Глава № 33
С сомнением взглянув на свою тяжелую ношу, я все же спросила:
— Прямо сейчас пойдешь или сначала поужинаешь?
— Конечно, сначала поем! Не видишь, что ли, какой я расстроенный? Меня в таком состоянии нельзя отпускать! — заметив, что я собираюсь усадить его на пол, кот обвис, свесил лапки и повторил: — Говорю же: нельзя меня отпускать!
Пришлось принести его в кухню. Нехотя переместившись на скрипнувший стул, Барин вздохнул и обвел комнату тоскливым взглядом.
— Может, зря мы заплатили за целый месяц? Так надоело это уныние!
— А, может, применишь свои таланты? — выдвинула я встречное предложение, поставив перед ним миску с холодной сметаной. — Починишь что-нибудь, склеишь. Стулья, стакан, например.
— Это старье давно пора выбросить, — отмахнулся от поручения кот. — Чашки я починил, потому что они красивые. Не хочу трудиться зазря.
— Но в принципе, это возможно?
Я села напротив кота. Тот явно был не голодным — сметану ел медленно, словно делая одолжение.
— Вижу, поторопился я, — вздохнул он, — не остыла ты. Подумаешь, увидела мелкое волшебство!
— Ну любопытно же!
— Что-то к своим гостям ты с такими расспросами не пристаешь, — буркнул кот. — А они ведь больше умеют, чем я.
Взглянув на меня, кот, видимо, увидел в глазах живой интерес, потому что снизошел до ответа.
— Я пока не в форме, так что мало чего могу начудить. Так… — он в раздумьях потер лапкой лоб. — Починить, сожрать, ужаснуть, полечить.
— Полечить? — удивилась я. — Ого!
— Не тем восхищаешься, — обиженно протянул Барин. — Вот ужас я могу навести такой, что ни один маг испуга не снимет! А ты… и с кем я связался?
Он притворился, что так сильно расстроился, что вот даже сметану не хочется! Отодвинув в сторону миску, с грустью уставился в черные окна.
— Как будто тебе не нравится тот, с кем ты связался, — улыбнувшись, я потянулась, перенесла кота к себе на колени и стала его поглаживать.
— Нравится, — вздохнул он. — В том-то и дело, что нравится, Женька.
И снова вздохнул так тяжко, как будто у него горе какое случилось.
Ну и чтобы утешить его, снять печали, да и просто давая время прийти в себя после плотной еды перед сном, я долго поглаживала серого нахаленыша. Так долго, что он и уснул у меня на коленях.
Ну и хорошо, ну и ладно. Нечего ночью ходить по гостям. Особенно, если не приглашали.
Кот, конечно, не пьет. Но Барсуки слишком милые, чтобы у них что-нибудь отнимать. А кикиморы котика могут обидеть. Поодиночке — нет, побоятся, но если там правда серьезный шабаш?
Отнеся кота на кровать, я осторожно его положила, расправила кофточку на подушке и, взглянув на умильную серую рожицу, усмехнулась.
— Барин. Барин и есть!
— Я же говорил, что думаю на счет Принца, — приоткрыв один глаз, буркнул кот и, повернувшись на другой бочок, посоветовал: — Потренируйся на досуге называть меня Ваше Высочество, а то как-то… вдруг и… в общем…
И засопел.
— Спите, Ваше высочество, — шепнула я, с трудом удерживаясь от смеха, — спите, не смею вас беспокоить.
Я же отправилась в ванную — помывшись, с сожалением взглянула на влажные волосы. С шампунем и бальзамом выглядеть они стали лучше, но горячей воды не хватало. Полежать бы в ванной, подумать, мысленно перегрузиться…
Может, кот прав — и надо было не соглашаться на то, что дают, а поискать что-то другое?
Зарплата ведь теперь есть.
Кажется, вздохи заразны, как и зевки. Я долго крутилась без сна и без каких-либо связных мыслей. И только когда мне строго шепнули:
— Спи уже, доброта моя!
Я закрыла глаза и правда уснула.
