Глава восемнадцатая, о большой ошибке

Я снова сжалась на своём месте, зажмурилась и сдавила пальцами виски. Не хотелось принимать решение на эмоциях, поэтому и симпатию к Йену, и обиду на него я постаралась откинуть.

— Так, я вас обоих выслушала, теперь мне нужно подумать. Всё равно в ночи никто никуда никаким порталом уйти не сможет. Сейчас ложимся спать, а утром вернёмся к разговору, — твёрдо сказала я и демонстративно принялась готовиться ко сну.

Тревожные мысли при этом бурлили в голове кипящим борщом.

Холодный расчёт! Слушать только голос разума! Остальное — приложится.

Я рассуждала так: остаться в Канцелярии — действительно безопаснее. Местное зло уже изучено, и документы на работу поданы. Вот только нет уверенности, что я её получу. Кроме того, с учётом самых необходимых покупок для длительного проживания денег осталось месяцев на шесть-семь, а заявление будут рассматривать дольше. Может, год. Может, два. Получается, что я до того момента просто не дотяну. Или пойду от голода торговать телом. Так себе план. Следовательно, нужно двигаться дальше.

Можно поискать в архиве описания других миров, познакомиться с их уроженцами тут, попробовать устроиться на подработку к кому-то. Риски? Сколько угодно. Начиная с того, что меня кинут на деньги, и заканчивая тем, что попаду в рабство к такому маньяку, как Штригес.

Попробовать навязаться Миэль? Но у неё на руках четыре девочки с покалеченной психикой. Куда ей ещё и я? Да и потом, она в ближайшее время останется здесь, в Канцелярии, а чем я могу быть тут полезна? Очередь занять? Так у неё для этого есть десять эльфов.

Стоило учитывать ещё кое-что. Даже за деньги, даже из острой необходимости, даже ради благой цели я всё-таки не хотела оставаться в Канцелярии. Да, теоретически могла бы поработать с жабками в отделе кадров, архиве или принимать документы, но только если другие варианты — пойти в бордель или сдохнуть под забором. То есть работу в Канцелярии я рассматривала как самую крайнюю, отчаянную меру, хуже которой только проституция или смерть.

Отлично, хотя бы получилось расставить приоритеты. Теперь вернёмся к тому, что предлагает Дийнар. Стать его фиктивной женой, чтобы его пустили в портал. На него давит срочность, да и документы уже почти собраны. Он готов в пятикратном размере компенсировать мне оплаченный Анжеликиными деньгами портал. Пятьдесят тысяч. Ещё сто он готов отдать, когда мы вернёмся домой. Это не его деньги, а фонд семьи, который та готова отдать за возвращение фамильного артефакта. Сто пятьдесят тысяч плюс шесть моих. На эти средства можно купить жильё, освоиться в другом мире и устроиться на работу или начать своё небольшое дело. Наверняка на Земле есть какие-то изобретения, что придутся ко двору в другом мире.

Звучит очень привлекательно. Только вариант не идеален, навскидку видятся две проблемы. Первая: за такие деньги Дийнар может меня на этой Треге и похоронить, ведь после прохождения портала я стану ему нужна, как дохлой собаке пятая нога. Но и взять у него деньги наперёд не могу: во-первых, не факт, что у него имеется такая сумма при себе, во-вторых, на этой разбойничьей Треге меня и обворовать могут. Чревато! И это вторая проблема. Если Йен считает, что Трега настолько опасна, то оправдан ли риск? Мёртвой мне деньги точно не понадобятся, а тут непонятно, от кого ждать подвоха: от блондина или трегских бандюганов.

Вопрос в том, захочет ли Дийнар от меня избавиться? Вряд ли. И даже не из-за меня, а из-за Йеннера. Допустим, мы с блондином отправимся на Трегу, а Йен — в свой мир, а потом Дий вернётся один, то брюнет однозначно спросит, куда я делась.

Так ведь?

Очень слабое и ненадёжное утешение.

Доверия к Дийнару не было. К Йену — наоборот. Но он меня в жёны брать особо не стремился. Но так ли это плохо? Если отбросить мои чувства и обидки, то получается, что парень просто не хочет жениться на малознакомой девушке ради выгоды. Можно ли его за это осуждать? Однозначно нет. В Йене есть основательность. Вероятно, он травмирован родительскими отношениями и не хочет влезать в сомнительный брак, упоминал же, что отец пытается его женить, но безуспешно. Или же у брюнета какие-то другие тараканы на этот счёт? Что я, в сущности, о нём знаю? Почти ничего.

