Глава 11
Поднималась к себе со стойким ощущением, что упускаю во всей этой истории что-то важное. В том числе и для меня самой.
Жаль, подумать об этом обо всем прямо сейчас времени не было.
Я и так заставила мать короля ждать дольше, чем это было допустимо. А она даже не разозлилась… Они там, конечно, не скучали, пили чай, ели арнеарские сладости, и вся гостиная была завалена эскизами и лоскутками ткани. Однако мне все равно должно было влететь. Но не влетело. Странно это.
Не знаю, можно ли называть эту женщину королевой, но она оказалась очень приятной. Гораздо лучше, чем мама Шантии. И красивее.
А может, все дело в том, что в Арнеаре Лейилин — это просто имя, а я рисую знаки, которые всем нужны. И я нужна. Из-за них.
Впервые об этом задумалась.
Тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, поставила смартфон на зарядку и пошла в душ. Смыть с себя засохшую кровь, влезть в чистые джинсы и топ и идти вниз. Надеюсь, там еще осталось что-нибудь из еды, а то желудок не в первый раз сообщает, что неплохо бы его заполнить.
Беспрепятственно осуществить удалось только первую часть плана.
Когда я вернулась в комнату, придерживая полотенце на груди, на моей кровати сидела Шантия. И вид у нее был не слишком довольный.
— Что ты тут делаешь? — так получилось, что я первая заговорила. — Ты оставила свою влиятельную гостью?
На секунду она даже смутилась.
— Меня отправили посмотреть, как ты тут.
Уходить она, похоже, не собиралась.
Ладно, я и при ней одеваться могу.
— Я готовилась заступаться за тебя и испортить отношения с будущей свекровью, — медленно выговорила Шантия, сверля меня взглядом.
Я постаралась быстрее натянуть одежду, а то как-то даже неуютно себя почувствовала.
— Она милая, — заметила осторожно, распуская волосы. На них попало немного воды, но тратить время на то, чтобы высушить и уложить их, было жаль. — Тебе повезло.
Шантия кивнула, но напряжение никуда не ушло.
— Знаешь, меня уже начинает доставать, что ты такая ценная и тебе все сходит с рук, — буркнула она и встала.
Вовремя, я уже почти готова.
Была.
Пока не застыла с расческой в руках и приоткрытым от возмущения ртом.
Слова, впрочем, нашлись быстро, всего через несколько секунд:
— Серьезно?! — голос сорвался на шипение. — Зато меня можно отправить к колдунье, чтобы прикрыть свою маленькую оплошность!
Желание стукнуть ее становится крепче с каждым днем!
— Ты сходила? — тон Шантии изменился.
Я положила расческу, окинула взглядом бледную мордашку в зеркале — хорошо, что невеста у нас Шантия и мои круги под глазами королеву не волнуют.
— Пошла, но по пути подслушала, что колдуны готовят нападение во время праздника, а потом меня перенесло за пределы города, — выдала ей чистую правду. — Завтра схожу к твоей Согжетте.
Мы вышли из комнаты.
— Ой… Лэли, ты в порядке?!
— В полном.
— А…
— Но не могу связаться с Дэном, а мне нужно предупредить его, — это сейчас было важнее обид, усталости и высокопоставленной гостьи, сидящей внизу.
Шантия зависла на секунду, даже остановилась… а потом выдала вполне очевидный совет:
— У нас в гостиной сидит мать короля. Ты можешь все рассказать ей.
Отличный план за неимением какого-нибудь другого.
Да, я помнила, что Ийяр упоминал какую-то «его королеву». И железно знала, что речь шла не о женщине, приехавшей к нам в гости. Ей он планировал испортить праздник, это звучало в конце. Видимо, дядя Зейна присмотрел какую-то особу, которую ему мечталось видеть рядом с собой на троне.
Надеюсь, она подходит ему по возрасту.
— Попытаемся, — озвучила свое решение я.
Мы наконец спустились.
Мать его величества ни единым движением не показала, что ожидание ее напрягло.
— Еще раз извините меня, — обозначила свое появление я. — Обычно я нормальная. Честно. И… я обещаю не создавать проблем своим присутствием.
Хотела сказать не совсем это, но разнервничалась, и получилось как-то криво.
