Глава 13

Прошла неделя, а градус заинтересованности Андрея в Янке так и не поднялся. Все те же прогулки, те же встречи с его друзьями. И колдунья совсем не чувствовала себя счастливой, хоть и получила все то, о чем так мечтала. Одноклассницы, собравшись группками, бросали завистливо недоуменные взгляды, с каждым днем поражаясь все больше.

Девушке бы радоваться и нос задирать к небу, а она ходит как в воду опущенная. И вечно недовольная. Уже все равно как-то на цветы. Даже элементарных объятий и заветного, того самого, первого поцелуя дождаться бы до старости. При чем, если наедине Андрей еще и мог взять Яну за руку, то в присутствии посторонних ломал комедию из разряда «я ее не знаю». Окончательно устав от этого театра одного актера, шатенка отправилась домой. К слову, ее спутник даже не заметил этого, слишком увлеченный разговором с друзьями.

А на крыльце бабушкиного дома ее уже поджидали насмешливые взгляды Марины и Ильи. Ребята ссорились из-за всяких пустяков буквально по щелчку и также быстро мирились. Чаще всего размолвка приключалась из-за нелепого высказывания юноши. Словно, чтобы еще больше привлечь внимание блондинки, он намеренно говорил что-то, что могло ее задеть.

— Ты бы еще ее за косички дергал! — как-то заметила Яна.

Сказав в шутку, не имея в виду ничего серьезного, она и сама не осознала, насколько близка была к истинной причине такого поведения друга.

— Ну, как прошло свидание? — грызя семечки, поинтересовалась Марина.

Колдунья протяжно простонала.

— Это все какой-то ужас! Неужели, приворот так работает? Я думала, он будет от меня без ума!

Больше всех забавлялся от этой ситуации Илья.

— Я, конечно, мечтал, чтобы этот индюк получил по заслугам. Но чтобы так… Мне его даже жаль! — хохотал он.

Яна бросила на друга негодующий взгляд.

— Сдался тебе этот приворот, — уже более серьезным тоном произнес юноша. — Отстань ты от этого несчастного. Ну, не нравишься ты ему, — и, не удержавшись, рассмеялся, — даже колдовство тут бессильно.

— Прекрати! — вступилась за сестру Марина и несильно толкнула парня в плечо.

Тот, все еще веселясь, перевел взгляд на блондинку.

— Может, тебе уже хватит семечек? Все зубы в черных ошметках.

Девушка тут же прикрыла рот рукой и обиженно пробормотала:

— А ты мне в зубы не заглядывай!

— Так оно само! — усмехнулся Илья. — Еще и на губе! Все городские такие неряхи?

Спешно вытерев рот, Марина порывисто встала и ушла в сторону огорода.

Яна только закатила глаза и вальяжно уселась на место сестры. Давно они вот так вдвоем с Ильей не проводили время. Переглянувшись, ребята тихо рассмеялись.

Вечер приглушал дневные краски. Воздух наполнялся стрекотанием сверчков, свободным от людского гомона. И жизнь представлялась тихой и размеренной в этот сумрачный час.

— Может, я сейчас дурость скажу, но что в Андрее такого особенного? Зачем тебе все это? — серьезным тоном поинтересовался Илья, глядя на подругу.

— А чем я хуже? — взвилась она. — На меня что, посмотреть нельзя?

— Но ты ведь сама понимаешь, что это все понарошку? Тогда какой смысл?

Колдунья обхватила колени руками и подтащила их к груди. Неожиданно было видеть ее такой уязвимой. Даже для Ильи, ее самого близкого друга, застать такой момент — большая редкость.

— Просто захотелось. Он же мне давно нравится. Наверное, хотела доказать всем, что я не неудачница! — не глядя на парнишку, призналась Янка.

— Почему тебе не плевать? Ты колдунья! Как-то не вяжется с неудачницей. Это остальные должны завидовать тебе! — внимательно глядя на девушку, произнес Илья.

Шатенка нахмурилась.

— Тебе просто никто никогда не нравился! — пробурчала она и не заметила, как взгляд друга скользнул к углу дома, за которым скрылась Марина.

Блондинка тем временем раздраженно переступала через грядки и пыхтела от негодования. Затем вернулась к дому и несколько раз прошлась от одного угла до другого. Наблюдавший за ней Александр, устроившись под своим уже излюбленным деревом, отложил книгу.

