Глава 15 · Вакансия наложницы

Юля

— Его высочество осмелился нарушить черту и воспользоваться мной прямо в этой беседке! Вы это ви-и-идели? — противно взвизгнула леди Белая Лилия, обращаясь всё ещё ко мне. При этом она картинно смяла рукава и один даже умудрилась надорвать.

Мой мозг вежливо попросил минуту на переосмысление происходящего.

Что-что-что? Я видела, как это ты ни с того ни с сего его ударила, голубушка!

Я так оторопела, что эта наглая фифа видит меня, что не сразу нашлась с ответом. Хотелось разом высказать ей всё. Я набрала в грудь побольше воздуха, и… через меня гиппопотамом пронеслась дородная тётенька. Так как у меня небольшой рост, но при этом летаю над землёй, получилось так, что моя голова находилась как раз на высоте головы той, к кому действительно обращались.

На толстых ногах-колоннах (я судила по топоту и одышке, сами ноги, разумеется, были под многослойными халатами) женщина подбежала к драконице и принялась картинно ощупывать ту, одновременно причитая:

— Ох, горе-то какое роду Белой Лилии, какой позор! Ох, не для того вас матушка с батюшкой растили, чтобы над вами надругались в каком-то вшивом парке…

— Он меня облапал, а потом набросился… — Леди Белая Лилия оглушительно всхлипывала и не менее претенциозно заламывала руки.

— Каков подлец!

Я смотрела на разворачивающееся представление с нарастающим изумлением. Меня здесь, конечно, не было — я просто мимо пролетала. Но чтобы Катэль на кого-то набросился? Вот этот принц? Тот самый, который покраснел до ушей, стоило мне посмотреть на его торс? Который убежал из собственной спальни, назвав меня бесстыжей соблазнительницей? Который судорожно завязывал пояс халата, когда я просто рядом зависла?

Не верю.

Не верил явно и его высочество, потому что спрятал руки в широких рукавах и молча сделал шаг назад.

Крикуньи же не унимались:

— Если бы вы, леди Лиора, не прибежали вовремя, то, боюсь, моя честь была бы навсегда поругана. Со мной всё в порядке, но доброе имя моей семьи уже не отмыть…

— Ваше высочество! — Грузная дама резко развернулась и перегородила принцу выход из беседки, словно он пытался куда-то сбежать. — Вы должны… Нет, вы обязаны компенсировать случившееся леди Харуке! После сегодняшнего вечера пойдут слухи. Вон, уже гости подтягиваются и оборачиваются, посмотрите сами! Вы заманили её сюда в недостойное время суток и планировали надругаться… Она много лет хранила свою чистоту, берегла её для достойного мужа! А теперь что⁈ Кто возьмёт её после этой ночи⁈

— Он заманил? — не выдержала я. — Я чую нестыковку, вообще-то вы сами пригласили. Нет, Катэль, ну каковы же наглые лгуньи и нахалки. Ещё и компенсацию захотели! Я тоже, может быть, многого хочу. Слушай, я призрак без памяти, тела и гражданства в этом мире — и то у меня совести больше, чем у этих двоих вместе взятых!

Однако его высочество не обратил на меня ни малейшего внимания, более того, он даже голову в мою сторону не повернул. Катэль продолжал хмуриться и молчать. Харука всхлипывала в рукав и тёрла глаза, отчаянно стараясь выглядеть убедительно, но, на мой взгляд, конкретно переигрывала. Лиора же набирала воздух для следующей тирады.

И вот тут принц медленно поднял руку.

— Достаточно, — произнёс он негромко.

Но так, что обе дамы мгновенно умолкли.

Катэль чуть повернулся и кивнул в сторону густых кустов рододендронов, окружавших беседку.

