Глава двадцать шестая

Даррен

Дракон впивался в магическое заграждение когтями. Пытался пробить его, пролезть внутрь. И, хотя он ещё был по ту сторону этой границы, я прекрасно знал, что совсем скоро чудовище её преодолеет.

Осколки магии брызнули в разные стороны. Чудище раскинуло крылья и обрушилось на колдовской купол. Впивающиеся в него чары не лишали его сил, а, напротив, только делали могущественнее. Ни одно живое существо не было на это способно…

Но назвать дракона живым не поворачивался язык.

Купол трещал. Я чувствовал, что заградительное заклинание, выстроенное с таким трудом, вот-вот развалится на мелкие кусочки. Слишком высоко было давление дракона. Он бил крыльями, разрывал когтями полупрозрачную магическую оболочку.

Теперь дракон не пытался пробраться внутрь. Наоборот, он искал цельные участки стены, чтобы поглотить ещё больше моей магии.

Я дождался, пока он взберется повыше. Осядет там, где купол, истончающийся кверху, ещё относительно прочен, чтобы выдержать его огромный вес. Дракон раскинул крылья, лапы, вгрызся зубами в осколки магии, от жадности пытаясь поглотить ещё больше…

И тогда я деактивировал заклинание.

Освобожденная сила ринулась обратно ко мне. От яркой вспышки на мгновение поплыло все перед глазами, но я не позволил себе потерять равновесие или уверенность в том, что делаю. Вместо этого тянул магию на себя, не позволяя ей сорваться с цепи. Связь с чарами с каждой секундой становилась все прочнее, и я чувствовал, как пополняется мой собственный резерв, наливается незримой силой, отбираемой у дракона.

Он не успел сориентироваться и камнем полетел вниз. Одно крыло черкнуло стену замка и задымилось. Фиолетовые клочья дыма поднимались в воздух, окружая дракона разноцветной дымкой, погружая его во мрак.

Он рухнул на траву и перевернулся на спину, дергая лапами. Разметал свои крылья в разные стороны, дымящиеся, все в пропаленных дырах. Несколько осколков магии, долетевших все же до чудовища, помогли ему залечить раны, но для полноценного восстановления этого было ничтожно мало.

Дракон с трудом перевернулся, поднялся на лапы и, медленно переставляя их, двинулся на меня. Зарычал, но как-то сипло, словно на последнем издыхании. Занес крыло, пытаясь задеть, но я увернулся, пятясь всё дальше и дальше, к рядам деревьев.

Нельзя пользоваться против него магией. Это сделает его ещё сильнее.

Мысль об этом обожгла меня внезапным ужасом. Я понимал, что без собственного дара – обыкновенный человек. Даже не вооружен, потому что привык большинство проблем решать с помощью колдовства. И надвигающееся на меня чудовище точно не согласится подождать немного, пока я сбегаю за мечом.

Случайный удар крылом – и курятник разлетелся, брызнув во все стороны ошметками дерева. Дракон взревел, выгибая длинную шею, и выпустил в воздух струйку колдовского пара. Магия упала ему на спину, на крылья, и края ран потянулись друг к другу. Сам дракон словно стал неуловимо меньше, будто выдохнул воздух, а вдыхать было нечего, но зато крылья его вновь были целы, и он раскинул их надо мной, как два купола.

Я старался отступать назад довольно быстро, уводя чудовище за собой. Там, в лесу, оно не сможет следовать за мной так быстро, как в чистом поле. Там есть где укрыться.

И главное отвести его подальше от замка.

От людей, которые там.

От Элоизы.

Потому что эта туша способна раздавить даже истинно неодаренную.

В какой-то момент дракон будто потерялся. Обернулся назад, оправдывая мои самые худшие предположения – сейчас он попытается атаковать замок. Чувствует, что там внутри тоже есть что-нибудь ценное… или просто пытается заставить меня колдовать. Какая разница? Самое главное, что он повернул голову и разинул пасть, словно собирался кого-то поглотить.

Я знал, что кричать бесполезно. Отскочил ещё на несколько метров и, надеясь, что это привлечет внимание дракона, вскинул руку, выпуская в воздух огненный пульсар. Тот разлетелся в разные стороны сотнями крохотных искр. Они впивались в чешую дракона, жгли ему глаза, заставляя наконец-то повернуть голову, и дракон медленно, словно нехотя развернулся и уставился на меня.

