Глава двадцать третья

Даррен

Наверное, библиотека, размещенная в сердце замка и занимавшая огромную площадь, была самой жестокой шуткой над всеми его будущими жильцами. Я понятия не имел, что здесь произошло – то ли залило водой, то ли кто-то воспользовался разрушающим заклинанием… Но за триста лет все содержимое библиотеки перешло в такое состояние, что прочитать что-либо здесь было практически невозможно. Я брал в руки книги, и они рассыпались прахом ровно в ту же секунду.

- Отвратительно, - прокомментировал я, поднимаясь вверх по прислоненной к стеллажам стремянке. Лестница, до того державшаяся достаточно стойко, задрожала, и я раздраженно опустил взгляд вниз. – Эй! – пришлось прикрикнуть. – Вы совсем совесть потеряли? Мало того, что храпели всю ночь у меня под дверью, так теперь не можете нормально подержать лестницу?

- Не велите ка… - завел свою стандартную песню один из мужиков, но, получив случайно свалившейся с полки книжкой по голове, затих. Удар был далек от смертельного; мужчина только пошатнулся и крепче уцепился в лестницу, справедливо полагая, что падение ему на голову наследного принца будет иметь более серьезные последствия.

Прибитая к краю полки табличка гласила, что здесь размещены книги по магии. Окруженные потрескивающим от каждого прикосновения защитным заклинанием, они выглядели достаточно целыми. Множество томов по истории, каких-то художественных романов и много другого было уже изничтожено. Разваливающиеся книжки мы собирали в огромные тюки, и мужики посильнее, привычные к полевым работам, таскали их на улицу.

Сжечь – таков был вердикт. Я не видел смысла спасать целые тиражи погрызенных крысами или просто истлевших в пыль книги. Королева Карен собирала много разной литературы; в библиотеке было не только что-то полезное, какое там! В её глубинах можно было отыскать стеллажи, заставленные ровными стопками совершенно одинаковых книг. Изъятые магические трактаты, призывавшие к жертвоприношению, какие-то кусачие книжки, едва не оттяпавшие половину руки сунувшемуся было к ним пьянице, но усмиренные одной искрой…

Художественной литературы, не пропитанной магией, было мало, всего несколько полок. Книги тоже состарились, но, тем не менее, были достаточно целы, как для более чем трехсотлетнего срока их службы. Вот только никакой особой ценности они не представляли, разве что для какого-то музея. Это мы оставляли; то же, что разваливалось в руках, безжалостно выбрасывали прочь.

Глядя на библиотеку трезвым взглядом, я постепенно приходил к мнению, что так и задумалось – уничтожить все эти запрещенные книги, чтобы они не пошли по свету. Стены замка отлично защищали от происков чернокнижников; вот и сейчас, развеяв остаточные следы чужой магии и потянув за корешок чудом уцелевшей книги, я обнаружил запрещенные уже невесть сколько лет «дневники некроманта». Насколько мне было известно, «дневники» славились тем, что всех, не имевших к некромантии отношения, просто кусали, а внутри описывали кровавые и давным-давно неактуальные обряды. Зачем резать младенца на кладбище, если можно просто использовать колдовской активатор?

Самое страшное, что кто-то, пусть очень давно, таки резал. Как минимум тот, кто эту книжку писал. И ничего хорошего об этом, к счастью, почившем уже человеке я сказать не мог.

- Эльфы. Новая жизнь, - прочел я заголовок. – Летопись деяния королевы Каены… Тьфу, гадость какая.

Королева Каена, персонаж однозначно выдуманный – ну, или из параллельного мира, если таковые действительно существовали, во что я не особо-то и верил, - пила кровь своих подданных, сменила огромное количество любовников и по каким-то загадочным причинам погибла от руки последнего. Потрясающе красивая и не менее потрясающе жестокая женщина…

Что здесь забыла эта книжка, я понятия не имел. Страницы внутри тоже спешили осыпаться прахом, и я ещё больше утвердился в своем мнении, что Железная Королева собирала здесь литературу, что не должна была пережить долгие годы, а, наоборот, нуждалась в уничтожении. Вот только если это все счастье сжечь, то в воздух поднялось бы огромное количество остаточной колдовской энергии, а заряд у неё отнюдь не положительный. Карен сделала все, чтобы вредительствующая библиотека тлела медленно, естественным образом растрачивая собственные защитные запасы. И да, действительно, ей это удалось. То, что я увидел, уже никому ни в огне, ни в руках, ни ещё каким-либо другим образом вреда причинить не могло.

