Глава 18

Домовенок

Марат принес красивую куртку, подходящую мне по размеру. Судя по запаху духов, снял с кого-то из присутствующих девушек. Помог застегнуть, и нас как раз позвали на старт.

– Ничего не бойся, – успокаивает парень. – Держись крепче и не дергайся на поворотах. Поняла, Кузёнок? – Он тепло улыбается, поправляя на мне шлем.

Я только и могу, что кивнуть головой, которая стала раза в два тяжелее. Сажусь сзади, прижимаюсь к Марату. Через визор шлема отлично видно, где стоит Лекс со своей подругой. Таша явно опытнее меня в подобных мероприятиях. Она держится уверенно и тоже крутит головой по сторонам. Находит меня, открывает лицо и так многообещающе улыбается, что меня передергивает.

Звучат команды, байки выстраиваются на старте, рычат моторами. Все сосредоточенно смотрят вперед на мужчину с дымовой шашкой в руке.

Обратный отсчет.

Три… два… один… и шашка летит на землю. Как только она падает на асфальт и дым красиво расползается по дороге, мы срываемся с места, разрывая колесами сизую пелену на лохмотья.

Я не знаю, какая у нас скорость. Мы едем быстро. Очень быстро! Это захватывает дух и заставляет все тело дрожать от страха и восторга. Непередаваемое ощущение. Собственное сердце глушит, картинки перед глазами периодически смазываются. Впереди стремительно приближается искусственно созданный поворот, и я понимаю, что вот этот прямой кусок трассы был полной ерундой. Парням просто дали разогнаться. Дальше трасса усложняется. Она петляет между ржавыми бочками, какими-то баками, стопками резины. Марат отрывается от части соперников, но впереди нас еще двое. Один из них Лекс. Там вовсю идет борьба за лидерство. Марат отчего-то не торопится обойти их, хотя даже я чувствую, что может. Уже через три секунды я понимаю, почему. Лекс делает маневр, и его конкурент падает вместе со своей спутницей. Они прокатываются бортом по асфальту, а Марат добавляет газу и ровняется с Лексом.

Это спланировано? Черт, они реально подстроили аварию, чтобы вырваться вперед?!

Кручу головой, чтобы увидеть, что там у ребят. Как раз на последнем повороте успеваю заметить, что там все нормально. Команда соперника спокойно стоит на ногах.

А у нас преимущество. Марат и Лекс – команда. Их больше, а значит, они по умолчанию сильнее. Они могут договориться. Сзади нас догоняет еще одна сильная пара. Идут колесо в колесо. Я еще сильнее прижимаюсь к Марату, обняв его руками и удерживаясь бедрами. Понимаю, что сделала все правильно, потому что я видела этот отрезок трассы перед въездом, еще когда мы готовились к гонке. Думала, это так просто, было тут изначально, а нет, мы двигаемся прямиком туда. Змейка, на которой парням приходится сбавлять скорость, прямая для разгона и… невысокий, но черт бы его побрал, трамплин!

Зажмурившись, повторяю про себя: «Хоть бы проскочили. Хоть бы проскочили».

Мы едем, а потом летим, совсем недолго, одно мгновение и байк Марата снова на родном асфальте. Боже, мне кажется, я сейчас выплюну свое сердце! Оно бьется уже в горле. Сквозь вату в ушах слышу, как за нами останавливаются на финише остальные мотоциклы. Нас накрывает волна криков и свиста. Марат подхватывает меня за талию и снимает с байка. Стягиваю шлем, оглядываюсь. Он улыбается во все тридцать два.

Мы победили… Мы победили?!

– Мы выиграли, Домовенок, – подмигивает Мар.

Но я не успеваю порадоваться. На Лекса налетает тот самый парень, который упал на своем байке.

– Это было грязно, Лекс! – он агрессивно скалится и толкает его ладонями в грудь. Лекс по инерции делает несколько шагов назад.

– Ты сам неправильно входил в поворот, Феникс! – орет в ответ Лекс. – Я, считай, тебе байк спас!

– Благодетель херов! Я тебя просил?!

– В следующий раз пропусти его, пусть переломается, – пожимает плечами Марат, вмешиваясь в разборки. – Расслабься, птичка, мы бы тебя сегодня все равно сделали.

– Второй раз, – ржет Лекс. – Сдаешь позиции, Феникс.

– Я реванш хочу! С тобой! – Он тычет пальцем в грудь Лекса. – Слабо выйти на трек один на один и посмотреть, кто сдает?

– Легко. Когда? – Я и не сомневалась, что Лекс согласится.

Марат зовет организаторов. Определяют дату, время, сложность трассы, которую будут создавать, ставки. А рядом со мной встает Таша. Делает вид, что сосредоточена на разговоре парней, но пришла она явно ко мне. Стоит молча, давит своим присутствием. А там Марат забирает выигранные деньги и почти все отдает обратно организаторам. Насколько я смогла уловить, это их процент и залог на следующий заезд нашего Лекса и этого Феникса.

