Глава тринадцатая

Лилиана

Я не стала пугать Филинду насчет зелья, хотя сама места себе не находила. Уже казалось, что Запретная Роща, как тот паук, тянет свои сети во все стороны, и я, сама того не ведая, высвободила некие зловещие силы. И ведь даже поговорить об этом не с кем!

Конечно, я планировала рассказать брату, когда он вечером придет. Но и без того знала, что он скажет. Мол, ни за что не ходи туда больше и все. Но это я и без Вентона понимала.

Дэйт? Само собой, и его стоило известить об воздействии Рощи. Но ведь и он все равно ничего с этим не сделает. У этого места явно нечеловеческие силы.

Потому я сделала самое логичное, что пока пришло в голову. Просто приготовила себе успокоительное зелье. Все равно от моей паники ничего к лучшему не изменится. Так что к тому моменту, как окрыленная Филинда традиционно поехала заниматься живописью с младшей сестрой лорда Терея, я уже более-менее собралась с мыслями.

Но тут Провидение подкинуло мне матушку…

– Поедете на бал?! В графский особняк?! – она оживленно крутилась возле массивного сундука в холле, который доставили сегодня утром. – И сама графиня пригласила? Нет, ну а что за несправедливость, почему это только вас?! Какая это непочтительность к остальным представителям нашей семьи!

Я тут же деликатно напомнила:

– Матушка, у вас ведь сегодня вечером традиционное собрание у леди Иркас, а вы его никогда не пропускали.

Она на миг закусила губу. Видимо, желание пойти на бал вступило в неравную схватку с жаждой непременно похвастаться перед подружками как можно скорее.

– Что ж, пусть так, – снизошла она, – я готова, так и быть, закрыть глаза на вопиющую недальновидность пожилой графини. И с чего вдруг она вас так облагодетельствовала?..

Я даже не успела придумать вразумительный ответ, как матушка и сама себе все придумала:

– Видимо, это наконец-то справедливость начинает торжествовать, и боги пытаются понемногу возмещать нашей многострадальной семье все тягости! Не зря же сама графиня внимание обратила, да и лорд Лейрон явно заинтересован… Кстати, Лили, он вчера был очень недоволен, что его приглашение так и осталось без ответа!

Ай, еще и Лейрон! Я совсем про него забыла!

Но, как говорится, стоило только помянуть… Надрывно звякнул дверной колокольчик.

Я не стала ждать, пока придет наш пожилой дворецкий, сама открыла дверь. Угрюмого вида посыльный кивком поздоровался и всучил мне внушительный букет. Деловито добавил, протягивая запечатанный сургучом конверт:

– Прошу ответ дать скорее, мне приказано его сейчас же доставить.

Цветы я передала матушке, уже вовсю ахающей «От кого же такая прелесть».  И пусть у меня тоже сердце забилось быстрее, но разум тут же охладил все эмоции, что это уж точно не от Дэйта. Да узнай он, где я, не стал бы присылать цветы, сам лично тут же бы заявился с ликующим «Попалась!».

На конверте значилось лишь мое имя, да и герб на сургуче мне был незнаком. Но стоило достать оттуда записку с вензелями все сразу встало на место.

«Покорнейше прошу вас принять мое предложение стать моей спутницей сегодня на балу в Дагрей-Холле. Все детали, включая все для вас необходимое, мною уже учтены.

Надеюсь, хотя бы в этот раз вы не проигнорируете мой скромный знак внимания и оцените по достоинству мое желание вывести вас высший свет. Вы ведь сами понимаете, милая Лилиана, столь прелестная юная леди, как Вы, нуждается в покровителе, и я готов им стать.

Искренне Ваш,

Лорд Лейрон»

Я чуть зубами не заскрипела. Ну вот ничего же плохого он мне не сделал. И моя неприязнь к нему, по сути, безосновательна. Но я уже который раз веду себя так невежливо. Только и принимать его приглашения я не могу.