Сегодня я королева косноязычия и нелепых ситуаций!
И я себе явно польстила. Не только сегодня, а вообще в последнее время.
Знаки виноваты.
Но будущая свекровь Шантии от души рассмеялась:
— Что ты, детка, можешь создавать проблемы в любое время. Ты такая живая! — Она подвинулась, освобождая больше места на маленьком диванчике. Явно для меня. — Кстати, я тоже хороша, забыла представиться. Но это оттого, что я сама иногда путаюсь в своих именах. Они такие длинные и их так много… Есть старое, из прошлой жизни, то, что дал мне прежний король, и новое, которое я взяла себе сама, когда стала свободной. Но дома меня зовут Норин.
С Шантией она явно знакомилась в стандартных обстоятельствах, поэтому отвечала опять я:
— Рада знакомству, госпожа.
— Ай, давайте без госпожи, девочки! — Она взмахнула изящной ладонью, и свет, льющийся из окна, заставил камни в ее кольцах засиять. — В семье не должно быть глупых церемоний. К тому же во дворце мне особенно не с кем поболтать, местным женщинам нельзя доверять. Остаются только мои мальчики, но с ними не все обсудишь.
Внутри что-то болезненно сжалось.
И воздух перед глазами поплыл. Я почувствовала себя знакомо неустойчивой и приготовилась некрасиво рухнуть на диван… но через секунду все прошло, а никакой знак так и не появился.
— Вам, наверное, очень одиноко.
За эти слова я получила от Шантии тычок локтем в бок.
Увы, меня не учили быть правильной арнеарской девушкой.
Точнее, я бессовестно игнорировала эти занятия.
— Надеюсь, мы с вами подружимся, — пожала плечами Норин.
Лучше сказать сейчас. Для плохих новостей не бывает идеальных моментов.
Я села на освободившееся место и прямо и открыто посмотрела на мать короля:
— По дороге сюда я видела колдунов. Знак помог мне. Теперь я знаю, как они скрываются от дронов, — говорила осторожно, подбирая слова и одновременно стараясь ничего не упустить. — Они превращают людей в послушных зомби и, насколько я поняла, готовят нападение на дворец во время праздника.
Звенящая, почти осязаемая тишина висела над гостиной, кажется, целую вечность.
М-да, наверное, не следовало говорить при модельерах, портных и всем прочем собрании.
— Извините за плохие новости, — добавила тихо. — Просто я не смогла дозвониться до Дэна.
Шантия была бледна, неподвижна, и казалось, что стоит до нее дотронуться, она рассыплется на кусочки. Норин тоже походила на закаменевшую статую, но взяла себя в руки быстрее. Видимо, жизнь во дворце ее многому научила.
— Зато теперь я точно знаю, что тебе можно полностью доверять, — невесело пошутила она. — Спасибо, я все передам сыну.
Выдохнула.
Главный результат достигнут.
— Он отменит праздник?
По красивому лицу скользнула тень грусти, но мать Зейна быстро убрала оттуда лишние эмоции.
— Сомневаюсь.
— Но…
Неожиданно она погладила меня по плечу, впрочем, тут же отдернула руку.
— Он весь в отца, такой же самоуверенный и упрямый. — Короткий взгляд на Шантию, и королева осеклась. — Но у него доброе сердце, хоть он и старается его не слушать. Вот мой младший сын совсем другой…
Постепенно все вошло в нормальную колею. Поймав несколько моих взглядов в направлении расставленных на столе сладостей, Норин распорядилась принести бутерброды. И бодро трещала о нарядах, предстоящем празднике и достоинствах своих сыновей, пока напряжение не схлынуло.
Пока я ела, решали вопрос с нарядом Шантии.
В арнеарских традициях существовали специальные наряды для обручения — широкие черные платья с добавлением блестящего кружева любого цвета. Шантия, естественно, выбрала розовый. И сейчас терзала модельеров еще одним платьем, которое будет под полупрозрачным традиционным. Оно позволяется абсолютно любое.
Надо заметить, модельеры пришли в восторг от эскиза Шантии.
Мать жениха иногда бросала на нее одобрительные взгляды, но больше была сосредоточена на мне. Болтала о всякой ерунде, а потом вдруг интересовалась моим мнением. Или спрашивала обо мне самой и жизни в Эстергарде. Ничего такого, но аппетит пропал гораздо раньше, чем я действительно наелась.