…Остальные книги на полке тоже ничего интересного не представляли. Я открыл каждую, чтобы удостовериться, что они действительно уничтожены и не требуют никаких дополнительных магических действий. А то пространства между стеллажами, конечно, достаточно, чтобы разместить здесь несколько лежаков и спокойно проводить ночи, тут достаточно тепло и тихо, но если какая-то книга с остатками магии свалится на селянина среди ночи и устроит какое-нибудь кровавое некромантское жертвоприношение, я уж точно рад не буду. А селянин тем более!

Мертвые, как известно, радоваться не умеют.

Надо было бы слезть и перенести лестницу к следующему стеллажу, но я полез на самую высокую полку, к которой едва дотягивался – вопреки высокому росту и тому, что мы притащили сюда самую длинную стремянку из всех, что нашлась в замке. Вот уж, Элоиза, задала задачку! И не могла она этих деревенских разместить в бальном зале? Нет! Надо же, чтобы они чувствовали себя комфортно! Изолировались друг от друга хотя бы так, условно!.. Да какое изолировались? Дать им бутылку самогонки, и все, достаточно!

Нет, народ у меня, конечно, неплохой, но я почему-то совершенно не испытывал в данный момент к нему теплых чувств, скорее как раз наоборот. И причины для этого были более чем понятные – слишком много всего требовалось для их обустройства.

- А шо тут так понакалякувано?! – внезапно с сильным деревенским акцентом поинтересовался кто-то. – Га! Не разлетелось! А шоб мени повылазыло…

Я стремительно обернулся. Один из деревенских держал в руках книжку, грубо листая её страницы, очевидно, в поисках картинок, которые там вряд ли были. Меня смутило другое. Сколько томов, пропитанных магией, увесистых, в хороших обложках, просто превратилось в прах, а тоненькая книжица, больше напоминающая чей-то дневник, осталась цела и в хорошем состоянии.

Это могло означать только одно: к ней приложила свою руку Железная Королева. Эта невероятная женщина уже оставляла разнообразные «приветы» из прошлого, чего стоил только обновленный гардероб Элоизы, и я не сомневался: книга, полученная от Карен Шантьи, прошедшая через века, не может быть бесполезной.

- Не порвите! – крикнул я, быстро спускаясь с лестницы. – Дайте-ка сюда!

С последних ступеней я попросту спрыгнул, чтобы не потерять драгоценные часы, и метнулся к селянину.

- Ваше Высочество! – поспешил склониться в глубоком поклоне селянин, но я только отмахнулся и отобрал у мужчины заветную книжку. Открыл её и не сумел сдержать вздох – да, действительно, дневник Железной Королевы.

Часть записей была повреждена – время всё же не пощадило дневник, - но некоторые страницы все ещё сохранили свой первозданный вид.

- Ваше Высочество! – позвали меня – очевидно, люди не ожидали, что я внезапно брошу привычное занятие и суну нос в какой-то дневник. – А что с этим-то делать?

Я проследил за тем, куда указывал мужчина, и с недовольством обнаружил все ту же верхнюю полку с книгами.

- Да нет там ничего! – скривился я, запуская быстрое заклинание. – Сами пусть падают!

Книги, ведомые магией, действительно слетели вниз и рассыпались прахом. Там и так было что подбирать да подметать, но я, заметив фиолетовое свечение, спохватился и призвал магию обратно.

- Погодите минуту! – отозвался я. – И побудьте здесь. Я дальше сам посмотрю.

Да, вопрос можно было решить довольно быстро – я осознал, что ограничения не действуют на книги. Но люди! Колдовать при простых селянах, тем более, когда рядом не было Элоизы…

Я никогда не испытывал особого страха перед собственной магией, но сегодня ощутил, как сжимается до боли горло от подкатывающей панической атаки. Проклятье! Мысль о том, что одно простое заклинание может случайно навредить кому-то из этих ни в чем не повинных людей привела меня в ужас. Я не хотел стать причиной смертей.