Оглянувшись и удостоверившись, что матушки уже нет поблизости, чтобы тут же обличить меня во лжи, я ответила посыльному:

– Передайте, пожалуйста, лорду Лейрону мою благодарность и искренние сожаления. Но по объективным причинам я вынуждена отклонить его столь любезное приглашение.

Посыльный кивнул и поспешил прочь в сторону аллеи.

Закрыв дверь, я оперлась на нее спиной. Вздохнула.

Вся надежда на то, что на балу мы либо с Лейроном не встретимся, либо он все-таки меня не узнает. Иначе совсем уж некрасиво получится…

И, может, конечно, это снова моя паранойя даже сквозь успокоительное зелье пробивается, но почему-то кажется, что эти отказы Лейрону мне еще аукнутся… Еще как аукнутся…

Но я постаралась все же не зацикливаться на гнетущих мыслях. Взгляд замер на присланном леди Ифильдой сундуке. Вечером бал. Вечером встреча с Дэйтом…

Конечно, не стоит мне заранее мечтать, что он будет только со мной. Без сомнений, такой видный молодой мужчина всегда нарасхват и окружен поклонницами. Но хотя бы на один танец с ним я все же могу рассчитывать. Надеюсь…

Ну а дальше уж как получится. Все-таки последние дни явственно доказали, что не стоит загадывать наперед. Мало ли, как все обернется…

С леди Ифильдой мы заранее условились о конспирации. Потому я должна была приехать на бал отдельно от Филинды и Вентона, чтобы меня никак нельзя было связать с семейством Дагнес.

Вентон пришел домой уже к тому моменту, когда пора было уезжать. Быстро переоделся, и в дорогом костюме он выглядел в точности так же, каким я его помнила во времена Дагнес-Холла. Только сейчас все это казалось каким-то инородным, даже неуместным на фоне нашей скромной гостиной. Но, может, это просто я запрещала себе мечтать о какой-либо роскоши?..

И пока Филинда в своей комнате переодевалась, я спешно брату выдала все, что успела узнать за последнее время: и про проклятье нашего рода, и про двойственность цификулисса, и про невесть откуда взявшееся зелье. К счастью, к тому моменту матушка уже умчалась хвастаться подружкам, а отцу было все равно, отправься мы хоть дружно в бездну прыгать, так что никто нас подслушать не мог.

Вентон выслушал меня очень внимательно. Вот только чем больше я говорила, тем глубже залегала складка на лбу брата. А ведь он пришел сегодня в отличном настроении, в предвкушении праздника… А я вот так безжалостно подкинула ему поводов для мрачности.

Рассказывая, я все прислушивалась, не спускается ли Филинда. И, боюсь, времени секретничать у нас было в обрез. Но Вентон и не собирался разводить пространные речи, расспрашивая меня о каждой мелочи.

– Лил, если честно, я и не знаю, что сказать… Вроде как проблема с цификулиссом решается просто – не ходить больше в Рощу и все. Наверняка тогда и зелье не станет само появляться. Но проклятье… – он устало потер переносицу. – Честно, я толком не помню, когда именно у Филинды это началось. Может, и сразу, едва ее разлучили с возлюбленным, просто развивалось это так постепенно, что долго оставалось незамеченным. Только что с этим делать?.. Ты права, нет никакой гарантии, что тот знаменитый целитель в силах справиться с недугом Филинды, если это вправду проклятье. Но, с другой стороны, если все так, то, может, это как раз таки плюс?

Я мигом поняла, куда он клонит.

– То есть…ты хочешь сказать, что проклятье может быть обратимо, если убрать саму его причину?

– Я ведь совсем не разбираюсь в магии, Лили, – Вентон развел руками. – Но именно это первым делом пришло в голову. Если это вправду саморазрушение, то возникло оно из-за чего-то. Нужно выяснить, что послужило толчком. И вдруг получится как-то это исправить? Но я пока ума не приложу, что это может быть… В моем представлении саморазрушение может быть вызвано чувством непомерной вины. Но даже та история со стражником никак не могла бы сделать Фил виноватой. Если ей кого-то и стоило винить в той ситуации, то меня, или наших родителей. Но точно не себя.