Когда я вымыла руки, у Шантии отобрали часть команды и переключили на меня. Больше жест вежливости, учитывая, что на помолвке я буду всего лишь гостьей. Но мне тоже решили сшить наряд для этого случая и отказа не приняли. Пришлось смиренно стоять, пока снимали мерки, и соглашаться на идею Норин насчет элегантного платья из лилового кружева. Оно заканчивалось чуть выше колена, что могло шокировать местную зашоренную общественность, но мать короля и сама собиралась явиться в чем-то современном и неброском.
В общем, несмотря на немного нервное состояние из-за событий почти прошедшего дня, мне все понравилось.
Хорошо все-таки, что я не невеста. Потому что Шантии пришлось еще и наряд для брачной ночи выбирать!
Зачем вообще для этого нужен наряд?
Я бы сгорела от смущения!
Но она получала удовольствие от процесса. Что ж, это главное.
— Она — прелесть, — с улыбкой заметила будущая свекровь.
Улыбнуться в ответ требовали приличия.
Это она будущую родственницу еще только с хорошей стороны видела.
Что-то я сегодня непривычно вредная…
— А ты почему не носишь колечко? — Гостья ловко поймала мою руку.
Сгорать от смущения все же пришлось.
Откуда ей вообще известно?!
— Оно мне велико, — пробормотала смущенно. — Крутится на пальце, и с ним неудобно.
— Велико? — Она почему-то удивилась. — Не мало?
— У меня пальцы тонкие. — Высвободившись из ее хватки, я повернула ладошку так, чтобы на нее лучше падал свет. — Видите?
Мать короля неуловимо погрустнела и издала тяжкий вздох.
Кажется, я ее чем-то огорчила.
Утром принесли букет белых роз, который еле прошел в дверной проем, и коробку со сладостями, и весь завтрак Шантия трещала о том, как ей хочется побыстрее посмотреть на жениха, какой у него приятный голос и… Зейн, Зейн, Зейн. Я скрывала кривую улыбку, но, вообще-то, тоже пребывала в неплохом настроении. Потому что, проснувшись, обнаружила сообщение от Дэна: «Информацию получил. Люблю и дико скучаю. Д.». И хотя на попытку перезвонить монотонный голос опять рассказал, как сильно недоступен сейчас абонент, я расслабилась.
Есть шанс, что все будет хорошо.
Теперь надо позаботиться о Шантии.
— Говорят, недалеко от побережья есть искусственные острова, там вся тусовка, — сообщила Шантия. Разобравшись со своими мыслями, я начала воспринимать ее болтовню не только слухом, но и разумом. — Было бы здорово поехать туда. Интересно, арнеарским женам полагается медовый месяц? А если вы с Дэном тоже быстро поженитесь, мы могли бы поехать все вместе.
— На месяц точно можешь не рассчитывать, — хмыкнула я. — И тебя уже перестало смущать, что он тебя старше?
Шантия тихонько засопела, но через секунду зарылась носом в один из пышных бутонов, и настроение ее так и не испортилось.
— Лэли, ты отвратительно неромантичная!
— И не говори.
Почему-то стало смешно.
А выражение ее глаз вдруг стало умоляющим:
— Ты его видела?
— Ну… — Наверное, можно сказать. — Да.
— И как он?
Жадный блеск в темных, как мои собственные, глазах вызвал новую улыбку.
— Симпатичный. И в короне.
А еще очень похож на Дэна.
И мне это не понравилось.
Стоп. Помню, в каком-то нелепом фильме видела, как близняшки вышли замуж за близнецов. Тогда это показалось даже милым.
Но не сейчас.
— Лэли, ты вообще девушка?! — взвыла Шантия. — А подробности? Во что он был одет? Как держался? Какое у него выражение лица? Как он смотрит? Как говорит?
Кажется, ей до дрожи хотелось меня встряхнуть.
Знакомое чувство.
— Я видела его пару секунд и то на видео, — немного раздраженно отозвалась я. — И так удивилась, что, кажется, только корону заметила, и ту не могу толком описать. К тому же я не просто девушка, я — Лейилин. Как минимум в прошлом. И поскольку мы прояснили этот момент, пойду-ка я к твоей колдунье.
