Глава 6

Что происходит?! Я испуганно сползла со стула и на четвереньках добралась до окна. У дома остановился здоровый чёрный гелендваген. С пассажирского сиденья показался молодой мужчина, невысокий коренастый с мужественным, но грубым и неприятным лицом. На нем были светлые брюки и синяя рубашка. Сунув руки в карманы, он отошёл от машины и поглядел на Ивана, стоящего на крыльце спокойно, однако держа ружье при себе.

С водительского места вылез крупный полноватый головорез и наставил на Ваню пистолет, на что тот лишь усмехнулся.

Мужчина в светлых штанах махнул водителю рукой и раздражённо крикнул:

— Блин, Валера, я же сказал: держи ствол при себе!

— Не могу, шеф. — Без эмоций ответил Валера. — У него ружье. Это потенциальная опасность.

— Как ты его надрессировал, — хмыкнул Ваня. — Зачем явился, Кабан?

Так вот что за кабан фигурировал в нашем разговоре. "Ты от Кабанюка?" — спросил меня Ваня прошлой ночью. С чего бы этому явно обеспеченному мужчине подсылать к Ивану женщин?

— Ты ночью обстрелял мою любимую машину. Мне это не нравится, Трофимов. Ты поперёк горла у меня, — кабан демонстративно ткнул себя в кадык ребром ладони.

— Это взаимно. За машину прости, твои подкаты вывели меня из себя, — ответил Ваня без тени вины в голосе. — К тому же, твой Валера пытался меня застрелить и, будь он хорошим стрелком, ему это удалось бы.

Валера нахмурился и процедил ругательство сквозь зубы, однако пистолет опустил, следуя указанию хозяина. Значит, именно этот бритоголовый бандит подстрелил Ванину ногу. С ума сойти… криминальная обстановка похуже некоторых районов Москвы.

— Слушай, Трофимов, не беси меня, а? Давай закроем эту тему! Я не сдаю тебя в полицию с записями расстрела моей тачки, а ты отдаёшь свой дохлый домишко. Давай пожмем руки и разойдемся в разные стороны, — Кабан сделал шаг к Ване, протягивая руку.

Медведь молчал и не двигался, чем знатно расстроил неприятного гостя.

— Да чего ты такой упрямый-то? Далось тебе это место! Чем больше ты ломаешься, тем выше шансы, что я отдам Валере приказ прострелить твою тупую голову, — Кабан оскалился, от чего его лицо стало мерзким.

— Я тебя и с того света достану, — усмехнулся Ваня.

Мне показалось, что Валера вскинул пистолет и, отключив голос разума, я схватила со стола телефон Вани и выскочила на крыльцо.

— Убирайтесь, бандиты! Я сняла ваши угрозы на телефон! — неуверенно воскликнула я, и тут самообладание Вани пошло крахом. Он дёрнул меня за руку, пряча за собой.

— Какого черта ты вышла?! — шикнул он. Кабан тут же заинтересовался моей персоной.

— Трофимов, ты где её отыскал?! — со смесью удивления и восхищения спросил тот, осматривая меня с ног до головы настолько, насколько позволял Иван, скрывающий меня за своей могучей фигурой.

— Даже не смотри на неё! — пригрозил Ваня, крепко сжимая мое запястье одной рукой, а второй держась за ружье.

— Да это же наша девочка! — Кабан потёр ручками, а я недоуменно уставилась на Ивана, который не обращал на меня внимания.

Что значит "наша девочка"? От беспокойства мой желудок скрутило. За два дня в лесу я набралась приключений больше, чем за всю жизнь в городе.

— Я прострелю тебе глаза, если будешь смотреть на неё слишком долго! — рявкнул Ваня, — проваливай! Я ничего тебе не отдам.

Кажется, под "ничего" теперь попадал не только дом, но и я…

— Это становится даже интересно, — Кабан гадко улыбнулся и обратился ко мне: Моё почтение! Был счастлив вас увидеть. Не прощаюсь!

Он поклонился и сел в машину, кивнув Валере. Когда гелендваген заурчал и начал отъезжать, Ваня дёрнулся и вскинул ружье, но я повисла на его руке, не давая совершить глупость.

— Иди в дом, Лёля. — холодно произнёс он, опуская ружье.