На лестнице отчетливо послышались шаги.

Вентон тут же подытожил уже шепотом:

– Так что первым делом нужно выяснить, что именно могло вызвать проклятье, и дальше плясать уже от этого.

Филинда показалась на пороге гостиной. Блистательно прекрасная в нежно-изумрудного цвета платье! Цификулисс, похоже, все еще действовал, просто ничем иным нельзя было объяснить здоровый румянец на лице моей сестры и сияющий взгляд.

Она пока не надела маску, держала в ее руках. Покрутилась из стороны в сторону. Хоть и улыбалась, но в голосе все равно просквозили нотки неуверенности:

– Ну, что скажете?

Вентон только сейчас собрался словами:

– Скажу, что половина Вайдерхоффа просто обязана упасть перед тобой на колени и умолять составить их счастье до конца жизни.

Филинда звонко рассмеялась.

– Ты просто предвзято ко мне относишься.

– Вовсе нет. Мне вообще ужасно не нравится, что мои сестры такие красивые. Ведь из-за этого мне, как старшему брату, куда больше хлопот и волнений, а я, знаете ли, ужасно ленив, – с галантной улыбкой он предложил Филинде локоть.

– Лили, а ты? – взяв под руку Вента, она перевела взгляд на меня.

– Я чуть позже поеду, встретимся уже на балу.

Я проводила их до самых дверей и после еще не меньше минуты смотрела с крыльца, как они идут к аллее, где уже ждал нанятый экипаж.

Лишь бы только все прошло хорошо… Лишь бы окончательно сраженный красотой Филинды Терей непременно в нее влюбился… Ну а если нет. Мы все равно обязательно найдем другие варианты.

Примерно через полчаса должен был подъехать экипаж и для меня. И чем ближе было время бала, тем сильнее меня охватывало волнение. Успокоительное зелье уже не действовало, а новое я готовить не стала. Хотелось при встрече с Дэйтом ощущать всю гамму истинных эмоций, не затуманенных ничем. Ведь вдруг это на самом деле наша последняя встреча…

Но сама мысль об этом вызывала ком в горле и неуместное желание разреветься, будто лиши меня возможности видеть Дэйта, я стану глубоко несчастной. Только как иначе? Иначе никак…

И на этом балу мне будет достаточно всего одного танца с Дэйтом, и я не рассчитываю на его внимание всецело. И даже постараюсь не ревновать, если он будет с другими. Потому никаких неоправданных ожиданий – как сложится, так сложится. Хотя кого я обманываю?..

Я все же прогнала эти мысли прочь. Сегодня обязательно должен быть замечательный вечер! И сегодня я разрешаю себе быть счастливой и не думать ни о чем плохом. Разрешаю верить в иллюзии и наслаждаться каждым мгновением без оглядки на так и не решенные проблемы.

Раз я решила, что это наша последняя встреча с Дэйтом, она просто обязана стать самой чудесной.

Нэйтан

Уже десять раз пожалел, что дал Лили слово! Ведь именно сегодня – идеальный шанс наверняка выяснить, кто она и откуда. Подкараулил бы еще на входе, узнал, на каком экипаже она приехала, выпытал бы у кучера обратный путь. Ну а если бы это не сработало, то уже после бала проследил бы наверняка. Хотя больше всего нравился вариант: просто захватить Лили и не отпускать! И пусть она сначала стала бы возмущаться, но быстро бы смог сменить ее гнев на милость – пустяковое дело.

Но, увы, вместо всего этого вынужден смиренно дожидаться в бальном зале. Собственное обещание не позволяло прибегать ни к каким мерам, и даже мысли не приходило, что свое слово можно нарушить.

– Нет, ну ладно ты пообещал, – рассуждал Орнис, пока они втроем с балюстрады наблюдали за прибывающими в зал гостями, – но мы же такого слова не давали. Верно я говорю, Бриан?

