Глава четырнадцатая

Элоиза

Если поначалу мне ещё было весело и интересно посмотреть, что за дурак решил таким образом выяснять свои отношения с Дарреном, то с каждой секундой интереса становилось всё меньше и меньше. Более того, появилась опаска - а вдруг он причинит Дару вред? Всё же, люди, не особенно одаренные разумом, способны на жуткие поступки.

Потому, когда рыцарь атаковал, я сделала две самых разумных вещи, на которые только была способна в подобной ситуации. Во-первых, отскочила в сторону, давая Дару пространство для маневра и возможность использовать свою магию, а во-вторых, выдернула из-за пояса пистолет, который прихватила тайком от Даррена.

Громыхнул выстрел, и пуля попала как раз в руку рыцарю. Конечно, пробить латы это оружие было неспособно, но подарило Даррену секундную отсрочку, отбросив противника назад. Я б стреляла ещё, если б у меня остались патроны, но в этом не оказалось никакой необходимости.

Дар как будто очнулся. Он стремительно повернулся вокруг своей оси, и когда должен был вновь встретиться с лезвием чужого меча, парировал удар чем-то полупрозрачным, мелькнувшим в воздухе.

Магия была настолько сильной, что не осталась невидимой для меня. Окрашенная зелено-синими цветами, как и полагалось аномалии, силовая волна сформировалась в плотный и вполне пригодный для сражения меч, и Даррен с легкостью парировал наносимый рыцарем удар. Он отскочил в сторону, ускользая от следующей атаки, и подсек противнику ноги. Тот зашатался, окончательно потерял равновесие и кубарем полетел с лестницы.

Лошадь, смерив хозяина полным презрения взглядом, копытом прижала куст к земле и осталась стоять на своем месте, как немая наблюдательница.

Рыцарь оказался не таким уж и жалким. Вместо того, чтобы броситься прочь, убегая от страшного противника, он попытался принять удар и даже атаковать ещё раз.

Я вскрикнула, увидев, как меч несется аккурат в голову Даррену, но принц вновь в последнее мгновение успел увернуться. Сам он, не желая вредить рыцарю, пробормотал какое-то заклинание, и когда их мечи столкнулись, будто масло, прорезал чужое лезвие.

Воин бросился к копью, но не успел. Его догнала колдовская волна, швырнула на спину, и он так и остался валяться распластанным на траве и смотреть на Даррена, как на крайне несправедливого карателя, пришедшего по его душу.

- Пусть я погибну, - патетично провозгласил рыцарь, завидев кончик меча, приближающийся к его латам, - но я буду знать, что попытался преодолеть супостата. И дело моё не погибнет. Сюда придут и другие! И они сразят тебя, кем бы ты ни был...

Дар усмехнулся. Красивое лицо исказила вредная усмешка, и он хотел было что-то сказать - я не сомневалась в том, что акт убийства бы не совершился, - но не успел. Потому что из дверного проема раздался спокойный голос моего Наставника.

- Храбрый рыцарь, - проронил мой материальный донельзя призрак, тень из зеркала, - ты бы придержал язык за зубами, если не хочешь его и вовсе лишиться. И когда будешь улепетывать к своим селянам, не забудь передать им: прежде чем атаковать чудовище, лучше свериться с древними портретами. Посмотрите, на кого молитесь, а потом на тех, кого пытаетесь убить, и путь разум посетит ваши головы.

Рыцарь дернулся, едва не напоровшись на колдовской меч, но, благодаря хорошей реакции Даррена выжил и в этот раз. Он поднялся, посмотрел на свое копье, но, завидев пистолет в моей руке, решил всё же не рисковать.

- Правда, - сообщил он, - обязательно восторжествует!

- Иди, торжествующий, пока отпускаю, - скривился Даррен. - И, в самом деле, посетите храм Первого. Из вашего селения вроде бы недалеко. Помолитесь, может, и прозрение снизойдет, спустится к вам с небес.

