Глава вторая

Элоиза

Первые подозрения относительно Чудовища Диколесья у меня возникли в тот момент, когда он умудрился с легкостью сломать дедушкину печать. Королевская магия так легко сдается только в двух случаях: если на неё воздействует истинно неодаренный или если против неё применяют подобный дар. Поскольку на истинно неодаренного этот странный мужчина, застрявший, судя по виду, где-то в прошлом, не тянул совершенно, на представителя королевского рода…

Как там он представился? Герцог Дарнийский? Что-то знакомое, но я точно не помнила ни его имени, ни происхождения. В любом случае, сомнений относительно того, кого в этом лесу прозвали Чудовищем, не осталось. Особняк, окруженный лесом… И я отдала ему предназначавшееся королеве письмо. Вот идиотка!

Окна закрыты, двери закрыты… Но если этот мужчина считает, что я – безоружна, он очень ошибается. Деревенские, конечно, пытались стянуть пистолет, скрывая эти поползновения за обыкновенным желанием уволочь меня на сеновал, но все их поползновения оказались безуспешными.

Я умела за себя постоять, благо, и папа, и дедушка научили.

- Как думаешь, - протянула я, отвлекая его внимание от предназначавшегося королеве письма, - в какой деревне мне больше заплатят, если я притащу шкуру Чудовища Диколесья? Хочу знать, куда твое тело сдавать. Деньги лишними ж не бывают.

Даже не знаю, удивили мои слова этого герцога или разозлили. Но он отреагировал незамедлительно, вскинул голову, весь так подсобрался, даже вскинул руку. Мне пришлось прищуриться, чтобы увидеть хотя бы слабые очертания колдовского пульсара. Но стоило моргнуть, как все возможные следы колдовства растворились в воздухе, не оставляя о себе ни единого напоминания. Всё же, магия – не моё.

Ну, как бы, не новость.

- Опусти пистолет, девчонка, - почти прорычал герцог. – Ты даже не представляешь, с кем имеешь дело!

- С заносчивым индюком, который стащил письмо и запер меня в своем доме, - холодно произнесла я.

- Это повод для убийства? – ухмыльнулся он.

- Положи письмо у двери и сам отойди в сторону, - велела я. – И мирно разойдемся. Давай, быстро.

- Уверена, что не промахнешься?

Я стремительным движением отвела пистолет в сторону и выстрелила по высокому подсвечнику, стоявшему на столике у двери. Прищурилась, целясь, нажала на курок и, наслаждаясь громким звуком, сменила взглядом герцога. Свеча, простреленная моей пулей, развалилась на две ровные части.

Маловато для сверхъестественных способностей, но, раз уж магия мне не дана, хоть стрелять я хорошо научилась. Ни один парень в Рангорне со мной в этом соревноваться не сможет, даже если очень постарается и вложит в это весь свой колдовской дар. И этот напыщенный индюк напротив меня тоже на такое не способен. И вообще, шел бы он куда подальше, с моих глаз долой!

Ненавижу синеглазых брюнетов. Не к добру это. История гласит: где встретите синеглазого брюнета, ждите Тьерронов и беду. Дедушка, говорят, в молодости был ни дня без приключений, папа – тот ещё любитель влезть в какие-то неприятности, как не по кладбищам за какими-то мертвецами, внепланово ожившими, бегает, то от мамы с её сковородкой. Дядя Рен, кронпринц, тоже с шилом в одном месте, сколько б ему ни было лет, и дети у него такие же. Мало чем от меня самой отличаются, между прочим. И Акрен, Вольный, прапрапра… далекий предок, улыбающийся со страницы учебника истории и с заколдованного зеркала в заброшенном старом дворце. Его светлость, граф Шантьи – пират, картежник, мужчина-мечта, которого вряд ли выдержит хоть одна нормальная женщина.

Нет, определенно, увидишь синеглазого брюнета – беги со всех ног. Оно тебе, Элоиза, не надо! Все эти страдания, преследования всяких ненормальных, разбитые сердца и королевские престолы… Беги, беги! Такие, как ты, всяким королевским детям не нужны. Неодаренные – это отдельный вид людей, призванный существовать всё же чуть поодаль…

Я повторила это как мантру у себя в голове и уверенно двинулась к выходу. Мужчина отошел к окну и стоял, опершись о подоконник, наблюдал за мной.

