Глава двенадцатая

Лилиана

Домой я приехала уже за полночь. Все спали, только Вентон меня дождался. Ну как дождался – уснул прямо в кресле в гостиной. Я не стала его будить, он всегда спал уж очень крепко. И хотя сама я тоже была не прочь поскорее обняться с подушкой, но, увы, нет. Укрыв брата пледом, я поспешила переодеться из матушкиного платья в свое и снова покинуть дом.

Отправляться в Дагнес-Холл среди ночи было не страшно. Куда больше я страшилась встречи с Дэйтом. Но даже не пыталась себя заверить, будто не желаю, чтобы он появился в Запретной Роще. Очень даже желаю. Хотя бы потому, что мне необходимо стребовать с него одно обещание.

И снова я беспрепятственно добралась до арки в заброшенном саду. Снова оказалась прямиком среди этой идиллии вечного лета. Легкий ветерок гнал «волны» по высокому лугу, донося ароматы разнотравья. Огромнейшее дерево отчего-то не отбрасывало тени, а холмы так и пестрели россыпью цветов. И над всем этим все так же ласково светило солнце, хоть и клонящееся к закату, но так за все мои визиты сюда и не сдвинувшееся с места.

Пусть пока еще здесь не было Дэйта, но все равно накатывало желание задержаться в Роще как можно дольше. Только разум настырно напоминал, что если прятаться тут от проблем внешнего мира, все равно эти самые проблемы никуда не денутся.

На этот раз я не стала раздеваться. Просто подняла подол платья, входя в воду небольшого озерца за цификулиссом. Но теперь плод сразу же исчез из моих рук. В первый миг я хоть и испугалась, но, видимо, это вполне нормальное явление, и он точно так же материализуется, когда я снова через арку пройду.

И вроде бы все, можно было и обрывать нить на запястье, но я не стала. Подошла к ближайшему дереву, прислонилась к теплой шершавой коре и устало прикрыла глаза.

Какое же здесь все-таки умиротворение…

И почему я раньше сюда не попала? И как же жаль, что не могу показать Запретную Рощу Вентону и Филинде… Все же странно, что арка задействовалась у меня, хотя многие годы никто не мог через нее пройти, а ведь точно так же были раньше маги в предыдущих поколениях…

Появление Дэйта оборвало мои уже полудремотные размышления.

Он возник словно бы из ниоткуда буквально в паре шагов от меня. И, честно, я не сомневалась, что Дэйтан будет в преотвратительном настроении, но он выглядел на диво спокойным.

– Я думала, ты уже не придешь.

– Но раз ты все еще здесь, то, как я понимаю, ты все равно меня ждала, – он хоть и улыбнулся, но взгляд оставался серьезным, изучающим. Отчего же Дэйт всегда смотрит на меня так, будто каждый раз открывает для себя что-то новое?..

Но он тут же сам продолжил:

– Лили, я знаю, что в архиве было не твоих рук дело, а леди Ифильда постаралась. У этой милой дамы есть дурная привычка лезть в чужие дела. Но, знаешь, она обмолвилась, что ты боишься. Боишься, что я тебя найду. Но отчего? Неужели я давал повод менять бояться?

Я с трудом выдержала его взгляд. Сначала хотела ответить, мол, твоя наглость и излишний напор могут отпугнуть кого угодно, но я не хотела лгать. Пусть и правду сказать я все равно не могу.

– Я не боюсь тебя. Правда. Дело все же не в страхе. Просто… – не смогла, отвела глаза. – Не нужно это.

– Кому не нужно? – в голосе Дэйта мелькнули стальные нотки. – Тебе?

– Ни тебе, ни мне, – ну вот, а хотела ведь не лгать. – Дэйт, я все же ждала тебя не затем, чтобы все это обсуждать.

– То есть ничего объяснять ты мне традиционно не собираешься? – он явно начал раздражаться. Но ведь до сих пор даже не попытался ко мне приблизиться. Неужели его настолько задели слова, что я будто бы его боюсь?

Я собралась всей своей решимостью.