Автомобиль скрылся за деревьями, а я послушно вернулась за стол, хотя аппетит отшибло напрочь. Кажется, я натворила дел… Не понимаю, каких именно, но Ваня был явно недоволен мной. Он присел на крыльце пару, раз ударив кулаком по жалобно скрипнувшему дереву.

Через пятнадцать минут мужчина показался в дверном проёме.

— Прости, что нагрубил, — примирительно произнёс он, и я ободряюще улыбнулась в ответ: Я испугался за тебя. Кабану нельзя показывать ничего ценного.

— Что во мне ценного? — удивилась я.

Как я, простая московская толстушка, никогда не бывавшая в этих краях, могу быть «нашей девочкой» для Вани и какого-то жуткого Кабанюка?

Ваня, ничего не ответив, вернулся за стол и продолжил есть остывший завтрак.

— Я отвезу тебя в деревню, чтобы ты могла вернуться в Москву, — произнес он, глядя в окно.

— Но я хочу остаться, — заявила я, почему-то чувствуя себя виноватой из-за случившегося.

Да, еще вчера я готова была чуть ли не вплавь перебираться через грязевое море, лишь бы добраться до деревни и скорее уехать в свою спокойную квартирку, но сейчас… “Дому нужна женщина”. И не просто женщина, а я. Сердце чувствовало, что мое место в этих бревенчатых стенах среди высоких сосен. Пусть всего на месяц! Я не могу уехать. Я не хочу.

— Тебе небезопасно здесь, — Ваня собрал тарелки со стола и поставил в раковину. Он налил воды в умывальник, чтобы помыть посуду, но я его опередила и вклинилась между ним и раковиной. Краем глаза я заметила, как он не смог сдержать улыбку.

— Я помою, — Ваня согласно кивнул и, доверив мне мытье посуды, стал убирать остатки продуктов в старый советский холодильник.

— Что это были за люди? — спросила я, имея в виду бандитов на гелендвагене.

— Я тебе потом как-нибудь покажу, — пообещал Ваня, и я посчитала это хорошим знаком. Значит, он меня не прогоняет.

Намыливая тарелку, я окинула взглядом часть дома. Здесь можно было бы повесить занавески. У входа кинуть милый коврик. А на чудный круглый стол я могла бы связать белую скатерть.

— Это несексуально, — шепнула я себе под нос, вспоминая Викины слова.

Ох, если бы Вика знала, сколько всего произошло в моей жизни за последние двадцать четыре часа. Наверное, подруга закидала мой телефон звонками и сообщениями, и, может, уже едет сюда со спасательной группой, думая, что меня сожрали медведи. А так хотелось дожить до девяноста трех лет.

Ваня скрылся под лестницей, ковыряясь в шкафу. Он вернулся в джинсах и легкой светлой рубашке. В руках у него был серый свитшот, который мужчина кинул на кушетку, сказав:

— Это тебе. Накинь на халат, чтобы никого не смущать, — он вышел из дома и направился в сторону сарайчика.

Надеюсь, это не очередная любимая вещица бабки Дуни. Я вытерла руки и взялась за свитшот. Тот оказался мягким и пах так же, как Ванино полотенце — смесью терпкого мужского аромата и хвои. Я накинула на себя кофту и широко улыбнулась, подворачивая рукава. Еще немного, и я перетаскаю весь его гардероб.

Я взяла связку ключей от дома, к которой был пристегнут ключ от комнаты, арендованной на ночь у Ларисы. Заперев дом, я вышла на крыльцо. Ваня ждал меня у дома на красном блестящем мотоцикле.

— Я на такое не сяду! — пролепетала я, ощущая, как у меня подворачиваются ноги.

— Брось, на мне ты уже сидела, а это… — Ваня похлопал сиденье байка, — почти то же самое.

Я зарделась, вспоминая как голышом оседлала его торс. Ваня дерзко улыбнулся, вероятно, думая о том же.

— Но ведь дорогу развезло, — сменила я тему, надеясь как-то избежать езды на мотоцикле. К такому всплеску адреналина я не готова!

— Это моя земля, и я знаю, где можно проехать, — с некоторым тщеславием ответил он, протягивая мне шлем.

Бледнея и зеленея, я подошла к мужчине и позволила ему надеть на меня здоровый шлем. Когда Ваня затянул ремешок, я стала задыхаться от ужаса.

— Пожалуйста… сними! — взмолилась я.

Взволнованный Иван спешно стянул шлем и нежно погладил мою щеку.