Рыцарь поежился, явно неправильно поняв пожелание Дара, и направился к лошади. Свою смелость он каким-то образом умудрился растерять, потому всё сверкал обиженно глазами и тяжело вздыхал, не зная, что и делать.

- Иди с миром, - протянул Наставник, скептическим взглядом провождая нападавшего. - И да прибудет разум с тобой, дитя мое.

Выглядел Наставник лет на пять моложе рыцаря, но это сейчас мало кого останавливало. Тот же, очевидно, решив, что чудовища и пророки склонны к бессмертию, а значит, в самом деле могут быть неопределенного возраста, припустил и совсем скоро покинул территорию дворца.

Дар медленно повернулся к нам и, будто позабыв о рыцаре, медленно поднялся по ступенькам наверх. Взглянул на мужчину - собственно, такого же предка ему, как и мне, - и как-то неуверенно, удивленно улыбнулся.

- Здравствуйте, - поприветствовал он его, быстро склоняя голову в коротком, но церемонном полупоклоне, вполне достойном монаршей особы. - Даррен Тьеррон, герцог Дарнийский, кронпринц Объединенной Державы.

Он протянул руку для рукопожатия и с интересом взглянул на собеседника.

Мой Наставник тоже склонился в идентичном поклоне – очевидно, церемониал Рангорна четырехсотлетней давности соответствовал современному в Объединенной Державе, - и мягко произнес:

- Акрен Шантьи, первый королевский советник, картежник и пират, - он сжал протянутую руку Даррена и добавил. - Аномалия.

Только перехватив взгляд Даррена, я наконец-то поняла, что если и дальше буду молчать, то возможны разнообразные неприятности.

- Дар, познакомься. Это мой Наставник, - спешно произнесла я. - Из зеркала. Но здесь он обрел большую силу и... Ходит.

- И даже материален, - отметил Даррен.

- Да, - кивнул Акрен. - Меня не совсем правильно называть настоящим Вольным, хотя я, несомненно, важная его часть. Но мое место было в зеркале - наставлять будущие поколения. Мартен, нынешний король Рангорна, в юности часто принимал необдуманные решения и нуждался в поддержке. Я смог ему таковую предоставить. А потом и Элоизе.

- Рад с вами познакомиться, - промолвил Даррен. - Вам, наверное, не стоит покидать замок?

Я ждала, что Дар будет возмущаться, каким-то образом выражать свое недоверие к моему Наставнику, но пока что все его слова сопровождались искренним уважением. Он смотрел на Акрена если не с благоговением, то как минимум с уважением и с интересом, из чего я сделала вывод - верит.

Сказать, что меня обрадовал этот факт - не сказать ничего. Но всё же, почему-то мысль о том, что Наставнику удалось так легко материализоваться, не слишком радовала меня. Конечно, я б не отказалась, если б он стал полноценным живым человеком, но...

Мертвых невозможно воскресить.

- Да, - подтвердил Акрен. - Замок - моя опора. Я б не рискнул выглянуть на улицу. Полагаю, у меня была бы возможность выжить ещё в некоторых точках тут, рядом, в лесу. Но такое благородное дело, как риск, не предназначено для сына свинаря.

Я рассмеялась шутке и с удовольствием отметила искреннюю улыбку, озарившую и лицо Даррена. Мне почему-то показалось, что они с Акреном понравились друг другу, хоть и присматривались каждый к своему оппоненту с некоторой опаской.

Чтобы не рисковать, мы в самом деле вернулись в холл, и Акрен устроился на ступеньках, поглядывая на нас. Сейчас он казался нашим одногодкой, не старше двадцати шести лет, и озорной, задорный взгляд почему-то отчасти меня смущал. Я понимала, что Акрен никогда в жизни не сделал бы мне ничего дурного, но чувствовала, что он появился не просто так.

