Глава двадцать пятая
Даррен
Работа кипела. Деревенские жили в замке вот уж дня четыре, если я, конечно, не ошибся в подсчетах, и иногда мне казалось, что осталось только окончательно сойти с ума, запереться в собственных покоях и успешно выть на луну, проклиная тот жуткий день и час, когда вообще впустил их на свою территорию. Шумные, не способные придерживаться правил порядка, постоянно создающие новые проблемы…
Я тяжело вздохнул и оперся о вкопанный в землю столб.
…Все это время мы только и занимались тем, что расселяли, собирали спальные места, находили в замке вещи, пригодные для того, чтобы их них соорудить подобие лежаков. Оборудовали библиотеку, залы. Ловили детей, стремившихся потеряться в бесконечных коридорах. Те повадились лазить в тайный тронный зал королевы Карен, играть там в принца и принцессу, а ещё – ждать призрака.
Призрак благоразумно не появлялся. Советник Шантьи – точнее, его тень, Наставник Элоизы, - подходил к вопросу общения с детьми безгранично мудро. Он либо делал вид, что ничего не замечает, никаких детей для него не существует, а все вокруг – тлен, и не надо его беспокоить по всяким пустякам, либо и вовсе не появлялся ни мне, ни тем более детворе на глаза.
Второе было самым идеальным решением. Если б я мог раствориться в воздухе, стать невидимым и неслышимым, то мне, определенно, было бы гораздо легче. Я даже порывался убежать куда-то за магическое заграждение и прямо сейчас принять смертный бой с драконом. Я, несомненно, понимал, что вряд ли смогу его победить, но пасть смертью храбрых в бою с аномалией куда приятнее, чем погибнуть от того, что тебя замучили собственные же подданные своими бесконечными вопросами, сомнениями и прочей ерундой…
Элоиза страдала не меньше. Не сказать, что это мотивировало, но я убедил себя в том, что не могу бросить все заботы на её хрупкие женские плечи, потому постоянно был рядом и пытался воплотить все планы по обустройству замка, даже если они, казавшиеся поначалу такими простыми, растягивались на несколько дней.
- Ваше Высочество! – окликнули меня.
Я протестующе замычал, надеясь, что выгляжу достаточно красноречиво, а громкое «меня не трогать» буквально светится у меня на лбу.
- Ваше Высочество!
- Что? – позволяя вырвать себя из мечтательной полудремы, открыл наконец-то глаза я. – Что произошло?
Второй вопрос был произнесен, конечно, довольно мягко, как и полагалось говорить настоящему королю, хотя на самом деле мне хотелось попросту зарычать. И чем громче, тем лучше. Возможно, хоть это отогнало бы надоедливых подданных, которые никак не могли уяснить, что не надо дергать меня по каждой ерунде?
Нет, вот только ради этого надо обзавестись десятком министров и тремя сотнями стражников, которые будут отстреливать посетителей ещё на подходе!
Моя матушка примерно так и делала, собственно говоря.
- У вас тут это… Столб пророс?
- Какой столб? – я обернулся. – Твою ж налево!..
Столб – один из несущих элементов будущего курятника, - сейчас сгодился бы только в качестве сказочного домика для фей. Но единственной феей, присутствующей здесь, была Элоиза, и что-то мне подсказывало, что крылышки отращивать, равно как и взбираться повыше и устраиваться в кроне этого дерева, она не собиралась.
Куры – тоже.
На зеленую листву с интересом, высунув морду из окошка свежепостроенного хлева, уставилась корова. Вид у неё был крайне любопытный, и, вдохновившись моим новаторством, она довольно замычала.
Я опять закрыл глаза, мечтая провалиться поскорее под землю. Надо было учиться на некроманта. Тогда призвал бы мертвецов, чтобы они похоронили меня поскорее.
И подальше от деревенских.
- …Бычка бы…
- Что? – опять оживился я.
- Говорим, бычка бы, - охотно сообщил селянин. – Корова-то ещё молоденькая, могли б теленка…
- Да? – вмешался второй. – То-то у тебя есть деньги, чтобы хозяину бычка заплатить!
- Так подом бы дал…
- Потом? Потом ушел бы в другое село со своей коровой, и ищи ветра в поле…
Покосившись на бунтующих, я только и мог, что тяжело вздохнуть. Предположительно, первый, мечтающий о теленке и обвиненный в планировании побега, хозяином коровы и был. Второй явно имел быка и не хотел упустить потенциальную выгоду.