– Дэйт, давай заключим уговор.

– И какой же?

– Если ты и вправду хочешь, чтобы мы дальше виделись, ты не будешь меня расспрашивать. Ты как-то сказал, что друг с другом нам не нужны маски. Так давай условимся о том, что, когда мы пересекаем арки, мы все оставляем во внешнем мире. Здесь как отдельная реальность. Мне станет гораздо проще, если я для тебя буду существовать только здесь.

– Лили, я ведь все равно тебя найду. И ты не убедишь меня, чтобы я отказался от этого.

Я на миг прикрыла глаза, чтобы хотя бы попытаться выровнять дыхание. Как же сложно сохранять видимость спокойствия!

– Давай все же не будем забегать вперед. Дэйт, леди Ифильда пригласила меня на завтрашний бал в Дагрей-Холле. Она сказала, что ты тоже приглашен.

– И что же, из-за этого ты теперь не явишься? – отрывисто поинтересовался Дэйт. Казалось, ему все сложнее сохранять самообладание и держать дистанцию.

– Я приду. Но лишь при одном условии. Ты сейчас дашь мне слово, что не станешь меня там удерживать против воли. Не станешь преследовать. И если я захочу в любой момент покинуть бал, ты дашь мне уйти.

Пусть я знала его совсем немного, но чувствовалось, что Дэйт все же человек слова. И если он что-то пообещает, то точно не нарушит.

Он отчего-то мрачно усмехнулся. Будто в лично его замыслах было как раз таки все наоборот: удержать меня любой ценой, едва мы встретимся в реальности.

– Что ж… Как я понимаю, если я откажусь, то ты попросту на балу не появишься?

– Именно так, – правда, я не представляла, как при таком раскладе оправдаюсь перед леди Ифильдой.

– Хорошо, Лили, – с расстановкой произнес Дэйт, – я обещаю, что завтра на балу не стану тебе препятствовать и, когда ты решишь уйти, следить за тобой не стану. Но и тебе придется кое-что пообещать мне взамен.

– И чего же ты хочешь? – даже дыхание перехватило.

Нэйтан

Сложный вопрос. Хотелось много чего. Начиная с жгучего желания целовать ее до умопомрачения, заканчивая нежеланием и вовсе от себя отпускать. Но слишком сильно засели в голове слова леди Ифильды, что Лили отчего-то боится. И даже сейчас сдерживал себя, чтобы даже шага в ее сторону не сделать. Все-таки бабушка права, все испортить излишней спешкой он всегда успеет, сначала уж лучше попробовать по-хорошему.

– Я много чего хочу, Лили, – старался говорить мягко, без нажима, она и так смотрела на него настолько настороженно, словно ждала, как минимум, требования разврата и непотребства. – Но прежде всего я хочу, чтобы ты перестала бояться нашего будущего. Я не причиню тебе вреда. Ни сейчас, ни когда бы то ни было. Но мне нужен шанс это доказать. А с твоим постоянным желанием исчезнуть при первой же возможности я этого шанса лишен. Так что у меня свои условия.

Все же не сдержался, подошел к ней вплотную. Но Лилиана не отступила. Хотя в ее лучистых глазах и откровенно читалась настороженность, но страха не было.

– Я хочу так или иначе видеть тебя каждый день, – Нэйт ласково коснулся ее щеки и, может, показалось, но Лили будто бы даже на миг дыхание затаила. – Если пока ты так упорно хочешь скрываться, то видеться мы можем даже не днем, а ночью. И, естественно, я не подразумеваю под этим ничего выходящего за рамки приличий.

– Я ведь и так буду приходить сюда каждую ночь, – Лили ответила так тихо, словно отчего у нее ком в горле встал. – И если ты по-прежнему вероломно не хочешь вернуть мне мой кулон, то точно так же будешь узнавать, что я здесь.

Нэйт нахмурился.

– Лили, Запретная Роща не лучший вариант. Да, это место идеально тем, что здесь только мы с тобой, и тебя наверняка устраивает, что ты в любой момент можешь исчезнуть, если пожелаешь. Но что, если за всей этой внешней идиллией вечного лета таится что-то зловещее?