- Дабы держаться в зеркале, мне приходилось прилагать немало усилий, - сообщил он, когда дверь была надежно захлопнута, а все шпионы оставались снаружи. - Здесь же магический фон достаточно силен, чтобы поддерживать меня безо всяких дополнительных затрат с моей стороны. Я даже отчасти материален, хотя и не могу пребывать в физической оболочке постоянно. Но в этот раз, кажется, могу задержаться дольше, чем в прошлый. Но, молодые люди, - он скользнул взглядом по мне и по Даррену, - я бы не сказал, что это очень хорошая новость.

- Почему? - удивился Дар.

- Аномалия крепнет, - пожал плечами Акрен. - Чудовище становится сильнее. Это ведь тоже магия, не так ли? Чистая магия. А значит, рано или поздно оно захочет получить больше. Магия прожорлива, и не обязательно ею владеть, чтобы понять это.

Я тяжело вздохнула, чувствуя стремительно нараставшее беспокойство. Дурные предчувствия, хоть и оставались просто предчувствиями, будто противными голосками напоминали, что их лучше не игнорировать.

- Будьте осторожны, - просто промолвил Акрен. - Деревенские не остановятся просто так, но они куда менее страшны, чем чудище. Постарайтесь быть готовыми ко всему. И, мальчик мой, - он взглянул на Даррена, - как бы ты ни пытался бежать от ответственности, рано или поздно она всё равно тебя настигнет. Потому всегда лучше быть самому ко всему готовым. Даже к самому худшему.

- Насколько сильна становится аномалия? - спросил ни с того ни с сего Даррен. - Она ведь крепнет, не так ли?

- Крепнет, - подтвердил Акрен. - И не надо быть великим математиком, чтобы понять, что через несколько месяцев дойдет до своего пика.

Дар помрачнел. Я вспомнила, что он твердил об осени, и подумала - а ведь сроки неслучайны.

- Мы учтем, - наконец-то промолвил принц, - и сделаем всё, что будет от нас зависеть. А этому рыцарю сюда лучше больше не потыкаться. Не думаю, что буду сильно рад его видеть... И что сдержусь.

- Сдержанность никому ещё не вредила, - возразил Наставник. - Так что советую не забывать о тех дарах, которые можно от неё ждать. В молодости я отнюдь не славился огромным терпением и выдержкой, часто рубил сплеча, а потом, став старше, начал понимать, насколько страшными могут быть последствия всего лишь одного необдуманного поступка. Со временем я стал совершать их все меньше и меньше, пока наконец-то не научился взвешивать каждый свой шаг. Я не призываю забыть о смелости и уйти в расчеты, уверен, иногда опрометчивость способна спасти жизни и даровать счастье. Но только в том случае, если она существует в качестве исключения. Да, в бою следует положиться на интуицию. В мирной же жизни я предпочитаю верить в необходимость логики и разумных действий. Помните об этом, - он тяжело вздохнул. - А мне пора, пожалуй. Как появятся какие-то конкретные расчеты по аномалии - появлюсь.

И растворился в воздухе так же неожиданно, как и появился, оставив только осадок и странное смятение. Я покосилась на Даррена, пытаясь понять, что ощущает он, и осознала, что Дар мрачен донельзя.

- Что-то случилось? - спросила я. - Что-то большее, чем чокнутый рыцарь, который только что пытался тебя прибить, и наш далекий предок, втолковывающий простые истины?

- Элоиза, - Дар серьезно взглянул на меня. - Тебе надо уйти.

- Что? - опешила я. - Куда уйти?!

- Я обращусь в Дарну, - твердо промолвил он. - Там не откажут, всё-таки, с ними далеко не каждый день наследный принц связывается. Велю, чтобы сюда пригнали нормальную карету... Прости, таких чудес техники, как в Рангорне, у нас в стране нет, но всё равно доставим с комфортом. И будет гораздо лучше, если ты действительно уедешь. Я не хочу подвергать тебя опасности. Но, боюсь, ещё немного, и о тихой-мирной жизни здесь можно будет забыть.

