если быть с собой совершенно честной, уезжать не хотелось не только из-за страха за Яромира. Просто с ним мне было… тепло. Так уютно и спокойно, будто я вернулась домой.

Пересказывать ему наши детские приключения было невероятно приятно. А слушать его смех, глубже и взрослее, чем в детстве, но с той же самой заразительной ноткой, — было еще приятнее.

Сама природа, казалось, разделяла мое настроение. Погода наконец-то вспомнила, что на дворе осень. Снег в некоторых местах подтаял, обнажив темную, дышащую землю, птицы пели громче и задорнее, а солнце светило так ярко, что слепило глаза.

По дороге я заехала на почту, о которой спросила у Ивана еще вчера. Это была маленькая приземистая избушка с красной черепицей.

Женщина-почтмейстер встретила меня радостным восклицанием, словно мы были знакомы много лет.

— Горы наконец-то смилостивились, дорога открылась! Почта теперь будет ходить, — гордо объявила она.

— Добрый день, — улыбнулась я. — Это прекрасные новости! За сколько дойдет магическое письмо?

Я протянула женщине письмо с аккуратно выведенным адресом и магической отметкой.

— Магическое — за сутки должно долететь. Если, конечно, горы снова не подкинуть нам сюрприз.

— Надеюсь, обойдется без сюрпризов, — искренне пожелала я и заплатила монетку за быструю отправку.

Помощь Мира была мне очень нужна. Если бы сын был рядом, он бы взял на себя все мужские заботы по хозяйству. А без него придется искать работников. Желательно прямо сейчас. Ведь дом Яра явно требовал ремонта. Благо крыша не текла и полы не проваливались. Но по дому гулял сквозняк и не было отопления. Нам все еще приходилось ютиться в горнице, и все бы ничего, если бы там было где спать.

Только вот заняться этим сегодня я вряд ли успевала — день уже клонился к вечеру, а мне еще нужно было к Сене. Это было самым важным делом.

Я помнила слова знахарки, что теперь мальчик будет жить. Но в глубине души все равно за него переживала. Поэтому я приготовила для него укрепляющий здоровье отвар.

Разобравшись с письмом, я сразу же отправилась к мальчику.

Дом Ивана я нашла легко — память у меня всегда была хорошей. Да и Звездочка, будто чувствовала мои мысли, сама уверенно свернула на знакомую тропинку. Уже на подъезде я увидела хозяина: Иван рубил дрова на краю двора. Завидев меня, он остановился, вытер пот со лба широким жестом и широко, по-доброму улыбнулся. Подъехав, я приняла его протянутую в рабочей перчатке руку, чтобы слезть с седла.

— Доброго здоровья, Анна! — приветствовал он меня.

Его улыбка была такой искренней, что камень тревоги на душе сразу стал легче. Если Иван так спокоен, значит, с Сеней все в порядке.

— И вам, Иван, — улыбнулась я в ответ. — Вижу, вы в добром здравии!

— Благодаря вам, — тут же сказал он, и в его голосе звучала неподдельная благодарность. — Вашей доброте и умению.

— И знахарке, что… что дала нам травы, — мягко, но настойчиво поправила я его. Я не считала правильным присваивать себе ее заслуги. Пускай они не помнили сам ритуал, но хотя бы помнили, что девушка помогла с травами.

Реакция Ивана была странной. Он поднес палец к губам, призывая к тишине, и беспокойно оглянулся, будто боялся, что нас подслушают.

— Говорят, вчера издохли несколько коз в селе, — прошептал он. — Все шепчутся, что это она… ее рук дело.

— Козы могут умереть и без участия знахарки, — попыталась я вступиться за девушку, но Иван тут же перебил меня.

— Они обескровлены! И это не первый случай. То кроликов в сарае подвешивают, то кур без глаз находят…

Я с трудом сдержала вздох и закатила глаза.

— Не верю я в такое, — твердо заявила я. Мало ли что: может, хищник какой, а может, нечисть лесная орудует. Но уж точно не девушка, что с такой любовью кормила кошек рядом с домом. А как она помогла Сене… Человек с таким сердцем не станет издеваться над бедными животными.

Иван лишь развел руками, не желая спорить.

— Ладно, не будем об этом. Давайте мы вас чаем напоим, — перевел он разговор, снова становясь радушным хозяином. — Душистым, ароматным! Ульяна сама травы собирала и сушила.

— Спасибо за предложение, Иван, но я здесь в основном из-за Сени, — вежливо отказалась я.

— Сене что-то грозит? — в его глазах тут же мелькнул вчерашний испуг, и я поспешила его успокоить.

— Нет-нет, все хорошо! Просто я приготовила для него укрепляющий отвар, чтобы иммунитет был крепче.

Напряжение в его плечах сразу спало, и он снова улыбнулся.

— Ну, тогда проводите меня? — предложила я.

— Конечно, Анна, как же иначе! Вся наша семья, а уж тем более Сеня, будут рады вас видеть, — ответил он сердечно. — И от чая не отказывайтесь, мы же подкопили деньжат на травы, а вы ничего не взяли. Так что к чаю купили свежих сушек да с домашним вареньем — настоящее объедение! Пальчики оближете! Еще и баночку с собой возьмете! Такое варенье вы еще не пробовали. Я вам даже расскажу, в чем его секрет. Никому бы не рассказал, но вам расскажу!

Его простое, щедрое радушие растопило остатки моей тревоги. Я кивнула, и под его рассказы о варенье мы направились к дому.

Конечно, распивать чай я не собиралась, ведь торопилась к генералу. Но с таким удивительным рассказом, я точно взяла бы баночку и для Яра.