Не хотел, но мог – потому что моя магия, как всегда, была плохо контролируема, слабо управляема, а я сам… Что уж там говорить? Я сам не был уверен в том, что смогу остановиться и что не испытаю удовольствия от смертей этих людей. Проводить эксперименты как-то совершенно не хотелось; я подозревал, что случайные жертвы уж точно не оценят мою тягу к проверке на практике собственных убийственных способностей.

- Ваше Высочество! – донесся чей-то крик. – Так нам…

- Ждите там! – огрызнулся я, позволяя себе заблудиться в лабиринте библиотечных стеллажей. – А лучше снаружи!

Нельзя сказать, что селяне особо обрадовались. Что-то зашумело, хлопнула дверь; люди не могли ослушаться прямого королевского приказа, даже если их не устраивало моё поведение.

Я уперся спиной в один из стеллажей и пролистнул дневник королевы Карен. Обнаружить бы там хоть какой-то ключ ко всему происходящему, обыкновенную разгадку… Да просто узнать, о чем она думала.

«Я рада, что замок построили быстрее, чем я все-таки отправилась на тот свет, - мне казалось, я видел, как Железная Королева быстро выводила эти буквы своим острым, но красивым почерком, - потому что складывалось такое впечатление, что подрядчики решили перезимовать в этих развалинах целое столетие… Мы с отцом много дней провели, рассчитывая дозы, и пришлось просить Дара, чтобы он проверил, что тут к чему. Его магия не пробивает стены, значит, не пробьет и другая, хотя в стенах крови истинно неодаренных не так и много».

Я оглянулся, будто впервые увидел собственный замок.

«Ни один маг добровольно не явится измерять аномалию – они, как обычно, трусят. Шэйран ровным счетом ничего в этом не понимает, а истолковывать ему и объяснять все на пальцах – это точно пройдет целая вечность! Дар говорит, что может пойти и он, но для этого сначала надо отбиться от рангорнских министров и приехать к нам. Мой мальчик слишком рано стал королем, хоть и привык уже к своим обязательствам, но все равно теряет последние часы юности на то, что учится управлять государством. Не уверена, что его можно подпускать к аномалии, как бы не была слишком велика доза обучения. Я могу пойти с ним; в отличие от обычных магов, Дар не теряет способности от моего или папиного присутствия. Но будет ли защита достаточно сильна, чтобы эта магия не добралась и до него? И что это за явление посреди Диколесья?..»

Я так и не узнал, что такого обнаружил сын королевы Карен в аномалии. Понимал, что он, скорее всего, не пострадал – мужчина умер в неполные сто лет, разумеется, гораздо позднее своей матери, и был полностью здоров. Скорее всего, в записках речь шла ещё о молодом, восемнадцатилетнем короле Дарнаэле. Кажется, в тот период и достроили замок?

Вздохнув, я пролистнул ещё несколько страниц. Записи обрывались; сохранилась только самая последняя, и я впился в неё взглядом с неожиданной жадностью, рассчитывая понять хоть что-нибудь в истории этого замка.

«Ни одна магия не может пройти сквозь стены нашего замка. Кровь истинно неодаренных сыграла свою роль. Дар говорит, что видел свечение аномалии, но оно так и не смогло пройти через заграждения. Источник затих. Шэйран перестал наконец-то бегать по ночам, как сумасшедший, в поисках зовущих его чар, да и девочки чувствуют себя отлично. Замок оправдал ожидания. Надолго? Папа уверен, что не навсегда. Мне хотелось бы верить в лучшее, но я тоже не настолько наивна. Такие, как мы, можем остановить это. Уничтожить? Вряд ли. Дар говорит, что он бы попробовал, но я ещё не сошла с ума – позволять собственному сыну разрывать чужие могилы в надежде провести нужный ритуал. К тому же, кто будет его сдерживать? Он молод; ни я, его мать, ни его дедушка не проживут столько лет, чтобы в случае чего страховать Дарнаэла до самой смерти. Истинно неодаренные рождаются от себе подобных, если верить приезжавшим эльфам, но они боятся приближаться ко мне. Для одного дракона это уже закончилось плохо, и эльфы не хотят потерять свои острые уши, а вместе с ними и бессмертие – боятся, что я настолько ядовита».