— Вон там, — сказал он холодно, — стоит моя охрана. Она там с того момента, как леди Харука переступила порог беседки. Таков порядок, заведённый ещё моим отцом: правящий принц никогда не остаётся без глаз и ушей, даже в собственном саду. Если бы вы потрудились узнать об этом заранее, ваш план мог бы быть продуман иначе. Но, как говорят мудрые, тот, кто торопится расставить сети, сам в них и запутывается. Чьим словам поверит суд — моей охраны или двух дам с надорванными рукавами?

Харука резко перестала всхлипывать. Её служанка тоже притихла.

Я медленно выдохнула. Ну всё. Вот теперь я окончательно пропала. Потому что умный мужчина в десять раз опаснее красивого. А этот ещё и красивый.

— Так что единственный позор, который здесь присутствует, — продолжил принц, — это те лживые слова, что вы сейчас произносите вслух. За подобную клевету на правящего принца полагается сто палок.

Лиора охнула и поднесла руки к груди. Лицо Харуки из театрально-страдальческого стало абсолютно белым, она попыталась изобразить обморок, но так как верная служанка не спешила её подхватывать, пришлось обойтись приседанием.

Катэль сделал шаг вперёд, намереваясь выйти из беседки, но гиппопотамиха как будто закаменела. Его высочество выгнул изящную бровь и добавил:

— Или мне выписать сто пятьдесят лично для вас?

Лиора отпрыгнула с дороги с такой прытью, которой я никак не ожидала от человека её комплекции, споткнулась и рухнула на колени, прижав лоб к земле:

— Пощадите, ваше высочество, не губите, не со зла, бес попутал, простите ничтожную!

Катэль смерил полным брезгливости взглядом драконицу и её служанку и вышел из беседки. Из темноты на посыпанной гравием дорожке мгновенно материализовался Икари-сан:

— Ваше высочество, с вами всё в порядке?

— Да, спасибо, — бросил Катэль, не оборачиваясь.

— В смысле «да, спасибо»? — возмутилась я, кружа над принцем. — А если бы они тебя сейчас обвинили духи знают в чём? Ты им в итоге назначил палки или нет? Если да, то почему не велел Икари-сану схватить обеих?

Однако Катэль продолжал меня игнорировать и широким шагом двигался к нужному павильону.

— Как так-то⁈ Да эта Харука — лгунья, каких поискать надо! Ух, да была бы я материальной, да я бы ей… Интересно, на какую же компенсацию она рассчитывала, — бурчала я, уже сбавив обороты.

Было неприятно оставлять двух гадюк безнаказанными, я бы посмотрела, что они делают сейчас и до чего договариваются, но и бросать ради такого принца тоже не хотелось. Вдруг он за это время ещё в какую неприятность вляпается?

Пока я возмущалась, мы подошли к самому красивому и высокому строению на территории всего дворца. Я бы этого и не заметила, если бы Левое Крыло не подал голос:

— Ваше высочество, праздник Розового Ветра уже закончился, но вы сегодня ничего не ели. Вы будете ужинать? Мне приказать подать еду?

— Нет. — Катэль поморщился. — Я слишком устал, встретимся за завтраком. На сегодня всё, можешь быть свободен.

— Спасибо, ваше высочество. И… — Он переступил с ноги на ногу, словно спрашивая о чём-то, о чём они говорили раньше.

— После завтрака я попрошу братьев собраться. — Его высочество сухо кивнул.

— Принято. Пусть ночь принесёт вам покой.

Икари-сан низко поклонился, а Катэль взлетел вверх по лестнице. Поворот, еще один… Я только и успела, что шмыгнуть за ним в комнату, более-менее запомнив, где находятся покои первого принца.

— Эй, подожди меня! — крикнула я, но Катэль даже не замедлился. По спине внезапно пробежал холодок от странной мысли: а вдруг, пока я летала, и этот мужчина перестал меня видеть и мне осталось общаться лишь с одними животными? — Ау, Катэль, ты меня слы-ы-ышишь? — завопила что есть мочи.

