Глава 22

Шалея от своей смелости, я толкнула дверь в спальню Дэвида и, увидев у порога ванной кучу грязной одежды, только головой покачала.

– Мужчины…

Мягко ступая по ковру, перешагнула это безобразие и уверенно вошла в ванную палача.

Он лежал по грудь в воде, откинув голову на бортик и прикрыв глаза. На губах играла легкая улыбка, а кисти рук, спокойно лежащие на краях ванной, то и дело сжимались в кулаки. Кажется, кое-кто не мог решить, что ему сейчас нужно больше: хорошенько расслабиться в горячей воде – а от воды буквально поднимался пар, – или таки поймать одну рыжую меня и закончить начатое. Я, кстати, решить тоже не могла. Так и замерла в дверях комнаты, любуясь широкими плечами, покрытыми россыпью мелких капель. Скользнула взглядом по сильным, перевитым мышцами рукам, задержалась на трех мелких родинка, притаившихся рядом с ключицей, поднялась по линии шеи, облюбовала подбородок, покрытый темной щетиной, и снова спустилась вниз, разглядывая грудь. Чуть ниже мужских сосков начиналась вода с островками мыльной пены. Вот Дэвид вздохнул, и из-под воды показалось колено, а на груди из-за движения воды остался островок мыла.

– Кайлин, или выйди, или зайди до конца. Сквозняк, знаешь ли, не дает расслабиться.

– Ах, сквозняк… – покосившись на плотно закрытую дверь, усмехнулась. – А я тебе не мешаю?

– Нет, ты не даешь мне уснуть…

– Так и знала, что без меня тебе не справиться, – нарочито тяжело вздохнув, подошла к ванной и, опустившись на бортик, поймала большую губку.

Дэвид, который даже во время разговора не стал открывать глаза, только глубоко вздохнул и повернул голову в мою сторону. Почему-то мне кажется, он вообще думает, что я ему снюсь. Вряд ли он так спокойно бы лежал тут передо мной, не шевелясь.

Намылив губку любимым мылом Палача, заскользила ей по ближайшей ко мне руке. Судя по тому, как мужское тело напряглось, из-за чего стали более четко видны мышцы, мое предположение было близко к правде.

– Кайлин? – низким, отчего-то охрипшим голосом позвал Дэвид.

– Ч-ш-ш, расслабься, я тебя не обижу.

Мужской смешок прокатился по комнате и затих под потолком.

– А то, что я тебя могу обидеть, ты не боишься?

– Я? Боюсь тебя? – не удержавшись хмыкнула, все так же тщательно намыливая руку. – Да ты сейчас слабый, как котенок. Так что лежи и наслаждайся, страшный и ужасный, уставший Палач.

– Знаешь, Кайлин, ты не ведьма, – Дэвид приоткрыл один глаз, – ты хуже!

– Тем более не пытайся со мной спорить!

Он больше и не пытался. Пока я медленно намыливала его руки, шею, плечи, оставляя на коже мыльные разводы и смывая усталость, Дэвид довольно постанывал, подставляясь под губку. Но как только мне стоило нечаянно, а иногда и специально дотронуться до него ладонью, он весь подбирался и стонал уже совсем по-другому. Когда дошла очередь до живота, я успела только почувствовать легкую дрожь, и мою ладонь тут же перехватили.

– Если ты не желаешь оказаться в одной со мной ванне, лучше не играй с огнем, Кайлин.

– Не в этот раз: вода, знаешь ли, мутная…

– Заноза ты, лучше потри мне спину. Вода остывает.

А мне и не сложно, я потерла. И спину потеряла, и голову помыла. И снова, как тогда перед камином, я не смогла удержаться и заскользила ладонями по спине Палача, наслаждаясь каждым мгновением. Хищник, как есть хищник. Опасный, сильный. И весь мой.