– Это у тебя такие ощущения или же ты знаешь наверняка? – Лили смотрела на него без тени сомнений, хоть и встревоженно.

Нэйт не стал лгать.

– Нет, сам я ничего такого здесь не чувствую. Но, признаться, – усмехнулся, – все мои мысли и чувства здесь уж точно сосредоточены вовсе не на Роще. Но, Лили, не просто так тут раньше люди пропадали, в том числе и маги Даг. Как и не просто так Роща почему-то пропускает нас с тобой. Это не может быть случайным стечением обстоятельств. Я сегодня в архиве просмотрел все хранящиеся там записи об этом месте, и не покидает впечатление двойного дна. В любой момент Запретная Роща может нас не выпустить. Да и здесь может произойти все, что угодно. Нам неведомо это, понимаешь? И никому не ведомо. Потому сегодня – это последний раз, когда мы тут появились. Но мне нужны гарантии, что я увижу тебя снова и вне Рощи. И не единственный раз – завтра на балу в Дагрей-Холле, а каждый день. И каждую ночь.

– «И»? – хмуро уточнила Лили.

– «Или», – Нэйт обезоруживающе улыбнулся. – Просто оговорился, – ничего подобного, ложь чистой воды.

Но Лилиана и не стала дальше цепляться к словам. Нервно прошлась по траве. Лучи солнца сквозь листву раскидистого дерева играли бликами на золотистых волосах девушки.

И сами собой лезли в голову крамольные мысли… Может, глупости все это про скрытое зло Запретной Рощи?.. Все же здесь и вправду идеально для тайных свиданий…

Но Нэйт все же не дал волю этим малодушным порывам. Лили нужна ему в реальности. Нужна в безопасности. А каждый поход сюда – это риск. И риск необоснованный.

Чувствовалось, что Лилиана молчит не просто так. И хотя явно верит ему, но тысячи возражений уже роятся в ее мыслях, готовые вот-вот сорваться с языка.

– Лили, – Нэйт не сводил с нее взгляда,– я понимаю, ты не хочешь меня посвящать ни в какие детали своей жизни. Но ты как-то упомянула, что тебе здесь нужен цификулисс. И, очевидно, именно за ним ты и приходишь сюда каждую ночь. Вот только ты наверняка не знаешь, в чем коварство этого якобы чудесного плода.

Лили замерла на месте.

– То есть? – смотрела на него с нарастающей тревогой. Все-таки точно угадал, явно она добывает цификулисс для кого-то очень дорогого ей, отсюда и такое неравнодушие. – Что ты имеешь в виду?

Лилиана

Как идеально у меня было все продумано! Как удачно в моих мыслях складывалась вся картинка счастливого спасения Филинды!

Но сейчас каждое слово Дэйта беспощадно рушило этот хрустальный замок моих иллюзий…

– Я сегодня нашел о цификулиссе в одной из архивных книг. Там говорилось, что при всей чудодейственности этого плода таится и немалый подвох. То прекрасное самочувствие, которое он якобы дает, не берется откуда-то извне. Все это резервы самого организма, бережно им хранимые на крайний случай. Выходит, цификулисс лишь еще больше истощает человека, при этом создавая иллюзию выздоровления. Лили, сколько раз ты уже его применила?

Нервно обняв себя за плечи, я прошлась по траве туда-обратно. Ужас от свершенной ошибки гудел в голове нестерпимым роем. Неужели я, стремясь помочь Филинде, в итоге только усугубила ее состояние?!

– Всего раз, но… – я подняла взгляд на Дэйта. – Это же не успело бы сказаться совсем уж плохо, правда?..

Он шумно вздохнул. Будто ему вправду было не все равно.

– Лили, я не знаю, я ведь не целитель. Все ведь зависит от того, что за болезнь.

– Но почему же ты раньше не сказал?! – и не хотела на него срываться, но слишком сейчас тошно было.