— Что с тобой происходит?

— В свою комнату хочу! — пробормотала досадливо Марина.

— Так иди, — не понимал проблемы юноша.

— Не могу! Там на крыльце Илья сидит! — раздраженно развела руками девушка.

— А отчего же ты сразу не пошла к себе?

— Потому что я разозлилась и не вообразила вовремя, куда иду! — повышая голос, сильнее заводилась блондинка.

— Он тебя опять обидел? — Александр поднялся и принялся отряхиваться.

Марина только кубы поджала.

— Вот я не понимаю! — сложила она руки на груди. — Мы же в самом начале хорошо общались! Да! Он и до этого странно себя вел, обижался из-за ерунды! Но сейчас — это просто невыносимо! Может, я ошибалась, и друзья из нас не выйдут? — в отчаянии задала вопрос блондинка. — Помоги мне залезть в комнату! Не хочу с ним пересекаться!

Подойдя к девушке Александр уставился на окно ее комнаты.

— Подсади! — скомандовала девушка.

— Это… Не думаю, что… — смутившись, прочистил горло вчерашний дворянин.

— Ну, пожалуйста! — канючила Марина.

— Хорошо, — не без внутренней борьбы сдался все-таки юноша.

Он как раз помогал блондинке вскарабкаться на подоконник, обхватив девушку за ноги, когда к ним подошли Яна с Ильей. Оба встали как вкопанные от такого зрелища.

— У вас все нормально? — хихикнула шатенка.

Смутившись, Александр быстро поставил Марину на землю. Та вскрикнула от неожиданности и поцарапалась локтем об угол подоконника.

— Прошу прощения! — искренне сожаления, обратился к ней вчерашний дворянин.

Девушка, шипя, озабоченно оглядывала царапину.

— Ой, да ерунда! — отмахнулась Янка, утягивая за собой сестру, и тут же принялась ей жаловаться на своего недопарня.

Блондинка слушала вполуха, все еще занятая своей рукой. Закатив глаза, колдунья нетерпеливо одернула сестру, требуя полного внимания к своей проблеме.

— Так брось его! — устало отвечала Марина, ставя чайник, предчувствуя очередной долгий разговор.

— Тогда моя жизнь вновь станет скучной и неинтересной! — протестовала Янка, падая на стул.

Блондинка только закатила глаза и приготовилась по сотому кругу выслушивать жалобы сестры на Андрея. Вот парадокс: и без него девушка мучилась, и с ним несчастлива. Просто потому что человек не оправдал ею же нафантазированные ожидания.

А в это время у парней состоялся свой душевный разговор.

Поднимая с травы книгу, Александр с интересом уставился на Илью. Искренняя благодарность за помощь в освоении современной речи располагала сердце дворянина к этому деревенскому мальчишке. Потому, посчитав себя обязанным отплатить добром за проявленную любезность, он произнес, легкой походкой приблизившись к другу:

— Пусть ты и талантлив в обучении, но по части женских сердец явно ничего не смыслишь. И я, твой покорный слуга, готов предоставить тебе необходимую помощь.

— И что я делаю, по-твоему, не так? — вспылил Илья.

— Зачем ты ее дразнишь? Подначиваешь? Девичья натура весьма уязвима для колких замечаний, особенно с нашей стороны, — разумно заметил Александр.

— А разве не Пушкин писал, что чем меньше девушку мы любим, тем больше нравимся мы ей? — скривился юноша.

— Почти точная цитата, — признал вчерашний дворянин. — Да только взята она из «Евгения Онегина». Это скорее самоучитель, напутствие, как не стоит поступать с понравившейся тебе девушкой. К тому же сам Александр Сергеевич просто боготворил свою жену. Называл ее «моя раскосая мадонна».

— Почему? — озадаченно поинтересовался Илья.

— Наталья Николаевна страдала одним занимательным дефектом, легким косоглазием. Но великий поэт, будучи столь сильно влюбленным, воспринимал его не как изъян, а как любимую изюминку.

— Если я еще и искать дефекты в Марине начну, она точно на меня никогда не посмотрит, — обреченно склонил голову юноша и понуро прислонился к деревянной стене дома.

— Тебе не недостатки ее искать надо, — твердо произнес Александр, — а осыпать комплиментами о ее достоинствах. Как еще девушка может понять, что нравится тебе? Не будь мальчишкой! — в порыве чувств хлопнул он друга по плечу.

