Глава 16

После того как подросток был накормлен и отпущен домой, я задумалась. Ну хорошо, предположим, что Влад — влюбленный мальчишка. Он пока еще уверен, что внимание девочки можно обменять на вожделенную куклу. Допустим, сегодня Даррел отметил свою куклу как безопасную, и мы точно знаем, что в ней тьмы не было и в помине. Но ведь и другие он продавал без нее. Я точно знаю. Обмануть меня муж не смог бы, а значит, он либо твердо уверен, что тьма проникла в его изделия не в мастерской, либо же… Нет, не заметить поселившуюся тьму не получилось бы. Да и я не пропустила бы темные порождения, только не после того как полдетства, да и большую часть юности, провела с братом в лаборатории, помогая ему изучать темных тварей!

Покачав головой, обвела взглядом природу перед домом. Безмятежная картина не помогала. В голове продолжали биться мысли. Тяжелые, неприятные. Облокотившись на перила, опустила голову. Терраса дома Райса стала для меня самой настоящей отдушиной. Здесь всегда можно было посидеть с горячим чаем. Здесь мы проводили много времени вечерами. Отсюда я наблюдала за течением времени и за тем, как меняется лес изо дня в день. Но, к сожалению, ни деревянные балки, ни чуть скрипучий пол не могли мне помочь решить загадку. Каким же образом тьма проникла в искусно вырезанные моим мужем куклы? Кто мог подставить Даррела, а главное — зачем?

Ведь все в Гредхилле знали, чьи это игрушки. Поэтому предполагать случайное совпадение, как минимум, глупо. Но кому мастер Райс перешел дорогу настолько, что его захотели убить руками стражи⁈

Столько вопросов, и нет ни одного ответа. А ответы были нужны. И еще как!

— Эва? — сзади подошел муж и положил теплую широкую ладонь на мою спину. — Что ты здесь делаешь?

— Думаю, — ответила, чуть нахмурив брови. — Скажи мне, Даррел, как часто у тебя воровали кукол?

— Было дело, — мягко рассмеялся муж. — Малышня зачастую стесняется попросить игрушку, поэтому лезет без спроса в мастерскую. Я делала вид, что не замечаю воришек. Они довольные убегали с добычей. Ты же знаешь, что я не относился серьезно к своим маленьким забавам. Если честно, для меня каждый раз удивительно, что кто-то на самом деле готов платить за куклы. И платить не мало. Как-то я отвозил несколько кукол на ярмарку мастеров. Так там две леди чуть было не подрались за последнюю из куколок, только потому что она была последней, а их дети закатывались в слезах и требовали, чтобы игрушка досталась именно им. Ко мне даже подходили местные торговцы в попытке заключить договор на производство кукол, но я отказался, так иногда посылал им на реализацию небольшие партии, да и все.

— Это все, конечно, интересно, — повернулась я к мужу. — Но меня больше интересует, кто мог в куклы запустить тьму.

— Не знаю, Эва. Правда не знаю и не понимаю, как вообще кто-то мог бы это сделать, разве тьмой можно управлять?

— Еще как, — прикусив губу, чуть отвела взгляд. — Вот только как можно ее заставить убить кого-то, не имею представления.

— Подожди, что? — Райс осторожно обхватил пальцами мой подбородок и заставил посмотреть на него. — Ты хочешь сказать, что кто-то действительно может управлять тьмой?

— Кто-то? — я чуть было не расхохоталась. — При должном желании это может сделать любой, Райс. Понимаешь? Абсолютно любой человек! И слава Богам, что об этом мало кто знает, а если и знает, то не спешит делиться такими опасными знаниями!

— А ты… Откуда это известно тебе⁈

— Понимаешь, — пришлось невинно улыбаться, — мы с братом были очень любопытными детьми.

— Детьми? — Даррел выглядел настолько удивленным, что я еле сдерживала смех.

— Крайне любопытными, — важно кивнула в ответ. — И очень любили эксперименты. Кайл, конечно, больше, а я так… Чтобы не отставать от старшего брата в проделках.

— Как же ваши родители могли позволить такое?

— Ахаха, Даррел, ты даже представить себе не можешь, что мы творили с Кайлом в детстве. Поверь, родители не были в восторге, но остановить нас? Серьезно? Стихийное бедствие нельзя остановить, им можно лишь попытаться управлять. Вот родители и пытались. А после того как отец однажды достал из холодного шкафа кувшин с запечатанной в нем тьмой, он решил, что проще быть в курсе экспериментов сына, чем по незнанию отужинать условно замороженной темной сущностью.