- Ты считаешь меня трусихой, способной просто так убежать?

- Отнюдь! - воскликнул Даррен. - Именно потому я рассматриваю вариант твоего связывания и усаживания на корабль в направлении Рангорна силой.

- Ничего не выйдет.

- Почему?

- Потому что только ты и решишься меня связать, - пожала плечами я. - Другим стоит будет только услышать о королевской внучке, как они моментально бросятся меня развязывать, а потом ещё и десять раз извинятся за то, что вели себя столь неуважительно. Как итог, мы просто потеряем время, и ни о какой повышенной моей безопасности не будет и речи. Ты же не сомневаешься в моем упрямстве, не так ли, Дар?

Вероятно, Даррен действительно не питал по этому поводу никаких радужных иллюзий. Судя по тому, как он серьезно и отчасти печально взглянул на меня, мужчина всерьез сожалел, что однажды заставил меня остаться.

- Вот так, - протянул он с издевкой в голосе, - пытаешься избавиться от проблемы в виде собственной неугомонной матушки, а получаешь другую, уже в качестве невесты.

- Ну, я тебе не невеста...

- Да-да, я слышал. Любовница.

Я рассмеялась. Это заявление действительно уже завело рыцаря в тупик, а теперь ещё и неслабо повеселило Даррена. Мне же в какой-то мере было не до смеха. Хотелось докопаться до правды и услышать полноценные ответы на свои вопросы.

В какой-то мере мне очень хотелось вернуться к той спокойной замковой жизни, что была у нас ещё вчера, но я не сомневалась, что это неосуществимо.

- Ты переживаешь за простых людей? - спросила я ни с того ни с сего. - Боишься, что чудище нападет на них? Но мне казалось, тебе все равно. Ты же не хотел становиться королем. Ты сам сказал мне об этом.

- Не желать править не равно не желать защитить людей, - возразил Даррен. - Мне почему-то кажется, что у нас с этим чудовищем очень схожая природа. А коль так, кому, если не мне, придумывать, что с ним делать и как его останавливать? Однако, в такой ситуации не до народной глупости и людского гнева. А он будет. Большинство даже не в курсе, что имеют дело с наследным принцем. Они придут сюда с вилами и одним копьем наперевес, попытаются разбить замок...

- Замок крепок.

- Да, - подтвердил Дар. - Замок крепок, и, несомненно, мне они ничего не сделают. В крайнем случае, я швырну в них несколькими пульсарами да вдохну мысль больше сюда не возвращаться. Еду смогу телепортировать. Если же восстание затянется, то тут объявится целая армия из маминых кустов, и они, поверь мне, не такие уж и плохие бойцы, как может показаться. Просто опасаются себя выдать, да и полномочия у них достаточно сильно ограниченные. Им ведь надо не забывать о правдоподобности... Но обратно-то народу возвращаться через лес. А там чудовище. И первого столкновения с ним мне хватило, чтобы убедиться: такая зараза просто так по ветру не развеется, от щелчка пальцев в воздухе не растворится, да и вообще, не стремится исчезать с горизонта. Хорошо, если оно просто ляжет и уснет. А если нет? Если эти идиоты, шастающие туда-сюда по лесу, его разбудят? И вообще, это ведь магия! Чистая магия! Но у неё есть какая-то цель, раз она изволила собраться в такой сгусток. Поверь мне, целеустремленная магия - это не совсем то, с чем легко бороться.

Я верила. Конечно, просто стоять и кивать было глупо, но Даррен говорил эмоционально, и уже один его тон прекрасно передавал все эмоции, все чувства. Я отлично понимал, что Дар сейчас пребывал едва ли не на грани срыва - он чувствовал себя отнюдь не лучшим образом и постоянно задавался вопросом, что же такого сделать, чтобы случайно не навредить ещё больше в сложившейся ситуации.

А ещё он чувствовал вину.

И это было видно.