Илья криво улыбнулся. И все же он был признателен за совет и зарождающуюся дружбу.

Яна же, как и было сказано сестре, несмотря на все свои жалобы касательно пренебрежительного отношения со стороны Андрея, все же наслаждалась своей ново ролью. Появились новые темы для разговоров. Хоть какие-то перемены по сравнению с привычной жизнью колдуньи.

Бабушке Липе, конечно же, о состоявшемся привороте ничего сказано не было. Сестры верно понимали, что старушка их за это по головке не погладит. По большему счету, девушки надеялись унести их маленький секрет в могилу, полагая, почему-то, что устроить отворот им удастся так же легко, как и влюбленность Андрея в Янку.

Как же они ошибались.

День, когда колдунья окончательно устала от отсутствия нежности и заботы со стороны Андрея, был до омерзения погожий. На небе ни облачка. Легкий прохладный ветерок разгонял поднимающийся от земли жар. Это был идеальный день во всех смыслах. И только Яна мрачнее тучи возвращалась домой.

Убедившись, что бабушка на огороде, она громко оповестила сестру:

— Все! Сил моих больше нет! Это не парень, а осел какой-то! Ишак! Индюк! — сокрушалась колдунья.

Марина заинтересованно подняла голову, отвлекшись от перебирания ягод, и уставилась на девушку испытующим взглядом.

— Ты уверена?

— Абсолютно!

— Ну, наконец-то! — с облегчением выдохнула блондинка, порядком уставшая даже от самого имени парня, через чур часто звучащее в стенах деревенского дома.

— Так, Янка! Чего прохлаждаешься? — сделала ей замечание вернувшаяся с огорода пожилая женщина. — Нагулялась со своим? — старушка принципиально не называла имени, выражая этим всю свою неприязнь и неодобрение к выбору внучки.

— Да, — буркнула колдунья.

— Вот садись и помогай сестре! — распорядилась бабушка Липа.

Сдержав раздражение, юная колдунья плюхнулась за стол.

Смерив Янку пристальным взглядом, пожилая женщина вернулась на улицу. Дождавшись, когда за старушкой закроется дверь, Маринка перегнулась через стол и заговорщицки зашептала:

— А ты можешь колдовство использовать? А то мы так и до завтрашнего утра не управимся!

— А ты сама? — с долей высокомерия насмешливо заметила Янка.

— Не получается! — с нажимом отвечала блондинка. — У меня ягоды вновь к веткам прикрепляются.

— Обратно на кусты? — не поняла колдунья.

— Да не! — Марина вытащила из-за спины ветку, уже обобранную. После ее заклинания она сама собой вырастала и приманивала ягоды смородины, а те и рады крепиться к ней. — Ну, давай! — взмолилась девушка.

— Ладно!

Яна оглянулась, выглянула в окно и, убедившись, что бабушка далеко и не обращает на них внимания, торопливо зашептала:

— Ягодка к ягодке, как подобное к подобному. Листья же с пыль обратитесь!

И красные ягоды действительно принялись группироваться вместе, а листва и прочая шелуха испаряться на глазах. Вот только одна беда. После того, как не осталось и листочка, ягоды тоже принялись рассыпаться. Сестры в ужасе перед бабушкиным гневом завизжали, повскакивали.

— Марина! Давай! — кричала Яна.

— Что? — хваталась за голову блондинка.

— Пожелай! Ты ведь не хочешь, чтобы от нас остались только рожки да ножки?

Маринка крепко зажмурилась, и ягоды вдруг перестали исчезать. В облегчении выдохнув, сестры упали на стулья.

— Скажем, что поели их, — оценивая ущерб, произнесла Яна, тяжело дыша.

Блондинка согласно кивнула.

— А теперь давай, расколдовывай Андрея. Мне такой парень сто лет не нужен! — милостиво разрешила колдунья.

Марина сдула упавшую на глаза прядку. Внимательно оглядела сестру.

— Вот прям точно?

— Да! — уверила ее девушка.

Кивнув, блондинка сделала глубокий вдох, выдох и зажмурилась. Колдовство у нее пока работало с переменным успехом, но, что касается желаний, девушке казалось, что принцип она уловила. Старательно поморщила носик. Открыла глаза.

— Вроде, все.

— Я опять ничего не чувствую, — пожала плечами Янка.

— Будем ждать.