Глава 70

Анна

Я провела на почте куда больше времени, чем планировала. Маленькая избушка была буквально набита народом. Казалось, все село собралось здесь в ожидании вестей.

В тесном помещении пахло остывшей печкой, мокрым сукном и человеческим нетерпением. Все толкались, переговаривались, выкрикивали фамилии, стараясь перекричать соседа.

Я не стала исключением и протиснулась поближе к прилавку.

Внутренне я корила себя за глупые надежды, но не могла заглушить тихий голос надежды.

А вдруг? Вдруг письмо до Мира дошло быстрее, и он уже успел ответить?

Стрелка на больших настенных часах неумолимо ползла вперед. А я с каждой секундой все больше и больше переживала за Яра. Главное — успеть все сделать и вернуться до ухода мужиков.

— Да когда уже?! — нетерпеливо буркнул мужик в засаленном тулупе передо мной. — Говорили, после снегопада почта придет!

— А мне бы хоть весточку от дочки… — тихо вздохнула пожилая женщина с корзинкой. — В чужие люди ушла, работать в городе, и ни слуху ни духу…

Наконец подошла моя очередь. За прилавком почтмейстерша, вся раскрасневшаяся, с влажными от пота висками, лихорадочно перебирала кипы писем и посылок.

— Добрый день, — поздоровалась я.

— Добренький, — откликнулась она, даже не поднимая глаз от бумаг. — Чего изволите?

— Не подскажете, не приходил ли ответ для Анны? И ушло ли вчерашнее письмо для Мира, на границу, в Мужскую академию?

Женщина на мгновение отвлеклась, пробежалась пальцем по списку.

— Письмецо ваше ушло, — отчеканила она. — Ответов не поступало.

Я кивнула и постаралась не показывать разочарования. Я и секунды не простояла, как мужик в тулупе тут же грузно оперся о прилавок:

— Ну что, Марья Игнатьевна, а мне? От Степки хоть что-то есть?

Я отступила в сторону и дала дорогу другим. Хорошо, что письмо ушло. Но все же… даже одна строчка от сына согрела бы мне сердце. Я знаю своего сына. Он не любитель писать письма и, скорее всего, уже собирался в дорогу. Но сердцу ведь не прикажешь.

Рядом, на рыночной площади, тоже было не протолкнуться — должно быть, из-за того, что заработала почта. Гомон стоял невообразимый: торговцы зазывали покупателей, кто-то громко ругался из-за цены, слышались возгласы и смех. Пахло свежим хлебом, копченой рыбой и дымком от жаровен.

Судя по возгласам, там даже начался какой-то скандал. Мне было не видно из толпы, да и желания вникать не появилось.

Можно было, конечно, что-то прикупить, но толкаться в еще одной толпе не было ни сил, ни желания. Да и Звездочку было жалко — бедная лошадка, оставленная у коновязи, привлекала слишком много внимания местных мальчишек и зевак. Поэтому, оседлав ее, я сразу же направилась прочь от шумного центра, в сторону дома знахарки.

Внутри меня все сжималось от тревожного ожидания этой встречи. Дело было вовсе не в слухах — я не боялась рыжей девушки. Я боялась другого — боялась услышать, что и она не знает, как помочь Яру. Боялась, что маленькая надежда окажется призрачной.

Подъехав к знакомому месту, я с удивлением заметила перемены. Дом знахарки выглядел иначе, чем в прошлый раз. Я слезла со Звездочки и осмотрелась. Возле дома явно поработали: свежая щепа белела рядом с аккуратно сложенными поленницами дров, а перед крыльцом красовалась новая, добротная лестница из свежего тесаного бруса. Пахло смолой и древесной корой. Видимо, девушка затеяла ремонт.

Неизменными остались кошки. Они лениво грели бока на еще не остывших от солнца ступенях крыльца. Завидев меня и Звездочку, часть из них недовольно фыркнула и растворилась в кустах. Другие, более храбрые, смотрели с интересом и молчаливым любопытством.

Над моей головой с громким карканьем пролетел ворон. Он кружил над домом, словно охранял свое жилище. Вороны вообще трепетно относятся к своей территории и могут атаковать тех, кто подходит слишком близко к гнезду. Но казалось, эта птица охраняла вовсе не гнездо, а сам дом знахарки.

Несмотря на громкие протесты пернатого стража, я подошла к двери и постучала. Ворон спустился на забор поближе и уставился на меня умным, изучающим взглядом. Звездочка беспокойно заржала и ударила копытом, словно чувствуя неладное.