- Славному рыцарю Брайану как раз нужна была помощь, - мрачно напомнил я. – Может быть, вы продолжите спорить уже под его юрисдикцией?
- Нет-нет! – в один голос заявили мужики.
- Всё в порядке! И теленка никакого не надо!
- А бычок и в загоне постоит! – поспешил заверить меня селянин, опасливо косясь в сторону, где Брайан вместе с компанией бравых тунеядцев как раз рыл очередную выгребную яму. Отходов было великое множество, и хоть в основном все старое и ненужное мы уже сожгли, все равно оставалось что выбрасывать. Формировать огромные кучи – точно не тот вариант. Даже если потом расщеплять их магией, все равно остаются следы. А так, в яме, перерабатывать их в энергию и пускать её, скажем, в растения было куда проще.
Рыть выгребные ямы было не то что слишком просто, но и большого ума для того не требовалось. Потому сие занятие и было поручено «отряду Брайана» - самым ленивым, вороватым, но сильно боящимся магии мужикам.
Цвет нации!
- Отлично, - вздохнул я. – Тогда подумаем, как из этого сделать курятник…
Столб не был живым деревом. То, что он вдруг зазеленел и пустил ветви, отнюдь не означало, что способен выжить. Часть листвы уже увядала, поскольку магия, не замкнутая ни на какое серьезное заклинание, стремительно возвращалась обратно ко мне.
Я вздохнул и устроился на траве прямо под столбом. Прижался к нему спиной, закрыл глаза и попытался представить, как медленно, но верно перетекает магия из меня в него. Как ветви медленно превращаются в плотные стены курятника, способного укрыть кур, бродящих по территории, от дождя, ветра, случайного хищника, который, впрочем, вряд ли пролез бы через ограду.
А ещё – укрыть от этих самых кур и от желающих клеваться петухов местное население, что тоже было, надо сказать, немаловажно.
Деревенские затихли, благоговейно наблюдая за процессом. Я понятия не имел, что происходило вокруг, просто позволил перед глазами всплыть начерченному заранее плану курятника. Теперь каждая веточка переплеталась именно в соответствии с ним. Конечно, в самом центре будет красоваться дерево, но ничего страшного. Как-нибудь куры это преступление против современной архитектуры простят, им абы были насесты, чтобы спать, да зерно бросали, чтобы есть, траву какую-то…
- Ваше Высочество, да вы прям как эльф!
Я открыл глаза и недовольно окинул взглядом собственную работу.
- Не эльф, - возразил я. – Просто человек с магией, которой легко поддаются растения.
Эльф бы пел, уговаривая дерево. Или, может, нынче у них в ходу была какая-то другая магия, я не вникал. Мы, люди, пользовались чарами иного склада, черпая в основном энергию из собственных внутренних запасов. Для таких поступков эльфы были чересчур жадными. Чтобы отдать такое количество энергии, они должны были получить в ответ немалую плату…
Плату же нынче никто не обещал.
Я окинул взглядом курятник, вполне удачный, и выбрался наружу, протиснувшись через образовавшийся дверной проем.
- Двери уж сами поставите, - обратился к селянам, невольно имитируя их говор, цеплявшийся с такой легкостью, словно я всю жизнь провел в деревне, а сейчас вот вздумал отселиться в замок да выдавать из себя принца, но всё по большей мере неудачно. – Не хочу тратить силу на механизмы, да и не уверен в итоге.
- Конечно, Ваше Высочество! А вы можете ещё так? А то иначе придется рубить деревья…
Путь в Диколесье был закрыт. Запасливые селяне, конечно, притащили сюда кур, лошадей, коров, гусей, коз да прочую живность, но не додумались прихватить ещё и доски. Оно и хорошо, иначе сквозь портал пришлось бы протискивать целые дома, но пилить окружающие деревья я им позволить не мог. Все равно на территории вокруг замка по большей мере плодовые, а те, что сгодились бы на доски да дрова, нам сейчас недоступны. Я не мог поручиться, что дракон не решит полакомиться кем-нибудь, выглянувшим за черту.
Он и так вел себя ну уж очень прилежно в последнее время. Оставалось только поражаться тому, как та тварь умело маскируется, вот уж много дней подряд просто не показываясь никому не глаза.
- Не надо ничего рубить, - решительно заявил я. – Что ещё надо?
- Несколько курятников, для свинок загон, для гусей…
- И бычка бы…
- А в хлеве для бычка не найдется отдельное стойло? – мрачно поинтересовался я.