Йен не разбрасывается обещаниями и не стремится взять на себя ответственность за малознакомого человека. Хоть лично меня это и задевает, но понять можно. Да, я ему симпатична, но не настолько, чтобы взвалить на себя подобную ношу, потащить в свой мир незнакомку и разгребать потом её проблемы. Особенно если эта незнакомка начнёт вешаться на шею и просить на ней жениться. Мужики вообще не любят, когда на них вешаются, а особенно — с разбега.

Дийнар же ко всему этому относится иначе. Он — аристократ, для него брак — это всегда сделка. В данном случае — сделка временная, на пятьдесят дней. Вопрос только в том, собирается ли он условия этой сделки выполнять, когда на кону столько денег?

От тяжёлых мыслей начала болеть голова. Хотя я и пыталась рассуждать логически и здраво, всё равно душила обида, что Йен не стремится меня выручать, спасать и решать мои проблемы. Да, не обязан. Но менее досадно от этого не становилось. Я потёрла лицо и несколько раз медленно вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться.

Блондин прав в том, что если бы Трега была настолько опасна для посетителей, то никто бы туда не сунулся. Значит, если вести себя разумно и не влипать в проблемы, шансы унести оттуда ноги есть. Достаточно просто слушаться графа Зоттера. Он с его политикой «не лезть в проблемы» — отличный ориентир. И Жрун мимо него проскользнул, и убийство Штригеса он не застал. Следовательно, если неукоснительно его слушаться, быть милой и удобной, то вполне можно и выскрестись из всего этого дерьма.

А держать своё слово для аристократа — это норма. Сейчас люди могут напортачить, переехать, снять хату в другом городе и забыть о прошлом. А в условном средневековье репутация, честь и клятвы имели огромное значение как раз потому, что люди росли, жили и умирали в одном обществе. Оттого так больно ударил по Зоттерам скандал в газетах. Люди прошлого не относились к «чёрному пиару» так легко. Напротив, осуждение привычного круга подчас становилось трагедией. Классическая литература не станет лгать.

По всему выходило, что предложение Дийнара необходимо принять, только постараться обезопасить себя хоть как-то. Магическую клятву запросить? Так тут магия не работает. Договор заключить? А вот это, пожалуй, хорошая идея.

Уснула я под утро, и была безжалостно разбужена за час до гонга.

— Лера, светлого, — тормошил меня Дийнар. — Мне нужно знать твой ответ. Если ты согласна на моё предложение, то необходимо переписать заявку на открытие портала и объяснительную в твоём наборе документов, заключить временный брачный договор и получить последние печати. И всё это сегодня, потому что портал на Трегу открывается сегодня вечером, а следующий — только через цикл!

— Встаю, встаю! — сонно ответила я и села на матрасе.

Потёрла глаза, прислушалась к себе, ещё раз посмотрела на обоих Зоттеров. Первым заговорил Йеннер:

— Лера, не делай глупостей. На Треге слишком опасно. Останься тут. Любая ситуация поправима, если ты жива и здорова. А там — слишком велик риск остаться навсегда.

— Я буду разумна. Буду слушаться Дийнара, вести себя незаметно и не стану доставлять никаких проблем, — заверила я. — Если у тебя есть предложения лучше, то я готова их выслушать.

Но ответом мне была тишина. Йеннер смотрел исподлобья, мрачно и осуждающе.

— Ну так что? — спросил Дийнар.

— Слушайте, а двоемужества у вас нет? Я бы тогда вышла за вас обоих, втроём отправились бы на Трегу…

— Нет, двоемужество в нашем мире незаконно, это раз. На Трегу пускают только одного мужа с одной женой, я уже уточнял, это два, — вздохнул Дийнар.

— Ладно… Тогда я согласна на твоё предложение, — сказала я ему.

— Ты делаешь глупость, — хрипло пророкотал Йеннер.

— Возможно. Если что, у меня есть большой запас сожалений, которые потом можно будет на это решение израсходовать. А пока, — я обернулась к блондину, — Дийнар, я согласна, но я бы хотела заключить с тобой договор и получить клятву, что на Треге ты меня не бросишь, не оставишь одну, проведёшь в свой мир и рассчитаешься в полном объёме сразу после прибытия. Договор в трёх экземплярах, один пусть останется у Йеннера. Если ты по каким-то причинам не рассчитаешься со мной, то обязан будешь заплатить деньги ему. Чтобы ты не думал, что можно сэкономить, оставив меня на Треге.

Светлые брови Дийнара взметнулись вверх.