Когда Дэвид поднялся, чтобы смыть с себя мыльную воду, я не стала отводить взгляд. Затаив дыхание, под светом светильников любовалась узкой талией, переходящей в поджарый зад и длинные сильные ноги. Не удержавшись, даже погладила кончиками пальцев ямки чуть ниже поясницы, чувствуя тепло кожи.

– Кайлин!

Дэвид не поворачивался ко мне лицом, но мне пока хватало и того, что я вижу. Посмотреть было на что, только вот беда в том, что хотелось не только смотреть, но и трогать, а он отчего-то не давался мне в руки. Упрямый мужчина!

Не вылезая из ванной, палач дотянулся до полотенца и, лишь прикрыв бедра, выбрался на пол и наконец-то повернулся. Глаза его горели знакомым мне огнем, а полотенце очень красноречиво топорщилось спереди. Но это все были такие мелочи. Мне срочно, вот прямо сию секунду было нужно прикоснуться к моему мужчине, и я не видела причин отказывать себе в этом удовольствии.

– Вот ты и попалась, девочка, – поймав мои проворные ладошки, Дэвид притянул меня к себе и крепко обнял.

– Или ты попался, – дразня его, провела ноготками по лопаткам, – и даже не пытайся сбежать!

– И не надейся, Кайлин. Не надейся.

Этот поцелуй отличался от всех предыдущих. Только сейчас я поняла, насколько до этого Палач сдерживал себя и свои желания.

Я буквально потерялась, растворилась в прикосновении его губ и рук. Жадных, одновременно нежных и страстных, порывистых и осторожных. Он был везде, мой Дэвид – заслонил собой весь мир и заставил исчезнуть из моей головы все проблемы. Поцелуй в шею, несильный укус в плечо, и вот я уже выгибаюсь в его руках, запрокинув голову, то ли прося остановиться, то ли требуя продолжения. Мои руки без устали скользят по мужскому телу, то нежно касаясь, то крепко сжимая, а то и вовсе царапая не сопротивляющегося мужчину.

Его стон, мой вскрик и чувство полета ненадолго приводят меня в себя, но когда я почувствовала под спиной знакомую простынь, тут же потянулась за новым поцелуем, даже не обратив внимания, что платья на мне уже нет, как собственно и белья, а доказательство мужского желания упирается в мое бедро. Горячее, крепкое доказательство.

– Кайлин… Да, скажи да, пожалуйста…

Едва различимый шепот опалил мои губы. И я вторю ему.

– Да, о Боги, да. Да, Дэвид…

Поцелуи-укусы спускаются вниз по шее, в прицел внимания палача попадает моя грудь, тогда как пальцы одной из рук скользят ниже, дразня и поглаживая, а я горю, горю и не хочу тушить этот огонь в своей крови.

– Моя маленькая, желанная, родная….

Сердце стучит все громче, своим стуком перекрывая все остальные звуки. Очередной стон срывается с моих губ одновременно с тем, как Дэвид задевает пальцами комочек нервов между моих бедер, а с первого этажа доносится громкий крик:

– Именем Короля, открывайте!

***

Застонав, Дэвид уронил голову мне на грудь и от души впечатал кулак в матрас.

– А давай, нас дома нет, – не скрывая надежды, выгнулась под мужским телом, красноречиво предлагая продолжить начатое.

– Давай, но эти же дверь вышибут и уже через две минуты будут на втором этаже.

– То есть, не успеем, – стон разочарования срывается с губ. – Тогда слезай с меня и иди спасать нашу дверь!

– А ты? – На меня посмотрели, выгнув бровь.

– Могу и я – думаю, незваные гости оценят мой растрепанно-обнаженный вид, да?

– Нет! – рыкнул, насупив брови, и резво встал с кровати. – Лежишь здесь и не шевелишься, Кайлин. Я быстро, очень-очень быстро!

Судя по тому, как настойчиво кто-то стучит в дверь, Дэвид обманывает не только меня, но и себя, однако, не отводя взгляда с желанного тела, я только молча кивнула. Как только палач натянул на себя чистые брюки и вышел за дверь, я лениво потянулась и, глядя в потолок, спросила:

– Пресветлая, ну, вот за что мне все это?