Селянин был категоричен.
- Выломает ещё! Глядите, каков красавец!
Красавец – существо, весившее, наверное, с тонну, если не больше, - выглядел угрожающе. Покосившись на меня, он протяжно замычал, выражая недовольство, и натянул цепь, державшую его возле дерева.
Да уж, зрелище далекое от приятного.
- Хорошо, - сдался я. – Будет и бычку отдельный… И свиньям загон. Прикопайте столбы, я сделаю! Только укапывайте надежно! Мне легче нарастить вверх, чем пускать корни.
Мужики, обрадовавшись, охотно принялись за работу. Конечно, расправиться с одним столбом куда проще, чем строить целое сооружение. Мне же только нужна была опора, от которой удавалось бы оттолкнуться, а дальше все довольно просто наращивалось вокруг неё. Конечно, потом надо было утеплять, оббивать стены, укреплять их изнутри, если думать о зимовке, но что-то мне подсказывало, что дракон не позволит спокойно дождаться даже осени. Прилетит… А тогда либо селяне смогут вернуться домой, либо возвращаться уже будет некому.
Вряд ли магия кого-то пощадит.
- Я вижу, ты увлекся общественно полезными работами?
Я вздрогнул и обернулся, взглянул на Элоизу.
Сегодня она выглядела как-то совсем уж по-домашнему. Сменила привычные брюки на простую длинную юбку, очевидно, чтобы селяне не срывали глаза, надела закрытую вышитую блузу, одолженную кем-то из селянок… Вот только как бы Элоиза ни старалась, она все равно не могла смешаться с толпой, выглядеть, как одна их них. Что-то было иное во внимательном взгляде, острых чертах лица и не менее острых фразах, бросаемых, будто случайно.
Я невольно залюбовался ею, внимательно рассматривая каждую черту и утопая в медово-карих глазах. Словно впервые за долгое время увидел и смог наконец-то насладиться тем, что она рядом, позабыл и об обязательствах, и о том, что от меня все ещё ждут загон для свиней…
***
Элоиза
Я вздрогнула. У нас с Дарреном почти не было возможности побыть наедине друг с другом, и стало привычно видеться украдкой, выхватывая какие-то минутки, секундочки у деревенских, у которых без конца появлялись все новые и новые потребности и вопросы. Однако сейчас, почувствовав на себе его внимательный, пристальный, будто выворачивающий наизнанку взгляд, я на несколько секунд пожалела, что предложила все это сделать, привести сюда деревенских.
Лучше бы мы наслаждались друг другом и дальше.
Простая и до ужаса эгоистичная мысль заставила меня усмехнуться.
- Чего смотришь? – поинтересовалась я.
- Ты не принцесска, - щурясь, протянул Даррен, позабыв и о мужиках, сначала уважительно отошедших чуть дальше, а сейчас развесивших уши и пытавшихся расслышать детали разговора. – Ты настоящая лесная фея.
- Спасибо, у нас уже есть лесное чудовище. Тебе ещё и феи захотелось? – отмахнулась я от него, на самом деле желая лишь прильнуть к мужчине и поцеловать его.
Свидетели, будто это самое желание предчувствуя, придвинулись поближе. Я не сомневалась в том, что о моральности моего поведения они даже не задумывались, просто из любопытства подсматривали за принцем – кому не хочется узнать, как там живут правители мира сего?
Даррен тогда оглянулся и продемонстрировал им кулак.
- Так работа же стоит, - захныкал в оправдание один из мужиков.
- Да? Вы уже успели закопать все нужные столбы?
- Вот же! – ткнул пальцем мужчина в четыре опоры, рассчитанные для следующего курятника, поменьше. Как деревенские умудрялись рассчитывать, где чьи куры, я понятия не имел, но они то ли по расцветке, то ли ещё каким-то невероятным образом разделяли их на отдельные группы и следили за тем, чтобы их курица не оказалась в чужом курятнике.
Очевидно, когда вернутся домой, будут так же тщательно разделять и между домами.
Хорошо хоть коров легко узнать…
- И вы считаете, что загон для свиней, курятник, загон для вашего бычка и ещё какой-нибудь сарай разместятся на девяти квадратных метрах? – ядовито поинтересовался Даррен. – Один столб оставьте, а остальные прикопайте где-нибудь подальше… И не в коллекционных цветах!