— Эва, — Даррел очень серьезно посмотрел на меня, — ты меня пугаешь. А терпение твоих родителей только поражает.

— Значит тебе повезло, что наш брак — лишь временное явление, — пожала я плечами.

И пусть я старалась выглядеть максимально легкомысленно в этот момент, но на самом деле у меня сердце сжалось от своих же слов. Но правда — есть правда. И только то, что мне уже не очень-то хотелось разводиться с временным мужем, вовсе не означало, что в голове Даррела присутствуют хоть сколько-нибудь похожие мысли. Даже сейчас он лишь криво усмехнулся на мои слова. Не стал отговаривать или переубеждать, что само по себе было уже доказательством его заинтересованности в нашем разводе.

— Я бы хотела встретиться с той старушкой с площади, — отвернувшись от мужа, снова облокотилась о перила. — Помнишь? С палочкой. Которая не побоялась спорить со старостой.

— Мари?

— Не помню ее имени, но думаю старая ведьма знает побольше всех жителей деревни вместе взятых.

— Ведьма? Мари? — муж заливисто рассмеялся и встал рядом со мной, прижимаясь плечом к плечу. — Ты ошибаешься, Эва. Мари старушка с характером, конечно, но она точно не ведьма. Просто старейший житель Гредхилла, не более того.

Я молча повернулась к Райсу и выразительно на него посмотрела.

— Что? — не понял он значения моего взгляда. — Не веришь? Спроси любого в деревне. Мари просто старая женщина с огромным жизненным опытом. Она не боится ни старосту, ни стражей, просто потому что всех их знает с детства и крайне любит в любой спорной ситуации напоминать, как когда-то меняла пеленки тому или иному жителю Гредхилла. Если ее послушать, то голопопыми младенцами она видела каждого, кто проживает здесь.

— Даррел, она ведьма.

— Нет, — упрямо качнул головой муж. — Просто поверь мне. Я ее знаю дольше. Ты ошибаешься.

— Хорошо, забудем на минутку о том, что я сама принадлежу к ведьмам, а мы всегда чувствуем сестру по силе. Пусть я ошибаюсь, хотя это совершенно невозможно в данном вопросе. Но я все равно хочу с ней поговорить. Ты отведешь меня к ней?

— Чувствуете сестру… Подожди, ты утверждаешь…

— Не важно, — едва заметно качнула я головой. — Если Мари смогла убедить всю деревню в том, что она не ведьма, то и ты забудь мои слова. Но мне, и правда, необходимо с ней встретиться.

— Зачем? — пришла очередь мужа хмурить брови.

— Вообще-то, — улыбнувшись, решила напомнить ему об очевидном, — в вашу деревню я приехала не для того, чтобы поспешно выйти замуж за мужчину, которого несправедливо обвиняют в убийстве.

— Нет? — деланно вскинул брови мастер. — А я-то уже было подумал…

— Представь себе, не все женщины королевства мечтают завладеть тобой, несносный ты мужчина. Так что, отведешь меня к старушке Мари?

— Завтра, — обнимая меня, ответил муж. — И только если ты расскажешь, зачем тебе с ней встречаться.

— Мне нужна помощь в одном очень деликатном деле. И я искренне надеюсь, что именно ваша Мари сможет мне помочь. А еще, скажи, каким образом из вашей деревни можно отправить письмо?

— Староста отвозит раз в неделю почту в ближайший город. Тебе срочно?

В ответ я только улыбнулась и уверенно кивнула. Еще как срочно. Мне просто необходимо связаться с отцом. Сама я вряд ли смогу разгадать загадку с подставой мужа. Я не палач и не страж башни. Это их работа искать убийц и следить за тем, чтобы виновные были наказаны. Так что мне обязательно нужно написать отцу. Но только после разговора с Мари. И даст Пресветлая, к моменту появления в Гредхилле родителей свои проблемы с силой я уже решу.

Здравствуйте, родители…

Мамочка, только не злись, я вышла…

Пап, я знаю, что ты считаешь меня безответственной и сейчас сильно злишься…

Брат, срочно нужна помощь!