Вздохнув, тоже встала и, все еще чувствуя отголоски возбуждения, пошла одеваться. Сомневаюсь, что настойчивые гости так просто покинут дом палача.

С первого этажа слышались встревоженные голоса, и я начала торопиться. Кажется, все не так просто, как я думала.

– Кайли-ин! – Голос Дэвид – громкий, наполненный такой яростью, что я чуть платье не выронила, – прокатился по дому.

Плюнув на нижнее белье, натянула на себя только платье и бросилась к лестнице.

– Я сказал, выйдите за дверь! – Дэвид стоял в холле. На его плечо облокачивался один из стражников, а еще двое стояли рядом с входной дверью, стискивали кулаки и, не отрываясь, смотрели на палача.

– Мы не можем оставить его здесь. – заговорил тот, что на вид был старше.

Ну, по крайней мере, морщин на его лице было в разы больше, чем у второго.

– Вы забываетесь, – прошипел Палач. – Или и правда думаете, что в моем доме ему может что-то грозить?

– Вряд ли угроза исходит от вас, палач, но выйти мы не можем!

Бегом спустившись вниз и не обращая внимания на перепалку, я обошла композицию из Дэвида и незнакомого мужчины и тихо ахнула: это был тот самый стражник, который однажды носил мои покупки за мной.

– Кажется, это намек, что угроза исходит от меня, – недовольно буркнув, обхватила щеки стража и запрокинула его лицо, всматриваясь в глаза. – Давно ему плохо?

Я не видела, что происходило за моей спиной, но судя по рыку Палача…

– Отошли!

… двое у двери странно отреагировали на мое любопытство. Только вот мне было не до них. Мужчина, который буквально висел на шее Дэвид, слабел на глазах.

– Так, хороший мой, ну-ка рот открываем.

– Мммм, – было мне ответом от стража и возмущенное от Дэвида:

– Кайлин.

– Не Кайлин, а рот открыть ему надо! Не слушай этих упрямых индюков, пусть себе спорят, кто куда пойдет, да? – уговаривала я знакомого незнакомца. – Мне очень нужно увидеть твой язык, ну прям сейчас.

Надавив с двух сторон на скулы и большими пальцами на подбородок мужчины, заставила-таки его сделать то, что мне было нужно.

– Ух ты, вино, видимо, пил, да?

– Умм…

– Да ладно, знаю, что пил. Хорошее вино, вкусное. Хорошо, что выпил не много, но плохо, что было оно с добавкой.

Судя по напряженной тишине, воцарившейся в холле после того, как всех присутствующих я обозвала индюками, к нашему разговору внимательно прислушивались. Вот и чудненько.

– Значит так, берешь одного из этих упрямцев, – отпустив наконец-то чуть колючие щёки, посмотрела на палача, – и вы вдвоем несете своего знакомого в спальню. На первом этаже, до второго не тащите. Там раздеваете, и в кровать.

– Никуда он его не понесет! – кто-то возмутился за спиной.

– Кайлин, в чем дело? – немало удивился Дэвид.

– Сейчас и быстро! – Я гаркнула так, что кое-кто нервный уронил что-то тяжелое на пол. Хорошо, что это был не палач. Его ношу ронять нельзя было.

Развернувшись, внимательно посмотрела на двух упрямо сжимающих губы мужчин и ткнула пальцем в того, кто постарше.

– Вы – за мной, второй – помогать палачу!

– Да какое право ты имеешь, под…

– Называй меня, как хочешь, – не дала договорить молодому стражу. – Но если вы сейчас не послушаетесь, ваш приятель умрет, причем мучительно, но довольно быстро.

Кажется, эта новость не понравилась ни одному из мужчин в комнате, так как они наконец-то начали меня слушать. А может быть, помогло то, что рядом был Палач. И хоть на нем были только штаны, все же спорить с ним мало кто рискнул бы. И уж тем более не после его тихого, леденящего кровь:

– Немедленно делаем так, как она сказала.