- Глаза не сломаешь? – ухмыльнулась я. – Любуешься?

- Думаю, откуда ты на мою голову свалилась, - презрительно скривился он.

- Плыла на корабле из Рангорна, только чтобы поцелиться в тебя из пистолета, - пожала плечами я.

- А дальше куда? Поцелишься из пистолета в кого-то другого?

- Отвезу письмо королеве.

Я подобрала раскрытое письмо, быстренько свернула его, сунула обратно за пазуху, толкнула дверь…

И обнаружила, что та закрыта.

- Эй! – возмутилась я. Дернула за дверную ручку, потрясла, но безуспешно. Дверь упрямо не поддавалась, а поскольку она была достаточно тяжелой, то высадить плечом её я точно не смогу.

Проклятье.

Во имя Первого, правда ловушка?

Я успела только поймать себя на этой мысли, как ощутила на своей коже дыхание. Чудовище Диколесья резко развернуло меня к себе лицом, собственным телом буквально пригвоздило к той самой дубовой двери, уцепилось в запястья и смотрело прямо в глаза.

- А теперь, - протянул он, облизывая губы, как тот голодный зверь, - боишься, девочка?

Вблизи мужчина оказался красивым. Не сказать, что меня это удивило – я и ожидала чего-нибудь такого, напоминающего болезненно о фамильных портретах, - но повторить мантру о вредоносности синеглазых брюнетов не получилось. По крайней мере, я попыталась и не зашла дальше второго слова.

Руки герцога остались горячими, как кипяток – как это только у меня не выскочили волдыри на коже от его неосторожных прикосновений! А взгляд и вовсе пронзал насквозь.

- И кого я должна бояться? – поинтересовалась я. – Мужика, к которому селянки бегают, чтобы его постель среди ночи осчастливить, а потом возвращаются домой и рассказывают, что то их Чудовище Диколесья попортило? А если какая-то дура с женихом убежала или в Дарну повеялась, так точно Чудовище виновато, конечно.

- Не веришь, значит? А вдруг, - мужчина демонстративно облизнул губы, - я какой-нибудь вампир? В Рангорне у вас такие не водятся.

- Знаешь, - протянула я, - зато у нас в Рангорне водится дракон. Водился. Но как со мной познакомился, так у него кости в труху превратились. А у эльфов, говорят, уши в трубочку сворачивались, когда они с истинно неодаренным графом Шантьи сталкивались. Так что ты кусай, милок, кусай, но потом не ной, что зубы выпали.

- А если, - его синие глаза опасно сверкнули, - я оборотень?

- Нет, ну ты можешь обернуться, конечно, - пожала плечами я. – Но если что – я буду не виновата, что шерсть выпала.

- Смелая, значит.

- Нет, ну что ты. Так, ляпаю дурным языком всякую ерунду. А так, конечно же, я страшно боюсь, - заявила я. – Не каждый же день мне приходится с каким-то психопатом обжиматься у дубовой двери. Мало ли, что мне этот сумасшедший сделает? – я демонстративно закатила глаза. – Ещё чего, под юбку забраться попытается. Только я на всякий случай предупреждаю, там тоже отсохнет, если магию применить попытаешься.

- А если без магии?

- А без магии я тебя в два счета уложу, - пожала плечами я.

Судя по тому, как не слишком доверчиво прищурился мужчина, он что-то не до конца верил в мои способности. А очень зря. Был уже в моей жизни один такой недоверчивый, и для него это очень плохо закончилось.

- Не думаешь, что слишком много себе позволяешь? – коварно прошептал мужчина. – Ты ведь не знаешь, кто я…

- Ты уже представился, - усмехнулась я.

- Между прочим, - герцог прищурил свои синие-пресиние глаза и придвинулся ко мне ещё ближе, так, что я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, - ты сейчас разговариваешь с наследным принцем Объединенной Державы.

Что, правда, что ли? Вот же, стране не повезло… Такой козел ими править будет, это ж надо!