А потом пошел в атаку.

Защититься от него не было шансов. Я вошел под сень деревьев, но могучие дубы вряд ли были способны спрятать кого-то от чудовища. Он выдрал с корнем огромный дуб и отшвырнул его в сторону. Другие, более тонкие деревья, и вовсе не служили преградой. Дракон топтался по ним своими огроменными лапами, не сводя взгляда со своей главной цели.

Он хотел мою магию.

Немедленно.

Ударил лапой по земле, с такой силой, что та даже задрожала под ногами. Я едва удержал равновесие, но знал, что в следующий раз могу и не устоять.

Дракон надвигался.

Что-то взревело. Я зажмурился, ожидая, что сейчас дракон обрушится на меня, но не было ни боли, ни темноты, ничего. Чудовище, словно само испугавшись, только выдохнуло облачко магии, обдав меня им, и я заставил себя открыть глаза и посмотреть в глаза предполагаемой смерти.

…Предполагаемая смерть выглядела печально. В неё на полной скорости влетел бык, тараня собственными рогами чешуйчатый бок, и, о чудо – сработало! Во все стороны брызнула высвобожденная магия, и я ухватился за эту силу, пытаясь таким образом истощить монстра. Дракон взревел от фантомных болей – испытывать настоящие он не мог, магия все же – просто энергия. Он ринулся на меня, атакуя, разинул пасть, но бык, явно желая, чтобы его жизнь завершилась героически, вновь совершил попытку боднуть дракона в бок.

Не знаю, что пошло не так, но удар, нанесенный аккурат дракону под хвост, явно не доставил ему большого удовольствия. Тот взревел, оборачиваясь, и это позволило мне отскочить ещё на несколько шагов, уводя дракона дальше, в кустарники.

Как применить магию так, чтобы не дать ему напитаться ею?

Я смотрел на бушующее чудовище – и вдруг вспомнил о том, как колдовал при Элоизе. Не направляя на неё энергетику чар, а просто замыкая все на окончательном эффекте. Элоиза могла есть телепортированные продукты. Или взращенные благодаря моей магией – мы уже экспериментировали и с картошкой, и с яблоками, все получилось…

А дракон – это нечто обратное. Противоположное к Элоизе. Но кто сказал, что на него нельзя повлиять так же.

- Эй! – крикнул я, добавляя магию в собственный голос. – Эй, иди сюда!

Дракон выгнул шею, пытаясь издать рык, но не смог исторгнуть из себя ни звука – он попросту не был на это способен. Потом медленно повернул голову и уставился на меня, буквально прожигая взглядом. Клацнул зубами, словно пытался укусить, сделал несколько неуверенных шагов, сминая кустарник. Высоких деревьев здесь не было, так, подлесок – не считая выдранного с корнем дуба, но он уже вряд ли мог чем-нибудь помочь или помешать.

Я медленно опустился на одно колено, не сводя с дракона взгляда. Коснулся руками земли. Чудовище замерло, с интересом глядя на меня. Магия выжидала, готовясь атаковать…

Дракон не успел.

Один короткий толчок, и сила с легкостью вошла в землю. Кустарник стрелами рванулся ввысь, насквозь прошивая крылья. Чудовище задергалось, пытаясь высвободиться, клочьями полетела в сторону магия, но подняться в воздух дракон не смог. Там, где мгновение назад был просто кустарник, теперь красовалась густая крона деревьев.

Я вытолкнул из себя остатки магии. Заставил деревья переплетаться между собой, заключая дракона в клетку. Это вряд ли могло долго его удерживать, но все же…

Магия проливалась на землю, но так и оставалась лежать фиолетовыми лужами. Чудовище билось, пронзенное насквозь. Я не позволял себе выровняться, посылая все более сильные волны магии…

Ровно до той секунды, пока не исчерпал себя до конца.

Во мне не осталось ни капли магии. В драконе было ещё предостаточно сил, чтобы сражаться. Но он вдруг закрутил головой, распахнул пасть, будто собирался кого-то съесть, но только щелкнул зубами у меня перед носом. Теперь, когда не было ни резерва, ни дара, ничего, дракон попросту меня не видел. Натыкался на сплошную стену.