Тот с готовностью кивнул.

– И вправду, Нэйт, отличный же выход! Опиши поподробней свою неуловимую красотку, я сейчас же пойду к парадному входу караулить, обязательно засеку нужный экипаж и кучера расспрошу.

– Да и после можно проследить, – добавил Орнис. – Так ты и слово не нарушишь, и отыщешь эту свою Лилиану наконец.

– Нет, – хмуро возразил Нэйтан, облокотившись на перила и не отводя взгляда от распахнутых дверей в бальный зал.

Церемониймейстер никого не объявлял, ведь все были в масках, как бабушке и хотелось. Как она выразилась в ответ на возмущения леди Мильвы: «А что такого? Я за все эти годы настолько насмотрелась на все эти физиономии, что просто видеть их не могу! Вот и пусть в масках заявляются».

Сама же леди Ифильда, как и положено, встречала гостей, и все сразу же рассыпались в поздравлениях имениннице. Но Лили до сих пор не было…

– А почему «нет»-то? – Бриан сбил его с мыслей.

– Потому что это все равно нечестно. Я дал слово, что не буду сегодня пытаться выяснить, кто она, никаким способом. И всякие выверты с использованием других людей тут тоже учитываются.

– Ну что сказать… – Орнис усмехнулся. – Хочется назвать тебя «лопухом», но, боюсь, не оценишь. Ты и так прямо одержим уже этой девушкой, окончательно стал потерянным для общества. Да ты все увеселения последних дней пропустил!

– Так и все лето пройдет, – присоединился Бриан, – а ты потратишь его не на развлечения, а на бессмысленную погоню за постоянной ускользающей от тебя девицей. Смысл? Тут любая в этом зале что угодно отдаст за один благосклонный взгляд прославленного графа Нэйтана Дагрей, а ты будто бы напрочь забыл об этом. Зачем вообще сосредотачиваться на какой-то одной девушке, когда их там много? Нет, определенно, тебе нужно показаться целителю. Вдруг тебя еще можно спасти от этого внезапного сердечного недуга.

– А, может, я не хочу спасаться? – Нэйт с улыбкой взглянул на друга. – Может, наконец, я нашел то, от чего теперь ни за что не откажусь? Да, я сам бы раньше в такое не поверил, но, как оказалось, одна девушка вполне может оказаться ценнее и желаннее всех других настолько, что прочих будто бы и вовсе не существует.

– У-у, запущенный случай, – Бриан похлопал его по плечу. – Тут, похоже, уже даже никакой целитель не поможет.

– Но, между тем, твоя Лили так и не пришла, – скептически произнес Орнис.

Оркестр и вправду уже громко грянул музыкой, поток прибывающих сошел на нет. Но и Лилианы точно в зале не было! Следил же заранее, никого не упустил из виду, не мог ее проглядеть!

– Может, ты ее просто не узнал? – предположил Бриан.

– Нет, – мрачно отозвался Нэйтан. – Я бы ее узнал в любом случае. Скорее всего, она просто запаздывает. Подожду внизу.

Оставив друзей на балюстраде, он спустился в зал. Сегодня не озаботился тем, чтобы скрыть магией свою личность. Да и смысл? Все равно планировал признаться Лили, кто он на самом деле. Быть может, узнав о его статусе и положении в обществе, она все же доверится ему.

Нэйт прошелся по залу, обходя танцующие пары. Не обращал внимания ни на кокетливые взгляды девушек, ни на вдохновенные шепотки за своей спиной – давно уже привык к такому. Отметил лишь, что матушка следит за ним с маниакальным усердием, да и Миролана, хоть и окружена стайкой поклонников, но тоже все на него поглядывает. Не исключено, что матушка уже нажаловалась ей на «мой сын сошел с ума!», и теперь они дружно пытаются вычислить, кто та «негодяйка», что сбила его с пути истинного прямиком к алтарю с Мироланой.