— Ты в порядке?

— Да, — заверила я, глотая воздух, — можно поеду без него?

Я ткнула пальцем в шлем и умоляюще глянула на Ваню.

— Ладно, я буду предельно осторожен, — пообещал он, и я перекинула трясущуюся ногу через сиденье, крепко обхватывая руками мужской торс.

Мотоцикл затарахтел и дернулся с места, а я зажмурилась, ногтями впиваясь в Ванину кожу через рубашку.

Минут пятнадцать мы ехали по лесу, то и дело слегка подпрыгивая на неровной почве, а потом резко выехали на отличную асфальтированную дорогу. Я осторожно раскрыла глаза и изумленно уставилась на окрестные виды. По правую сторону простирался лес, а за ним желтеющая кромка поля, по которому я пыталась сбежать сегодня утром.

По лазурной ленте неба плыли пушистые облака и, казалось, можно было протянуть руку и схватить ленивое облако за мягкий бочок. Я осмелела и отпустила одну руку, протягивая ее в сторону. Ветер трепал мои волосы и обдувал красные щеки теплым потоком. В эту самую минуту я ощутила свободу! Будто и не было той привычной мне жизни. Как можно носить платья, застегнутые на все пуговки под самое горло? Работать администратором в душной клинике, пропахшей лекарствами? Страдать из-за мужчин? Бояться себя? Как можно было терпеть все это, когда ты такой свободный и счастливый человек?

Ваня слегка поправил зеркало, и я поняла, что он сделал это, чтобы смотреть на меня.

— Нравится? — ветер донес до меня его голос.

— Давай быстрее! — весело отозвалась я, крепче прижимаясь к нему всем телом. Сегодня я открыла в себе еще одну грань новой Лёли.

Мужчина рассмеялся и прибавил газа.

До деревни я доехала абсолютно счастливой женщиной.

— Ууух! — взвизгнула я, слезая с мотоцикла около дома Ларисы, — спасибо, что сделал это со мной!

— Спасибо, что сделала это со мной, — повторил Ваня мои же слова, с особым огоньком глядя на мои растрепавшиеся волосы. — Иди за вещами, я жду тебя.

Подпрыгивая от удовольствия, будто совершила какую-то невероятную шалость, я распахнула незапертую калитку и вошла в дом. На пути мне никто не встретился. Я отперла комнату ключом и первым делом решила переодеться. Я надела нормальное белье, широкие светлые брюки, а свитшот Вани решила оставить на себе. Расставаться с ощущением того, что он обнимает меня, совсем не хотелось. Спрятав халат в чемоданчик, я пошла к выходу.

Заглянув на кухню, обнаружила Ларису, утирающую слезы платочком. Она смотрела тот самый сериал про цыган, и не сразу заметила мое довольное лицо.

— А, это ты… Выселяешься? — я кивнула, поняв, что Лариса даже не заметила моего отсутствия. — Куда теперь?

— В лес. Мой дом на следующий месяц там, — я подвинулась, открывая Ларисе вид на Ваню, сидящего на мотоцикле.

Лицо женщины вытянулось от удивления.

— Ба! Ты к Трофимову, что ли? На озеро желаний приехала? — хозяйка дома подмигнула, а я недоуменно пожала плечами.

— Не знаешь легенду, что ль? Озеро, на котором дом Трофимовых стоит, издавна еще прозвали озером желаний. Хочешь чего-то — ночью в лунном свете голышом в воду окунаешься, желание свое загадываешь и ждешь, когда исполнится. По молодости все там плескались, — Лариса загадочно улыбнулась, видимо, вспоминая, как голая ныряла в ледяную воду.

— Сбылось? — с интересом спросила я.

— Сбылось, — она дружески приобняла меня, — так что времени даром не теряй. Коли чего хочешь — в воду лезь!

— И что, обязательно без одежды? — сморщилась я.

— А ты как хотела? Мы в этот мир нагие приходим, природа нас такими создала, — философски ответила женщина.

Мы распрощались, и я вышла к Ване, раздумывая над тем, что бы мне загадать, пока отпуск не закончился. Мой личный водитель аккуратно обвязал веревкой мой малогабаритный чемодан и привязал его к мотоциклу позади моей спины так, что для нас двоих места осталось катастрофически мало. Я снова побагровела, ощутив сильное мужское тело между своих ног. Ваню же это, по-моему, только забавляло.