Я кинула подозрительный взгляд на птицу. Он смотрел слишком осознанно. Я слегка вытянула руку, желая почувствовать ауру, но ворон тут же взмахнул крыльями и отлетел подальше. Совпадение? Или в этой птице тоже была какая-то загадка, как и в хозяйке?

Звездочка продолжила нервно бить копытом. Она явно переживала и даже подошла ко мне ближе.

Я успокаивающе погладила ее по шее.

— Все хорошо, нам здесь не угрожают.

Я внимательно осмотрела дверь. На ней висел большой старый замок. Хозяйки не было дома? Или, может, здесь был еще один вход?

Я отошла и осмотрела избушку. Небольшая, всего пара комнат, но жилой была лишь одна. Над второй частью крыша провалилась вовнутрь. Значит, вход все-таки один.

Снова подошла к двери. Ворон закаркал, а Звездочка снова начала тревожно ржать.

— Ну что вы, переполошились? Я просто постучу.

Как и ожидалось, ответа не последовало. Интересно, куда она пропала? Может, уехала? Но сложенные дрова были свежими, лестница — новой… Может, ненадолго отлучилась?

Я прождала около десяти минут. На улице было холодно, и я понимала, что могу простоять здесь вечность. Неизвестно, куда и насколько ушла хозяйка. А мне нужно было еще к Сене заехать и… вернуться к Яру. Как много времени было потеряно на почте…

Мне совсем не хотелось оставлять дракона одного. Тут и Марфа бродит неизвестно зачем, и у генерала в голове не самые добрые мысли. А если мужики закончат работу пораньше… Мало ли что он еще придумает? Придумал же сегодня не есть!

Я снова оседлала Звездочку и кинула последний взгляд на дом. Ворон снова спустился на конек крыши и уставился на меня внимательным, темным глазом.

— Ну и где же твоя хозяйка? — пробормотала я, прежде чем тронуть кобылу в сторону села.

Мне предстояло еще одно важное дело — заехать к Ульяне.

Уже на подъезде к их дому я увидела Тату. Девочка возилась с охапкой дров у крыльца, старательно пытаясь их сложить.

— Анна, вы!? — радостно закричала она, бросила поленья и помчалась к нам.

Я аккуратно спустилась с лошади и тут же угодила в ее объятия. Признаться, за пару дней я уже привыкла к этому теплому приему, и он неизменно вызывал у меня улыбку.

— Как вы? — спросила я, высвобождаясь.

— Маменька загрузила работой, — вздохнула Тата. Она показала руками на внушительную поленницу. Судя по всему, вчера ее нарубил Иван. — Надо все в сарай стаскать. Скоро уже Сеньке на улицу можно будет? А то мне одной все таскать.

— Думаю, пару дней ему еще дома надобно посидеть, — честно сказала я, и девочка явно расстроилась.

В этот момент дверь распахнулась.

— Анна! — это была Ульяна. Она стояла на пороге, закутавшись в шерстяной платок. — Тата, что же ты нашу гостью на улице держишь! Анна, проходите в дом, я вам чаю налью.

— И мне? — тут же встрепенулась Тата.

— А тебе надо дела доделать, — голос Ульяны стал тверже. — Знаешь же, каждый в нашем доме должен трудиться. Как потопаешь, так и…

— Полопаешь, — грустно продолжила Тата.

— Что посеешь…

— То и пожнешь, — вздохнула Тата. — Пойду я работать, — пробормотала она.

Ну надо же, каким мудростям научила Ульяна дочку.

Перед тем как уйти, Тата ласково погладила Звездочку по шее. Лошадь блаженно фыркнула в ответ.

Я прошла в дом, где меня уже поджидал очередной восторженный вихрь.

— Анна! Анна! — Сеня налетел на меня с тем же энтузиазмом, что и его сестра. Я с трудом удержала равновесие и погладила его по взъерошенным волосам.

— Ну что же ты так летаешь! — пробурчала Ульяна, но в голосе ее слышалась улыбка. — Управы на вас никакой нет! Беситесь, как маленькие прокуды.

— Так мне некуда силушку девать! Пусти меня, мама, к Тате, я ей помогать буду!

— Ишь чего выдумал! Дома еще посидишь.

— Теть Аня, ну можно мне к Тате? Мне скучно дома! — Сеня посмотрел на меня умоляющими глазами.

Я вздохнула, приложила ладонь к его лбу. Мальчик был абсолютно здоров, и все же…

— Сень, посиди еще пару дней дома, пожалуйста. Попей отвара укрепляющего. Накопишь сил — и выйдешь во двор.

Было видно, как он расстроился.

— Ну мне же дома делать совсем нечего…

— Как нечего! А мне кто поможет стол для Анны накрыть? Сушки поставить, варенье достать? — отозвалась Ульяна.