- Не пугает? – тем временем поинтересовался у меня мужчина.

- Ну тебя же, - спокойно отозвалась я, - не пугает, что ты прижимаешь к двери внучку Рангорнского короля, правда? Так чего меня должен пугать какой-то принц?

- Между прочим, - скривился герцог, - я совершенно серьезен.

- Так я вообще-то тоже.

Кажется, не поверил. Очень зря. Я ж правду говорила! С чего б то мне лгать? От назойливого кавалера я и без дедушкиного статуса избавиться могу, а пока что ни на что более серьезное этот наследный принц, вне зависимости от того, насколько он приукрасил свое положение, не потянет.

Но герцог, вместо того, чтобы отпустить меня и уважительно попросить прощения за такое хамское обращение с особой королевской крови, только крепче прижал меня к дубовой двери. В синих глазах сверкнуло что-то вроде слабого интереса, смешанного с презрением и недоверием, и мужчина, кривя губы, протянул:

- Ты не можешь быть королевской внучкой. У кронпринца Акрена детям не больше десяти лет.

Я в курсе, сколько лет моим двоюродным братьям-сестрам, спасибо.

- Какие, однако, у тебя скудные познания относительно родословной королевской династии Рангорна, что ты целого старшего сына Его Величества Мартена, а вместе с ним – и всех его детей потерял, - прошипела я.

- Чья б мычала! Ты даже не знаешь, как меня зовут!

Согласна, упущение с моей стороны. Но зато я кое-что другое знаю и могу просчитать, такое, что этому гаду даже не снилось!

- Конечно, - я смерила его злым взглядом, - не знаю. Зачем мне захламлять мозг этой бесполезной, совершенно лишней информацией? Зато мне известно, к примеру, что коэффициент твоего колдовского излучения превышает норму в восемнадцать с половиной раз. Таким образом, критическая норма облучения может достигаться примерно за полтора часа пребывания рядом с тобой. Если быть точнее, то за час и тридцать одну минуту... Просчитать до секунд?

Принц сжал зубы, явно сдерживая полный гнева рык.

- А ещё, - не унималась я, выдергивая из сознания все факты о кронпринце Объединенной Державы, которые запечатлелись у меня в памяти, - из-за этих особенностей у тебя уже не сложилось с шестью невестами. Как там поиски седьмой? Увенчались успехом?

Судя по тому, как перекосило мужчину, тема невест была болезненной.

- Если уж ты так хорошо разбираешься в моей биографии, - прорычал он, - как думаешь, как быстро ты получишь достаточную дозу облучения моей магией, чтобы выгореть? И сколько времени понадобится, чтобы умереть?

Мне показалось, что мужчина счел это более чем достойной угрозой, но я не спешила пугаться. Ещё чего, только я из-за его магии не дрожала и не пряталась. Только этого не хватало! В моей жизни, конечно, хватает трудностей, но маги с превышением нормы энергетического излучения в этот список точно не входят.

- Ты слишком высокого о себе мнения, принц, - фыркнула я, - если считаешь, что твой дар способен причинить мне хоть какой-нибудь вред, то ты глубоко заблуждаешься.

- Хочешь сказать, что эти расчеты были банальной выдумкой?

- Нет, - я прищурилась, - я хочу сказать, что эти расчеты не имеют никакого отношения к истинно неодаренным! И если ты не желаешь потерять свою магию насовсем, мальчик, будь добр, отпусти меня, - я подалась вперед, заглядывая в его синие-пресиние глаза, и с некоторым раздражением осознала: похож. Лицо, подобное этому, много лет подряд улыбалось мне из заколдованного зеркала.

Родовые черты, будь они неладны. Кровь не вода…

- И что ты мне сделаешь, бездарная? – издеваясь, поинтересовался принц.

Я ухмыльнулась.

- И много ты встречал бездарных, рядом с которыми ты не можешь колдовать, Высочество? – спросила я у него.