Раз уж завтрак нас обеих в равной степени сегодня не интересовал, пора переходить к делам насущным.
И да, это был побег.
Я сама точно не поняла, от чего.
До Старого Города меня, как всегда, сопровождали мальчишки. Я их уже знала по именам и иногда по дороге мы болтали о какой-нибудь ерунде.
Оказавшись по ту сторону стены, первым делом заглянула к дяде. Он корпел над очередным рисунком, но не на человеческом теле, а на обычном альбомном листе. Сжав губы от усердия, тщательно выводил каждую линию, кое-где добавлял краски, чтобы было жирнее, действовал медленно… но все равно сбивался, бормотал что-то недовольное и поверху рисовал другой знак, обычной водой из стоящего рядом стакана. Лист вновь становился чистым, и Мастер принимался рисовать заново.
— Это чтобы убрать неудачное изображение? — проявила любопытство я, когда он очистил лист в третий раз за время моего присутствия. — Удобно.
— Работает и со старыми тату, — поделился знаниями он, поднимая глаза на меня. — Как вчера прошло? Я думал, ты вернешься ко мне от Согжетты.
Пришлось устраиваться на старом стуле и повторять эту историю в третий раз.
Честно говоря, уже поднадоело.
Как и влипать во всякую дрянь.
— Прости, это я виноват, — покачал головой дядя. — Если придешь к колдунье с сопровождением, она решит, что ты ей не доверяешь, затеваешь что-то, и не станет тебе помогать.
— Значит, вторая попытка. — Я встала. — Сегодня я постараюсь не теряться и не обращать внимания на всплывающие знаки.
Сказать проще, чем сделать. Но не стоит об этом.
— Удачи.
Я уже направилась к двери, но дядя вспомнил о чем-то важном:
— Вчера, ты только ушла, ко мне заходил твой парень. — Слова, прилетевшие в спину, заставили меня остановиться. — Он куда-то улетал, так что не смог тебя дождаться. Но знаешь… хоть он и беспокойный, излишне горячий и упрямый как мул, он, кажется, правда любит тебя.
Вот как? Не замечала за Дэном большей части этих недостатков.
Впрочем, пожилым людям свойственно ворчать и придираться.
— Я тоже его люблю, — отозвалась беззаботно и наконец отправилась к Согжетте.
Как до нее добраться, помнила из вчерашнего объяснения, новое не понадобилось. Петлять по узким улицам сегодня получалось удивительно легко, внутри не царапалось никаких предчувствий, знаки наружу не просились, я щурилась на яркое солнце, немного скучала по Дэну и ждала с нетерпением возможности вернуться в дом дяди и начать составлять запланированный каталог. Когда возникнет необходимость в очередном знаке, хочу просто открыть тетрадь и срисовать его, а не ждать чуда.
Трехцветная кошка спрыгнула с чьего-то подоконника, подбежала и потерлась о мою ногу, немного обшерстила джинсы.
— Спасибо, дорогая, — фыркнула я.
С видимым чувством выполненного долга наглая живность улеглась на крыльце, махнула хвостом и громко заурчала.
Старый Город вчера показал мне свои самые отвратительные тайны. И, похоже, я прошла проверку, справилась, потому что сегодня уже чувствую себя здесь почти своей.
Хотя собственный салон тату предпочла бы открыть где-нибудь в туристической части острова…
Колдунья жила в каменном доме привычного уже песочного цвета. Вокруг него буйно цвели красным низкие кусты, а на крыльце беспечно валялась рыжая кошка, которая при моем появлении открыла один глаз, но сразу и закрыла. Особого интереса гостья у нее не вызвала.
— Входи, чего жмешься! — донеслось из-за плотно закрытой двери. — Или хочешь, чтобы вся улица узнала о твоем визите ко мне?
Соблазнительная перспектива, ничего не скажешь!
Но я задержалась на пару секунд, чтобы повертеть головой по сторонам — где-то здесь должна быть камера, как-то же она меня увидела…
Камеры не было.
Зато кошка все-таки соизволила проснуться и теперь сканировала меня двумя зелеными и абсолютно круглыми глазищами.
Поднимаясь на крыльцо, я не удержалась и погладила ее.