Но Дэйт отреагировал вполне спокойно:

– Потому что узнал только сегодня в архиве, а оттуда ты исчезла мигом. Да и здесь, скажи я тебе сразу, ты бы в расстройстве оборвала тут же нить и больше бы не объявилась. Можешь считать меня законченным эгоистом, но твоя привычка от меня сбегать заставляет теперь продумывать каждый шаг весьма расчетливо. Про цификулисс я бы тебе сказал в любом случае, но сначала мне нужны были гарантии, что ты не сбежишь безвозвратно.

Вновь подойдя ко мне, чуть приобнял за плечи. И сейчас это уж точно был жест участия, без каких-либо иных подтекстов.

Дэйт тихо произнес:

– Лили, для кого ты добывала цификулисс? Я ведь понимаю, что ситуация явно критическая, раз ты отважилась на такое безумство, как пробраться в Запретную Рощу. Так что же творится в твоей реальной жизни? Может, хотя бы об этом мне расскажешь?

Я качнула головой.

– Я очень тебе признательна. Правда. Если бы не ты, я бы совершила непоправимую ошибку, уверенная, что действую во благо. Но моя жизнь… – я все же осторожно отстранилась, хотя хотелось как раз обратно, спрятаться в его объятиях… – Дэйт, никому не нужны чужие проблемы.

Я давно уже привыкла к этому. И пусть Дэйт кажется искренним, но узнай он весь груз тягот моего семейства, не исчезнет ли тут же с горизонта?

Он резко нахмурился.

– Дай угадаю. У тебя в реальности какая-то беда, и ты упорно пытаешься тащить все на себе в одиночку. А что же твои родители? Или, быть может, есть братья-сестры?.. Проклятье, Лили, сколько ты будешь от меня таиться?! Если у тебя в реальности какие-то крайне серьезные проблемы, то я просто обязан вмешаться!

Я на миг даже оторопела. Так и вертелось на языке в первую очередь «Какое тебе дело до этого?». Ведь вправду – какое? Я ему никто! Но отчего же кажется, что Дэйт сейчас искренен?..

– Ты все же не всесилен, – я коснулась нити на своем запястье, но Дэйт тут же взял меня за руку.

– Может, я и не всесилен. Я не могу творить божественные чудеса, но с обычными мирскими проблемами вполне в состоянии справиться. Власть, связи, деньги, магия – все это в достатке. И, прости за скептицизм, но я сильно сомневаюсь, что я не в состоянии решить твои проблемы.

А ведь он не бахвалился… Всего лишь констатировал как факт…

И я просто смотрела на этого стоящего в паре шагов от меня молодого мужчину, столь уверенного в себе, и ведь обоснованно уверенного, и вкрадчивые мысли не заставили себя ждать…

Если допустить, что Дэйт не отвернется от меня, когда узнает, кто я… Если допустить, что я попрошу у него денег на того гениального целителя для Филинды…

– У всего есть своя цена. И у твоей помощи в том числе. Ты все равно что-то захочешь взамен.

– Ты знаешь, чего я хочу, Лили.

Он не стал конкретизировать, но в моих мыслях цепочка и без того продолжала разматываться…

Если болезнь Филинды и вправду вызвана проклятьем рода, то нет никакой гарантии, что даже самый гениальный целитель тут поможет.

Выходит, согласись я на помощь Дэйта, все равно должна буду за эту помощь расплатиться. И собою расплатиться. Независимо от результата. Которого может и не быть…

– Давай все же вернемся к нашему уговору, – я постаралась говорить непринужденно. – Вместе мы не только без масок, но и без внешней реальности. Ты прав, мне теперь незачем приходить сюда, тем более тут и без того может быть опасно. Но если мы с тобой и станем видеться в реальном мире, то только при тех условиях, что я озвучила.

– Почему же ты так упорно не хочешь впустить меня в свою жизнь? – взгляд Дэйта потяжелел.

Я отступила на шаг.