К счастью, когда я промчалась сквозь закрывающиеся двери насквозь, красавчик с вишнёвыми волосами стремительно развернулся (так, что волосы и кимоно красиво поднялись в воздух) и строго посмотрел:

— Юля, ну конечно я тебя слышу! Я просто устал, день сегодня был длинный, я хочу спать. Ты совсем-совсем не хочешь?

А я… А что я? Я вообще-то тоже утомилась. Как выяснилось, и духам надо отдыхать, вот только что будет дальше с этими двумя курицами, мне было интереснее. Я сложила руки в умоляющем жесте:

— Катэ-э-элюшка, ну пожалуйста, объясни, что сейчас произошло и почему ты не наказал этих… эту драконицу?

Принц неожиданно тяжело выдохнул и покосился на балкон, за которым отчётливо виднелась практически полная луна.

— Юль, у меня завтра будет… очень сложный день. Ты уверена, что хочешь сейчас всё выяснить?

— А ты мне по-быстрому расскажи! Мне так интересно, это наверняка связано с каким-то неоконченным делом в этом мире… — завела я свою шарманку, но осеклась под пристальным взглядом дракона.

Кажется, Катэль догадывался, что где-то я слегка привираю. Тем не менее, потерев переносицу, он сообщил:

— Я не мог не появиться в той беседке. Небо могло указать мне на истинную — я был обязан проверить. Как всегда, мой дракон не подал никаких знаков. — Он говорил устало, практически без интонаций. — Она тоже ничего ко мне не почувствовала и на подобный случай заготовила план обвинить меня в приставаниях и напроситься в наложницы.

— В наложницы⁈ — воскликнула я ошарашенно.

А я-то думала, она золото себе хочет или дворец.

— Да, в наложницы, — повторил Катэль. — Очевидно же. Юля, у тебя всё?

Кому как, а у меня лишь добавилось вопросов. Катэль к этому моменту разложил футон и взялся за пояс, чтобы раздеться, но я возбуждённо закружила по комнате.

— Вообще ничего непонятно. Да какая женщина захочет стать наложницей? А как же истинная? А если ты её найдёшь? Ничего не понимаю. А если она найдёт истинного⁈

Катэль вздохнул ещё продолжительнее, чем в первый раз, и красноречиво посмотрел на небо, где сияла луна. Я сделала вид, что намёков не понимаю. Немного подумав, принц решил, что быстрее будет сообщить мне всё, что я хочу знать, чем уговаривать покинуть его покои.

— Любая женщина желает стать моей наложницей, — произнёс он очень чётко, глядя мне в глаза. — Я первый принц Аккрийский и управляю всем Огненным Архипелагом. К своим семистам годам я так и не нашёл истинную, а это означает, что, скорее всего, уже и не найду. Может, не родилась она, может, я плохо искал, а может, и вовсе боги пошутили и она в другом мире. Неважно. Это факт. И это означает, что любая женщина, которую я возьму в наложницы, хоть она и не родит наследника, будет первой леди и приобретёт колоссальное влияние при дворе. Что до потери возможного истинного, — Катэль пожал плечами, — её выбор. Она молодая и глупая, леди Харуке всего сто шесть лет, но она готова пожертвовать такой возможностью. Это её выбор.

— Ясно…

Я почувствовала себя ошеломлённой и даже не знала, что на это ответить. Концепция официальных любовниц звучала для меня дико. Я даже передёрнула плечами. Катэль явно понял этот жест по-своему, потому что прокомментировал:

— Многие знатные драконы берут неистинных женщин в наложницы, но предпочитают оставлять место жены пустующим. Если позднее истинная находится, то она, конечно же, становится женой.

— А что делается с предыдущими… ну… э-э-эм, барышнями сердца? — зачем-то уточнила я.

— Живут, — пожал плечами Катэль, вновь не поняв меня. — Но это более консервативно настроенные драконы. У меня никогда не было ни одной наложницы. Собственно, именно поэтому леди Харука так стремилась на это место, ведь будь у меня десяток наложниц, оно было бы уже не таким интересным.

