Глава 69

Анна

— А что это вы тут, двери менять затеяли? — спросил Иван, проходя в дом. Вместе с ним зашли еще двое рослых мужиков, которые оценивающим взглядом окинули дверь, лежавшую на полу.

— Да вот… отвалилась, — тихо пробормотала я.

— Яромир, — представился генерал, протягивая руку.

— Григорич и Палыч, — кивнул на спутников Иван. Мужики молча, по-деловому пожали протянутую руку.

— Рады с вами познакомиться и с хозяюшкой вашей Анной, — сказал Григорич.

— Иван про вас много доброго рассказал. С радостью поможем таким добрым людям, коли расскажете, в чем тут дело, — следом сказал Палыч.

— Спасибо, — сказала я мужчинам, стараясь выглядеть как можно дружелюбнее, хотя внутри была буря чувств после разговора с Яром.

Генерал же выглядел так, словно ничего особенного не произошло. После того как он сообщил мне, что решил меня отправить подальше, пришли мужики. У меня не было даже времени отстоять свою точку зрения.

Я не хотела уезжать! Как я могла доверить Яромира какому-то другому лекарю? Как я могла оставить его…

Пока мужики разговаривали, я нервно поправила прядь волос, прикрывающую щеку. Немного отошла, чтобы кинуть взгляд в зеркало. Хорошо, что за волосами синяк не видно.

Если бы я вовремя увидела его, то залечила бы до того, как Яр проснулся. Но я не отходила от него всю ночь. И теперь он страшно винил себя. Яр благородный и страшно боялся причинить мне вред.

Я понимала его… и от этого понимания еще больше укреплялась в решимости никуда не уезжать. Ну не силой же он меня выгонит?

— Анна, доброе вам утро, — вывел меня из тяжелых раздумий Иван. Я натянула улыбку.

Яр продолжил что-то обсуждать с мужиками, лишь на мгновение бросив на меня взгляд. Мы столкнулись глазами, и он быстро отвел свой, углубившись в разговор о балках и засорах.

— Доброе утро, Иван, спасибо, что пришли! Как там Сеня?

— С вашей помощью, в самом добром здравии, — ответил мужчина.

— Ну… не только с моей, — снова мягко напомнила я о знахарке. Образ рыжей девушки не выходил у меня из головы. Если бы вчера я была не так занята, то нанесла бы ей визит, хотя… казалось, сама она этого не хотела.

Но в какой-то момент меня осенила мысль. А вдруг она может помочь Яромиру? Да, ее магия… Она явно плохо с ней управлялась. Но она знала такие вещи, которые не знала я.

— Ульяна вот пирожков для вас с генералом напекла, — снова вернул меня к реальности Иван. Он развернул ткань, и оттуда глянули румяные, дымящиеся пирожки. Ульяна явно встала ни свет ни заря, чтобы их приготовить.

— Спасибо вам огромное за помощь и за такую доброту, — вырвалось у меня. Мужчина смутился. — Но вы должны знать, что ничего мне не должны, Иван. Я помогла вам от чистого сердца.

— И я… — тут же сказал он, — я вам тоже помогаю не потому, что должен, а потому… потому что нужно помогать добрым людям, когда можешь. Так и должно ведь быть, верно?

Иван протянул мне сверток, и я приняла его. Все же они были очень добрыми людьми!

— Я хочу заехать в село: узнать, ушла ли почта, навестить Сеню и… я хочу заехать к знахарке.

Иван дернулся, будто его хлестнули по спине.

— Не надо вам, Анна, вы что… — вырвалось у него громче, чем он, видимо, планировал. Даже мужики обернулись.

— Ваня, нам работать надо, — кинул Палыч. — Холодно, как в погребе! Добрым людям бы тепло наладить, а то с генералом в замороженные туши превратимся!

— Да, я… я сейчас. Надо кое-что про сына обсудить… — растерянно пробормотал Иван.

— Давайте я вас к люку провожу, посмотрите пока, — предложил Яр.

Он снова мельком взглянул на меня. Я выдавила улыбку. Может, сейчас Яр остынет и передумает искать другого лекаря. Это решение он принял на эмоциях.

Но генерал в ответ не улыбнулся, лишь коротко кивнул и направил коляску к люку. Мы с Иваном остались одни.

— Анна, не ходите вы к знахарке, я вас прошу. Это опасно, — зашептал он, и в его глазах читался неподдельный страх.

— Да почему? — не удержалась я. — По вашим словам, люди к ней ходят…

— Когда другого выхода нет! Понимаете? А она… она взамен души берет! — он оглянулся, боясь, что его услышат. — У нас Аксинья к ней недавно ходила, и что вы думаете? У нее корова издохла сегодня ночью.

— Ну, я же говорила, что животные могут и без знахарки…

— Да вы не понимаете, Анна! Она без крови! Кто-то всю кровь выпустил скотине…

— Может, упырь? — предположила я.

— Нет у нас упырей! Был бы — по людям бы уже пошел, да и поймали бы его давно. Скотина без криков умирает, понимаете? Словно и не ходит никто, как завороженная. Ни звука из стойла. У нас такое уже было, давно, правда. Было перед смертью бабки, бабки нашей знахарки. У них, видно, это по наследству передается.

Вот это было интересно.

— Расскажите.