Я шумно втянул носом воздух. То, о чем писала королева Карен, напоминало о собственном даре. И о том, насколько его природа была близка к основной энергии, содержавшейся в летающим вокруг замка вчера драконе.

«С Шэйраном эльфы говорили. Сказали, что для того, чтобы человек попытался втянуть в себя аномалию, ему нужна, во-первых, предрасположенность к этой магии, а во-вторых, отличная страховка рядом. Рэй едва сдерживается сам, и даже если я сяду рядом с ним, это не настолько эффективно. Куда ему больше? Мы спрашивали, может ли Дарнаэл подыскать какую-нибудь истинно неодаренную девушку, точнее, Шэйран спрашивал, но его обозвали наивным глупцом. Разумеется, не сможет! Этот дар, как и другая его сторона – особая сила, - проявляется у наследников нашей проклятой династии. Придется прождать много поколений и надеяться, что примерно в один срок родятся истинно неодаренный и носитель королевского дара. Эльфы пророчат о любовной связи, но, чтобы она стала допустима, наша кровь должна быть разбавлена другими… Чтобы эти люди уже не считались родней, а их принадлежность к одному родовому древу осталась не более чем форма…»

Формальностью. Записи обрывались, и разобрать что-либо на стертых страницах было практически невозможно. Я тяжело вздохнул. То, о чем писала королева Карен, отлично ложилось в общую картину, но очень слабо поясняло, что делать дальше. Я чувствовал себя, если честно, глупым пленником собственно дара, который даже толком не знает, что ему делать дальше и как жить.

В дневнике больше не было ничего. Только в самом конце осталось несколько строк, и я с трудом сумел разобрать путанный почерк.

«Когда Шэйран нервничает, он уходит в отдельную комнату. Стены достаточно прочны, чтобы его магия никому не навредила, и он выпускает свои заклинания наружу, позволяя магии очиститься от эмоций, а потом, со временем, впитывает обратно то, что не забрали стены. Это безопасно. Надеюсь, ещё нескоро наследникам нашего рода доведется носить в себе такое проклятье. Мой муж несдержан, а его дар…»

Все. Королева Карен больше ни о чем не писала. Оставшиеся страницы не были пусты, но разобрать, что за записи она оставила на них, было практически невозможным. Я понимал теперь, насколько безопаснее было иметь со мной дело в этом замке, а не просить выехать куда-нибудь, например, в столицу, но Железная Королева не оставила ни единой подсказки – что же делать с собственным даром, который так и рвется на свободу, не желая поддаваться никакому управлению? Как с этим боролся король Шэйран, её супруг? И что делать тому несчастному, который унаследовал не только его магию, а и неумение её контролировать?

Я тяжело вздохнул. Да, мне повезло. Мы с Элоизой родились спустя много сотен лет, и теперь назвать нас кровными родичами не мог бы никто. И… Не знаю, как на это отреагировала бы сама девушка, но я провел бы с нею всю жизнь – если б только знал, что это не станет для неё жестокой клеткой, из которой нет выхода, а вход сопровождался решением сомнительной добровольности.

Вот только аномалия все эти годы тоже набирала силы. И с нею действительно надо было что-то делать. Не зря королева Карен не позволяла никому обживать Диколесье.

И не зря даже спустя столько сотен лет здесь были лишь небольшие деревеньки. Меньшее зло; если они погибнут, то держава не особенно пострадает.

Терпеть не мог этот принцип.

- Забудь о больших целях, - напомнил я себе. – У тебя там куча деревенских, которым ещё надо где-то спать. А для того надо избавиться от всех зачарованных и уничтоженных книг, убрать в этом архиве и ещё сделать нормальные лежаки!