Я проводила деревенских взглядом; они явно пошли высматривать, какие именно цветы из всего того разнотравья, что здесь росло, были коллекционными.
- Боишься, что затопчут какие-нибудь сверхценные розы? – удивленно поинтересовалась я, косясь на принца.
- Да какое там! – довольно отмахнулся он. – Если затопчут – вырастут новые, а нет – ну так им и надо! Но ты ж понимаешь, что рядом с таким замком растет очень мало безобидного? А то ещё окружу курятник какой-нибудь травкой, а утром окажется, что она кур поела и коровой закусила?
- Тут есть такие цветы? – удивилась я
- Да. Ты даже букеты из них собирала.
- Серьезно?!
- Ага. Красные такие, красивые.
- А мне казалось, они мирные…
Дар только хмыкнул, и я поняла – конечно же, они будут мирными, рядом с истинно неодаренной! А вот если б сунулся кто-то другой, вполне возможно, остался бы и без пальцев.
В любом случае, деревенские теперь искали чистую лужайку и больше не пытались подслушивать. Даррен, воспользовавшись шансом отдохнуть, оперся спиной о строение за его спиной и поинтересовался:
- А у тебя как успехи?
- Искали подходящий грунт для яблоньки, которую кто-то выкопал да сюда притащил. Саженцы ещё надо разместить где-нибудь… Скоро весь этот роскошный сад превратится в обыкновенный огород. Мне кажется, кто-то вознамерился жить здесь до конца своих дней.
- Люди быстро адаптируются.
- Да, - подтвердила я. – Только тебя это раздражает, не так ли?
Даррен привык к одиночеству. Я знала об этом – потому иногда жалела, что подбила его на эту авантюру. Сейчас, когда от чудовища вот уж сколько времени не было ни слуху, ни духу, я уже даже сомневалась, что поступила правильно. Может, просто сорвала людей с насиженных мест, заставила приехать невесть куда и невесть зачем, а они прекрасно чувствовали бы себя дома, а не рядом с какими-то совершенно непонятными принцем да его возлюбленной.
Да и я, признаться, устала. Каждое утро вскакивала ни свет ни заря, мчалась на кухню, чтобы там выделить определенное количество еды – ведь хозяйки, трудившиеся там, кажется, пытались друг друга переготовить. В первый раз пустила это на самотек, так они умудрились едва ли не на неделю вперед наготовить, а потом обнаружили, что негде хранить…
Потому в первые дни питались все гораздо лучше, чем следовало бы, если мы желали экономить запасы.
- Раздражает, - кивнул Даррен. – Но я пытаюсь свыкнуться с мыслью, что ответственность редко бывает приятной. Но кто-то все равно должен на себя её брать. Раз уж впрягся, должен продолжать… - он протянул руку и осторожно коснулся моей щеки. – Ты тоже устала, не так ли?
Вместо ответа я только шагнула в его объятия, уткнулась лбом в плечо и впервые за долгое время позволила себе расслабиться.
Даррен погладил меня по спине, поцеловал в висок, будто успокаивая таким образом, зарылся носом в мои растрепавшиеся волосы.
- Возможно, - прошептал он, - мы взяли на себя слишком много, чтобы справиться с этим?
- Не думаю, - я попыталась оставаться позитивной. – Не так и много… Просто не привыкли, вот и тяжело. Но рано или поздно все закончится.
- И есть шанс, что закончится хорошо.
Зеленая листва, невесть как выросшая из столба, прикрывала нас от посторонних взглядов. Я радовалась тому, что Даррен хотя бы так, косвенно, может прикрыть нас собственной магией, потому что в последние дни даже в постели, в собственной спальне не чувствовала себя в безопасности. Конечно, я понимала, что за нами вряд ли рискнет кто-то подсматривать, но ощущение того, что мы не одни, оставалось, и оно было слишком устойчивым. Наверное, на меня действительно давило постоянное присутствие людей. Руководить ими куда проще было издалека.
- Однажды этот дракон все-таки прилетит, - то ли пугая, то ли, наоборот, пытаясь меня приободрить, протянул Даррен. – Тогда мы с ним успешно сразимся и забудем обо всем этом… Наконец-то.
- Жду не дождусь.
- Я тоже. Мечтаю о том, что открою порталы, выселю этих людей обратно к ним домой и напрочь забуду о том, что означает слово «ответственность».
- Ты будущий король.
- В гробу я видал это королевствование! – рассмеялся Даррен, а после, обернувшись, раздраженно протянул: - И кто там греет уши?