Настоящая, живая, теплая, даже мурлыкающая домашняя живность.
А я чего ждала?
Так и не определившись с ответом на этот вопрос, толкнула дверь.
— Сюда проходи, — прилетел из недр дома голос.
Звук растаял, но я безошибочно пошла на него, словно в моих руках осталась путеводная нить.
— Простите, я немного растерялась, — пробормотала, входя в помещение, где принимала колдунья.
— Значит, не так уж нужна тебе моя помощь. — Она всматривалась в большой лиловый шар на подставке из черненого серебра.
Пф! Можно подумать, я поверю, что она там правда что-то видит!
— Ну… она вообще-то не мне самой нужна.
Комната для приема посетителей была отведена просторная, и, несмотря на огромное количество всяких колдовских штучек, здесь царило подобие уюта. Стены обили деревянными панелями теплого коричневого цвета, большие окна закрывали тяжелые шторы, горели светильники, внутри которых будто бы кружились звезды. Неярко, но тем не менее они давали достаточно света. Вдоль стен выстроились шкафы с книгами и колдовской ерундой. Там было все: от засушенных растений до звериных черепов. Надеюсь, что только звериных. В центре помещения стоял рабочий стол с тем самым лиловым шаром, книгой, заполненной от руки, ароматическими свечами, картами и какими-то травами, разбросанными по столешнице. Кресло для колдуньи — рыжеволосой, очень смуглой женщины лет сорока… на вид, с неопределенной из-за балахона, в который она была одета, фигурой — и два таких же старых и слегка потертых кресла для посетительниц, с атласными подушечками на сиденьях. Запах трав, приглушенный свет, свечи или проникновенный взгляд самой Согжетты — было здесь что-то умиротворяющее…
Только поймав себя на переменах в настроении, я поняла, что хозяйка уже с минуту внимательно смотрит на меня.
Моргнула. Настроение вернулось на место, и реальность стала восприниматься отчетливее.
— Садись и рассказывай. — Колдунья указала на одно из кресел.
Проследив взглядом за ее рукой, все пальцы которой были унизаны крупными кольцами, я решила, что отступать поздно, и заняла предложенное место.
Признаться в цели визита получилось удивительно легко. Я не лгала и почти не ощущала неловкости. При всем желании вряд ли смогу ее чем-то удивить.
Так и получилось.
Дослушав до конца, Согжетта вытащила из нижнего ящика стола баночку с мазью, пузырек масляных духов и… э-э-э… прозрачную «таблетку» из тонкого стекла, заполненную чем-то темным.
— Значит, так, — деловито начала объяснять она. — Мазью пусть твоя сестричка намажется, и ее жених не поймет, что она уже не девушка. Духи на ее усмотрение. Если решит использовать, пусть будет поосторожнее, он может голову потерять. Сильная штука, вызывает бешеное сексуальное желание у мужчин. Но зато ему будет плевать, невинна она или нет. Но еще раз повторяю, осторожно. И использовать лучше только в первый раз. Они как наркотик, могут вызывать сильную зависимость. И главное: таблетку надо прилепить на сорочку с внутренней стороны. Она раздавится, будет всем желающим подтверждение девственности. Смотри ничего не перепутай!
Небо…
Так, Лэли, челюсть придерживаем и соображаем!
— А если не раздавится?
— Раздавится!
— А вдруг…
Нежная улыбка на смуглом лице колдуньи смотрелась чуждо.
— Детка, я несколько десятилетий помогаю невестам. Все пройдет как надо, магия свое дело знает. — Улыбка стала жестче, острее и вместе с тем… естественнее. Колдунья добавила: — Мне невыгодно тебя подводить. Обязанный тебе Мастер Знаков в Арнеаре поинтереснее, чем даже королевская милость.
Она права. Здесь это так работает.
Когда я уже привыкну?
— Спасибо.
Чуть подрагивающие пальцы сгребли бумажный пакет.
Колдунья кивнула и взглядом указала на дверь. Пора и честь знать. Или к ней скоро должна прийти другая посетительница. Я встала и направилась к выходу, но она вдруг заговорила вновь:
— Жених подарил тебе колечко? Красивое.
Но привлекает слишком много внимания. Вчера мать короля, сегодня эта.
— Да. Я тоже невеста.