Принц - такой смешливый, задорный, веселый, неунывающий и способный, кажется, наплевать на любую проблему - сейчас тяготился и явно с трудом мирился с фактом того, что против того же чудовища он бессилен.

Но было и другое.

Он был бессилен в первую очередь против самого себя. И я отлично понимала, что Дара из этого состояния необходимо было выдернуть.

Нельзя позволить человеку себя возненавидеть.

Я никогда не сомневалась, что худшее, что можно испытывать - это желание себя же уничтожить. А Дар, обвиняя себя во многом произошедшем, никак не мог избавиться от чувства вины. За то, что между нами было что-то большее взаимных издевок, за то, что наслаждался этими часами, проведенными вместе, что немного отсрочил свое тюремное заключение в камере под названием “замок для одиночного проживания”.

- Послушай, - я коснулась плеча Даррена. - Не стоит отчаиваться... Расскажи лучше, о какой легенде речь? Что здесь такого было, что ходит не просто дурная слава о замке, а немаленькое такое чудище снаружи?

***

Даррен

Я нехотя взглянул на Элоизу. Рассказывать древние легенды своей семьи не было ни малейшего желания, но она так пристально на меня смотрела, что другого выхода просто не было. Я тяжело вздохнул и, скривившись, протянул:

- Когда-то тут был магический разлом.

- А конкретнее?

Ну да, конечно! От Элоизы, не в меру пытливой, просто так избавиться было невозможно. Она смотрела на меня так, будто собиралась вынуть душу. А расставаться с оной я пока что не спешил. Легче уж поведать правду, чем позволить Элоизе и дальше копаться в древних тайнах этого места.

- Много сотен лет назад, ещё во времена правления Дарнаэла Второго, за несколько месяцев до воцарения его сына и соединения Эрроки и Элвьенты в Объединенную Державу, говорят, тут ожил бог, - нехотя произнес я. - Не так далеко было что-то вроде королевской усыпальницы, и там всё залило первородной магией. После этого Шэйран Первый - тогда ещё просто принц, не король, - вознамерился объединить государства и больше не позволил своим родителям продолжать вековые ссоры. О выплеснувшейся магии все забыли...

- Очевидно, зря.

- Да, - подтвердил я. - Разлом-то никуда не делся. И магия потихоньку выливалась. Тут возвели замок, несколько поколений жили тихо-мирно, потом начались незначительные проблемы, но кто б то на них обращал внимание? Ходили слухи, что такое количество магии приведет к рождению настоящего чудища рано или поздно. Потом тут жила Железная Королева, она же запечатала огромное количество комнат, и никто так и не узнал, почему. Как этот замок достался герцогам Дарнийским, я не вникал - вероятно, пожаловали за какие-то великие дела... Магия копилась, и ей рано или поздно надо было во что-то вылиться. А моя мама, знаешь, долго не могла завести ребенка.

Элоиза взглянула на меня со странной смесью сочувствия и понимания. Я только скривился, показывая, что в сочувствии не нуждаюсь - со мной не произошло ничего настолько дурного, чтобы прямо выражать сожаление.

- Она не была больна, - неохотно протянул я, - просто немного затянула с этим всем... Когда она наконец-то задумалась о рождении наследника престола, знаешь, ей было уже далеко за сорок. Отец хотел ребенка, мама же - того, кто наденет на голову корону, но у них всё не получалось и не получалось. Кто-то наговорил, что дело в разности магий, и потому плод не приживается. Солгали или сказали правду, понятия не имею.

Я обошел Элоизу и сел на ступеньки, занимая почти такое же положение, как несколькими минутами ранее - призрак моего предка. Тяжело вздохнул, не особенно сдерживая эмоции, взглянул на девушку и, поняв, что отмалчиваться совсем уж глупо, продолжил.