Я чувствовал себя мертвым. Вот оно как – быть неодаренным! Выпитым до последней капли. Мне хотелось найти в себе хоть искорку силы, доказать самому себе, что могу, но ничего не удавалось. Вся сила ушла в деревья, прошившие дракона. Из многочисленных ран текла вязкая, фиолетовая, искрящаяся кровь. Я все ещё видел магию, но очертания дракона уже смазывались.

Процесс становился необратимым.

Я пополз вперед. Идти не мог. Хватался руками за траву, заставляя тело продвигаться вперед. Но дракон, ошалело моргая, только крутил мордой. Меня для него не существовало.

Зависимый. Единственное, чего я сейчас хотел – это восполнить запас, вдохнуть в себя силу, почувствовать, как она течет по моим жилам. Лишенный магии, я был как слепой котенок. Беззащитный. Беспомощный.

Дракон этого не понимал. Он мог убить меня одним ударом лапы, а вместо этого отчаянно рвался на свободу. Его крылья, изорванные, изрешеченные деревьеями, волочились за ним. Дракон шел, выламывая деревья. Он переступил через меня, на какую-то секунду явив чешуйчатый живот, задел крыльями и уполз прочь, потеряв слишком много сил.

Мне следовало ликовать. Радоваться победе. Но я не мог этого сделать. Вместо того, чтобы наслаждаться, торжествовать, я пополз к первой же натекшей луже его магии и практически упал в неё. Валялся в грязи, пытаясь впитать в себя, черпал фиолетовый туман ладонями и жадно пил его. Магия впитывалась, как вода в сухую землю. Я опьянел и метался от одной лужи к другой, падал в них, погружал ладони… Сбросил камзол, расстегнул рубашку и будто умывался магией, не заботясь о том, что вместе с нею размазывал по щекам и шее ещё и грязь.

- Даррен!

Я обернулся. Магия в лужах задрожала, испаряясь.

Всего в метре от меня стояла Элоиза, испуганная, но целая.

Только почему-то вместо радости я испытал ужас.

***

Элоиза

- Не приближайся!

Голос Даррена звучал, как у безумца. Он отшатнулся, когда я протянула руку, пытаясь прикоснуться к нему, и попытался отползти. Прижался спиной к какому-то дереву, впивался руками в рыхлую землю, погружал в неё пальцы.

Дуб у Дара за спиной стремительно увядал. Трещали ветви, осыпалась листва. Из растений вокруг стремительно уходила жизнь. Я видела, как пошатывался тонкий, больше похожий на меч, пронзивший небо, тополь, непонятно как оказавшийся здесь – и грозился свалиться прямо на Даррена.

Я сделала ещё один шаг к Даррену, но он только зарычал, как раненный пес, и вжался в ствол спиной, не заботясь о том, что ещё минута – и этот иссушенный, мертвый лес просто похоронит его под собой.

- Не приближайся, - он затряс головой, словно пытаясь развеять какую-то иллюзию. – Не подходи!

Дерево опасно затрещало. Я видела, как оно кренилось к земле, готовясь вот-вот рухнуть – и, наплевав на сопротивление, на то, что Даррен смотрел на меня полубезумными глазами и требовал убираться, просто толкнула его, заставляя откатиться в сторону. Сама тоже полетела вниз, на траву, едва успев увернуться от огромного дуба.

Во все стороны полетели щепки. Мы покатились по земле, то ли пытаясь защитить, то ли рассчитывая убить друг друга, задушить в приступе гнева. Даррен уцепился пальцами в воротник моей блузы, вместо того, чтобы отпихнуть, только крепче притягивая к себе, я, не рассчитав силы, ударила его носком туфли в колено. Мужчина взвыл, вскочил на ноги, пошатываясь, и тут же рухнул обратно, закрывая собой от повалившейся сосны, невесть как оказавшейся в лиственном лесу.

На сей раз мы вскочили на ноги одновременно. В глазах Дара полыхало что-то слишком сильно походившее на ненависть, но я, надеясь на то, что он последует за мной, бросилась вперед, петляя между деревьями. Он помчался следом, забыв об усталости, налетел на меня, сбивая с ног, и мы вновь покатились кубарем по зеленой траве – ровно до того момента, пока не встретили боком так вовремя появившуюся яблоню.