Причем так сладко, что утром тот, кто меня уговаривал спать, почти силком заставлял подниматься. Уперся лапками в мой живот и пыхтел — мол, давай уже, освобождай место, чтобы коек-то мохнатый еще повалялся! Ну да, ему ведь можно. И почему я не родилась котиком?
Идти не хотелось. Как представила, что опять целый день бегать по кабинетам…
Внушив себе, что сегодня не может быть хуже, чем было вчера, я поднялась, приготовила завтрак и переместилась на рабочее место.
Протиснувшись через массивные шкафы с книгами, подошла к окнам, распахнула их и взглянула на город. Из этого кабинета был вид не леса, а площади — некоторые люди спешили на работу или по поручениям, а некоторые в такую рань неспешно прохаживались, явно просто гуляя.
Мне же по-прежнему хотелось лечь рядом с котиком и снова уснуть. Но у начальства на мой счет были совершенно другие планы. К сожалению, не гениальные!
На этот раз за день было уже не три, а четыре переезда! Причем два раза вместе со мной переезжал и Бэхот, который зашел поздороваться и застал меня в момент перехода из одного кабинета в другой.
Первый раз мой переезд он воспринял спокойно, но когда спустя полчаса вернулся Айхан и объявил новый номер моего кабинета, глаза у Бэхота были размерами с глобус.
— Ты понимаешь, что происходит? — попытался поговорить он с приятелем.
Но тот отмахнулся и молча ушел.
И мелькнули у меня подозрения, что в происходящем Айхан разбирался еще меньше, чем я. Но что-то точно знал Бэхот. Потому что, поцеловав мне руку, хитро улыбнулся, пожелал мне терпения и, сославшись на дела государственной важности, поспешно ушел.
Ну хоть у кого-то в этом департаменте были дела! Потому что то, чем занималась здесь я и руководство департамента — это не работа, а игра в крестики-нолики. Но все игры когда-то кончаются. Эта же, вполне безобидная и предсказуемая, закончилась рано и весьма, весьма неожиданно!
После четвертого переезда я оказалась в соседнем кабинете с Айханом. О том, что рядом находится руководство, свидетельствовала и золотая табличка «Глава Тайной Канцелярии», ну и то, что когда мужчина приказал мне осваиваться и вышел в смежную дверь, других смежных дверей не оказалось.
Так вот, не успела я толком осмотреться, как вновь увидела его на пороге.
— Опять переезд? — поинтересовалась уныло я.
А потом присмотрелась к демону и… впервые его испугалась!
Волосы дыбом, борода топорщится, как у испуганного дикобраза, пот со лба валит градом, побелевшими пальцами вцепился в косяк — видимо, опасаясь упасть. Но самым страшным было не это, а взгляд. Демон смотрел в упор на меня, но словно не видел или не мог поверить, что это действительно я.
— У вас все в порядке? — знаю, глупый вопрос, но умные в голову от такого ужаса приходить отказались. — Может, я могу вам чем-то помочь?
— Все, что могли, вы уже сделали, — процедил он с трудом, потом бросил взгляд в сторону шкафа с папками и велел: — Принесите мне зеленую папку с приказами.
Демон медленно, будто прикладывая неимоверные усилия к каждому шагу, вернулся в свой кабинет. А я подошла к шкафу, просмотрела папки — здесь они были и не подписаны, и не пронумерованы, значит, надо будет запомнить их по цветам…
Но стоило мне войти в кабинет руководства, как Айхан, сидевший за столом, побледнел и тихо так, вкрадчиво поинтересовался:
— Вы что, не можете отличить синий цвет от зеленого?
— Могу, — ничего не понимая, я покрутила в руках принесенную папку и хотела ее положить на стол.
— Зеленую папку! — раздраженно выдавил демон и повторил: — Зеленую. С приказами. Принесите, пожалуйста, зе-ле-ну-ю пап-ку с при-ка-за-ми, так понятно?
В полном недоумении я вернулась в свой кабинет. Подошла к папкам. Еще раз взглянула на ту, что держала в руках. Это была единственная зеленая папка! Е-дин-ствен-ная!