Ей-то что?
Мне ее помощь не нужна!
И все же я застряла между столом и дверью. Что-то останавливало от того, чтобы прямо сейчас уйти.
— Оно одно такое в Арнеаре, — как-то мурлыкающе сообщила колдунья.
В сердце словно змея ужалила.
Небо…
Нет.
Ни за что!
— Вы хотите его?.. — дрогнувшим голосом начала я, но Согжетта перебила.
Сначала смешком, потом словами:
— Нет. Конечно, нет. Не все колдуны подлые!
Стало немного совестно, но все равно не по себе.
Чего тогда прицепилась?
— А он рассказал тебе легенду? — в голосе колдуньи отчетливо слышалось коварство.
Может, и не все колдуны подлые, но они без исключения неприятные личности.
— Дэн — современный человек, вряд ли его интересуют старые сказки, — терпеливо объяснила я.
— Ах Дэн, — прищурившись, протянула колдунья. — Что ж, тогда я расскажу. Я сказки обожаю!
Может, не надо?
Я хочу уйти.
Но раньше чем я успела хотя бы рот открыть, она продолжила:
— Один к… кхе-кхе… В общем, один богатый и родовитый арнеарец не хотел иметь целый дом жен и наложниц, которые бы постоянно соперничали за его внимание, враждовали, устраивали склоки и толкали своих детей к наследству. Он хотел жениться на одной, иметь детей только от нее и жить спокойно. Хорошее желание, правда? Но приверженцы традиций были против, к тому же остро встала проблема выбора подходящей девушки. Он долго присматривался к девушкам при дворе, пока в конце концов не влюбился. Я уже сказала, что он был богат и родовит? Ни одна не откажет такому. И невеста согласилась. Но счастливый жених желал точно знать, чем продиктован ее выбор: чувствами или расчетом. — Согжетта остановилась, перевела дыхание, облизала губы. — Он был колдуном. И в ночь перед свадьбой сделал для любимой особенное кольцо. Он задумал, чтобы оно передавалось из поколения в поколение в его семье, а еще зачаровал его особым образом. Оно проверяет чувства. Если любовь подлинна и взаимна, кольцо сядет на пальчик как влитое. Если жених любит, а невеста не разделяет его чувств — просто не налезет. Ну а если девушка любит не взаимно — будет ей велико. Свалится. Чудесная придумка, да?
Я покрутила на пальце кольцо.
Оно не спадало, но…
Бред. Никто не верит в такие глупости!
У меня просто пальцы худые.
— И что было дальше? — спросила осипшим голосом.
Холодно. Мне почему-то стало жутко холодно.
— На свадебной церемонии колечко не налезло на пальчик невесты, — вздохнула Согжетта, и чтобы чем-то занять руки, передвинула на столе шар и книгу, меняя их местами. — Можешь идти, я сказала все, что хотела.
Желание дослушать не отпускало.
— А потом? — спросила дотошно. — Они поженились или нет?
— Нет. — Колдунья погрустнела и… это было искренне. — Брак не состоялся… скажем так, девушке пришлось жестоко расплачиваться за свой обман. Создатель кольца еще какое-то время искал истинную любовь, но не нашел, завел трех жен, толпу наложниц и жил так, как жили его предки.
Я сглотнула вставший в горле ком.
— Жаль…
— Это печальная сказка, девочка. Среди арнеарских историй почти не попадается счастливых финалов. — Впрочем, Согжетта поспешила исправиться: — Но одна задумка того человека все же сбылась, кольцо стало передаваться в его семье по наследству, и некоторым его потомкам с помощью необычного украшения все же удалось найти свою судьбу. В общем, не все так плохо, если вдуматься. Хоть и не с тем, и не так. Ладно, беги, а то у меня там посетительница битый час блуждает, все не может никак найти мой дом!
Оказавшись на улице, я некоторое время просто дышала. Рассказанная колдуньей история задела за живое. И когда я стала такой впечатлительной? Рыдания перестали душить минут через пятнадцать. Я осторожно двинулась вниз по узкой улочке, без труда вспомнила путь к дому дяди… и скоро натолкнулась на девушку, скрывающую лицо под традиционным плащом песочного цвета. Пришлось указать ей дорогу к жилищу Согжетты.