Я шумно выдохнул воздух, делая вид, будто от оглашения этого списка работы мне стало намного легче, и уверенно махнул рукой. Заклинание, рикошетом отбиваясь от стен, вихрем пролетело по всем полкам, сбивая книги. Целыми оставались лишь некоторые; большинство же, раскрывшись, обращалось в прах.

Магия затихла минут через двадцать. Я окинул взглядом свое поле боя и, тяжело вздохнув, направился к выходу.

- Выметайте пыль и пепел от книг, те, что уцелели, складывайте на самые первые стеллажи, - велел я. – И поскорее! У нас мало времени, после уборки ещё предстоит заняться вашими постелями!

Я дождался, пока все до последнего селяне исчезнут в библиотеке, и сел на пол, оперся спиной о стену и закрыл глаза.

Да, в этом замке я был для них относительно безопасен… Пока что. Но только как мне оставаться таковым и в других условиях?

Элоиза

Огромная замковая кухня явно была предназначена, чтобы на ней готовили для громки балов. Добротная, хоть и отметившая давненько свое трехсотлетие, она могла привести в восторг любую кухарку. Я не сомневалась, что тут будет где готовить даже на ту тысячу человек, что привел в замок Даррен, но понимала, что сама не справлюсь. Благо, деревенские женщины не чурались работы, и здесь подобралась команда отличных кухарок, но даже они, зайдя в огромное полуподвальное помещение, застыли, восторженно рассматривая утварь и примеряясь к громадным плитам.

- Мне б такое дома! – охала одна из женщин, прижимаясь к огромной, предназначенной для выпечки плите. – Ох, да я б каждый день такие пироги пекла!..

- Вот и будете печь, - улыбнулась я. – У вас будет такая возможность. Нам ведь надо прокормить всех, кто есть в замке! Не будут же они воздухом питаться.

- Так а продукты? – повернулась ко мне женщина. – Это ж что получается, кто-то ничего с собой не взял, все припасы лишил дома – так он будет наше есть?!

- А что ты предлагаешь, тем, кто дракону последнее отдал, лишь бы только детишек спасти, - взвилась другая женщина, - да стариков увести, тем голодать, да?! Или пойти в лес питаться? Чем? Еловыми шишками или, может, желуди искать? Так ведь там тоже опасно!

- Я не для того, - вклинилась третья, - столько времени в поле пахала, чтобы чей-то пьяница да дите неумыванное сожрали! Надо было не только о детях да стариках, а и о припасах думать, коль не хотели голодными сидеть.

У оставшейся без припасов женщины, разумеется, тоже нашлись защитники.

- Дак из-за вас же и не успели! – вскричал кто-то. – Пока вы свои мешки в портал проталкивали, то нам уж ничего и не оставалось, кроме так, голыми да босыми заскакивать!

- Да что ты говоришь! Так плестись надо было быстрее!

- Это принцу надо было на дольше порталы свои открывать!

- Ты принцу указывать будешь?!

- К хозяйству не приученный!..

- Неуч…

- Молчать!

На мой крик обернулись – причем все одновременно, вне зависимости от того, на чьей стороне были минуту назад. Разумеется, проще всего было обвинить меня да Даррена, и я как-то не сомневалась, что через четверть часа деревенские уже договорятся между собой да будут решать, что с нами делать. То ли в лесу закопать, то ли на кол посадить, то ли ещё как-то принца возблагодарить за такое неправильное спасение.

Вот уж правду говорят, не желай людям добра, потому что воздастся потом…

Я мотнула головой. Отправлять деревенских обратно – точно не вариант. Надо нести ответственность за принятые решения, даже если очень сильно не хочется этого делать.

- Не ругайтесь, - я кое-как протиснулась мимо дородных селянок и встала между двумя враждующими группировками. – Продуктов на всех хватит. Но Его Высочество сначала должен разобраться с расселением всех, а тогда заниматься запасанием провианта. Потому пока что тратим, кто что взял, а потом, через несколько дней, будут и новые продукты.

- Да как же! – возмутилась одна из женщин. – Мы все, что на зиму запасали, с собой притащили! Сейчас всё это повыедаем, а зимой что мы есть будем! Поля-то пустые теперь! Их дракон наверняка выжжет!