— Очень любопытное решение. Попасть на Трегу он не сможет, следовательно, его тебе там можно не опасаться… А я обязан буду расплатиться либо с тобой, либо с ним, и ты прекрасно понимаешь, что мне приятнее будет заплатить тебе… Оригинально и просто! — рассмеялся он. — Знаешь, Лера, будь ты аристократкой, я бы подумал на тебе жениться всерьёз. Люблю практичных, удачливых и умных женщин, особенно если эти качества так изумительно сочетаются с миловидной внешностью. Меня восхитило, как быстро ты собрала документы, а теперь я поражён твоей находчивостью в самое сердце.

Дийнар галантно мне кивнул, и хоть я понимала, что эти комплименты — лишь дань моему согласию, но всё равно стало приятно. Ведь разве он ошибается? Я действительно находчива и практична, да и внешность у меня вполне приятная. Назови он меня роковой красоткой, сразу стало бы понятно, что это ложь. А миловидная — самое точное слово, которым можно меня описать.

— Тогда за дело! — он вскочил на ноги. — Очередь за талончиками я уже занял, договор сейчас составлю.

— Я не буду его подписывать, потому что я категорически против этой затеи, — упёрся Йеннер, пристально глядя на меня.

— Можно тебя на два слова? — я взяла брюнета за руку и потащила прочь. Туда, где мы могли бы поговорить в тишине. — Послушай, Йен, я всю ночь думала о том, что будет дальше, и так и не смогла найти лучшего выхода из своего положения. Ты же не хочешь, чтобы я осталась тут, голодала или торговала собой за пирожок?

Его лицо стало совсем мрачным.

— Я бы дал тебе денег. Голодать тебе бы не пришлось.

— Спасибо за намерение, но чем это принципиально отличается от того, что предлагает Дийнар?

— Лера, на Треге опасно. О-П-А-С-Н-О, — процедил он. — Дий не сможет тебя защитить. Сам, может, и извернётся, но тебя…

— А я буду ходить за ним тенью, притворюсь немой и убогой. Он скажет прыгнуть — я прыгну. В чём риски? Я не собираюсь ввязываться ни в какие проблемы. Но твоя подпись мне нужна, потому что без неё у Дийнара будет слишком велик соблазн просто оставить меня на этой Треге навсегда, согласись…

Я жалобно посмотрела на Йена. Он отвернулся, скрестив руки на груди, и зло смотрел в стену, недовольно выдвинув челюсть вперёд.

— Мы всё ещё можем переиграть… — мягко подсказала я. — Если ты знаешь, как выглядит артефакт, мы можем попробовать достать его вдвоём.

— Дело не только в этом, — угрюмо прохрипел Йеннер. — Со мной тебе тоже рискованно туда отправляться. Может сложиться так, что и я не смогу тебя защитить. Деньги у Дия есть, обратный портал он либо купит, либо использует свой портальный камень, мощности на двоих хватит. Если всё сложится удачно, то… Не знаю, Лера, мне не нравится эта затея. Совершенно не нравится.

— Хорошо. Предложи другой вариант.

— Останься здесь, — резко повернулся он, и глаза сверкнули тёмными молниями.

— Ладно, допустим, я останусь тут. Что ждёт меня дальше? Ради чего оставаться? Ради какого будущего?

Я выжидательно смотрела на Йена, но он молчал, всё также мрачно глядя на меня.

— Вот видишь… — разочарованно протянула я.

— Я бы предложил тебе перейти в мой мир, но делать это без меня опасно. Портал отсюда выведет тебя в столицу, из которой добираться до моего поместья верхом — не меньше месяца. Встретить тебя некому, проводить тоже. Отправлять в дорогу одну — не лучше, чем на Трегу, тем более что языка ты не знаешь…

— А ты? Не собираешься возвращаться?

— Нет. У меня другая цель, и отступиться я не могу. Дийнар сказал правду, мне нужны деньги, без них возвращаться домой я не намерен. Поместье убыточно. Это тоже правда. Я знаю, как привести его в порядок, но это будет стоить немало. У меня есть план, как заработать денег, но он довольно опасен, поэтому взять тебя с собой я не могу. Как и не могу ничего обещать, ведь я сам не знаю, получится у меня воплотить его в жизнь или нет, — Йеннер нахмурился и потёр переносицу в месте, где её пересекал шрам. — Хорошо, я подпишу договор. Ты везучая, кто знает, может, всё сложится как нельзя лучше. Я дам тебе с собой письмо для матери, после возвращения ты сможешь жить в моём поместье столько, сколько посчитаешь нужным. О крыше над головой и тарелке еды можешь не волноваться.