– Потому что все хорошее в жизни может исчезнуть в любой миг. Нельзя к нему привыкать, – уж этот урок я усвоила сполна. – Ты ведь тоже лишь краткий проблеск, и я не хочу, чтобы потом мне было больно. Можешь считать это трусостью и будешь прав, но я все же знаю, как для меня лучше. Так да или нет, Дэйт? И если все же «нет», то лучше нам навсегда исчезнуть из жизни друг друга прямо сейчас. Если «да», то встретимся завтра на балу и там уже решим, когда и где увидимся снова. Либо по моим правилам, либо никак.

У него на скулах заиграли желваки. Дэйт резко сунул руки в карманы камзола, словно опасался, что не сдержится и просто сгребет меня в охапку.

– Лили, я клянусь, что ни за что не откажусь от желания найти тебя в реальности. Я буду искать и обязательно найду. Но если для тебя так важно, чтобы на свидания пока оставались такими же тайными, я даю слово. Я обещаю, что при наших встречах не стану тебя преследовать, удерживать силой или хитростью. Все будет так, как ты хочешь, как здесь, в Роще, будто это просто отдельная реальность. Но в остальное время я сделаю все, чтобы тебя отыскать. И когда найду, – его взгляд буквально обжигал, – вот тогда уже игра будет исключительно по моим правилам.

Не найдешь, Дэйт. Завтра на балу мы увидимся в последний раз. И то потому, что я обещала леди Ифильде и для моей сестры этот бал крайне важен. Но после… Как бы мне ни хотелось обратного, но пора уже оборвать эту тайную связь. Да, я бы многое отдала за то, чтобы хотя бы ненадолго быть счастливой. Но чем дальше, тем больнее и сложнее будет лишиться этого.

Я не могу так рисковать. Не вправе так рисковать.

Но в ответ я лишь улыбнулась.

– Что ж, тогда до завтра.

И тут же оборвала путеводную нить.

В один миг я оказалась по ту сторону арки. Над заросшим садом уже сквозили первые рассветные лучи, нужно было спешить. И ведь цификулисс сам собой материализовался в моей руке! Но я осторожно опустила плод на траву.

Уходя, лишь на миг обернулась. Без потоков магии арка входа казалась безжизненным каменным изваянием посреди бурной растительности. И ведь я здесь, получается, в последний раз…

Но отчего же странное невесть откуда взявшееся предчувствие, что в Запретную Рощу я еще вернусь и не единожды?

Видимо, мой организм смирился с тем, что ночи я теперь не только не сплю, но и пролетают они по времени ускоренно – вернувшись домой, я проспала всего пару часов. Но сонливости не было, предвкушение грядущего бала и встречи с Дэйтаном заставляли то робко улыбаться, то от волнения обнимать себя за плечи.

Вентон уже ушел на работу, матушка еще спала, отец снова предпочел есть отдельно, так что в гостиной была только Филинда. Я даже на миг замерла прямо на пороге комнаты. Сестра что-то тихо с улыбкой напевала, накрывая на стол. И при этом ни тени бледности или изможденности на ее лице! Бодра и весела, словно никакого недомогания и нет! Но ведь вчера вечером она была совершенно обессиленная…

– Лили! – Филинда заметила меня. – Доброе утро! Ну что же ты стоишь в дверях, – подскочив ко мне, взяла за руки и в порыве пожала, – чай уже стынет.

Нет, я, конечно, руками и ногами за то, чтобы поверить во внезапное чудо, но что-то как-то все это выглядит подозрительно…

Я все же прошла в гостиную, присела на стул, но пока не притронулась ни к омлету с овощами, ни к чаю. Настороженно смотрела на севшую напротив меня сестру. Аппетит?.. Да у нее уже последние пару лет начисто его не было! Порою приходилось ее чуть ли не уговаривать, чтобы она поела! А тут вдруг с таким энтузиазмом увлечена завтраком, словно каждый кусочек – изысканнейшее лакомство.

– Филинда, с тобой все в порядке? – опасливо уточнила я.