Странно, но никто не отозвался. Даже я, не особо доверявшая шестому чувству, по мнению многих, базировавшемуся на магии, а значит, совершенно мне недоступному, ощутила что-то странное. Как будто на нас кто-то смотрел. Пристально так, не сводя глаз…
От этого стало не по себе. Я втянула голову в плечи и осторожно высвободилась из объятий Даррена. Он вскинул руку, активируя какое-то защитное заклинание, пока ещё слабенькое – сильное я бы смогла хоть частично, но увидеть, а тут не было даже вспышки, крохотной, но достаточной, чтобы я, обычно внимательная к таким вещам, смогла хотя бы зафиксировать её.
- Что происходит? – тихо спросила я, когда поняла, что Даррен действительно чувствует опасность – неизвестную, но от этого не менее близкую.
- Ты что-нибудь чувствуешь?
Я отрицательно покачала головой. Потом замерла, прислушиваясь к себе, но вокруг ровным счетом ничего не изменилось.
- А ты? – спросила я на всякий случай, понимая, что восприятие мира мною и Дарреном может серьезно отличаться.
- А я чувствую, - нехотя отозвался он.
Было видно, с каким откровенным нежеланием мужчина вышел из-под укрытия, жестом велев мне оставаться под сенью наколдованных листьев.
- Это магия, - только и сказал он, делая осторожный шаг вперед и прислушиваясь к внезапно воцарившейся вокруг тишине. Казалось, люди и до того были достаточно далеко, чтобы мы слышали их голоса, но сейчас все звуки вытеснила надвигающаяся опасность.
Что же изменилось?
Я только спустя минуту поняла: затихли животные. Перестали кудахтать куры, не мычала корова, не доносилось далекое ржание непослушных лошадей, явно недовольных на скорую руку сколоченным загоном. Все вокруг затихло, замерло, будто вокруг не осталось ни единой живой души.
Наставник когда-то говорил мне, что у каждой эмоции есть свой звук и свой оттенок. Возможно, шутил, но в какой-то мере я была с ним солидарна. Радость всегда сопровождалась смехом, пусть даже потаенным, скрытым, но все равно рвущемся на свободу. Тревога – дребезжание и тремор… О гневе напоминали грозовые громы, о спокойствии – тихий шелест волн и листвы, едва колеблющейся на ветру.
Своего звука не было у шока. Молчаливая, пугающая эмоция, которая могла свести с ума кого угодно – за считанные секунды. Вот и сейчас все вокруг, кроме нас с Дарреном, шокированное, умолкло.
Я сделала шаг вперед, не в силах больше оставаться в укрытии. Мне хотелось хотя бы понять, что же происходит, чтобы больше не оставаться в неведенье. Это было жестоко – заставлять меня лишь гадать, что же происходит.
Даррен не стал препятствовать. Он всматривался в небо, словно ждал, что опасность придет оттуда, камнем – а точнее, драконом, - упадет на наши головы. Но небо было таким же шокированным и немым, как и все остальное.
Мир молчал, словно хранил какую-то жуткую тайну. И я, признаться, боялась узнать, о какой же тайне шла речь, хоть и подозревала, что это могло быть.
Но шок никогда не злится вечно.
И пугающую тишину наконец-то разорвал дикий вопль.
Кричала какая-то селянка. Я рванулась было на звук, но Даррен поймал меня за руку и молча ткнул пальцем куда-то в сторону.
Дракон.
Я впервые увидела его настолько четко. До этого он представлялся мне смазанным пятном, даже смутно напоминавшим чудовище. Так, сгусток магии, стремительно деформировавшийся, будто разогретая руками мастера глина. Расплавленный металл…
Сейчас аномалия совершенно не походила на то бесформенное нечто. Это был настоящий дракон – с огромными зубами, которые могли легко перекусить пополам человека, с когтями, впивавшимися в какую-то невидимую преграду. За его спиной раскинулись громадные крылья, и каждый их взмах, казалось, поднимал вокруг настоящую бурю.
- В замок! – крикнул Даррен. – Все в замок!
Дракон пробивался сквозь защиту. Я видела, как его коготь проломился сквозь магическую преграду Даррена – и моментально утратил четкость. Перед глазами все поплыло, и я пошатнулась, словно собиралась прямо сейчас упасть в обморок, хотя никогда не была склонна к такому.
Кто-то ещё раз закричал.