- Здесь маме удалось достаточно легко забеременеть. Ребенка - меня, то есть, - она выносила без особенных проблем, но подолгу задерживалась тут, полагая, что это место помогает ей легко переносить беременность. Возможно, так и было. А может, она действительно только навредила мне этим. Но когда я родился, все были в восторге: потрясающая магическая сила, из этого мальчика удастся вырастить действительно сильного колдуна! Что ж... В отличие от Шэйрана Второго, запомнившегося, к слову, в основном благодаря его супруге, Железной Королеве, да собственной неуемной магии, я действительно легко овладевал магией. С самоконтролем никаких особенных проблем не было. Только вот с каждым разом родители да прочие люди, окружавшие меня, оставались рядом все меньше и меньше. И однажды, когда мне было лет шестнадцать, какой-то достаточно честный маг сообщил: стану ядовитым. Отрыли пророчество, поставили диагноз: в двадцать семь со мной рядом невозможно будет находиться. А потом уж я узнал и легенду о Чудовище Диколесья и решил поселиться тут навсегда, чтобы не морочили голову и не трепали нервы своими невестами да требованиями поскорее хоть наследников на свет произвести, если уж сам на трон не желаю. Да и мама, думаю, плевать хотела на то, что я чувствовал. Ей нужен был принц, а родился...

Элоиза медленно подошла ко мне и присела рядом. Коснулась моей руки, как будто пытаясь успокоить, и я благодарно сжал её ладонь, наслаждаясь этим мягким, родным теплом.

- В общем-то, я прожил тут довольно долго, вот как раз до встречи с тобой. Ходить сюда мало кто рисковал, легенда сдерживала. Мне пару раз присылали горе-пророков, открывавших какието священные свитки и читавших таинственную историю, что в очередной мой день рождения - тот, что должен вот-вот случиться, - аномалия дорастет до страшных размеров, и её уже будет не остановить. Я отмахивался и говорил, что они могут не бояться. Я тчно не собираюсь никого убивать да резать. Может быть, только немножечко прокляну, если будут мешать... Мама всё искала подходящих кандидаток, с каждым годом, как сама понимаешь, всё настойчивее, но она всё равно в этом нелегком деле потерпела поражение. А потом пришла ты с этим письмом, и я подумал, что если она тебя увидит, то запрет со мной не то что в одном замке, а в одной спальне, ещё и кормить нас не будет, пока не подарим ей внука...

- Ну не настолько же она изверг! - неверяще воскликнула Элоиза.

- Ты слишком высокого о ней мнения, - усмехнулся я. - Но да ладно. Забыли... Что сделано, то сделано. Вот только, как видишь, с Чудовищем Диколесья я в своих предположениях достаточно серьезно промахнулся. Оно, к сожалению, не двуногое и не человекоподобное. А если это о той аномалии шла речь, что она выйдет из-под контроля... Не знаю. Моя сила тоже нарастает, и я прекрасно это знаю. Возможно, чудище - просто плод моих чар...

- Дар, - оборвала меня Элоиза. - Этот плод, прости, слишком крупен, как для твоей магии. Но что если... - она закусила губу. - Что, если та дата будет критической для двоих?

Я нахмурился. От мысли, что и я, и чудовище станем настолько ядовитыми, становилось не по себе. Со мной-то можно сладить, просто заперев в этом замке, а что с чудовищем делать?

- Предлагаешь ловить его? - растерянно спросил я. - Потому что, если честно, я понятия не имею, что со всем этим делать и как его остановить...

- Ловить? - переспросила Элоиза. - Нет. Давай просто подождем. Может, пороемся в какой-то литературе... Здесь же есть библиотека? В ней наверняка должно быть что-то интересное.

- Да, - кивнул я. - Библиотека здесь есть. Только она пыльная и грязная, и, если честно, я не совсем уверен в том, что там всё ещё безопасно прибывать людям.

Элоиза как-то по-особенному взглянула на меня.

- А когда б то нам мешала пыль да грязь?

Я поморщился.

- Ты предлагаешь мне в этот жутко патетичный момент отправиться убираться в библиотеке? Серьезно? Элоиза, это по меньшей мере жестоко! Ты не можешь просто так, одним махом, разрушить весь мой романтический настрой и бросить его под ноги быту!