Думает, что он первый, кто придумал это невероятно остроумное оскорбление? Увы, разочарую: в моей жизни хватало людей, которые предпочитали называть меня словами и похуже. Как бельмо, как пятно на репутации королевской семьи, вот как я им мешаю. Но если человек осознает свои слабости, он способен использовать их лучше, чем другие – свою силу. И даже если я, в отличие от своего брата, от его друзей и обычного окружения своей семьи, никогда не могла колдовать и даже не видела все те чудеса, автором которых была магия, это не означало, что я неполноценная.

Моя жизнь богата другим.

- Как тебе, - прошептала я, прижимаясь к принцу, - чувствовать, что твоего дара нет? Как оно – осознавать, что всё, что ты можешь сделать – это вспомнить о свойствах собственного тела и мозга? Как оно – не колдовать?

- Честно? – изогнул брови он. – Чудесно.

Ответ был неожиданный. Я аж отпрянула от мужчины, всматриваясь в его лицо, и удивленно хмыкнула, не до конца понимая причину произнесенных слов. Неужели кто-то, кто пользовался магией, мог мечтать не чувствовать её? Да этот парень не приспособлен к простой жизни!

Впрочем, в сторону мысли. Я вообще-то намеревалась отсюда уйти.

Набрав полную грудь воздуха, а ещё – набравшись решительности, я ласково улыбнулась ему… И с силой ударила ногой в колено – увы, выше просто не достала, слишком крепко он меня держал. Второй удар пришелся уже локтем в грудь.

Принц оказался сильнее тех магов, которые обычно любили самоутверждаться за счет бездарной в Рангорне, но не настолько, чтобы удержать меня в своих руках. Пришлось постараться, чтобы отпихнуть его прочь, но, оказавшись на свободе, я, не мешкая, бросилась прочь. Вырваться наружу через дверь не представлялось возможным, и мне пришлось помчаться вверх по ступенькам.

Противник быстро пришел в себя. Он вскинул руку, очевидно, активируя какое-то заклинание, и по земле поползли зеленые лианы. Одна из них даже схватила меня за подол платья, и ткань затрещала – очевидно, принц желал рассмотреть мои ноги повнимательнее.

Ну, или понял, как пользоваться магией, сражаясь со мной.

Дурак! Была б я в брюках, было б, конечно, похуже. Но стоило только лиане дотронуться до моей голой ноги, как она превратилась в пыль, осевшую на ступеньки. Я же, даже не оборачиваясь, продолжила свой путь. Особняк был многоэтажным, найду где спрятаться.

- Стой! – крикнул, пытаясь догнать меня, принц. – Стой! Отдай письмо и можешь проваливать!

- Да пошел ты! – рявкнула я. – Я тебе письмо, а ты попытаешься повесить меня на лиане?

Впереди показалась развилка, и я нырнула в тёмный узкий коридор, надеясь, что он, вопреки ожиданиям, не заведет меня в тупик. Повезло, впереди красовалась лишь длинная галерея, и я бросилась вперед, пролетая мимо фамильных портретов. Толкнула следующую дверь…

И оказалась в пусть большом, но всё же тупиковом помещении. Впереди красовалось кресло, чем-то смутно напоминающее трон, за спиной – громыхали шаги моего преследователя. А у меня ни оружия, ничего, только собственная наглость, даже пистолет, в котором и так слишком мало пуль, потерялся где-то по дороге.

Я обернулась как раз вовремя, чтобы успеть заметить, как распахивается настежь дверь.

- Ты как сюда зашла? – прошипел принц, выглядя, кажется, уж очень удивленным.

- Очень просто, - пожала плечами я. – А что? Комната как комната, самая обыкновенная.

- Это не самая обыкновенная комната, - тяжело дыша, возразил мужчина. – Это комната, в которую никто не может войти. Ты как вскрыла покои Железной Королевы?

- Чьи?! – удивилась я, а потом стукнула себя ладонью по лбу. – А! Карен Шантьи? Ну…

- Ты – как она? – переспросил мой принц-герцог. – Истинно неодаренная?

- А что, до того было неясно?

Очевидно, не ясно. Потому что принц, скривившись так, как будто я только что сообщила ему о скорой казни, ударил ладонью о дверной косяк и прошипел:

- Ну почему мне всегда так не везет?!