— Йен, спасибо огромное, но не думай, пожалуйста, что я хочу навязываться или становиться твоей иждивенкой…

— Ничего ты не понимаешь, Лера, — хмыкнул он, обжигая взглядом.

— Так объясни!

Он долго смотрел на меня молча, и когда я уже решила, что он ничего не ответит, сказал:

— Объясню, если всё сложится. А если нет, то бессмысленно тратить слова.

На этом и закончился наш разговор. Когда мы вернулись, Дийнар уже набросал план договора, по которому он обязывался заплатить мне сто пятьдесят тысяч кредитов по возвращении в Парайсе?р. Так называлась их страна, расположенная в Атхеири?и. В случае, если Дийнар по любой причине не доставит меня в поместье Йеннера, последний может потребовать эти деньги себе. Рискованный шаг. Но мы специально добавили строчку о том, что если на меня совершат нападение в Парайсере, то Дийнар не выплатит эти деньги Йену, а передаст их сиротскому дому. Таким образом получалось, что им обоим невыгодно меня убивать.

Кроме договора, мы ещё и брачное соглашение подписали, а Йеннер выступил свидетелем нашего брака. Всё складывалось совсем не так, как хотелось, и я до самого последнего момента надеялась, что Йеннер нас остановит, но этого не произошло. Дийнар достал из-за воротника цепочку, на которой, как оказалось, висели кольца. Два массивных и больших, мужских, и два тонких и изящных, женских. Согретый теплом металл приятно коснулся кожи, когда Дий надел кольца на мои большие пальцы.

— А почему сюда?.. — с любопытством спросила я. — У нас кольца надевают на безымянные пальцы.

— А у нас так, — пожал плечами Дий. — Вроде бы в старину отрубали большие пальцы тем, кто убивал или калечил своих супругов. Оттуда и пошло, что это лучшее место для кольца.

— Ясно. Разве нам не нужно теперь получить брачные сертификаты для прохода порталом?

— Нет. Соглашения достаточно, мы же оба присутствуем здесь. Если супруги идут порталом вместе, то справка о брачных обязательствах не требуется.

Я отдала один экземпляр договора радостному блондину, второй оставила себе, а третий протянула мрачному Йеннеру и заодно подарила ему свой матрас, чемодан и ласт. Дийнар попросил ограничиться одним лишь рюкзаком, чтобы не тащить на Трегу ненужные вещи, и я послушно собрала лишь самое необходимое. Думала даже выкинуть Анжеликин крем от загара, чтобы не занимал место, но потом решила его оставить, ведь мы отправлялись в жаркий пустынный мир, а моя белая кожа имеет свойство нещадно сгорать на солнце.

И знаете, это было одно из самых правильных решений, которые я когда-либо принимала. Смешно сказать, конечно, но факт остаётся фактом. Мой самый умный поступок в жизни — взять с собой на Трегу солнцезащитный крем!

Переписать заявление на открытие портала не составило труда. В объяснительной, что требовалась для посещения мира, я с улыбкой указала, что цель визита — обретение равномерного загара. Очереди в третье окно, занимающееся приёмом заявок на посещение необитаемых кислородных миров, ожидаемо не было, поэтому я уже второй раз получила заветный листок с надписью «заявка одобрена, допуск к порталу разрешён». Осталось только поставить главную печать, но у нас на это оставался целый день, а Дий уже занял очередь.

Прощание с брюнетом вышло скомканным. Он передал мне письмо для своей матери, и оно служило немым подтверждением того, что мы ещё увидимся. Вот только я вышла замуж за другого и поступила против воли Йена, может, поэтому он и злился, глядя, как мы уходим. Повинуясь порыву, я обняла его на прощанье и прошептала:

— Не сердись. Мы увидимся в Парайсере.

Он на секунду коснулся моей щеки и грустно улыбнулся, но ничего не сказал. И от этого на душе стало тревожно. Не покидала мысль, что Йен задумал нечто опасное, но расспрашивать его было глупо: он всё равно бы не ответил.

Очередь за последней печатью впечатлила даже на фоне всех остальных очередей. Но двигалась она довольно бодро, и через пару часов страх не успеть к порталу практически испарился.

— Стой тут, я схожу за едой. На Треге она стоит дорого, так что лучше наесться досыта здесь.

— Тогда, может, стоило загрузить несколько упаковок чего-то съедобного в чемодан и взять его с собой?

— Нет. Он слишком яркий, кроме того, любую поклажу станут досматривать, а еду заберут. На Треге живут не дураки. Если разрешать ввоз еды, то миску с лапшой за сто кредитов никому не продашь.