Все пришли в движение, а я, не глядя, идет за мной старший из стражей или нет, помчалась на кухню. Пусть все видят мои сверкающие голые пятки и растрепанные волосы. Пусть думают, что я подстилка палача, но мне это не помешает спасти жизнь человеку, который, пусть даже по просьбе, отнесся ко мне если не с уважением, то с огромным терпением уж точно.

Схватив чайник, бахнула его на плиту и быстро пошла собирать все необходимые бутыли.

– Что нужно делать? – мужской голос заставил резко обернуться.

В дверях замер тот страж, которого я и звала с собой, он удивленным взглядом осматривал помещение. Травы, висящие по углам кухни. Тарелку с блинами, книгу, забытую мной на столе.

– Так вы и правда с ним живете?

– Нет, я всего лишь его подстилка. Но на вашу удачу я еще и очень хорошо разбираюсь в травах и умею распознать, когда человека отравили.

Быть вежливой у меня просто не было времени.

– Распознать и мы смогли, а вот вылечить…

– Держите, – не дослушав, сунула в руки мужчине медный поднос и принялась складывать на него все, что могло мне пригодиться. Как только с этим делом было покончено, налила в кувшин согретой воды, в еще один – просто холодной, и пошла впереди, ведя за собой невольного помощника.

– Как вас зовут?

– Джейкоб, а вы – Кайлин, я знаю.

– С учетом того, как он кричал мое имя, я бы удивилась, если бы вы не запомнили.

Мы с Джейкобом быстро добрались до моей бывшей спальни, где Дэвид со своим помощником как раз успели устроить пострадавшего.

– Ставьте поднос на тумбу, – попросила, не глядя на мужчин.

Сама же, поставив кувшины с водой рядом с кроватью, принялась более тщательно осматривать пострадавшего. Прежде всего меня интересовали его глаза, слизистая рта, ногти на руках и ногах. В идеале бы еще было заглянуть под штаны, но, боюсь, не все в комнате оценили бы мое рвение. А ведь тот яд, который я подозревала, в первую очередь проявляется повышением температуры тела в паховой области и, как следствие – покраснением паховых складок. Эх, была не была…

Чуть приподняв одеяло, скользнула рукой по мужскому торсу, пробираясь ниже, и даже почти достигла цели, как услышала возмущенное:

– Кайлин, какого Темного?!

– Никакого, мне нужно проверить…

– Тебе нужна помощь остальных стражников? – сдержанным тоном уточнил Дэвид, и, стоило мне отрицательно качнуть головой, выпроводил их ждать в гостинную. – Что ты хотела проверить в штанах этого мужчины?

– Есть ли покраснения и жар в паховых складках. Больше меня ничего не интересовало у него в штанах! – фыркнув, возмущенно посмотрела на палача. – Проверь сам, раз такой недоверчивый!

– Дело не в доверии, Кайлин, просто не каждый день маленькие упрямые травницы на глазах стражи пытаются запустить руку в штаны короля.

Информация не сразу дошла до меня, так как в этот момент я пальцем шерудила во рту отравленного, проверяя наличие налета, а когда поняла, что именно Дэвид сказал…

– Он – городской страж! – отдернув руку, возмущенно посмотрела на Палача, который в это время сам полез под одеяло.

– Жар есть определенно, и точно он не нормальный. И уж поверь мне, Кайлин, я знаю, кто наделил меня силой. И кому я приносил клятву верности. Перед тобой лежит Король Лассаса, и я очень надеюсь, что ты знаешь, как его спасти.

Король? Сам Король?! А я его нагрузила как обычного ишака? Назвала «мой хороший»! Пальцем во рту лазила… Да что там во рту, я к нему в штаны залезть пыталась!

– О, Боги, мне определенно понадобится помощь и твое обещание не убивать меня сегодня!