Иван вздохнул, понизив голос до едва слышного шепота.

— Раньше они с бабкой жили не в той избенке, где нынче эта, а в большом доме, с другой стороны леса, рядом с озером! Хоромы эти бабке всем миром отстроили за помощь. Она денег не брала, лечила за еду, за услуги. И хорошо лечила. Говорили, магия у нее была особая. Но в селе странное что-то творилось. Сначала с животными, потом… потом и с людьми стало случаться. И частенько с теми, кто к ней за помощью ходил.

Я нахмурилась. Рассказ был жутковатый.

— Может, совпадения? — предположила я. Но Иван лишь мрачно качнул головой.

— Как умерла она — все и закончилось. То ли дом ей подожгли, то ли сама за печью не усмотрела. Но в день ее смерти петухи орали до хрипоты, да скотина вся в загонах как угорелая металась. А еще… прорывы были. Сильные. Всякая тварь из Нави полезла. В таких количествах, что у нас тут драконов полно было, даже дивизион сюда стянули, чтоб всю нечисть перебить. Поэтому я вас и прошу, Анна, не ходите к ней. Опасно это очень. Наша нынешняя знахарка тогда ребенком была, поэтому староста ее пожалел. Но отселил подальше. Чтоб вредить не могла.

— Ребенка? Подальше? Одну? — с изумлением вырвалось у меня.

Отселил в эту развалюху? Светлая богиня Лада, как она там выжила вообще?

— А что поделать, в селе бы ее и прибили. Я тогда сам еще пацаненком был, но помню, как взрослые ее ругали, за бабку ненавидели, — тихо сказал он. — Прошло много времени, прежде чем про нее совсем забыли. А потом выросла она и стала в село выходить. Да как бабка ее — ворожить. И опять, видите, началось? Может, если бы мы к ней не ходили… Но мы идем. Лекарь у нас жадный. Вот и приходится.

Я вздохнула, складывая в голове все факты, что знала о рыжей девушке. Иван говорил убедительно, но он опирался на слухи и суеверия. Бедный ребенок, как она выживала одна?

Да, знахарка была не совсем человеком. Но в тот момент, когда наши магии слились воедино, я чувствовала ее энергетику — теплую, живую. В ней не было и капли той черноты, что несли твари из Нави. Ее магия была чистой.

— Вань, мы наверх пойдем! — кинул Григорич. Иван вздрогнул, явно впечатленный своим же рассказом больше, чем я. Видно, мужики уже люк посмотрели, и им не терпелось начать работу.

— Спасибо вам за рассказ, — поблагодарила я его. — Значит, вы не против, чтобы я к Сене заехала?

— Я только рад буду, как и дети с Ульяной, — ответил Иван, на его лице снова появилась обычная добрая улыбка. — Только… только к ней не ездите, — тихо добавил он.

Я не стала ничего обещать. Иван кивнул и пошел к мужикам. А я увидела, что Яр замер у лестницы, и решила подойти.

— Как ты? — спросила я.

— Сейчас Палыч спустится. Будем снизу смотреть, а Григорич с Иваном — сверху, — сухо, по-деловому ответил он.

— Я не про трубы. Я про твое здоровье… Ты не ел и не пил отвары, Яр…

Дракон напрягся.

— Они могут… провоцировать приступы.

— Бред это! — почти прорычала я, не сдержавшись.

Яр нахмурился. Он даже не смотрел на меня!

— Ни еда, ни отвары никаких приступов не вызывают! Когда ты сидел на одной каше, приступы ведь тоже были!

— Да, — резко кивнул он и наконец повернулся ко мне. — Но у меня не было сил, чтобы кому-то навредить.

Смысл его слов дошел до меня не сразу. Но когда дошел, стало больно и горько.

— Так значит, ты решил умереть с голоду? В этом твой план? Дойти до состояния, когда ты уже не сможешь никуда дойти и…

— Генерал! — перебил меня Палыч, спускаясь по лестнице весь в пыли. Я стиснула зубы. Мне так хотелось накричать, высказать все… Но дом был полон людей.

— Сверху щас чистить будут, снизу тоже смотреть надо, — сказал мужик.

— Да, конечно, — тут же отозвался Яр, словно радуясь возможности убежать от неприятного разговора. Я сжала кулаки. Поговорю с ним вечером.

Тем более сейчас Яр без лишних слов развернул коляску с намерением уехать от меня подальше.

— Яр, мне по делам отлучиться нужно. На почту, и… к Сене, — сказала я.

Яр на мгновение остановился.

— Возьми Звездочку, — бросил он. — И… будь осторожней.

Он все же обернулся и посмотрел на меня тем взглядом, каким смотрел до этого утра. Как будто не было той стены, что он выстроил между нами сегодня.

— Я пирожки на столе на кухне положу, поешь, пожалуйста, до моего возвращения и отвар выпей, — сказала я.

Но Яр ничего не ответил, лишь кивнул и отправился к Палычу. Вот упертый! Ну, вечером мы все равно поговорим. А сейчас, пока в доме полно народу, надо уладить дела.

И все же, несмотря на все предостережения, я съезжу к знахарке. Если она может чем-то помочь, то наплевать мне на все предрассудки. О людях судить по слухам — последнее дело. Я составлю свое мнение лично.