Мальчик тут же оживился и помчался исполнять поручения. Я не планировала задерживаться, но уже во второй раз гостеприимной хозяйке удавалось заманить меня за стол.

Пока Ульяна хлопотала у печи, Сеня с важным видом расставлял на столе глиняные кружки. Здесь было так уютно и тепло, что сердце грелось.

Сеня летал как маленький домовой, то подкладывал дров в печь, то приносил еще одну банку варенья. Это вызывало у меня улыбку.

— Ох, эти детки, — улыбнулась Ульяна, разливая по кружкам душистый травяной чай из самовара.

— В них вся радость, — искренне сказала я.

Я действительно так считала. Сама я всегда очень хотела детей. Помню, в начале семейной жизни была уверена, что у меня будет обязательно трое: два мальчика, высоких и крепких, как богатыри, и крошка-дочка. Но с мужем я поняла, что больше детей у меня не будет. После развода я иногда позволяла себе мечтать об этом, но быстро отгоняла эти мысли. Я так никого и не полюбила, а на повторный брак, похожий на первый, я была не согласна.

Мир сильно пострадал от того, как бывший муж бросил нас. Мальчик остался без отца. Быть может, если бы я относилась к браку иначе, искала человека душой, а не по советам тетушек, то нашла бы ему отца получше. Но в любом случае он подарил мне сына, и это было единственное, за что я была ему благодарна.

Дети — это действительно счастье. Счастье познать настоящую, безусловную любовь и искренность, на которую способны эти маленькие человечки.

И пусть у меня этого счастья больше не будет… Но я была рада за других!

Настанет время, порадует меня топотом маленьких ножек и мой сын. Я буду очень любить своих внуков!

Признаться, здесь я немного успокоилась. Вся эта атмосфера — теплый дом, запах чая и хлеба, детские голоса — располагала к добрым разговорам. Ульяна рассказала мне о местном рынке, о том, где и что можно купить из свежих продуктов.

А я поделилась новостями о почте.

— Как замечательно! Скоро Иван должен вернуться. Он-то и съездит на почту. Может, мне письма пришли от сестры.

Эти слова словно вернули меня в реальность. Скоро Иван вернется? А с кем тогда Яр останется?

Я взглянула на часы, висевшие на стене.

— Спасибо вам огромное за все. Мне кажется, я бы могла сидеть у вас целый день, но мне домой пора. Нужно еще отвары сварить для генерала и другие заботы.

Я не стала говорить, что еще нужно заставить генерала эти отвары выпить и покормить. Наверняка ведь не притронулся к еде.

— Анна… а вы не думали… не знаю, насколько это уместно… — Ульяна смутилась, словно начала говорить и передумала.

— Говорите, не стесняйтесь.

— Не думали отвары готовить на заказ? У нас в селе хорошо за это платят. А лекарь всего один, и тот… он не очень хороший человек. А так и вы бы деньжат заработали, и людям добро бы сделали.

Я не ожидала такого предложения.

— Не думаю, что генерал обрадуется потоку гостей, — честно ответила я. Ульяна явно поникла. — Но если кому-то будет нужна помощь, я помогу. Не за деньги. Я здесь ради друга, а не заработка. Но, конечно, не откажу в помощи нуждающимся.

Ульяна улыбнулась.

— Благодарю вас, Анна… Это огромная помощь. С лекарем многие уже отчаялись…

— Неужели ваш лекарь настолько плох?

Ульяна вздохнула, бросив взгляд на сына, который в этот момент убирал со стола.

— Жадный и жестокий. Из-за него мы чуть не потеряли… — она замолчала, снова посмотрев на Сеню.

Жадный и жестокий… А Яр еще думал, что я оставлю его на другого лекаря. Интересно, на какого? Иван так же отрицательно отзывался о лекаре. Да и сам факт, что люди шли к знахарке, даже боясь проклятий и слухов, говорил о многом. Случай с Сеней — тому подтверждение.

Так что нет, Яр, ты от меня не избавишься. И сегодня я приведу тебе все аргументы, почему я остаюсь. Не выгонишь даже силой!

Попрощавшись, я пообещала навестить их снова и вышла во двор. Сеня уже выглядывал из окна горницы и радостно махал мне рукой. Я помахала ему в ответ, села на Звездочку и тронула ее в сторону дома. Главное — успеть приехать, пока Яр не остался один.

Уже по дороге кинула взгляд в противоположную сторону. Там, где жила знахарка. Жаль, я много времени потеряла на почте… Но завтра поеду к ней с первыми лучами солнца. Может, и успею застать дома. Или к ней можно попасть только ночью?