 - Дура! – грубо оборвала её другая. – Сказано же, что дракон только за людьми охотится! Сдалась ему на твоих полях пшеница?!

- А коли не сдалась, то засуха будет! Или он, может, прикорнуть на зерне вздумает, чтобы удобнее было, земля не холодила…

- Кто, дракон?!

- Да хоть бы и не дракон…

- Успокойтесь! – вновь вмешалась я. – Принц Даррен обо всем позаботится. И с вашими полями все будет в полном порядке. Запасы пополним, всем поможем. Но давайте решать проблемы по мере их поступления! Сначала разберемся с драконом, а потом уже будем разбираться, кто, что и сколько должен!

- Но кто-то соврет и скажет, что притащил сюда много зерна! – возмутилась богато одетая женщина, очевидно, перетащившая сюда едва ли не все свои запасы. – А кому-то, кто скажет правду, потом не поверят, и ему ровным счетом ничего не достанется!..

Проклятье!..

Нет, конечно, переживала она не зря. Описывать имущество следовало ещё вчера, но только у нас на то не было ни сил, ни времени. А решать вопрос надо было немедленно, я уже видела, как на меня наступали селянки, готовясь требовать справедливого возмездия.

Неровен час – и за вилы возьмутся! Эти могут! А потом попробуй успокой их, уговори не атаковать немедля, а подождать ещё несколько дней, пока с драконом порядок наведут.

- А солгать, - сориентировалась все же я, - никому не удастся. Потому что принц Даррен наложил на этот замок особые чары. И те, кто солжет, очень сильно пострадают. Немедленно! А я лично прослежу за тем, чтобы все было тщательно задокументировано и ни капли не преувеличено. И если кто-нибудь полагает, что меня так просто обвести вокруг пальца, то они очень сильно ошибаются.

Кажется, это возымело определенный эффект. Женщины как-то вмиг притихли, перестали доказывать друг другу, кто сколько притащил – особенно те, кто явно придумал как минимум половину из наговоренного. Я же довольно усмехнулась, радуясь тому, что сумела их провести. Да, в числах мне не было равных – спасибо Наставнику! – а что до лжи, то иные расчеты помогут определить правду гораздо лучше, чем самое сильное заклинание…

Но думать об этом было некогда. Женщины, осмотревшие кухню и признавшие её пригодной для готовки, поспешили засыпать меня другими вопросами:

- А где же будет храниться еда?

- И вода?

- Это же столько придется натаскать и колодцев… А есть ли здесь колодец?!

- Погодите! – уверенно прервала я их размышления вслух. Знала уже по собственному опыту, что нельзя позволять им разгорячиться и вновь взяться выяснять отношения – иначе спасения от этого шума и гама не будет и вовсе. – Я изучила план замка. Здесь отличная система водоснабжения. Воды всем хватит, тем более, подводится она из озера, а в то впадает полноводная река!

Женщины, завидев нечто для них необычное – а на самом деле обыкновенный кран, - бросились к нему, толкая друг друга локтями, отпихивая, не пуская, чтобы первыми и своими глазами увидеть таинство  и понять, каким таким образом чудодейственная вода вообще оттуда вытекает. Я только устало вздохнула, опершись плечом о дверной косяк.

Обуздать эту народную стихию, наверное, было практически невозможно. Наблюдение со стороны действительно оказалось самым мудрым решением. И я, вздохнув, просто следила за тем, чтобы женщины в очередной раз не переругались, не учинили скандал или, что ещё хуже, драку. Но они, напуганные возможными чарами, которых здесь, разумеется, и близко не было, вели себя тихо.

Кто-то уже бросился, впрочем, оговаривать, что именно они будут готовить. Да, пока что приходилось перебиваться остатками уже приготовленной, прихваченной с собой еды, но скоро они закончатся – и что тогда? Надо ведь кормить всех, чтобы ни дети, ни старики, ни работающее население замка не знали голода.

Сколько аханья было, когда женщины обнаружили холодильные шкафы! Я, радуясь временному затишью, просто прикрыла глаза и попыталась немного расслабиться, абстрагироваться от постоянного шума, окружавшего меня. Никакие нервы не выдержат… Неудивительно, что короли редко общаются со своими подданными тесно. Так ведь можно сойти с ума.