– Волнуюсь немного, – робкая улыбка тронула ее губы. – Все-таки сегодня вечером бал… Кстати, с полчаса назад пара лакеев доставила нам сундук, как я понимаю, с нарядами, которые ты вчера выбрала. Даже не представляю, как нам отблагодарить графиню за подобную милость. Но я столько лет не бывала на балах… Боюсь, растеряюсь и забуду, как себя вести. И ведь лорд Терей еще пока не знает, что я тоже там буду! – она опустила глаза, сосредоточенно складывая салфетку. – Как думаешь, Лил… Сказать ему сегодня, что мы можем там встретиться?.. Или все же не стоит?

– Скажи, конечно, – я бы даже улыбнулась, но нарастающее беспокойство уже комом встало в горле. – Как ты себя чувствуешь сегодня?

– Замечательно, – Филинда подняла на меня сияющий взгляд. – Все-таки твое новое зелье творит чудеса.

Холод пробрал по спине так, что я даже поежилась.

– Мое…зелье?..

– Ну да, – она принялась разливать по чашкам еще дымящийся чай из чайничка. – Хотя мне все же совестно, что ты, получается, бедняжка, ночь не спала, зелье готовила, чтобы к утру сделать. А я ведь сначала и не поняла, решила, что это просто чашка с водой у меня на прикроватной тумбочке. Но стоило попробовать, сразу твое зелье распознала. И снова все тот же потрясающий эффект! Лили, ты даже не представляешь, как я тебе признательна!

Если бы меня в этот момент треснули по затылку чем-нибудь тяжелым, и то бы не так пришибло. Не в силах что-либо сказать я просто смотрела на сияющую сестру. Во рту будто бы пересохло, дыхания резко не хватало, и короткие вдохи заставляли лишь лихорадочнее колотиться и без того трепыхающееся сердце.

Я не готовила зелье.

Я не приносила цификулисс сюда.

Но Филинда явно снова под его действием!

Как такое возможно?!

Нет, конечно, можно допустить, что кто-то следил за мной, прихватил оставленный в саду Дагнес-Холла цификулисс и после подкинул настой в комнату моей сестры. Но кому это надо? Как-то это сомнительно…

Только какие еще варианты?

Меня словно бы враз чем-то придавило, даже дыхание замерло.

Ведь что, если… Что если это магия самой Запретной Рощи?..

Нэйтан

Леди Ифильда ушла в глухую оборону. Заперлась в своей комнате якобы со страшной мигренью и с весьма однозначным «Никому не тревожить мой покой, если не хотите моей смерти в мой собственный день рождения. А если все-таки хотите, то тем более не тревожьте, иначе вам же хуже придется, гарантирую».

Нэйтан прекрасно понимал, что бабушка просто пока всеми силами пытается избежать разговора с ним. И пусть с ее упертостью она все равно Лили не выдаст, но, быть может, все же получилось бы выяснить хоть какие-то крупицы информации.

Так что к завтраку леди Ифильда не спустилась. Клотти по-прежнему дулась на старшего брата за крах личной жизни и демонстративно Нэйта игнорировала. Граф Аргус уехал с утра пораньше и должен был появиться только к обеду. Ну а леди Мильва не могла не воспользоваться отсутствием своей свекрови за столом.

Уже когда подали чай, матушка как бы между прочим произнесла:

– Нэйтан, а ведь сегодня прекрасная возможность сделать предложение Миролане.

Погруженный в свои мысли Нэйт едва рассеянно не уточнил «Кому?».

А леди Мильва продолжала, изящно помешивая тонкой ложечкой чай в чашке:

– Ты только представь, как это можно зрелищно обставить! Я уже все распланировала. Так что эта дурацкая затея с маскарадом придется весьма кстати. Ближе к полуночи, как раз перед салютом, я прикажу музыкантам перестать играть, – она даже зажмурилась в предвкушении, – и в воцарившейся тишине среди всех собравшихся ты возьмешь Миролану за руку… Выведешь ее в центр зала… Встанешь на одно колено… И сделаешь ей предложение!

– Ммм…– Нэйтан демонстративно впечатлился. – Да, это было бы весьма…эпично. А что именно я, кстати, должен ей предложить?