— Долго мне ждать? — послышался недовольный голос Айхана.
И тогда я решила использовать другой метод — открывая по очереди каждую папку, нашла приказы в красной, и с ней зашла в кабинет.
Под пристальным взглядом демона, положила папку на стол. Какое-то время постояла в ожидании, когда он заметит подмену, чтобы высказать ему все, что думаю по поводу его цветов радуги, и тут…
— Спасибо, — демон открыл папку и стал пролистывать информацию. — В следующий раз, пожалуйста, ориентируйтесь быстрее. Я понимаю, новое рабочее место, но здесь ведь все проще простого.
— Проще простого будет, если подписать папки, — вынесла я предложение.
— Нет, — отказал демон.
Ну что ж, шеф всегда прав?
Как бы не так!
Один раз, когда возникло это недоумение с папками, я промолчала, и во второй я сдержалась, но когда это случилось в третий раз, и демон меня торопил, не давая времени толком покопаться в документах!..
Вот тогда я не выдержала.
— Голубую! — нетерпеливо рычал он из соседнего кабинета, недовольный моей заминкой.
— Будет тебе и голубая, — доставая одну папку за другой и складируя их на столе, прошипела я, — будет тебе и желтая, и даже синяя будет!
Охнув под тяжестью семи папок — больше бы просто не унесла, я вошла в кабинет и, не обращая внимания на взлетевшие вверх светлые брови бородача, положила свою ношу ему на стол.
— Вот это, — подхватив со стола демона линейку, я прикоснулась к нижней папке, — красный цвет.
Брови демона раньше своего хозяина поняли, что что-то не так, и взлетели еще выше, спрятавшись под длинными прядями волос.
— Вот это, — прикоснулась указкой к следующей папке, — оранжевый. Это желтый. А вот это зеленый. Это голубой. А вот это синий. Синий это. Си-ний. Имен-но это си-ни-й, так понятно?
У демона, видимо, глаза тоже соображали раньше хозяина, потому что спрятались за пушистыми ресницами, и даже нос спрятался, когда демон уперся локтем в стол и прикоснулся к своему лбу.
— Что ж, продолжим, — отчеканила я, распаляясь. — Этот цвет — фиолетовый. Фи-о-ле-то-вый. Не трудно запомнить, правда? Ну, а если сложности все-таки возникнут, запомните, пожалуйста, одну фразу и нам с вами будет гораздо проще работать, как вы и хотели…
Демон убрал руку ото лба, поднял голову и прожег меня непередаваемым взглядом. Но я тоже была от него не в восторге, поэтому решила идти до конца.
— Каждый охотник желает знать, где сидит фазан! — выпалила я и попыталась подхватить папки, но демон положил поверх них свою руку, и посмотрел на меня так…
— Хорошо, — покладисто согласилась я, делая аккуратный и незаметный шажок назад. — Если вы хотите повторить пройденный материл, не буду вас отвлекать…
Но четыре маленьких шага в полной тишине — это вся фора, которая мне досталась. Неожиданно демон поднялся с кресла и сделал два решительных шага ко мне. И вот вроде бы разница большая — моих четыре шага против его всего двух, но каким-то образом демон оказался прямо напротив меня, а я — у стены.
Понятия не имею, как так могло получиться.
И какое-то время недоумевала, что это значит.
Но когда мужчина поднял вверх руки и уперся ими в стену по обе стороны от меня, я поняла, что это ловушка.
А когда от горячего дыхания мужчины, прислонившегося своим лбом к моему, у меня вдруг вспотели ладони и слегка подкосились колени, поняла, что то, чем он болен — заразно!
— Ты… — шепнул он, прикрыв глаза.
— Вы, — машинально поправила я.
— Ты, — повторил он с усмешкой. — Ты, Евгения, зачем ты ко мне пришла?
— Ну, — пытаясь хоть на миллиметр от него отстраниться, напомнила я, — вы же сами просили меня принести папку.