Дар вжимал меня в землю весом своего тела и смотрел одуревшими, полными ярости глазами. Синева, подернутая дымкой, выглядела угрожающе. Его руки с силой сжимали мои запястья, сам он, будто демон из старых инквизиторских картинок, воплощение всех тех жутких колдунов, которых обрекали на сожжение…

Я тяжело дышала. Молчала. Боялась пошевелиться. Сначала хотела призвать Даррена к разуму, но поняла, что тишина, соблюдаемая мною – взаимна. Пока я молчу, он тоже не способен ничего сказать. Пока не двигаюсь, и он будто в стазисе.

Что случится, если вывести его из этого равновесия, я не знала.

Он наклонился ближе ко мне, провел носом по моей скуле, вдыхая аромат. Я слышала, как гулко бьется сердце мужчины, чувствовала, как напряжено его тело.

Боль и ненависть во взгляде утихли. Он как будто пришел в себя, глядя на меня более осознанно. Наклонился ближе, впиваясь в губы страстным поцелуем. Я ответила, забывая о привкусе земли, о песке на зубах.

Меня как будто целовал восставший из могилы благодаря стараниям некроманта мертвец. Грубо, бездумно, не беспокоясь о последствиях, присваивая себе.

Наконец-то отпустил руки. Я позволила себе обнять его за шею, надеясь, что не придется бить и отталкивать от себя. Дар сгреб меня в охапку, затих, все ещё прижимая своим весом к земле… Откатился в сторону, разжимая кольцо рук, и просто лежал, глядя на стремительно мрачневшее небо.

Где-то вдалеке можно было разглядеть удаляющуюся точку – дракона. Он отчаянно взмахивал крыльями, израненными, дырявыми, проваливался вниз, но потом, вопреки всем законам природы, вновь поднимался вверх. Из его ран вытекало что-то фиолетовое – кровь? Магия? Все мои знания, касающиеся этого аспекта, были строго ограничены, и я могла только наблюдать, в отчаянье всматриваясь в удаляющуюся фигуру.

…Дар дышал тяжело. Было видно, с каким трудом ему дается каждый вдох и выдох. Я не знала, могу ли подняться, но осознавала: если б не вытащила его оттуда, никогда не увидела бы живым. Наколдованный лес трещал, обваливаясь. Умирал. Ни одно из прежних творений Даррена не умирало, оно оставалось в стабильном состоянии.

А здесь…

Было ли дело в яде магии дракона? Или в чем-то другом?

- Я потерял связь с ними, - прошептал Даррен. – Я не завершил заклинание. Мне не хватило сил, чтобы замкнуть его, и сила вернулась.

Он сжал в кулаке клочок смятой травы. По земле прошла волна магии, и я втянула носом воздух. Пахло надвигающимся дождем…

И волшбой.

Дар сел. Потом с трудом поднялся на ноги и протянул руку. Я с опаской взглянула на его ладонь, не решаясь её принять, отрицательно покачала головой и, пусть и с большими усилиями, но встала самостоятельно. Может, и обидела его – взгляд мужчины казался каким-то полумертвым, словно я только что кинжал ему в грудь вонзила, - но не могла сейчас вновь доверять.

Медленно двинулась в направлении все ещё наглухо закрытого замка.

- Элоиза! – окликнул меня Даррен.

- Что? – я заставила себя обернуться.

Он только выдохнул короткое:

- Прости.

Я, не веря своим ушам, взглянула на него. Мужчина стоял, пошатываясь от усталости, весь измазанный в земле, и растерянно смотрел на меня.

- Я был не в себе, - прошептал он, едва шевеля пересохшими губами. – Прости меня. Этого больше никогда не повторится.

С моих губ сорвался короткий смешок. Я как будто недоумевала – а что он мог мне сделать? Задушить? Избить? Это вряд ли. Охваченный лихорадкой, Даррен скорее просто не знал, чего хочет – быть ближе или оттолкнуть от себя, увеличить расстояние между нами практически до бесконечности. Я и сама сейчас не могла сказать ровным счетом ничего. Смотрела на него, опустошенная, и терялась в догадках. Что произошло? Почему?..

