Глава 99

Яромир

Последний час стал самым страшным в моей жизни. Я сидел рядом с Аней и видел, как жизнь покидает ее. Дыхание становилось все тише, сердце билось все медленнее. Ее руки холодели, а сама она ускользала — все дальше и дальше от этого мира.

Я знал, как это выглядит. Мне уже доводилось терять товарищей, сослуживцев, курсантов… Это всегда была невыносимая боль. Но видеть, как уходит любимая женщина, — все равно что умирать самому. Нет, даже хуже. Лучше бы я лежал здесь вместо нее.

Я сжимал ее холодные пальцы, прижал ладонь к ее ладанке на шее и молился. Целовал онемевшие руки и умолял саму Аню остаться. Говорил, что люблю ее, что она — единственный смысл, ради которого я снова захотел жить. Но она не отвечала. Я слышал, как ее сердце бьется все слабее… и рыдал, не в силах сдержаться. Этот час растянулся в вечность.

И когда Мир наконец вернулся, он застал меня в слезах, сжимающим ее похолодевшие пальцы.

— Она?..

— Жива. Пока жива, — я пытался говорить ровно, но голос срывался от слез и боли. — Сердце почти не бьется.

Мне было плевать на ноющую боль в ногах, на то, как я выгляжу, — вообще плевать на все. Казалось, еще немного — и я лягу рядом, чтобы уйти вслед за ней. Это я был виноват… Если бы не я, ее бы здесь не было! Проклятый дракон, зачем он написал ей то письмо? Зачем я сам отправил ей это проклятое послание?

Ярослава сорвала с себя кулон и опустилась на колени рядом с Аней, протянув над ней руки.

— Пожалуйста, спаси ее, — хрипло вырвалось у меня.

Девушка тихо кивнула.

А потом… запела. Из ее пальцев хлынула магия — настолько сильная, какой я не видел даже у лучших целителей. Она заполнила собой всю комнату, как и эта песня. На мгновение я даже закрыл глаза. А когда открыл — увидел ее. Большие синие глаза, затуманенные, растерянные, но открытые.

Аня… Аня!

Я едва сдержался, чтобы не схватить ее, не прижать к себе ее ослабевшее тело, не осыпать поцелуями. Изо всех сил пытался сохранить хоть видимость самообладания — не засмеяться истерично, не закричать о своей любви. Боги, во мне было столько счастья, что оно переполняло меня целиком.

Я не мог думать ни о чем. Все силы уходили на то, чтобы не смутить ее, не задушить в объятиях, а просто… оставаться рядом.

Я даже не успел прийти в себя от счастья, как в дверь постучали.

Мне категорически не понравилось появление незваного гостя. Он явился без приглашения, грубо барабанил в дверь, а то, как дернулась Ярослава, наводило на самые дурные мысли. Даже ее слова, что он дракон, не внушили спокойствия — скорее, прозвучали со страхом. Почему она скрывала от него свою сущность?

Аня осталась в горнице, а мы с Ярославой вышли встретить незваного гостя, которого впустил Мир. И вот он вошел…

Высокий, плечистый, с виду опасный… Ярослава застыла так, что я за секунду начал просчитывать, как смогу защитить обеих женщин. Но потом… он повернулся.

— Ярослава, объясни мне, что непонятного в словах «в лесу опасно»? Не ходи одна, — произнес он не грозно, а скорее с тревогой. Потом поднял на меня взгляд — и замер. — Яромир?

В его голосе прозвучало неподдельное изумление.

Кайл? Нет, не так…

— Кайдал, — вырвалось у меня, прежде чем я успел осознать.

Шок был так силен, что я поднялся с кресла. Прошла пара мгновений — и вот он уже сжимал меня в крепких объятиях.

— Не верю своим глазам! Дружище! — крикнул он на весь дом таким басом, что у меня в ушах зазвенело. А после крепко хлопнул по плечу и отстранился, — Сколько зим, сколько лет!

С интересом рассматривал меня он. Я, впрочем, смотрел с ни меньшим изумлением.

— Добрый вечер! — раздался усталый голос Ани.

— Аня, — тут же строго сказал я, желая сделать ей замечание, что она встала, но Кайдала было не перебить!

— Анна! А вы… Святые небеса, — Кайдал резко развернулся к Миру. — Боги, я и тебя узнаю! Ты же был совсем мальчишкой!

— Аня, зачем ты вышла? Тебе нужно лежать, — прервал я радостный поток речи сослуживца. Кажется, лишь в этот момент Кайл вспомнил, зачем он здесь, и снова нахмурился.