Закончив с формальностями, парни жмут друг другу руки и рассыпаются по своим компаниям.

– С победой, – Лекс проходит мимо меня, забирает с собой Ташу и скрывается с ней в толпе.

– Он поддался, – признается мне Марат. – Мог вперед выйти, но сбавил скорость и пропустил нас с тобой.

– Зачем?

Мар на мой вопрос только странно улыбается и ерошит ладонью мои и так растрепавшиеся волосы. Косички приходится переплетать.

Народ после гонки никуда не расходится. Пьют пиво, общаются, слушают музыку, катаются, выделывая разные трюки. Один парень демонстрирует езду на одном колесе, опасно поднимая то заднее, то переднее чуть ли не на девяносто градусов. Потом двое синхронно жгут резину, оставляя на асфальте черные отметины. Девчонки визжат от восторга. Я тоже не без восхищения наблюдаю за настоящим шоу.

В свои гаражи возвращаемся втроем. Я думала, Лекс уедет с Ташей или привезет ее к нам, но они попрощались еще там, на трассе. Он посадил ее к кому-то в машину и умчался вперед. Мы догнали его уже в городе. Остановились возле круглосуточного магазина. Парни взяли еще пива, сигареты, сок для меня, и всякой мелкой закуски: соленые орешки, пачка чипсов, шоколадка.

Добравшись до дома, загнали мотоциклы и устроились на улице за столом. Я хотела сбежать, но не смогла отказать Марату и осталась с ними.

– Поздравляю с твоей первой победой, Домовенок, – произносит он, поднимая вверх открытую бутылку пива.

– Это была твоя победа, – стукаюсь стаканом сока о темно-зеленое стекло.

– Наша, – подмигивает Мар и делает большой глоток.

Лекс поддерживает. Пока я зеваю, они эмоционально обсуждают сегодняшнюю ночь и предстоящий реванш с Фениксом.

– Он обязательно что-нибудь устроит, – Марат делает еще пару глотков пива из бутылки.

– Угу, – кивает Лекс. – Но мы же с тобой тоже не пальцем деланные. И его я не первый день знаю. Ты видел, он сам ошибся. А наша с тобой схема просто удачно сработала и спасла ему мотоцикл, а может и шею.

– Согласен, но птиц все равно не простит падения. Еще и с подругой на борту. Это ж двойное унижение, считай. Плюс прошлая гонка. Лекс, он, пиздец, какой злой на тебя.

– Разберусь. Леся, спать иди, – бросает мне, – пока тут не вырубило.

– Я просила! – слишком громко грохаю стаканом об стол.

– Иди, я сказал! – его глаза опасно сужаются.

«Да пошел ты», – фыркаю мысленно и ухожу.

Спать после его «Леся» моментально перехотелось. Ситуацию исправил только теплый душ и плюшевый заяц. Устроившись на диване, обняла игрушку, уткнулась носом в мягкую макушку между очень длинных ушей и практически уснула. Вздрогнула, услышав шаги и тихий мат. Открывать глаза совсем не хочется. Лекс опять обо что-то споткнулся. Тесно у нас тут сейчас, ему непривычно.

Он пошел в душ. Доносящийся до меня звук льющейся воды, успокаивает, а дурацкие мысли рисуют его голого под струями воды. Еще сильнее прижимаю к себе зайца, жмурюсь, выгоняя из подсознания этот образ, а следом за ним и самодовольную ухмылку этого гада.

Вода прекращает литься. Снова шаги, шорох одежды. Супер. То есть одеться в душе он не мог?

Ах да, я же сплю.

Снова шаги. Вот чего ему не спит… Какого черта он уселся на моем диване?! И что дальше? Будет сидеть? А спать я сегодня буду?

От его близости, такого знакомого запаха геля для душа только успокоившееся после адреналиновой встряски сердце снова начинает буксовать и захлебываться. Это очень жестокая пытка, чувствовать его рядом без единого шанса на что-то большее. А он все не уходит. Двигается ближе, прикасаясь голым бедром к моим ступням. Дергаю ногами, чтобы убрать их ближе к спинке. Лекс хмыкает, двигает еще. И вдруг я начинаю гореть. Вся. Он прикасается пальцами к моей щеке и под этим касанием под кожей расползается настоящий огонь. Он быстро распространяется по всей площади моего тела, а Лекс продолжает почти невесомо гладить меня. Трогает волосы, смотрит внимательно. Я же все чувствую! И взгляд его тоже! Но глаза не открываю. Как дурочка ловлю эти его прикосновения. Они очень нежные, совсем нетипичные для этого грубого придурка.

– Моя маленькая хрупкая девочка, – шепчет он.

Встает, наклоняется и прижимается губами к моей щеке. Прямо туда, где секунду назад были его пальцы.

– Спокойной ночи, мое наказание, – его губы обнимают мои, делая их влажными.

Я распахиваю глаза, а он резко отшатывается, встает, поворачивается ко мне спиной и ложится на свою кровать, оставляя меня опять в полной растерянности.