– Нэйтан! –  на него налетела бабуля, вооруженная своим веером так грозно, словно намеревалась вот-вот треснуть им по лбу нерадивому внуку. – Ну и?! Что ты такого натворил, что Лили не пришла?! – она даже шептать умудрялась яростно.

– Я ничего бы не успел натворить, потому что попросту ее не видел, – Нэйтан собрался всем своим терпением. – Может, она вообще передумала? Или… – слова так и замерли не произнесенными.

Вверху лестницы показалась она.

Лилиана

Забавно, но на том первом балу, где я была и без приглашения, и в далеко не самом лучшем виде, я и то чувствовала себя гораздо уютнее, чем сейчас. Хотя, казалось бы, с чего так нервничать? Но пока экипаж катил к Дагрей-Холлу, я так разволновалась, что, теребя перчатку, чуть случайно не порвала тонкое кружево.

Я попросила кучера править не к парадному входу, а ровно туда, где мы останавливались с Вентоном в прошлый раз – на окраину леса, откуда до входа для прислуги в особняк было рукой подать.

И вот, теперь я стояла в опускающихся сумерках, смотрела на мерцающий огнями Дагрей-Холл и никак не могла собраться решимостью. Даже озноб пробрал, хотя летний вечер был очень теплый. Но, может, я просто неуютно себя чувствовала в таком платье.

Сама бы я его не выбрала. С первого же взгляда сочла его слишком хорошим для себя. Нежно-бирюзового цвета ткань будто бы была соткана из лепестков неведомых цветов, настолько тончайшей и легчайшей казалась. Рукавов не имелось, и пусть декольте нельзя было назвать очень уж глубоким, я все равно чувствовала себя чуть ли не полуголой. Образ дополняли серебристое кружево на лифе, из такого же перчатки и маска – настолько ювелирной работы, что сошло бы за драгоценности. Тем более драгоценностей у меня никаких и не было, хотя леди Ифильда настаивала приобрести. Мы сошлись лишь на унизанных жемчужинками нитях для волос, настолько легких, что сейчас не ощущались.

Да, я боялась быть заметной. Не желала быть заметной. Но отражение в зеркале, когда я уже была готова к балу, красноречиво говорило, что незамеченной я не останусь.

И вот сейчас, придерживая подол платья, я шла по траве к входу в особняк и мысленно себя уговаривала, что нет повода так нервничать. Да, часть меня тихо ликует, предвкушая, что Дэйт непременно оценит, какая я сегодня красивая. Но разум продолжает занудствовать, что с моей стороны это подло. Если я хочу разорвать эту опасную связь, которая меня точно ни к чему хорошему не приведет, я не должна подогревать интерес Дэйта. Все равно ведь какая-то симпатия с его стороны точно есть, и я не вправе эту симпатию усиливать. Это попросту нечестно.

Но я все же не стала зацикливаться на гнетущих мыслях. В конце концов, я же пообещала себе в этот вечер забыть обо всех проблемах и заботах. Так пора выполнять.

Я уже примерно ориентировалась в Дагрей-Холле и нарочно не пошла к парадному входу в зал. Хотелось все же появиться как-то незаметно. Оставалось лишь по обходному коридору подняться на балюстраду и после спуститься по лестнице.

Уже вовсю гремела музыка, бал начался. Хотелось верить, что леди Ифильда не обидится на меня за опоздание. Пока по пути мне попадалась лишь суетливо снующая прислуга, но здесь на балюстраде беседовали двое молодых мужчин: высокий блондин и шатен с жидковатыми усиками. Но при моем появлении резко замолчали и дружно проводили взглядами. Я постаралась не обращать внимания, и пусть мое жгучее желание быть незаметной серой мышкой трещало по швам, но внизу среди множества других приглашенных вполне можно затеряться.

Быстро спуститься по лестнице не получилось. Я опасалась наступить на подол платья, потому каждый шаг делала аккуратно. Хотя со стороны могло показаться, что я попросту красуюсь. А ведь внизу многие танцевали, многие просто беседовали, кто у столов, кто на диванчиках, но при это хватало тех, кто уже вовсю бросал на меня любопытные взгляды. Вот вам и тихое незаметное появление… Право слово, лучше бы через парадный вход вошла как все нормальные люди!