…Все, кто находился снаружи, сыпанули в замок. Беспечные, расслабившиеся, не верившие в то, что дракон действительно прибудет за ними, теперь они толкали друг друга в спины, забывая о том, чтобы сохранять порядок и оставаться спокойными. Да, конечно, в таких условиях это было практически невозможно – но необязательно же было, нервничая, толкать друг друга в спины!
- Помоги им! – потребовал Даррен.
- А ты?
- Разберусь вот с этим.
Он рванулся уже было вперед, но я мертвой хваткой уцепилась в его плечо.
- Ты туда один не пойдешь! – решительно заявила я.
Дракон, пропихнув наконец-то сквозь образовавшуюся дыру первый коготь, теперь упорно засовывал второй. Скреб ими, как по стеклу, явно не понимая, как ему пробиться сквозь установленное Дарреном заграждение. Защита действовала, но она трещала, готовясь вот-вот рухнуть, и я понимала, что Дар всей своей магией не удержит это чудище.
- Пойду, - он уверенно столкнул мою руку со своего плеча. – Элоиза, просто заведи их в замок. Заставь их там запереться. Лучше пострадаю я, чем я и ещё тысяча людей!
Я не хотела этого слышать. Выбирать меньшие жертвы. Но разум подсказывал: Даррен был прав. Если я сейчас останусь с ним, то ничем не помогу, только помешаю полноценно колдовать. А вдруг Дар сумел отыскать способ, как действительно сразить дракона? Он все листал какую-то книжечку, которую даже в руки мне не давал и не рассказывал о её содержании, а я не могла найти достаточно времени, чтобы проявить упорство и заставить Дара показать, что же там внутри.
- Скорее! – поторопил он. – Послушай, я не для того тащил сюда всех этих людей, чтобы они друг друга затоптали!
Я кивнула. Это было бы не принципом меньшего зла, а простой дуростью – позволить людям остаться снаружи. И я, отбросив в сторону все дурные мысли, рванулась к толпе, рвущейся в замок.
- Идите через черные входы! – крикнула я, надеясь, что меня кто-то да услышит. – Бросьте животных и вещи! Дракона они не интересуют! Скорее!
Толпа разделилась на две части, словно её кто-то разрубил пополам мечом. Кто-то ещё пытался пролезть внутрь, но в холле, очевидно, набилось столько народу, что они просто не могли туда прорваться. Испуганные, преисполненные ужаса люди толпились, давили друг друга, явно не понимая, что делают только хуже. Кто-то орал полным ужаса голосом, кто-то на последнем издыхании молил о помощи.
Я с трудом сумела прорваться к двери. Очевидно, сработал страх; даже сейчас, пред ликом дракона, люди понимали, насколько жестоким может быть принц в гневе и что сделает с ними, если они причинят мне вред. Значит, ещё не до конца потеряли рассудок.
- Наверх! – закричала я, надеясь, что буду услышана. – Все по ступенькам – наверх!
Люди дурной, ничего не понимающей толпой ринулись вверх. Холл пустел; они поднимались на верхние этажи замка, будто только сейчас поняли, что здесь существуют коридоры, и я едва успела отскочить в сторону, прежде чем вторая волна людей ворвалась в холл. Они первым делом мчались к ступенькам, я же, вдохновившись, закричала:
- Бегите в свои спальни! Дракон там вас не тронет! Скорее!
Кто-то растерянно обернулся. Другие, послушавшись приказа, помчались вверх, надеясь как можно скорее оказаться под защитой ставшей родной комнаты. Какой-то ребенок звал мать, с другой стороны женщина отчаянно пыталась докричаться до собственного сына.
Я помчалась обратно. Расталкивая толпу, пыталась выбраться из холла, не позволить затянуть себя внутрь замка. Я нужна была снаружи. Даже если Даррен полагал, что я ничем не смогу ему помочь, это было не так. Я чувствовала, что дракон отступит, столкнувшись со мной. Даже если сейчас готов сражаться до последнего издыхания.
Снаружи что-то громко затрещало. Я наконец-то выскочила из замка и, вталкивая в холл последнего, замешкавшегося мальчишку, заперла за ним дверь. Внутри раздался скрежет засова – даже если народ боялся гнева принца, впускать меня или кого-либо иного через центральный вход они больше не собирались. Я знала, что не все повинуются приказу, кто-то помчится в подвалы, надеясь найти там покой, но сейчас это мало меня волновало.
Забыв о селянах, я бросилась вперед, к Даррену.