- Прости, - повторил в третий раз Даррен и отвернулся, как будто не мог смотреть мне в глаза.

Он глядел на тлевший подлесок. Тот самый, который за несколько минут превратил в густой лес, а потом сам же уничтожил. И я знала, какая мысль сейчас крутилась у него в голове. Он считал себя самым страшным чудовищем из всех существующих.

Я шагнула ему навстречу и порывисто обняла за шею, прижимаясь к мужчине всем телом.

- Прошаю, - прошептала ему на ухо. – Ну что ты. Я все понимаю. Это не ты, это была твоя магия…

- Это было отсутствие моей магии, - возразил он, стискивая меня в своих объятиях.

- Не оправдывайся, - я бы его поцеловала, но Дар был весь в пыли и, кажется, сам не ждал от меня ничего – скорее надеялся, чтобы я хоть его не оттолкнула. Стоял, плотно зажмурив глаза, тяжело дышал.

С грохотом распахнулась замковая дверь. Любопытство было сильнее страха; селяне выбирались на улицу, таращились на нас, даже не пытаясь скрыть свой нарастающий интерес. Кто-то призывно закричал, очевидно, намереваясь обрадовать всех, кто внутри: посчастливилось, чудовище улетело! Даррен даже головы не поднял, так и стоял, уткнувшись носом в мои волосы, и тяжело дышал. Сердце его едва не вылетало из груди, колотилось, как бешеное, и мне казалось, что каждый стук заставляет и меня вздрагивать, подстраиваясь под него.

- Тварь улетела! – донеслось до меня чужое ликование.

- Ваше Высочество! – не заставила себя долго ждать реакция деревенских. – Ваше Высочество, тварь улетела? Или погибла?

- Это можно домой?

- Ваше Высочество!

- А загоны будем ставить?

- Нам бы ещё яблоньки…

Даррен поднял на них мрачный, злой взгляд. Я буквально чувствовала излучаемое им раздражение. Он отстранился от меня, правда, осторожно, словно боясь таким образом показать, что не хочет быть рядом. Окинул взглядом селян, устроивших вокруг него столпотворение. Криво усмехнулся, будто признавая, что все обречены, а потом медленно побрел в сторону замка. Люди то расступались, то опять тянулись к нему, рассчитывая получить ответы на свои вопросы, но Даррен и не думал реагировать на их крики и требовательные вопли. Шел, не видя перед собой ничего, с трудом переставляя ноги. Обернулся уже у самого крыльца, нашел меня взглядом, вздрогнул, словно испугался увиденного, и зашел внутрь.

Радостные крики как-то вмиг затихли. Я не знала, колдовал ли Даррен, или в самом деле хватило простого взгляда, но даже меня обдало холодом.

Он будто подчеркивал – ничего не закончилось. Тварь вернется.

- А как же загон? – ошеломленно произнес кто-то. – И где мой бычок? Леди Элоиза! Где же мой бычок!..

Я взглянула на селянина, как на сумасшедшего. Хотела послать его куда подальше, но, увидев искренний страх, плескавшийся во взгляде, только покачала головой.

- Бычок… Куда-то туда пошел. А загона сегодня не будет, - тихо промолвила я.

- Так там же магическое заграждение!

Я с трудом сдержала тяжелый вздох.

- Нет больше магического заграждения, - ответила мужчине. – Рухнуло. И тварь не погибла, но сегодня не вернется… идите, там поищите своего быка, пока он ни на кого не напал.

- Но… Как же…

- Завтра, - так и не дослушав вопрос, выдохнула я.

- Что завтра?

- Все завтра.

Селяне кричали что-то ещё, но я уже не слушала. Просто молча прошла мимо, стараясь даже не оборачиваться, и просто побрела вперед, с трудом переставляя ноги. Хотелось пить и спать, но я знала, что первоочередное задание – найти Даррена и спросить его, что же на самом деле произошло, что он так редко, так внезапно потерял над собой контроль. Летевшие в спину крики мало меня волновали. Истощение напомнило о себе постфактум, когда сражение вроде как было позади, и я чувствовала, что долго так не выдержу – рухну.

…И только поднявшись почти к самой спальне, я поняла – сбежать от ответственности не получится. Как бы мы этого ни хотели.

А ещё осознала: магия Даррена ничем не поможет против этого чудища.