Моя паника резко сошла на нет. Просто испарилась и все.

Я увидела Дэйтана.

И как-то необъяснимо весь мир резко сузился до него одного. До этого высокого широкоплечего молодого мужчины в черном камзоле, который смотрел на меня неотрывно. И пусть маска скрывала верхнюю половину его лица, но этот взгляд я ощущала на себе безошибочно.

Я замерла на месте, не в силах ступить дальше. Будто бы обдало жаром, и что-то затрепетало внутри так, что даже дыхание сбилось. А ведь пока и половины ступеней не прошла! Стою теперь посреди лестницы, словно бы нарочно!

Но Дэйт не стал дожидаться, когда я спущусь. Он сам, провожаемый чужими взглядами, поднялся ко мне. А я просто смотрела на него и в который раз силилась понять, за какие такие заслуги мне выпало внимание подобного мужчины.

Только разум дотошно напомнил, что сейчас мы фактически на виду у всех и почему-то вызываем повышенный интерес. Причем, такое впечатление, что интерес этот многократно возрос именно в тот момент, когда ко мне направился Дэйт.

Он подал мне руку, я вложила в нее свою. Пальцы, как назло, дрожали, но я постаралась сохранять на лице спокойную улыбку. Ждала, что Дэйт в первый же миг скажет мне какую-нибудь приятность. Но он не оправдал моих ожиданий.

Чуть сжав мою ладонь, он смотрел на меня так, что еще сильнее в жар бросило. Произнес почему-то чуть хрипловатым голосом:

– Лили, освободи меня от данного тебе слова.

Я даже ответить не успела, как Дэйт добавил тихо, но так, что меня аж мурашки пробрали:

– Иначе я сегодня стану клятвопреступником.

Нэйтан

Лили восхищала с первой встречи, в каком бы виде перед ним ни представала. Хоть в простом платье простолюдинки, хоть вообще в мокрой сорочке, только выйдя из озера. Но сейчас она снова была другой. Пусть все той же изысканной драгоценностью, но сегодня еще ярче сверкающей.

 Достоинство истинной леди в сочетании с дивной красотой накладывалось на уже ставшее привычным ощущение близости и простоты Лили – вся эта бурная смесь знатно ударяла в голову. И не только в голову.

Все та же, его Лили, но сейчас этот уникальный бриллиант будто бы получил достойную оправу…

И еще больше добивала ее реакция. Пусть верхнюю половину ее лица скрывала кружевная маска, но Нэйт уже интуитивно чувствовал все оттенки эмоций Лилианы. И уж очень красноречиво дрожали ее изящные пальчики в его ладони, выдавая взволнованный трепет обладательницы.

Но почему при такой взаимности Лили упорно продолжает держать дистанцию?! Почему так не хочет, чтобы он ее нашел?!

Она все же совладала с собой, хотя явно его слова пробрали ее аж до мурашек. Улыбнулась чуть лукаво:

– Я не могу допустить, чтобы такой достойный мужчина стал клятвопреступником, но и освободить от обещания я тоже не в силах… Выходит, мне просто нужно сразу же уйти, чтобы не искушать тебя отказываться от собственных слов.

Она еще и подтрунивать над ним умудряется!

Едва сдержал так и рвущееся «Я все равно ни за что тебя не отпущу», ведь тогда бы она напомнила, что он как раз таки обещал не удерживать.

Собрался всем своим самообладанием, улыбнулся не менее лукаво:

– Идея, конечно, здравая, но будет невежливо уйти, так и не поздравив именинницу, согласись. Я, так и быть, готов героически тебе помочь отыскать среди собравшихся леди Ифильду. Как раз во время танца можно будет осмотреться. Ну что, вперед на поиски?