- Извините, леди Элоиза! – не успела я расслабиться. Как передо мной моментально возникла одна из женщин. – А запасы когда делить будем?

- Делить? – сначала поразилась я.

- Ну ведь надо учет сделать! – подтвердила она. – Что ж вы хотите, чтобы мы все сначала варили из общих продуктов еду, а потом каждый ел свое, когда ничего не останется?

Я хотела сказать, что Даррену под силу телепортировать что-нибудь, но вовремя осознала, что это означает ограбить других людей, которые тоже рассчитывали, как бы им перенести предстоящую зиму. Для кого-то, может, мешок зерна не потеря, а для кого-то несчастная курица – последняя несушка в сарае! В Рангорне продовольственный рынок строго регулировался, а ведь в Объединенной Державе с регулированием, хоть каким-нибудь, не то что строгим, было отнюдь не так хорошо, как хотелось бы. Дар не зря говорил, что его мать далеко не такая хорошая королева, как пыталась показаться – она многое пустила на самотек, рассчитывая на то, что как-нибудь оно само решится. Теперь, когда пришла пора пожинать плоды, почему-то заниматься этим должна была я.

- Да, вы правы, - кивнула я. – Эй! Сейчас мы все отправимся наверх, проведем опись запасов… Укажете, кто, сколько и чего навез…

Я заметила, как нахмурились женщины, явно подозревая подвох.

- И помните, что заклинания уже действуют! И ещё надо будет распределить продукты так, чтобы никто не голодал, но их надолго хватило. И чтобы все скоропортящееся перенесли в холодильные комнаты, а продукты, которые нужны будут срочно, в кладовые… Пойдемте, пойдемте.

- А кто носить будет? Женщины, что ли?! – возмутились моментально.

- Нет, конечно! – источником возмущения оказалась селянка, что должна была уже месяца через два, не больше, родить ребенка. Нам обязательно помогут наши мужчины. Так что не переживайте! Сейчас все решим.

Я не была бы столь оптимистична, но понимала, что каждое высказанное вслух сомнение приведет к ещё большим возмущениям со стороны этих женщин. Потому приходилось держать себя в руках и руководить дамами по мере сил и возможностей.

- Скорее, - поторопила я их. – Надо со всем управиться, пока ещё не стемнело.

До мистичного «стемнело» было ещё довольно много времени, но это заставило женщин поторопиться. Они грудой высыпали на улицу, больше не нуждаясь в том, чтобы их подгоняли, и я периодически ловила себя на том, что сама за некоторыми из них не могу угнаться.

 Вот только мужчин нигде не было. По улице блуждали туда-сюда притащенные через порталы коровы, носились куры, от петуха убивали раздразнившие его до состояния драконоподобной птицы дети… И ни следа мужского населения, словно под землю провалились.

Только одинокий мужик с каким-то мешком возвращался в направлении замка.

- Эй! – окликнула я ему. – А где все остальные?

- Дак это, - он потупил глаза. – С принцем Дарреном… Работают, значит!..

- И надолго? Нам помощь нужна.

- Да до ночи! – отмахнулся мужик. – А то и на завтра работы станет!

Женщины заметно пригорюнились. Я же, напротив, оживилась.

- Как это – до ночи? Я сейчас разберусь! Где принц Даррен!

- Да где-то… на границе, - махнул рукой мужчина. – Да вы его не найдете!..

- Как это – не найду? С ним три сотни мужиков, а я его не найду?! – возмутилась я. – Не переживайте. Обнаружу, - и решительно направилась к знакомой уже мне замковой границе, за которой простиралось Диколесье.

И чем же он таким страшным занят, что не управится до утра и что всю рабочую силу надо забирать? В библиотеку же вроде не все ходили, там от силы несколько десятков людей надо… А загоны строить? А запасы носить? А в комнатах убирать своих будущих жилых? Ну уж нет! Что-то тут явно не так!

И я очень сильно сомневалась в причастности к этому Даррена. Но – обязана была проверить.