Глава 31

— У нас осталось одно незавершенное дело, — мнется невеста. — Нужно запечатать тайный ход.

— Не подозревал, что в гардеробную есть доступ извне, — задумчиво потираю переносицу.

— Зато подданные пронюхали о лазейке и нагло этим пользуются, — хмурится побратим.

— Я успела увидеть, куда нажимали девушки при открытии и закрытии двери, — сообщает избранница. — Механизм спрятан под фресками с изображением цветущего дерева.

— Мы осмотрим коридор, а ты отправляйся отдыхать, — подхватываю хрупкую ладошку и поглаживаю внутреннюю сторону большим пальцем. Улавливаю легкую дрожь, свидетельствующую об ответном желании, и тихо млею. — Не хочу чувствовать себя зверем, нагло эксплуатирующим дорогую гостью.

— Что? — насупливается возмущенно. — Я спать не смогу, пока не узнаю, куда ведет туннель.

— Лишь Леся сможет навесить надежный замок, — поддерживает бунтарку Амур. — Твое плетение вскроет талантливый кузен, а мое за версту фонит магией каменных драконов.

— Хорошо, — вздыхаю тяжко. — Веди нас, неугомонное сокровище.

Смеясь и толкаясь, как маленькие дети, разбираемся со сложным механизмом и оказываемся на широкой темной лестнице.

— Одно радует, — зажигаю огоньки и осматриваюсь. — Наверх прохода нет, только вниз.

Спускаюсь первым, остальные крадутся следом, тихонько переговариваясь и строя различные предположения.

Вскоре достигаем первого этажа и оказываемся в просторной комнате.

— Ни души, — недоверчиво тянет побратим.

— Все заинтересованные в скандале леди летают в парке, — ухмыляется Лейсан. — Близнецы щедро напитали подносы магией. При хорошем обучении из них вырастут великие волшебники. Надо лишь пробудить тягу к знаниям и почаще устраивать практические занятия.

— Дворец с придворными в вашем полном распоряжении. Давно так не веселился. Со времен нашего с Мартином детства.

— Меня бы мачеха придушила за такие проделки, — бормочет Амур и продолжает мечтательно. — Никогда не чувствовал себя беззаботным ребенком, а так хотелось пошалить.

— Не стесняйся и наверстывай упущенное, — Леся обводит пустое помещение широким жестом. — Дерзай!

— Как считаешь, что содержится в десертах, презентованных семейкой Треш? — склоняет голову к плечу, продумывая будущую диверсию.

— Статс-дама собиралась выставить гостью в невыгодном свете, — мстительно прищуривается избранница. — Подразумевалось, что мы наедимся, переберемся в другую комнату и показательно опозоримся перед всем двором. С полной уверенностью могу сказать, что в сладости добавлены ингредиенты отложенного действия. Для меня — возбуждающие или галлюциногенные, для близнецов — сонные. Скорее всего, пирожные уложены на тарелки из разных сервизов, или отличаются по цвету глазури. Служанок наверняка проинструктировали, чтобы не навредили малышам.

— Собственноручно удавлю мерзавок, — из груди вырывается возмущенный рык. Дракон не может понять, почему не унюхал зелье. Неужели изобрели что-то новенькое?

— Не буянь, — цокает языком Шаронский. — Пошаманим в лаборатории и разберемся с составом. А сейчас предлагаю расслабиться и подурачиться.

— Если у отравы пролонгированные свойства, то как высчитать момент активации? — растерянно почесываю макушку.

— Достань из пространственного кармана банки с желтыми цветочками, собранными у охотничьего домика, — щелкает пальчиками Лейсан и уточняет. — Теми, что усыпляют двуликих. Двух штук хватит. Дурманящий аромат позволит замедлить внутренние процессы в организме и задать четкие временные рамки.

— Каким образом?

— Посетительницы крепко заснут. Пробудятся, когда запах развеется. Очухаться не успеют, их сразу же накроет предназначавшейся для меня гадостью.

— А вдруг мы ошибаемся и там ничего нет? — спрашиваю недоверчиво.

— Хм, — мнется озадаченно. — Тогда необходим резервный план. Начинайте, я скоро вернусь.