Через бальный зал, особняк, экипаж, лес, прямиком в охотничий домик, а там уж можно пару недель активно «леди Ифильду искать», пока Лили не сдастся. Может, даже получится обойтись простым похищением, без так часто упоминаемого бабулей мешка.

– Ну только если ради Ифильды, – казалось, Лили едва сдерживает смех. И то хорошо, что хотя бы сегодня не пытается его сторониться.

– Исключительно ради нее, – держа Лили за руку, повел вниз по лестнице. И было глубоко плевать, что сейчас они – объект пристального внимания многих. Ему нечего скрывать. Он выбрал себе невесту. И пусть все об этом знают. А уж то, чтобы Лили превзошла его в магии, как он и опрометчиво пообещал, вполне можно будет подстроить.

Бабулю и ветром сдуло. Хотя она вполне могла и внизу лестницы подкараулить и высказать что-то вроде «И чего вы как два любовных остолопа в гляделки играли». Но нет, видимо, она решила больше не вмешиваться. Пока.

Как раз сменилась мелодия. И едва они спустились в зал, Нэйт притянул Лили к себе. Чуть ближе, чем позволяли приличия. И, увы, дальше, чем хотелось самому.

 Держа одной рукой ее за талию, второй за руку, закружил в быстром танце среди других пар.

– Между прочим, танец ты мне задолжала еще с нашей первой встречи, – прошептал он, едва не касаясь губами ее уха.

Лили отчего-то порывисто вздохнула, словно ощутила его дыхание на коже и это еще больше выбило ее из колеи. Но ответила все так же с улыбкой:

– А мне кажется, я тогда расплатилась сполна.

Новый виток мелодии, и пришлось чуть отстраниться. Поворот, кружение и снова чуть ли не в объятия друг к другу.

– И чем же расплатилась? – усмехнулся Нэйтан. – Тем, что набросилась с поцелуями?

– Именно! – она тихо засмеялась. – И уж точно нет моей вины в том, что тебе не хватило сил отбиться.

– Не хватило сил? – даже не знал возмущаться или засмеяться.

Снова поворот, и в новом витке танца оказался позади Лили, прижимая ее к себе за талию. Плавные шаги вперед, назад, и вкрадчивым шепотом прямо ей на ушко:

– Придется мне на практике тебе доказывать, насколько ты не права.

– Пока что-то ни разу не удалось, – ее голос отчего-то дрогнул.

Ох, с огнем играешь, малышка…

Развернуть бы лицом к себе, жадно завладеть ее мягкими податливыми губами, и абсолютно все равно, что на виду у толпы…

Едва сдержал этот порыв.

В новом повороте танца вновь оказались лицом к лицу. И пусть в глазах Лили плясали хитрые смешинки, но легкий румянец на белоснежной коже явственно выдавал насколько и для нее это все волнительно.

– Учитывая твою дурную привычку исчезать в последний момент, у меня и шанса не было, – с улыбкой возразил Нэйт. – Но теперь горький опыт мне подсказывает, что наши встречи стоит начинать не с каких-либо слов, а сразу переходить к делу, пока ты снова не оставишь меня ни с чем.

И пусть подразумевал это вполне серьезно, но произнес ведь шутливо, чтобы она не восприняла, как истину. Только Лили отчего-то помрачнела. Тихо произнесла:

– Дэйт, мне нужное кое-что сказать тебе сегодня… Касательно нас…

– И что же?

Но она тут же пошла на попятную:

– Давай все же оставим серьезные разговоры на конец вечера.

– Согласен. Тем более я тоже хочу тебе кое в чем признаться.

И пусть она сначала рассердится на него за обман, но наверняка тот факт, кто он на самом деле, произведет на нее сильное впечатление. В конце концов, Нэйт уже получил то, ради чего солгал, – искреннюю симпатию Лили без оглядки на его титул и положение в обществе. Так что теперь можно и раскрыть перед ней все карты.

И это от неизвестного Дэйта она может бегать. А к графу Нэйтану из рода Дагрей она сразу же радостно упадет в объятия, без сомнений.