Глава № 48

Вокруг шуршат степные травы, чуть пожелтевшие от яркого солнца, посреди степи стоят несколько огромных шатров, горит ярко костер, вокруг него бегают дети, а у костра, скрестив ноги, сидит орчанка, которая лечила Айхана и грозный мощный орк, лицо которого я видела во время грозы.

И они не просто заметили наше присутствие. Они ждали, когда мы к ним подойдем!

Я беспомощно взглянула на Гэрэйда и сильнее вцепилась в его ладонь.

— Вы не предупреждали, что будут смотрины!

— Смотрины у тебя уже были, — невозмутимо ответил он, почти прибив меня к земле этим признанием. — А сейчас мы просто отдохнем на природе. У вас ведь тоже устраивают выход на шашлыки? Это почти то же самое.

— Почти?

Он попытался сдвинуться с места, но я идти не могла.

— Мясо не будут жарить такими маленькими кусочками, ну и хмельных разборок тоже не будет. Орки практически не пьянеют.

— Везет вам, — с тяжелым вздохом я все же сдвинулась с безопасного места, — и не пьянеете, и в шкурах в такую жару вам не жарко.

Гэрэйд весело хмыкнул, а орчанка и ее грозный муж переглянулись и о чем-то заговорили между собой. Возникло у меня ощущение, что она просила его сдержаться, не проявлять так сильно эмоции, как в тот раз.

— Знакомься, Евгения, — сказал орк, подведя меня к огнищу, — это Ларма, моя бабушка, а это Ирсэн, мой дед. Остальные, кого ты здесь видишь, тоже в той или иной степени родственники. Потом познакомитесь.

— Добрый день, — я натянуто улыбнулась под пристальным взглядом орка и тут же взглянула в сторону.

Ого, сколько родственников! Около пятидесяти взрослых и примерно два десятка детей.

Орк сделал жест рукой, тут же подошел какой-то молодой орк и расстелил возле нас покрывало. Задержал на мне внимательный взгляд, подмигнул.

— Иди, иди, — махнула на него бабушка Гэрэйда. — А вы присаживайтесь, отдыхайте. На мужа моего не смотрите — он с утра сегодня не в духе.

— Благодарю за совет, — скромно ответила я и снова перевела взгляд на детей.

Они смеялись, дурачились, получали нагоняй от родителей и не обижались, а лишь становились счастливее. Беззаботные, юркие, сильные. Кстати, если мальчики были сильно похожи на настоящих орков (в моем представлении настоящих, а сужу я по Гэрэйду, его деду и взрослым мужчинам, которых увидела здесь), то девочки напоминали людей.

И не такие жилистые, и с длинными волосами, и в платьях, и цвет кожи казался скорее хорошо загорелым, чем зеленоватым, да и клыков у них не было.

Я перевела взгляд на бабушку, чтобы сравнить, но нет, у нее клыки были.

— Мальчишки все хотят быть сильными воинами, поэтому тренируют боевую трансформацию, — пояснила она, видимо, заметив мое удивление. — А все девочки готовят себя к тому, чтобы стать принцессами, разве нет?

— Конечно, — поддакнула я. — Я, кстати, тоже когда-то мечтала о принце.

— Призналась, надо же, — буркнул дед.

— А что в этом тайного? — изумилась я. — Сначала девочкам хочется принца из сказки, потом они взрослеют, понимают, что это реальность и просто хотят видеть рядом с собой хорошего человека.

— А если рядом окажется не человек? — упорствовал дед.

— Тогда для моего мира это как раз и окажется сказкой. И тогда подойдет только принц, разве нет?

Дед хотел еще что-то буркнуть, но бабушка ткнула его локтем в бок и он, вздохнув, промолчал.

Но потом хитро сверкнул глазами и придумал новый вопрос:

— На бал-то пойдешь?

— Не думаю, — я пожала плечами, а потом меня осенило. — Хотя, возможно… Ваш внук меня пригласил, так что… У него ведь такая должность, что отказывать некрасиво…

Я попыталась ничем не выдать своего любопытства и того, как замерла, пока дед медлил с ответом. Жена его улыбнулась, но промолчала. Гэрэйд расположился удобней и чувствовал себя так же расслабленно, как будто не слышал нашего разговора.

— Понятно все, — разочаровал меня орк. — Сходи, сходи, присмотришься лучше. Самой оно интересней, чем просто так, когда на блюдечке принесут, разве нет?