— Пошли, — командует Амур. — Найдем выход и изучим его расположение.

После часа активной возни взираем на результаты своих трудов.

— Отлично получилось, — дружно выносим вердикт.

Вдоль стеночек красуются удобные кресла с журнальными столиками, на которых заманчиво поблескивают разноцветной глазурью пирожные и тортики, презентованные семейкой Треш.

На каменном выступе в темном уголке притулились ножницы и гребень из набора Мариссы. Невеста склоняется над ними и шепчет заковыристые заклинания.

— Фух! — восклицает довольно. — Никто не уйдет безнаказанным.

— Дверь находится со стороны сада и основательно заросла плющом, — рассуждает Шаронский. — Злоумышленницы проникнут сюда, подкрепятся десертом, полезут наверх и нанюхаются сонного латурина. Продрыхнут до полудня. Затем крышечка закроется, запах исчезнет, они очнутся и выбегут на свежий воздух. Вам не кажется, что чего-то не хватает?

— Масштабности и зрелищности? — перевожу полный надежды взгляд на возлюбленную.

— Вот они минусы домашнего образования, — показательно вздыхает Леся. — Вы не умеете мыслить и действовать глобально, как скучающие воспитанницы магического пансиона. Мы бы с девчонками такое представление устроили… Ух!

— Тяжелое детство, строгие наставники, — синхронно пожимаем плечами и ухмыляемся.

— Завтра после обеда уберем отсюда банки и отправимся на прогулку. Предупредите дирижера. Пусть порадует публику веселыми и зажигательными мелодиями, — поднимает тонкий пальчик вверх. Так и хочется прижаться губами к розовому ноготку и поцеловать. — Теодор, ты посидишь в засаде под куполом невидимости, а я в сопровождении близнецов поброжу у всех на виду. Между делом постараюсь познакомиться с кузеном и позубоскалить с камер-фрейлиной.

Лейсан растягивает губы в предвкушающей улыбке, как будто речь идет не о серьезных соперниках, а о досадных помехах.

— Ррр, — вскидываюсь возмущенно. Хочется прижать сладкую малышку к груди и защитить от всех невзгод.

— Не рычи, — отмахивается беспечно, а потом проникновенно заглядывает в глаза и с неожиданной робостью добавляет. — Просто будь рядом.

— Всегда! — заверяю клятвенно.

— Предлагаю поскорее закончить и осмотреть гардеробную в смежных апартаментах, — поглаживает бровь Амур. — Там может обнаружиться аналогичный сюрприз. Наверное, в стародавние времена по скрытым лестницам доставляли наряды из прачечной или от модистки.

— Не подумал об этом, — замираю в ужасе. — Если хоть один паршивец проникнет в крыло, отведенное невесте, он не жилец.

Сжимаю кулаки, придумывая наказание для мерзавца. Сознание подкидывает такие картинки, что полет на подносах с метелками покажется аристократам детской шалостью.

— Остынь, ревнивец, — любимая успокаивающе пробегается пальчиками по предплечью. — Всех не казнишь. Помни о репутации и старайся действовать гуманными методами.

— Уверена, что прилюдный стеб таковым является? — ухмыляется Шаронский.

— Да, — подмигивает игриво и щелкает пальчиками. — Сейчас научу вас делать фильтры для ноздрей и линзы для глаз. Простейшее заклинание защитит органы дыхания и зрения от сонных цветочков.

Внимательно смотрим и практикуемся. Ничего сложного, надо лишь отработать до автоматизма.

Избранница поднимается на второй этаж и накидывает плетение на дверь.

— Открыть смогут только Князевы и Вент, — заявляет довольно, любуясь полученным результатом.

— С чего вдруг подлецу особые преференции? — вскидываюсь возмущенно.

— Камердинер очень осторожен. Но если он причастен к проникновению распутниц в королевскую спальню, то ловушка обязательно сработает. Мужчина много лет пользуется тайным ходом, поэтому не заподозрит подвоха и спокойно спустится вниз, — пожимает точеными плечиками.

Уходим первыми, отправляясь изучать покои брата. Леся задерживается, чтобы снять крышки с банок и зачаровать их на самостоятельное закрытие в оговоренное время.

Вскоре выясняется, что вторая гардеробная тоже снабжена секретным лазом.