Вместо ответа Элоиза придвинулась чуть ближе и опустила руку мне на плечо. Выглядела она решительной донельзя, что только лишний раз подтверждало пугающий факт: Я могу даже не надеяться на то, что спасусь. Убирать значит убирать; Элоиза не собиралась отступать от задуманного.

- Мне кажется, - решительно промолвила она, - тебе надо отвлечься и заняться делом. К тому же... - она подалась вперед и сжала мою ладонь. - Дар. Ты никогда не останешься один.

- Ой, - отмахнулся я. - Я ни за что не позволю тебе тратить радостные годы собственной жизни на то, чтобы провести это время в заточении с каким-то плохо контролирующим свою магию безумцем.

 - Тебе лишь бы меня сплавить, - шутливо нахмурилась Элоиза. - И вообще, как истинный рыцарь, ты должен бы на мне жениться!

- Я не рыцарь.

- Жениться тоже не хочешь?

- Ты наблюдаешь тут священнослужителя? - закатил глаза я. - Но если б я стал нормальным, то женился бы.

Элоиза прищурилась.

- Ловлю на слове. Если помогу тебе выбраться из ловушки твоей собственной магии, поведешь меня под венец.

Я рассмеялся.

- А ты не сбежишь, принцесска?

- Даже не надейся, чудовище, - отозвалась она. - Или берегись, потому что тебя будет ждать дуэль.

- С кем? С храбрым некромантом Микеле?

- Ну-у-у! - толкнула меня в бок Элоиза. - Храбрый некромант Микеле ещё жить хочет. У него против тебя нет никаких шансов.

- А с кем тогда?

Я ждал, что Элоиза, хоть и шутя, упомянет отца или деда. Они, сильные маги и высокопоставленные люди, в самом деле могут броситься на защиту своей внучки и дочери, чтобы поставить на место зарвавшегося принца, посмевшего такие вольности по отношению к девице. Но девушка, рассмеявшись, решительно заявила:

- Со мной!

- О-о-о, тебе я однозначно проиграю, - покачал головой я. - Даже сражаться не буду, это бесполезно... За что ты так жестока ко мне, прекрасная девица? Почему желаешь мне смерти?

- Зачем смерти? - фыркнула Элоиза. - Я, может, хочу в белом платье под венец пойти?

- Пойдешь, - неожиданно решительно заявил я, вскакивая на ноги и рывком сдергивая девушку со ступенек. - И это будет самая красивая свадьба во всех королевствах. А знаешь, какое будет её главное преимущество?

- Какое? - весело поинтересовалась Элоиза.

- Ни один гость не посмеет к нам подойти, - усмехнулся я. - Потому что я всё ещё буду страшно опасен для общества.

- Так неинтересно, - закатила глаза она.

- Тогда в твоих же интересах, чтобы я стал нормальным человеком.

- Это и без того в моих интересах, - парировала Элоиза. - А то ты не знал, что я желаю тебе только добра!

- В корыстных целях?

- А как же!

В какую-то секунду я даже подумал, что Элоиза сейчас обидится - я, кажется, всё-таки наговорил много лишнего, - но она только рассмеялась и, прижавшись ко мне, поцеловала.

Я обнял её крепче, наслаждаясь тем невероятным спокойствием, которое мне дарило одно её присутствие, и девушка, кажется, расслабилась, позволяя прижать её к себе и целовать, не задумываясь о последствиях. Только спустя минуту она вдруг отстранилась и, с веселой улыбкой глядя на меня, протянула:

- Вот не надейся, что ты так просто отвертишься.

- От женитьбы? - наивно уточнил я.

- От уборки, - покачала головой Элоиза, самоуверенно разбивая мои надежды. - Библиотека и ещё как минимум половина замка ждут тебя, чудовище. Ведь трудовое воспитание ещё никому не вредило!

Нет, ну кто ж спорит...