— Не прогоняй меня, пожалуйста, — промямлила я, обнимая его. — Я не хочу в Москву.

Ваня вздохнул, взвешивая все «за» и «против», и махнул рукой, направив мотоцикл в обратную от автостанции сторону. Меня распирало от радости, что я остаюсь в лесном домике. В конце концов, я приехала сюда писать книгу, а у меня и пары слов не написано!

— Где тут можно поймать интернет? — спросила я, когда мы неспешно поехали по деревне. Мне нужно было проверить телефон и созвониться с Викой.

— В центральном кафе есть вай-фай. Я тебя оставлю там на полчаса, а сам съезжу за продуктами, — отозвался Ваня, а я в ответ одобрительно замурчала, чем вызвала низкий мужской смех.

Уже через пять минут я стояла под потрепанной вывеской "Кафе Альбина".

— Купить тебе чего-нибудь особенного? — спросил Ваня, собирающийся на рынок, — Персиков?

Он с насмешкой глянул на меня в зеркало, а я, вспомнив, как он облизывал мои сладкие от сока пальцы, прикусила нижнюю губу. Я даже не подозревала, что такая странная ласка может свести меня с ума.

Мужчина заметил, как в моих глазах зажглись огоньки, и, притянув меня к себе, шёпотом произнес:

— У тебя есть полчаса, чтобы решиться на отъезд. Когда мы вернёмся в дом, я тебя больше не отпущу.

Я ничего не ответила, пораженная искренностью его слов. В глазах мужчины лишь на короткий миг мелькнул страх. Чего он боится? Что я уеду? Или что захочу остаться?

Рыкнув, мотоцикл сорвался с места, а я, проводив его взглядом, в смешанных чувствах направилась в кафе. У самого входа я заметила, как через пыльное окно на меня недовольно смотрит женское лицо. Бррр!

Забегаловка внутри была похожа на придорожное кафе. Красно-белая плитка по полу, грязные жёлтые обои, пять круглых столиков не первой свежести и прилавок с кассой и кондитерскими изделиями. За кассиром также располагать полка с алкоголем. Должно быть, непросто вести бизнес в таком месте…

За кассой стояла та самая женщина, что следила за мной через окно. Она была примерно моего роста и возраста, но худее раза в три. Тонкие обесцвеченные волосы были убраны под синюю косынку. Большие серые глаза могли бы показаться красивыми, если бы не буравили меня взглядом, полным презрения.

— Тебе чего? — грубо спросила она, обращаясь ко мне. О хорошем сервисе тут явно не слышали.

— Мне бы интернет, — я вымученно улыбнулась.

— Только для покупателей! — рявкнула злюка.

Я окинула глазами прилавок и, вздохнув из-за отсутствия выбора, ткнула пальцем в пирожное с заварным кремом.

— Одно пирожное, зелёный чай и…, — я пробежалась по полке с алкоголем, — вон то красное вино.

Девушка глянула на меня с неприкрытой ненавистью.

— Иван не пьёт красное, — со знанием дела ответила кассирша, и тут я поняла, в чем дело.

Банальная ревность. Похоже, у Вани есть поклонницы в этой деревеньке, что неудивительно с его то внешностью.

— А я пью, — вежливо парировала я, всматриваясь в потертый бэйдж на желтоватой блузе Ваниной зазнобы.

"Гриз" — все, что я смогла рассмотреть. Остальные буквы, а их точно было ещё как минимум три, канули в небытие. Что же могло там значиться? Гризли? Этот вариант вполне подходил пыхтящей от злости женщине.

— Это за тобой он с ружьём по полю бегал? — в лоб спросила Гризли, а я мысленно прокляла болтливого тракториста, — спишь с ним?

— Вам бы поучиться тактичности, — вежливо ответила я, — у меня с Ваней ничего нет, и я вам не соперница. Только вынуждена заметить, что с вашими манерами мечтать об Иване как минимум самонадеянно. В любом случае, желаю удачи! — я натянуто улыбнулась, а Гризли, бормоча что-то невнятное, чирканула на чеке пароль от вай-фая.

Внимательно проследив, чтобы злопыхательница не плюнула мне в чашку, я забрала заказ и прошла за дальний столик. Вытащила компактный ноутбук из сумки, разблокировала телефон и подключила интернет на всех своих устройствах.