Он затрясся от беззвучного смеха, открыл глаза и взглянул на меня. И… странно это — так близко смотреть на кого-то. И когда сам он так близко, что ворует дыхание, а взамен предлагает свое.
Почесав подбородок после прикосновения колючей бороды, я попыталась сделать единственное возможное в этой запутанной ситуации — отвернуться, и тут же пожалела об этом, когда дыхание демона коснулось уже моей шеи.
— Ты просто не представляешь, что происходит, — продолжал шептать он, делая глубокие вдохи и прижимая меня сильнее к стене.
— А вы уже разобрались? — почему-то так же тихо, как он, произнесла я. — Или вам подсказал Бэхот?
Но вместо того, чтобы ответить, демон снова затрясся от смеха, перебросил вперед мои волосы, собранные в высокий хвост и снова сделал глубокий вдох. А потом его дыхание снова вернулось к моей шее, ключицам, но когда я хотела воспользоваться моментом и выскользнуть, его рука опять вернулась на стену, образуя преграду.
— Я отвык от эмоций, — продолжал шептать демон, с ненасытностью делая глубокие вдохи. — Мне даже нравилось ничего не чувствовать, не желать…
— Понимаю, — поддакнула я, на самом деле считая, что он несет полный бред и ища пути к отступлению.
Но их не было.
Впереди мужчина в невменяемом состоянии. А позади стена, которая перегрелась от дыхания демона. По крайней мере, капелька пота, которая пробежала вдоль моего позвоночника, именно об этом мне намекала.
— Я впервые не знаю, что делать… — рука демона соскользнула со стены, прошлась вдоль моей ключицы и остановилась у выреза кофточки.
— Этого делать точно не стоит, — застегнув две верхние пуговички, ответила я. — Может быть, вам полежать, отдохнуть, а то уже так устали, что даже цвета различать перестали!
И вот здесь он расхохотался в голос. Не в полную силу — уши затыкать не пришлось. Но достаточно сильно, чтобы встревожить тех, кто это услышал даже за дверью.
— Эм… — в проеме двери появилась взволнованная ведьма, кажется, Тайра.
Она обвела взглядом нашу композицию, поддерживающую стену департамента, судя по глазам, впечатлилась нашей ответственностью и решила тоже продемонстрировать, что не просто так, а работает во благо компании.
— Дер Магниусс кохт Соллейн, — не своим голосом начала она, прочистила горло и продолжила мысль. — Я заманила в Тихие Земли пятерых высших для вашей бывшей невесты. Их познакомить?
Я ожесточенно закивала и даже была готова прямо сейчас выдвигаться на встречу! Но меня не пустили.
— Что, вот так? — заметив мое рвение, усомнился демон. — Никаких условий? Согласна замуж за первых встречных?
— Не за всех сразу. И только если они готовы к тому, что я их брошу.
— Только если они готовы к тому, что пройдут проверку главы Тайной Канцелярии, — добавил свое условие демон.
— Ну нет — так нет, — опешила ведьма. — Пойду заманивать новую партию!
Она вышла, плотно закрыв за собой дверь, а я взглянула на демона и пожаловалась:
— Что у вас за проверка такая? Ее что, так трудно пройти? Я так с вами никогда замуж не выйду!
И вот здесь демон снова расхохотался, оттолкнулся руками от стены и наконец-то меня отпустил.
— Выйдешь, — сказал он. — Если вопрос встанет ребром и ничего нельзя будет сделать, я предложу тебе в мужья того, для кого эта проверка — пустяк.
— Бэхота?
Демон качнул головой и так выразительно на меня посмотрел, что я поняла.
Ну конечно! Для кого еще пустяк пройти проверку главы Тайной Канцелярии, как не для самого главы этой канцелярии?
— И что, вы готовы к тому, что я вас оставлю? — не поверила я.
— Я пока не уверен в том, готова ли ты, если Я оставлю тебя…
И знаете, мне даже уточнять не было надобности. По жаркому взгляду легко читалось и пояснение между строк: «Если я оставлю тебя СЕБЕ…»