2. Лейла

— Стой! — тётя Эмине пыталась догнать меня.

Но едва ли ей удастся это сделать, и дело не в больных ногах, на которые постоянно ссылается, просто кому-то нужно поменьше есть, особенно сладостей.

— Стой, паршивка-а-а! Найду — тебе же хуже будет… — снова послышалось вслед.

«Это ей хуже будет. Точно от отца влетит, если он узнает…» — вот, чего боится. Только собственный покой заботит.

Она говорила что-то ещё, но я уже не обращала внимания…

Быстро выбежала на задний двор дома, где раскинулся потрясающий сад, который полюбился сразу — пожалуй, только ради этого стоило сюда переезжать. Недолго думая, залезла на ближайшее дерево, оно не высокое, зато с пышной густой кроной, тут можно спрятаться, и вряд ли тётя догадается искать меня на ветке.

Я притихла.

«Надеюсь, хоть несколько минут побыть в тишине и одиночестве…» — устала от взглядов, бросаемых в мою сторону. А откровенные обсуждения достали вовсе: «как хороша невеста», «как повезло жениху», при этом называли не иначе как «лунный цветок».

Такой излишний интерес утомил, поэтому сбежала, воспользовавшись необходимостью отлучиться в туалет. Да тётя Эмине всегда начеку, ходит за мной по пятам… Вот только я быстрее.

Сегодня состоялось обручение.

К нам нагрянула толпа людей, в основном, родственники жениха. Мужчины в одной комнате собрались, женщины в другой. С будущим мужем я пока не знакома и, по одной из старых традиций, до свадьбы мы не увидимся. Но мне абсолютно всё равно — кто он и как выглядит, он даже здесь не присутствует. От имени жениха помолвочное кольцо на мой палец надела его бабушка. А после все гости завалили меня подарками.

Всё это с радостью променяю на свободу и учёбу, но отец не захотел даже выслушать. И я в очередной раз убедилась, что торопится он устроить мою судьбу не просто так… Не о такой жизни мечтала… не о такой…

— Лейла!

«А вот и тётушка появилась» — смотрю на неё сквозь ветки, и не могу не улыбаться. Пусть ещё побегает. В доме много укромных мест, которые успели мне приглянуться. Привычка убегать и прятаться — осталась с детства, и к играм это не имеет отношения…

Она оглядывается по сторонам, тяжело дышит.

— Лейла! Где ты?!

«Ага, так я и сказала».

— Ох, и повыдираю тебе космы… паршивка этакая… ведьма синеглазая… — прошипела тётя подобно змее. И ушла обратно в дом.

«Ведьмой обозвала» — дело плохо. Сильно разозлилась, значит.

Сейчас посижу немного, передохну, потом спущусь с дерева и незаметно проберусь в свою комнату. Надоело мне общество будущих родственниц, от их хвалебных од уже воротит.

— Долго будешь там сидеть? — прозвучал мужской голос.

Я вздрогнула от неожиданности, а в следующую секунду полетела с ветки вниз. И упала точно в руки незнакомца.

— Любишь прятаться, Лейла? — спросил он, крепко прижимая к себе.

Наши лица оказались в непростительной близости друг от друга, но в тот момент не думала о приличиях и допустимом поведении, заворожённая глазами мужчины — удивительного золотисто-зелёного оттенка. Они ярко смотрелись на фоне загорелой кожи, чёрных густых ресниц и таких же тёмных волос.

Он тоже с интересом уставился на меня, пристально изучая и блуждая взглядом по лицу. Но при этом как-то странно улыбался: нечто хищное и пугающее отражалось в улыбке.

Это быстро отрезвило.

— Вы кто? — наконец, очнулась я, и стала вырываться.

— А ты догадайся… — незнакомец усмехнулся над моими жалкими попытками освободиться. Затем поставил меня на ноги, хотя из объятий не выпустил, выкрутил руки за спину таким образом, что я уткнулась в его грудь носом.

— Да что вы себе позволяете? — взглянула на него, и снова безуспешно дёрнулась в тугом хвате.

— Своими телодвижениями ты только провоцируешь меня… — он изогнул бровь, а его губы опять растянулись в хищной улыбке.

«Провоцирую? И как это понимать? Откуда этот тип вообще взялся?».

— Отпустите…

Если кто-нибудь застанет нас в таком виде, репутации конец. Ни один посторонний мужчина ко мне не прикасался прежде. Как объясню отцу? Обручение вовсе могут расторгнуть — такому исходу я обрадовалась бы, конечно, но семью позорить не хочу.

— Хорошо, отпущу. Ты же не станешь кричать? Лей-ла… — на моём имени незнакомец сделал акцент, от чего оно прозвучало по-особенному красиво. Но поразило меня не это: его бархатный глубокий баритон вызвал странную реакцию — по коже пробежала волнительная дрожь. А ещё от него исходил терпкий мускусный аромат…

«…именно так должен пахнуть настоящий мужчина…» — пролетела мысль, от которой стало не по себе. Растерянно посмотрела на него, чувствуя, как щёки заливает румянец.

— Лейла? — он нахмурился.

— Отпустите… кричать не буду… — кое-как выдавила из себя. От его близости голова кружится и воздуха не хватает. Ничего подобного не ощущала раньше.

Он убрал свои руки. Я отошла назад, пока не упёрлась спиной в ствол дерева.

— Вы… вы… Ахмед? — предположила логичный вариант. Кому ещё придёт идея пробираться тайком в наш сад? Ему ведь запрещено сегодня тут появляться, а любопытство, возможно, пересилило.

Мужчина промолчал. Потом всё же кивнул в ответ, правда жест получился неуверенным.

«Так вот ты какой, мой будущий муж…» — ещё раз окинула его взглядом. Никогда не видела такого цвета глаз — это первое, на что обращаешь внимание, уж очень они выделяются своей сочностью. Впрочем, и сам он привлекательный: высокий, с крепким телосложением, с благородными, по-мужски правильными, чертами лица.

Думать об этом стыдно… И щеки продолжают алеть.

Я совру, если скажу, что он не нравится мне, но что-то в этой ситуации кажется странным, а что — не пойму. Возможно, его борода смущает? Обычно взрослые мужчины, следуя традициям, носят растительность на лице, хотя точно помню: свахи говорили, что жених молодой. Передо мной же стоит мужчина средних лет…

— Ахмед? — переспросила вновь. Почему-то не верится.

— Ожидания не совпали с реальностью? — он усмехнулся, потом стал медленно приближаться.

«Скорее, наоборот, очень даже совпали» — это лишь в мыслях, которые не осмелюсь озвучить. И так от стыда горю вся. Хочу уйти отсюда.

— Я могу увидеть тебя перед свадьбой? — Ахмед остановился в двух шагах от меня, но и этого достаточно, чтобы сердце пустилось в пляс, отбивая безумный ритм.

— Зачем? — мой голос дрожит. Без преувеличения, этот мужчина пугает и привлекает одновременно. У него такая мощная обволакивающая энергетика — невозможно не ощутить.

— А ты приходи и узнаешь, — вкрадчиво произнёс он, а по телу снова табун мурашек пробежал.

— Нет… это неправильно… — с трудом разорвала зрительный контакт с его магнетическими глазами. И, обняв себя руками, побежала в дом, пока не натворила непоправимых ошибок.

— Буду ждать тебя под этим деревом, в «ночь хны»!* — крикнул Ахмед вслед (*прим. ночь хны — важная часть национальных обрядов и свадебных традиций в Турции).

Я не стала оборачиваться. Всё, о чём мечтала сейчас — оказаться как можно дальше от опасной близости этого мужчины.