Ага, ясно. Разводов у них, похоже, тоже не существует…

— А так просто… без каких-либо церемоний встречаться с драконицами у вас не принято? Это считается позорным?

— Принято, конечно, — улыбнулся Катэль. — Мой младший брат Олсандер именно так и поступает, заранее говоря, что не даст никому места ни жены, ни наложницы.

Ого, вот оно как! Я мысленно присвистнула. Интересный экземпляр… Это, получается, тот, что сообщил о гостье в беседке? Надо взять на заметку.

— В этом нет бесчестья, — тем временем продолжил Катэль. — Давным-давно в наложницы брали дочерей врагов или, начиная с восьмой, дочерей очень бедных родов, а с тех пор многое смешалось и перепуталось. В наше время некоторые драконицы глупы и ленивы, хотят получить гарантии прямо сейчас и настаивают на церемонии. Собственно, род Белой Лилии принадлежит к тем, кто чтит старые устои больше, чем сам закон. Они убеждены: девица, оставшаяся наедине с мужчиной хотя бы на краткий миг, бросает тень на своё имя — вне зависимости от того, что произошло за закрытыми дверями. Леди Харука росла на далёком острове, в полном уединении, в строгих рамках этих правил. Она никогда не видела мира иначе. — Принц чуть помолчал. — Именно поэтому она не увидела изъяна в своём плане. Тот, кто знает лишь одну дорогу, не сомневается в том, что она верная. Теперь я ответил на все твои вопросы, Юля?

Я растерянно посмотрела на Катэля, кусая губы. Как же сложно у них всё получается. Выходит, леди Харука — глупышка ещё та, если по драконьим меркам молода, но уже готова была подписаться на роль наложницы без детей ради эфемерной власти. М-да…

— А не наказал ты их потому… — вопросительно протянула я.

— Потому что не хочу ссориться с родом Белых Лилий. Огненный Архипелаг и так представляет собой разрозненные острова-государства, и на каждом правила устанавливает свой род. Конечно, формально они все подчиняются Центральному, но зачем ухудшать отношения с подданными? Тем более когда ничего плохого не случилось. Рёдзи-доно, глава рода, отличный мечник, у него своя школа воинов для людей и оборотней, да и с эльфами они активно торгуют тонкими ароматами.

Логично. Не поспоришь. Вот только я всегда считала, что за любой проступок должно быть соответствующее наказание, чтобы в будущем мошенник не захотел его повторить ещё раз. Впрочем, доносить это до Катэля сейчас было бы слишком жестоко с моей стороны: он отчаянно зевал, прикрывая рот рукавом.

— Можно спать, — милостиво разрешила я и спланировала на правую часть футона.

Сегодня я сплю не на траве, сегодня у меня, как у настоящего человека, целый матрас, и никто об меня не споткнётся с утра. Красота!

— Юля, — произнёс Катэль с лёгким недоумением, — дворец стоит на этом острове уже несколько столетий. Места в нём, уверяю, хватит на всех, включая тех, кому не нужна кровать для ночлега. Завтра действительно тяжёлый день, мне надо выспаться.

Я чуть не хрюкнула от смеха. Меня стесняются? Опять? Этот мужчина пережил семь столетий, битвы, государственные проблемы, чиновников в фиолетовых халатах — и стесняется призрака на своём футоне.

— Ложись, — великодушно разрешила я. — Я бестелесная. Обещаю не храпеть, не пинаться и не забирать одеяло.

Катэль посмотрел на меня долгим взглядом человека, у которого закончились аргументы, но не закончилось достоинство. Потом молча ещё раз подумал, показательно шумно вздохнул, снял с себя верхний халат и лёг, отвернувшись к стене.

Я устроилась рядом, подложила под щёку призрачную ладонь и уставилась в расписной потолок. Да какой тяжёлый день может быть завтра? Разве может случиться что-то похлеще, чем то, что мы пережили сегодня?

Засыпая, я даже представить себе не могла: ещё как может!