Телефон сразу начал безустанно вибрировать. Когда миллион сообщений и пропущенных звонков от Вики и мамы были просмотрены, я быстро отписалась маме и набрала Вику.

— Мать твою, Лёля! Что со связью? — первым делом крикнула она.

— Прости, долгая история…У меня все хорошо, я заселились, — заверила я, не зная, как рассказать об Иване.

— Я думала, тебя сожрали медведи!

— Медведь тут только один… — протянула я.

— О чем ты говоришь?

— Тут твой брат, Вик. И он реально похож на медведя! — я не заметила, как начала улыбаться, думая о Ване. — Почему ты не предупредила, что половина дома принадлежит ему?

— Ох, Лёля, нельзя было ему тебя видеть…, — загадочно протянула Вика, — он жил в Москве с женой, насколько я знаю. С чего бы ему ехать в эту халупу?

С женой. Пирожное застряло у меня в горле. Всё это время нас с ним так непреодолимо тянет друг к другу, но он сдерживается, ведь у него есть жена, которая ждёт его в Москве. Что, если она приедет на выходные, а я хожу нагишом вокруг её мужа и бью его лопатой.

Но почему он не сказал мне…

Оля, ты знаешь его всего один день, а уже придумала себя историю получше романтических сериалов на телевидении.

От стыда хотелось провалиться сквозь землю. Ни на шаг к нему больше не подойду!

— Аллоу, Лёля! — я выпала из разговора. — Я приеду через пару дней. Ваня тебя не обижает?

— Нет, — ответила я потухшим голосом. — Скорее, наоборот. Я ударила его лопатой.

— Что?! Он приставал к тебе? — возмутилась Вика.

— Нет-нет, я спутала его со зверем.

— Не подпускай Ваню к себе, — посоветовала подруга. — примчусь, как только смогу.

— Поторопись, тут какой-то бандит с пистолетом ездит, — я усмехнулась, — Кабанюк, кажется…

— Пипец, Лёля, ты и перед Кабаном засветилась! — Вика практически выла от отчаяния.

— Да в чем дело? — я искренне не понимала, почему меня никому нельзя показывать.

— Приеду и расскажу. Может даже покажу, если получится, — ответила подруга.

Мы распрощались и закончили разговор. Новость о Ваниной жене сбила меня с толку, и я устало захлопнула ноутбук. Лениво пролистала оповещения в телефоне и, не найдя ничего от Стаса, расстроилась ещё больше.

Гризли, видя мою кислую мину, довольно улыбалась.

Через полчаса в окне красным маячком мелькнул мотоцикл, и я, покидав технику и вино в сумку, покинула кафе.

Первым делом я обратила внимание на отсутствие своего чемодана. Пакетов с продуктами у Ивана тоже не было.

— Где мои вещи? — недоуменно спросила я.

— Я быстренько смотался туда-обратно. Вещи в доме, — Ваня довольно улыбнулся и похлопал ладонью по сиденью: Садись, прокатимся кое-куда.

Настроения у меня не было, но я вежливо улыбнулась и села за Ваней, стараясь не обнимать его слишком крепко.

Из кафе показалась Гризли. Она широко улыбнулась Ване и прощебетала:

— Ванечка привет! Чего не заходишь?

— Привет, — коротко кивнул он, — не было необходимости.

— Так заходи просто так, — улыбка на лице женщины практически померкла.

— Лёля, обними меня крепче, а то свалишься, — Ванина рука придвинула меня за поясницу, и я сдалась, прижимаясь к его надёжной спине.

Мужчина махнул рукой несчастной Гризли и помчал мотоцикл к выезду из деревни, оставляя за собой столб пыли. Прямо перед выездом на ту дорогу, с которой мы сюда приехали, Ваня свернул влево.

— Мы не домой? — удивилась я.

— Нет, хочу показать тебе одно место, — крикнул Иван в ответ, и мне стало жутко неловко.

Иван собирается устроить мне романтический вечер в особенном месте, а далеко в Москве его ждет жена. Что, если у них есть дети? Каково было бы узнать, что их папа катает на мотоцикле чужую тетю? Любительницу чужих мужей. Какая гадость!

Или…Вика сказала, что нельзя подпускать Ивана к себе. Вдруг он маньяк? Синяя борода, убивающий своих женщин! И везет меня совсем не на романтический ужин…