Не успела я поникнуть духом — (вот же, так ничего и не рассказали!), как тот же парень, который принес покрывало, поставил перед нами пузатый, необъятный графин вина и бокалы. Один был обычным, скорее всего, для меня, остальные — размерами как пивная кружка, из которой пил Гэрэйд, когда был в моем мире.

К моему удивлению, бабушке тоже налили полный бокал. Но пила она медленно, как и все остальные. Не было цели напиться — просто расслабиться, немного поднять себе настроение.

И, надо признать, это действительно удалось.

Иногда к нам подходил кто-то из орков — они кивали при знакомстве со мной, обменивались обычными репликами с Гэрэйдом или старшими орками и опять отходили. Кстати, присмотревшись, я заметила в степи еще далекие огнища. Оказалось, что там тоже расположились орки. Все они подчинялись одному лэрду — Ирсэну, но сегодня отдыхали отдельно, со своими семьями.

По словам бабушки, клан орков был таким многочисленным, что все бы у одного костра просто не поместились. А дальше, там, где степь казалась почти безграничной, располагался их город — Мактон. Жили там и люди, и другие расы иногда появлялись, но основное население составляли именно орки. Демоны временами бывали, но им ближе лесная природа, они связаны именно с ней, так что надолго они там не задерживались.

— А эльфы есть? — полюбопытствовала я.

И заметила, как мрачный дед обернулся просто грозовой тучей.

— Пока я жив, ни одного эльфа на территории орков не будет! — рявкнул он, стукнув кулаком по земле.

И в том месте, куда он ударил, образовалась дыра, в которой вполне могла потеряться Алиса.

— Придется пересаживаться, — заметила спокойная бабушка, бросив взгляд на мужа. — И это уже в третий раз за сегодняшний день.

Дед окинул меня задумчивым взглядом, и даже спрашивать не пришлось: что разозлило его первые два раза. Я. Наверное, он был против, чтобы я оказалась здесь.

Все поднялись на то время, пока двое парней перемещали покрывала, располагая их поодаль. А я, извинившись, отошла в сторону. Неприятно находиться там, где тебя не желают видеть. И если это весь мир, который мне хотел показать Гэрэйд, то я насмотрелась и все поняла.

— Не обижайся на деда, — на плечи мне легли руки орка и чуть сжали. — Он так долго копил в себе ненависть, что теперь ему приходится сложно. Тем более, он сильно опасается, что планы, которые он лелеял с моего рождения, могут рухнуть.

Вспомнив слова Гэрэйда, что его душа разрывается между дружбой, любовью и долгом, я спросила:

— Планы связаны с вашей женитьбой? Опасается, что вы не одобрите его выбор?

Я повела плечами, чтобы орк убрал свои руки. Утешать меня не надо, в истерике я не бьюсь, остыну немного и приму решение, найду выход, справлюсь. А где-то рядом может быть та, которой неприятно видеть эти касания.

— Опасается, что вообще никакой свадьбы не будет, — правильно догадавшись, чего я хочу, мужчина убрал руки, отпуская меня.

И я тут же к нему обернулась.

— Почему?

— Наверное, потому, — сказал орк, — что некоторые чудовища могут превратиться в красивого принца. Некоторые из них могут превратиться только в еще одно чудовище.

На какое-то время мы застыли, глядя в глаза друг другу. А потом я заскользила взглядом по сильному телу мужчины, по мышцам, которые не могла спрятать даже такая странная одежда, как шкуры. Попыталась понять: а красив ли орк для представителей своей расы?

Не знаю. Но я его страшным не находила. Ему как-то шла и эта грозность, и неприступность, которая не позволяла мне даже мысленно подступиться, и даже клыки, которые, скорее всего, могли и использовались как еще одно оружие воина. И цвет кожи не казался отталкивающим.

Несколько шрамов, которые отчетливо виднелись на плечах, добавляли особого очарования его образу. Захватчик, уверенный завоеватель — таким я его видела. Он напоминал мне викингов, которые славились в свое время.

— Вы не… — начала я.

Но меня перебили.

Подбежала маленькая девочка, лет пяти, схватила орка за шкуры и стала тормошить.