— Только давайте без фанатизма, — морщится невеста. — Кому я нужна? Расставим здесь склянки с дурманящими растениями и надежно запечатаем комнатную дверь. Стражники человеческой расы будут заглядывать со стороны сада и проверять коридор на наличие дрыхнущих незваных гостей. Для людей аромат не опасен.

— Хорошо, — киваю согласно. Но потом не выдерживаю и сдвигаю тяжелый шкаф, баррикадируя проход. Магия магией, но мало ли какие умельцы позарятся на мое сокровище.

— Отправляйся отдыхать, — приобнимаю девушку, и она доверчиво прижимается щекой к груди в области сердца. Прямо в том месте, где формируется метка истинности, становясь все четче и ярче день ото дня.

Нет никаких сомнений, что Лейсан — пара, предначертанная Богами. Как только воспылает ответными чувствами и подарит первый поцелуй, моя татуировка окрасится в цвета рода, а ее проявится на самом видном месте, как символ чистоты и непорочности.

Если бы я только знал, какой сюрприз уготован самонадеянному глупцу… Но об этом позже.

Возвращаемся с Амуром в столовую, чтобы обсудить ближайшие планы. Натыкаюсь взглядом на артефакт определения девственности и рассказываю о том, с какой легкостью зеленоокая шалунья его перенастроила.

— Слушай, — хмыкает друг, — а ведь опороченные летуньи пожелают оправдаться и настоят на открытом судебном процессе. Явятся в тронный зал, прикоснутся ко второй такой реликвии и озарят помещение целомудренным белым светом. Наблюдатели проникнутся состраданием, а ты прослывешь извергом и самодуром.

— Намекаешь, что скульптура, долгие годы простоявшая на видном месте в свободном доступе, обросла паутиной заклинаний?

— Уверен, она даже почтенных матрон признает невинными агнцами, — задумчиво подглаживает подбородок и предлагает. — Заряда в моем браслете хватит на один купол невидимости. Давай оттащим раритет вниз и поменяем местами с испорченным. Пусть Леся его почистит на досуге.

— Заодно близнецов потренирует, — согласно киваю и спрашиваю. — Ты умеешь левитировать предметы?

— Что? — вылупляется с неподдельным изумлением.

— Можешь создать воздушную петлю, поднять груз и с элегантной грацией переместить на нижний этаж? — вопросительно изгибаю бровь, наблюдая за реакцией Шаронского.

— Бредишь, дружище? — тянет с сомнением. — Не заговаривай зубы. Хватайся за верхушку и топай вперед.

— Жаль, — недовольно поджимаю губы. — Я надеялся втихаря набраться опыта, чтобы не демонстрировать невесте вопиющую неосведомленность.

— Разыгрываешь? — подталкивает кулаком в плечо, чтобы не шлепал языком и занялся делом.

— Нет, — взваливаю раритет на спину и приседаю под его тяжестью. — Сегодня по прилету избранница научила племянников заклинанию, и они втроем переправили весь багаж со взлетной площадки в гостиную.

— Да ладно! — пораженно присвистывает и подхватывает нижнюю часть конструкции. — Хочешь сказать, что мы с тобой прем эту штуковину, обливаясь потом, а сестренка решает вопросы щелчком пальцев?

— Угу.

— Зачем рассказал и подорвал мою шаткую самооценку? — бухтит недовольно. — Я себя ущербным недомерком ощущаю. Вторая ипостась вообще в конвульсиях бьется. Это же смачный плевок в нежную чешуйчатую душу.

— Представляешь мои чувства, когда здоровый мужик, добытчик шел впереди и показывал дорогу, а хрупкая крошка шествовала сзади и тащила непомерный груз.

— Я бы сгорел от стыда, — сокрушенно качает головой. — Наследников королевства обучают хуже, чем нежных воспитанниц пансиона. Похоже, братан, у нас серьезный пробел в образовании.

— Вот-вот, — цежу хмуро и добавляю чуть слышно, — особенно в ботанике.

Сил хватает только на то, чтобы доставить артефакт в тронный зал.

— Надо поумерить гордость и попросить Лесю провести парочку индивидуальных занятий, — бурчу устало.