Отец, тебе необходимо приехать в деревню Грэдхилл. Можешь считать это официальным запросом…

Сэт, мне очень нужна помощь. В Гредхилле происходят странные убийства с помощью тьмы. Местные стражи не хотят работать нормально. Староста чуть было не казнил невиновного…

Скомкав очередной лист бумаги, я с раздражением кинула бумажный шарик в камин. Огонь, вспыхнув, радостно принял очередное подношение, а муж, сидевший на диване, тихонько хмыкнул. В шестой раз!

— Что? — с возмущением посмотрела на Даррела. — Думаешь, это так просто? Сам попробуй написать Палачу, одной из сильнейших ведьм королевства и признаться, что ты, самоуверенная глупышка, снова вляпалась в неприятности и не можешь справиться с ситуацией без помощи родителей!

— У меня точно не получится, — расхохотался муж. — Я могу признаться во многом, но только не в том, что являюсь самоуверенной глупышкой.

Следующий скомканный лист бумаги полетел в сторону невыносимого мастера Райса. Смешно ему, посмотрите только. Можно подумать, что я свою шею спасаю! Хотя свою, конечно, тоже. Но если быть объективной, то мне достаточно за месяц до казни вернуться домой и просто сказать родителям, что меня и моего мужа собираются казнить без разбирательств.

Я бы посмотрела потом на лица старосты и местных стражей, когда они подставляли бы свою шею под секиру отца. Вот только это был плохой план. Во-первых, я не хотела, чтобы из-за меня кого-то казнили. А во-вторых, ждать еще полгода будет глупо. Кто знает, сколько еще убийств может произойти за это время! Нет уж, лучше взять себя в руки и сочинить наконец-то письмо родителям. Хотя только одна мысль о выражении лица отца, когда он получит мое послание, приводила в уныние.

Вздохнув, я потянулась за очередным чистым листом, больше не обращая внимание на то, чем занят Даррел. Стругает себе какую-то деревяшку и хорошо. Только бы меня не отвлекал. И так сосредоточиться в его присутствии было тяжело. А еще эти его смешки и подначки.

Скатав еще один шарик из бумаги, я снова запустила его в мужа. Просто так. Чтобы знал, что со мной сейчас лучше не шутить!

Вот только Райс, не поднимая глаз от своего занятия, наклонил голову и подло увернулся от моего снаряда, чем заставил разочарованно застонать. Все этим вечером против меня. Вот просто все!

Отложив в сторону работу, Даррел подошел ко мне и опустился на корточки рядом с подлокотником кресла.

— Ну его ты злишься? Да, я не могу написать письмо вместо тебя. Но ты пойми простую вещь — это твои родители. Родители, Эва! Не ведьма и палач, а те, кто тебя знает с детства. Любит. И точно переживает за тебя. Как давно ты ушла из дома?

— Уже почти два месяца прошло, — вздохнув, опустила голову.

— Неужели ты думаешь, что они не беспокоятся? Не хотят знать, где их дочь? Что с тобой все в порядке? Колючка, не нужно писать о том, что тебе нужна помощь. В конце концов, мы справимся с этой ситуацией. Ведь я, и правда, даже не задумывался над тем, что мог кому-то настолько перейти дорогу, что все эти убийства были совершены только лишь ради мести. А должен был. Не идти на поводу у своей гордости, а хорошенько подумать! Не молчать, стоя у плахи, а пытаться себя защитить. Понимаешь? Это не та проблема, которую должна решать ты. Это проблема, которую должен решить я. Защитить тебя, себя. И обелить свое имя.

— И что, хочешь сказать, что мне не нужно просить помощи родителей?

— Я думаю, что тебе стоит им написать, где ты. И сказать, что ты скучаешь. А ты ведь скучаешь, Эва. Поэтому прекрати психовать и вспомни, что где-то есть люди, которые места себе не находят от тревоги.

— Да-да, так хотят меня найти, что уже все ботинки сбили!

— Не капризничай, — щелкнул меня по носу муж. — Ты не знаешь, что происходит сейчас у тебя дома. Как и твоя семья не знает, что происходит с тобой.

— Знаешь что? — чуть наклонившись, я посмотрела прямо в глаза мужу. — Ты иногда очень раздражаешь. Нельзя быть настолько хорошим, Райс. Просто нельзя!