— Дядя Гэрэйд! Дядя Гэрэйд! — обиженно засопела она. — А мальчишки опять в метании ножичков жульничают! Разберись с ними! Они говорят, что девочка не имеет права выиграть в мужской битве! А я выиграла! Честно выиграла! Меня папа учил метать ножики!

Метрах в десяти от нас стояли набычившиеся мальчишки. Они чувствовали, что правы — это ведь мужская игра! А тут какая-то девочка, которую в игру даже не приглашали, взяла и попала в цель! Целью была круглая деревяшка, которую пристроили у огромного камня. Чтобы рассмотреть даже местонахождение цели, мне пришлось постараться, а уж попасть в нее…

Девочка сильно расстроилась, потому что это нечестно и потому, что призом был красивый нож, который подарил бы сам лэрд. С другой стороны, если отдать ей победу, будущие воины получат хороший щелчок по уверенным носикам.

— Пойдем, — взяв девочку за руку, Гэрэйд направился к детям.

Сделав несколько шагов, обернулся, но я качнула отрицательно головой, решив, что если станет настаивать, скажу, что все вижу отсюда. На самом деле мне не хотелось приближаться к мальчикам, потому что один, несмотря на цвет кожи и клыки, был сильно похож на Максимку.

Но сама задержала дыхание: интересно, какое решение примет орк? И примут ли это решение дети?

Орк говорил с детьми на равных и долго. Объяснил, что надо учиться не только выигрывать, но и достойно принимать поражение. И если воина победила девушка, значит это стимул повысить свои навыки. И не стыдно не только признать это, но и попросить об уроке. Ведь все это придаст тебе силы в будущем.

Мальчишки сначала сильно расстроились, что воин, который пользуется у них уважением, выгораживает девчонку. Но потом признали, что он прав. Они ведь не хотят застыть на этом этапе воинских навыков. Они хотя стать сильнее!

Гэрэйд обернулся, едва взглянув в сторону деда, но, наверное, послал тому какой-то знак, потому что мужчина поднялся и направился к детям. Проходя мимо меня, легонько подтолкнул меня, чтобы я сделала шаг. Ну а после первого шага другие дались куда легче, и я тоже подошла к месту, куда подтягивались другие орки.

Лэрд достал из нагрудного кармана шкуры нож, сверкнувший драгоценными камнями и торжественно, при всех, и при ее папе, которого просто распирала гордость за дочь, вручил ей первое боевое оружие.

Ох, что-то мне подсказывает, что девочка теперь будет мечтать стать настоящим воином, а не какой-то принцессой.

— Ты улыбаешься, — заметил Гэйрэйд, подойдя ко мне, когда с церемонией было покончено.

— Да, — вновь взглянула на папу девочки, который от гордости чуть ли не лопался, и с нежной грустью посмотрела на мальчика, который чем-то напоминал мне погибшего сына.

Он больше не тосковал. Подошел, попросил девочку показать ему тот прием, благодаря которому она победила. И сам себе не поверил, когда девочка согласилась. В глазах мальчишки, кажется, отразилось все солнце этого дня.

Уверена, он добьется поставленной цели и станет самым сильным воином клана. Но даже если и нет, надеюсь, в его жизни будет много счастливых моментов. Например, как этот — когда девочка разрешила ему тренироваться с оружием лэрда.

— А сейчас ты плачешь, — недовольно проворчал орк, стирая глупые слезинки, скатившиеся из глаз.

— Да, — опять согласилась я.

И чтобы меня в таком состоянии не увидел обернувшийся лэрд, спрятала лицо на груди Гэрэйда. Только поэтому. И всего на минутку.

Я совсем не ожидала, что орк обнимет меня. Но когда он со вздохом прижал меня ближе, стало как-то неловко и странно, а еще мелькнуло ощущение, что так уже было.

Отстранившись, всмотрелась в лицо орка. А он хитро прищурился и спросил:

— До ужина еще время есть. Развеемся?

Я настороженно посмотрела на огромный костер, который развели вдали от шатров, на тушу, которую насаживали мужчины на вертел, и почему-то задержала испуганный взгляд на шатрах.

— Каким образом?

— Погуляем на свадьбе. Посмотришь, как сильно некоторые женщины мечтают о муже. Может, что возьмешь для себя.

— Мужа? — хмыкнула я.

А в следующий момент орк взял меня за руки, в глазах потемнело, и я услышала истошный отчаянный вопль. И это кричала не я. Точно не я. Потому что крик был мужским!