– Как это что? – возмутилась леди Мильва. – Свои руку и сердце, разумеется!

– Я, конечно, понимаю, что вам очень нравится Миролана, но не до такой же степени, чтобы отдавать ей руку и сердце единственного сына. Простите за эгоизм, но мне они и самому нужны.

Клотти, хоть и делавшая вид, что ни на кого не обращает внимания, сдавленно закашляла, словно пытаясь замаскировать смех. Но леди Мильва в сердцах отшвырнула салфетку на стол.

– Нэйтан! Я ведь серьезно!

– А я разве нет? Я себе дороже целый.

Матушка смотрела на него так сердито, будто в мыслях готова была чуть ли ен волоком тащить Нэйта делать предложение Миролане.

– Нэйтан, что за ребячество?! Это все дурное влияние твоей бабушки! Ты же прекрасно понимаешь, что я имею в виду! Все равно ведь ты женишься на Миролане! Ты сам дал слово, а именно она на турнире одолеет всех в магии, все это уже определено! Я всего лишь пытаюсь обставить все красиво, чтобы все остальные зеленели от зависти, а ты!.. Ты хочешь мне все испортить!

– Простите, матушка, но, боюсь, вы куда сильнее жаждете делать ей предложение, чем этого жажду я, – отложив салфетку, Нэйтан встал из-за стола. – И к вашему сведению, у меня и так уже есть невеста.

Клотти замерла с недонесенной ко рту вилкой, и кусочек сочного персика мигом соскользнул и шлепнулся на белоснежную скатерть.  А леди Мильва, растерянно заморгав, несколько раз открыла рот и закрыла, словно не в силах что-то сказать.

– Невеста?.. – оторопело уточнила она. Но тут же вскочила так резко, что несчастный стул загрохотал на пол. – Невеста?!

– Именно так, – Нэйтан оставался невозмутим. – И это точно не Миролана.

– Так кто она?! Я должна знать прямо сейчас, кто та негодяйка, что сбила тебя с истинного пути!

– Во-первых, она не негодяйка,  – холодно отрезал Нэйт. – И уж будьте любезны не говорить о ней в подобном ключе. И во-вторых, этот якобы истинный путь вы сами себе придумали, я никогда не давал ни малейшего повода считать меня заинтересованным в Миролане. И я не  буду подыгрывать вашему желанию пускать другим пыль в глаза.

Матушка тут же упала на стул, любезно пододвинутый Клотти.

– У тебя совершенно нет сердца, – заахала она. – И это точно пагубное влияние леди Ифильды! Ты хочешь разрушить нашу семью, опозорить наш род и…все, все испортить! Ведь это была бы свадьба века! Свадьба века, понимаешь? Нэйт, ты просто обязан не уронить достоинство Дагрей! Твоя невеста должна быть тебе ровней! А такая только одна! Миролана!

Терпение уже было на грани.

Упершись руками в стол, Нэйтан членораздельно произнес:

– При всем моем уважении к вам, но я сам в состоянии решать свою судьбу. И уж тем более я в состоянии выбрать ту девушку, с которой проведу остаток своей жизни. Я ее уже выбрал. И скоро, как и полагается, я приведу ее в этот дом.

– Я никогда не приму недостойную девушку! – леди Мильва вся раскраснелась. – И ты не вправе решать сам!

– Я как раз таки вправе. Именно я и никто другой. Вам не изменить моего решения, так что придется смириться с этим.

Прекрасно понимал, что матушка не смирится. Слишком засела в ее мечтах эта «свадьба века», слишком много значения она придает чужому мнению. Настолько много, что одобрение общества порою для нее дороже собственной семьи. Она не примет Лили. По крайней мере, в первое время.

Но все же это не проблема. Все равно будут жить отдельно.

Разум тут же напомнил, что рановато забегать так далеко. Лили пока еще не только не ответила «да», но даже вообще не найдена. И хотя этот вопрос казался все решенным, не покидало нехорошее предчувствие, что совсем уж просто точно не будет…