— Я услышала голос… Мы знакомы? — слабо спросила она, проигнорировав мое возмущение. — Лицо ваше кажется знакомым…

— Я заканчивал обучение, когда вы поступили на должность целителя в Академии, — ответил он. — Поэтому я вас помню. Трудно забыть первую женщину-целительницу. А после мы служили вместе с Яромиром, он меня всему обучал! Сколько мы пережили, дружище! — снова обратился он ко мне. — Сколько я тебе писал — и ни одного ответа! Имел бы ты хоть совесть, а? Хотя почта здесь, конечно, ходит вяленько…

Я на мгновение закрыл глаза. Да, я обучал его. Мы действительно служили вместе. Я учил его, и мы были близки. Мы были друзьями… нет, даже больше — почти семьей. Если Мира я воспринимал как сына, то Кайл, который был моложе меня лет на десять, всегда казался младшим братишкой.

В голове всплыли отрывочные картины… Он был прекрасным парнем! Надежным сослуживцем, веселым товарищем и толковым военным. И я бы точно был рад получить от него письмо! Должен был быть рад… Но, как и остальные, его письма до меня так и не дошли.

Это было так странно — моя жизнь внезапно расширилась. Пусть ненамного, но я увидел что-то из своего «после»… И оказалось, у меня действительно было что-то кроме Рады. У меня были друзья. Верные, преданные, добрые… И куда же все это подевалось?

Рядом послышался скрип, и Аня слегка пошатнулась — хорошо, что я успел ее подхватить.

— Аня, тебе нужно лежать, — мягко сказал я.

— А тебе — сидеть! — пробурчала она в ответ.

— Прошу прощения, я… некстати, — уже более сдержанно произнес Кайл.

Но мне было не до ответов — я подхватил Анну на руки, и та вскрикнула от неожиданности.

— Ты с ума сошел!

— Тебе нужно лежать!

Я опустил Аню на кушетку в горнице, и она нахмурилась, скрестив руки.

— Ты будешь сидеть?

— Если ты будешь лежать.

Мы уставились друг на друга, и меня отвлек голос Яси из холла.

— Мне… нужно было срочно помочь! Анне стало плохо…

— Ты могла позвать меня. Я был буквально в паре шагов… — это уже был голос Кайла.

— Ты был занят…

— Я думал, ты дома, готовишь, отдыхаешь… Представь, что я почувствовал, когда не нашел тебя там! Яся… — его голос дрогнул от сдержанного раздражения, но он быстро взял себя в руки. — Ты же знаешь, что сейчас в лесу опасно. Знаешь — и все равно идешь одна, хотя дала мне слово.

Я перевел взгляд на Аню и понял, что она все время смотрела на меня. Внезапно мир сузился до одного ее лица: до приоткрытых губ, васильковых глаз, маленького курносого носа…

— Челка… уже отросла, — улыбнулась она, протянула руку, но тут же одернула ее и облизнула губы. — Я буду лежать, обещаю… Иди. Тебе наверняка интересно поговорить с сослуживцем. Узнать, что было…

Аня улыбнулась, и я тоже улыбнулся в ответ, хотя смысл ее слов доходил до меня с опозданием. Я просто не мог оторвать от нее глаз.

— Лучше иди, а то дракон Кайл заберет сейчас насильно нашу берегиню, а ей еще отвар варить, — фыркнул Мир.

Именно его появление вырвало меня из кокона. Я слегка отстранился от Ани, почувствовав смущение. Весьма детское чувство для взрослого мужчины. Словно я делал что-то предосудительное.

— Ты вызываешь у меня стойкое желание запереть тебя дома! Потому что ты явно не слышишь ничего, что я тебе говорю, — словно в подтверждение, раздался грозный голос Кайла.

А после повисла тишина.

— Да, я… пойду пока, помогу Ярославе с отваром и узнаю что-нибудь у Кайла… А ты пока посмотришь за Аней.

— Так пристально не обещаю, — хмыкнул Мир. От его недвусмысленного намека я, взрослый мужик, кажется, покраснел. — Но обязательно посмотрю.

— Яр, не напрягай ноги, — сказала Аня. — Сядь на коляску, пожалуйста.

В ее глазах читалось беспокойство. Только она могла думать о моих ногах, когда сама только что была при смерти. Меня сейчас боль в ногах интересовала в последнюю очередь…

— Я сяду, а ты… не вставай… Ладно?

— Ладно, — прошептала она.

Я поймал на себе взгляд Мира, он улыбнулся.

— Пойду, — бросил я и вышел в холл, и, кажется, очень даже вовремя. Ведь двое моих гостей стояли и смотрели друг на друга с каким-то невыразимым упрямством. Как будто здесь вот-вот разразится скандал…