— Можно, — я видела, как зрачок мужчины расширяется, поглощая темнотой радужку глаз. — А вот настолько красивой быть совершенно точно преступление…

Ему достаточно было просто чуть качнуться вперед, чтобы наши губы на мгновение встретились. Мягко, осторожно. Пронзительно нежно. Что у меня невольно вырвался вздох.

Даррел тут же разорвал даже не поцелуй, лишь намек на него, и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Я должен извиниться? — спросил, аккуратно поглаживая шершавыми пальцами мою ладонь.

— Нет, — мотнула головой, чувствуя, как щеки заливает краска смущения.

— Хорошо, — едва заметно улыбнулся муж и, повернув мою голову к себе, поцеловал еще раз.

После этого в голове у меня стало пугающе пусто. И даже после того, как, чмокнув меня в кончик носа, Райс вернулся к своей работе, я сидела, вглядываясь в огонь камина, и никак не могла собрать мысли в кучу. Что это значило? Я ему тоже нравлюсь? Он не хочет со мной разводиться? Или это просто был жест поддержки? Как нам теперь вести себя друг с другом? Делать вид, что первый в моей жизни поцелуй ничего не значит? Вот Темный! Я ведь не говорила Даррелу, что раньше никогда не была в отношениях и ни разу даже нормально не целовалась с мужчинами. Тот слюнявый поцелуй с одним из так называемых лордов, который возомнил себя покорителем женских сердец, я даже не хотела вспоминать. Мальчишка решил похвастаться перед друзьями, что смог очаровать саму дочь палача. За что поплатился сначала разбитой губой, — ведь удар мне ставил старший брат, — а потом и сломанным носом, когда об этом узнал Кайл. Так что муж даже не знал, какое важное для меня событие только что произошло. Он спокойно сидел в каких-то трех шагах от меня и медленно выводил на очередной деревяшке искусный узор. Как будто ничего не случилось. Как будто целоваться для нас было в порядке вещей.

О Боги, а как я теперь буду засыпать с ним в одной кровати⁈

На этой мысли я ощутимо вздрогнула и, тряхнув головой, решительно взяла себя в руки. Думать про ночь я сейчас просто не могла!

Положив перед собой лист бумаги, уверенной рукой вывела:

'Любимая семья, надеюсь, дома все хорошо. Я в порядке. За время своего отсутствия успела попутешествовать по королевству и познакомиться с множеством удивительных людей. Надеюсь, вы на меня не злитесь. Мне давно нужно было повзрослеть. Да-да, пап, ты правда это видишь! А еще мне необходимо было пожить одной, чтобы понять наконец, кто я такая. Почувствовать, каково это — жить без вашего вмешательства в мою жизнь. Да, мама, вы все еще вмешиваетесь в нее и опекаете меня как ребенка. Я знаю, что своим поступком расстроила вас. Надеюсь, вы сможете простить меня. Сейчас я живу в деревне Гредхилл. Если вы найдете время навестить меня здесь, я буду очень рада. К сожалению, сама приехать в Кронт не могу. И в ближайшие полгода тоже не смогу. Но я очень по вам скучаю. По Кайлу, Сету и вам, любимые родители. Если все же прибудете в деревню, ищите дом мастера Райса. И еще, здесь не знают, чья я дочь, поэтому не стоит пугать местных жителей.

Любящая вас дочь, Эва. С надеждой на скорую встречу!'

Несколько раз перечитала свое сумбурное послание и довольно вздохнула. Нет, менять я ничего не буду. Как и рассказывать о том, что вышла замуж. Конечно, это ускорило бы прибытие родственников, вот только я хотела, чтобы они приехали, потому что просто хотят увидеть меня, а не для того, чтобы разбираться с моими проблемами. Даррел прав — мы с ним и сами во всем сможем разобраться. И в первую очередь нам необходимо навестить Мари. Старая ведьма, я уверена, сможет пролить свет на многие происходящие в деревне события. Так что муж, как бы он не отговаривал меня от встречи со старушкой, уже завтра проводит меня к ее дому. Иначе я ведь и одна могу пуститься на поиски, и обязательно по дороге вляпаюсь в новую историю. А этого не хотелось. Сейчас я желала только трех вещей. Первое — узнать, сможет ли Мари мне помочь с обузданием силы. Второе — выяснить, кто же убивал жителей деревни. И третье — понять, какие теперь отношения связывают нас с Райсом.