— Мы разве собираемся там задерживаться? Я подумала, что мы решим все дела одним днём и отправимся в Парайсер как можно скорее.

— Да. Так и будет. Я знаю, у какого торговца нужно искать артефакт, и, скорее всего, он как раз располагается на той базе, куда ведёт портал, это один из крупнейших рынков.

— А там их несколько?

— Да. Разные группировки держат разные рынки. Не все дружат между собой. Но покупателей это обычно не касается. В любом случае задерживаться на Треге мы не станем. Главное, никуда из торгового ангара не выходи.

— Почему?

— Кислород на Треге есть, но его слишком мало, чтобы дышать свободно. Говорят, что старожилы могут и пару часов там протянуть без магических приспособлений, но верится с трудом. В общем, за пределами построенных контрабандистами зданий выжить нереально. Бешеное солнце плюс малое количество кислорода. Есть, конечно, специальные артефакты — кислородники — позволяющие дышать под открытым небом, но нам они ни к чему, выходить за пределы базы мы не собираемся.

— Ты не рассказывал об этом, — поёжилась я.

— А зачем? Не пойдёшь же ты по пустыне гулять. Так что не переживай. А я всё-таки схожу за едой, а то заболтаемся, и столовая закроется на обед.

Дийнар оставил меня одну, и я плавно двигалась к заветным стойкам.

Главный зал был оформлен так же скучно и уныло, как все остальные. Огромное помещение с шестиглавой гидрой-очередью. Позади стоек, на которых ставят печати — проход в сектор О, куда и хочет попасть любой находящийся в Канцелярии. Именно оттуда можно перейти в другой мир. Портальных комнат — сотни, нужно найти правильную и ожидать открытия портала в ней. В секторе О находятся столовая для отбывающих, несколько десятков уборных и ещё один огромный зал ожидания. Вернуться оттуда в другие сектора уже нельзя.

Вскоре возвратился Дий, и мы плотно пообедали прямо стоя в очереди. Никого это не смутило, некоторые и вовсе спали, лёжа на своих сумках. Лица вокруг были измождённые, но счастливые. Им всем осталось совсем немного до последнего шага прочь из серого бюрократического ада.

Не верилось, что я провела тут больше месяца.

Я посмотрела на Дия.

— Жаль, что Йеннер не может отправиться с нами.

— В какой-то мере действительно жаль, но ждать его ещё целый цикл я точно не стану. Раз правила посещения Треги изменили, скоро рынок перекочует в другой мир, и ищи потом жемчужину в океане.

— Всё-таки грустно оставлять его тут одного…

— Он вернётся в Парайсер даже раньше, чем мы, — заверил Дийнар. — Местное время бежит настолько быстрее, чем реальное, что можно пробыть тут пару циклов, а в свой мир вернуться в тот же день.

— Да, мне уже много раз объясняли. Кстати, я письмо маме написала, что со мной всё в порядке. Надеюсь, что она получит его в тот же вечер, когда я пропала.

— Ох уж эта канцелярская почта. Будет здорово, если она его вообще получит. Ты одно письмо отправила?

— Ну… да, — нахмурилась я.

— Надо было штук пять, тогда были бы шансы, что хотя бы одно дойдёт.

— Я не знала…

— Напиши сейчас. Может, успеешь отнести. В очереди нам стоять ещё несколько часов как минимум, — великодушно предложил Дийнар.

Так и сделала. Написала маме коротенькое письмо, побежала на местную почту. Кинула несколько монеток в специальный автомат и получила конверт. Подписала, вложила в него листок, заплатила десяток кредитов в другом автомате, и тот съел моё послание. А уж доберётся оно до мамы или нет, я не знала.

Никакой уверенности, одна лишь надежда.

Впрочем, это касалось не только письма. Когда у нас с Дийнаром забрали документы и выдали пропуска в портал, я холодными пальцами взяла свой. Как кредиты и та металлическая пластинка, которую потеряла Анжелика, пропуск был сделан из радужного переливающегося металла, только теперь я могла прочитать вытесненные на нём надписи.

К порталу мы успели с запасом, даже пришлось ждать его открытия около часа. Когда унылая серая стена перед нами вдруг начала переливаться всеми цветами радуги, я взволнованно замерла. Первый раз выбора мне не оставили, меня втолкнули в портал големы, а теперь нужно было набраться храбрости и шагнуть в мерцающую ртутную плёнку самой.

— Идём.

Дийнар взял меня за руку и потащил за собой. Я шагнула следом, ещё не зная, насколько большую ошибку совершила.