Немного отдышавшись прячем испорченного двойника в прикрытую шторами нишу и отправляемся на крышу. Амур торопится навестить маркизат и проверить версию об убийстве Георга. Пока его сопровождающие готовятся к полету, принц меняет ипостась и нетерпеливо порыкивает, обсуждая со мной нюансы задержания дядюшкиной супруги.

Звон тетивы и зловещий свист застают нас врасплох.

— Трын… Всшшш… Чпок.

Глаза побратима распахиваются в неверии, превращаясь в огромные лесные озера. Каменный дракон пораженно икает и медленно оборачивается.

Я прячусь за колонну, зажимаю рот ладонью и давлюсь от смеха. А как не хохотать, если в центре сердца, венчающего кончик хвоста платинового исполина, торчит стрела с красным оперением?

— Дорогой Бог любви, — из тени дверного проема выступает босоногая Вероника в белой ночной рубашечке, украшенной милыми розовыми бантиками, — как честный небожитель ты теперь обязан на мне жениться.

Крошка нервно прижимает к груди лук и мелко дрожит от страха. При этом упрямо поджимает губки, преисполненная намерения биться за будущее семейное счастье до победного конца.

— Ахр? — гулко сглатывает самопровозглашенный Купидон.

— Не бойся, не сейчас, — успокаивает маленькая проказница и уточняет. — Через десять лет.

— Ррр?

— Возьми меня замуж, пожалуйста, когда подрасту. Увези на небо и позволь увидеть мамочку, — по нежной щечке сбегает одинокая слезинка, будоражащая наши души. — Я так по ней скучаю.

— Урр, — жалостливо урчит зверь.

— Спасибо, — девочка по-своему трактует исторгнутый звук.

Стягивает с косы круглую заколку и щедро вливает магию в драгоценные камни.

— Пусть мой дар защитит от невзгод и в условленный час напомнит о данном слове, — подбегает, защелкивает украшение на стреле и чмокает Амура прямо в раненое сердце. — Обещаю любить тебя сильно-сильно.

Взмахивает на прощание тоненькой ручкой, разворачивается и поспешно удаляется.

— Н-да, — изрекаю глубокомысленно. — Попал ты… ЗЯТЕК!

Шаронский обалдело лупает глазами, выдергивает стрелу из пятой конечности и молча взлетает, сжимая презент в подрагивающей лапе.

— Интересная штука — жизнь, — улыбаюсь ему вслед.

В благостном расположении духа спускаюсь вниз, посещаю душ и, благоухая ароматной свежестью, шествую в спальню к Лейсан.

Контуженным драконам позволены маленькие слабости? Конечно! И это не обсуждается.

Оглядываю комнату и… не обнаруживаю свое сокровище. Постель пуста и идеально заправлена. Тонкий цветочный запах в воздухе не витает.

Волна запредельного ужаса прокатывается по телу, обостряя хищные инстинкты до предела. Тщательно принюхиваюсь и зажмуриваюсь, прислушиваясь к метке. Крадусь в сторону мастерской и трясущимися руками распахиваю дверь.

Нахожу сладкую девочку крепко спящей за рабочим столом. Перед ней высится горка драгоценностей, а справа на бархатной салфетке в идеальном порядке разложены артефакторные инструменты для особо сложных работ. Сколько же у нее талантов?

— Моя смелая и самоотверженная лапонька, — шепчу с умилением, подхватывая легкую, как пушинка, избранницу на руки. — Пора в постельку.

Укладываю Лесеньку на мягкую перину, предварительно сняв туфли с чулочками. Ослабляю шнуровку на платье и накрываю тонким одеялом.

С довольным урчанием оборачиваюсь и бережно сжимаю в лапах свою добычу.

— Да! Вот так хорошо, — радостно виляю хвостом. — Вот так правильно. Невеста должна основательно мной пропахнуть, чтобы придворные не учуяли сногсшибательного аромата невинности.

Любуюсь на свернувшуюся клубочком избранницу и поражаюсь собственной выдержке. Безумно хочется зацеловать от макушки до самых пяточек, но в то же время распирает от желания лелеять, баловать и защищать.

Сколько же ярких чувств ты во мне будишь, маленькая проказница.