Глава 39

— Где она? — Георг хлопнул ладонью по столу. — Лавр, я тебя спрашиваю, где она.

Дверь отворилась.

— Кто без стука входит? Где секретарь? — Георг рвал и метал. Ребекка укатила с другом и не подавала признаков жизни. Не знала где она даже его спецагент. А та уж всегда всё знала.

— Я думаю, что короли не стучатся.

В кабинет генерала вошёл Филипп.

— Что за шум, а драки нет? — Фил с некой ленцой прошёл до ближайшего кресла, уселся, закинув ногу за ногу. — Поехали на лыжах кататься. А то мне одному скучно. Сеструха со своим всё время. Я и подумал…

— Что ты сказал? Фил, ты сказал: «сеструха»? То есть ты хочешь сказать? — вены на шее вздулись. Не будь Филипп наследником престола, он бы уже сделал низкий полёт по кабинету.

— Что? Ну да, я воспользовался королевской службой. Она под охраной, не переживай. В горах, на лыжах. Ты же занят был. Дунька сказала, что она оставила тебе записку.

— Записку, значит, оставила. Хотелось бы знать, где? — рявкнул Георг. — А ничего, что она моя невеста?

— Ой, оставь. — отмахнулся Филипп. — Мы же современные люди. Пусть развлекается. Как надоест, прибежит к тебе. Кстати, до меня слух дошёл. Это правда?

И Филипп небрежно бросил перед Георгом журнал, где на глянцевой обложке красовалась Лена.

— Кто эта красотка? Познакомишь? Или жадничаешь?

— Жадничаю. Содержанка. Не познакомлю. Не приручена ещё. — усмехнулся Георг. — Мне в королевский совет донести, что ты вывел принцессу из-под моего контроля? Хочешь, я вообще сдам полномочия и уеду в поместье?

— Не злись, — отмахнулся Филипп. — Лучше хватай свою блондинку и поехали на лыжах.

Георг задумался. Идея неплохая, но вывозить Лену было ещё слишком рано. Он видел, что она буквально потеряла голову от свалившегося на её голову богатства.

Горы их встретили надменным величием. Они не снимали свои снежные шапки. Внизу шёл такой снегопад, что не было видно в двух шагах ничего. Подъёмник медленно тащил вверх. Закрытая кабинка.

— Георг, на чёрные? — умоляюще попросил Филипп.

— Нет, ты шею сломаешь, а мне потом её от туловища отделят. И, Фил, заканчивай с детством. Каску на голову надень.

Филипп тряхнул своей шикарной шевелюрой.

— Ты стал скучным. Не пьёшь. На чёрных не катаешься. Стареешь?

— Проблем много. Так, Ребекка точно будет наверху?

Они пересекали густые облака. И над ними открывалось глубокое голубое небо. Кабинка мягко въехала на станцию. Первый вышел Лавр, он вытащил свои лыжи. Следом последовали Георг и Филипп.

Ребекка крутилась около интерактивной доски и выбирала маршрут.

— Глеб, смотри, сначала едем здесь, потом здесь поднимаемся, потом здесь спускаемся…

— Вот ты и не угадала. — раздался над ухом голос Георга. — Ты сейчас едешь за мной на самый низ, а там в машину и домой.

Девушка подняла на него глаза и вдруг поняла, что не боится его. Что он перестал на неё действовать магически, как это было раньше.

— Да щас. Подпрыгнула и разбежалась. Мы с Глебом… — начала она.

— Ты отдельно, а Глеб отдельно. Ты нарушила договор. За нарушение я наказываю. — он сделал шаг по направлению к Ребекке.

— Я предупредила. — сказала она и покраснела. — Я хотела предупредить, но тебя не было. И вообще, я королевская дочка, а ты всего лишь генерал. — фыркнула она и повернулась к нему спиной.

Георг подошёл к ней, положил руки на плечи:

— Слышь, королевская дочка. Я тебя сейчас вместе с братцем сдам вашим родителям. Скажите, мне заняться нечем кроме как оберегать королевских отпрысков. Один на чёрную трассу захотел. Вторая в горы без разрешения смоталась. И… Ребекка. Ты, я так понимаю, собираешься съезжаться с Глебом? А чего не на территории его тётушки.

— А Дина уехала. — сказал Глеб. — Она тогда от вас вернулась, забрала вещи и уехала.

— Уехала? — переспросил Георг, сам не зная, для чего.

— Ага. Семья только рада, что она кинула своего. Может теперь нормального встретит. А то этот только себя любил. Ему ни детей не надо было. Дина вокруг него как вокруг ёлки плясала.

Георг

Дина уехала. Жаль, что не знал. Хотя, может и к лучшему. Что я мог ей предложить? Стать очередной содержанкой?

Наверно, она права. Что за мужик, если он не может защитить свою женщину.

Но всё-таки на душе корябались кошки. Нет, я не мог стать причиной развода. Люби она его по-настоящему, она бы не подпустила меня. Наверно, ей нужен был толчок. И я им послужил.

Неделя, проведённая в горах, пошла мне на пользу. Я стал забывать Бьянку и всё чаще думал про Лену. Если быть точнее, то каждый раз, когда я вспоминал Бьянку, я заставлял себя думать о Лене.

Лена. В то утро она встала, позавтракала, оделась и ушла на работу. Оттуда направилась в общежитие.

Мои адвокаты занимались процедурой опекунства над Алей. Сама девочка пока жила у подружки. Судебная система Посада была прогнившей. За пару тысяч решение было вынесено в нашу пользу. И Аля могла смело заселяться вместе с Леной.

К Лене приходил психолог. Она пообщалась с девушкой, попыталась с ней поговорить на интимные темы. Но Лена оказалась очень закрытой и скованной.

— Господин генерал. Не торопите события. Сначала я обработаю, подготовлю, а через месяц вы поместите её в стационар.

Жаль, конечно, но я решил довериться специалистам. Ломать психику девушки мне не хотелось.

Наталья под видом учёта товаро-материальных ценностей учила её вести бюджет. Здесь дело обстояло совсем печально. Мне пришлось перевести на счёт Лены дополнительную сумму, ибо однажды она не пошла на обед. Как выяснила Наталья, накануне Лена сходила в магазин и потратила все свои деньги.

Солнце палило так, словно они находились на морском побережье. Белые снега его отражали, отчего слепило в глазах.

Небольшое одиноко стоящее шале с расписными ставнями окружали огромные мохнатые тёмно-зелёные ели.

Вытянув свои длинные ноги, Георг развалился на шезлонге. Его лыжный комбинезон расстёгнут на груди. Он без головного убора. И солнце подсвечивает его тёмные волосы.

На глазах солнцезащитные очки. Кожа на лице покраснела, как это бывает при длительном пребывании на солнце.

Он сцепил руки на животе в замок и с лёгкой полуулыбкой смотрел, как Ребекка каталась на бублике с горы.

«Совсем ещё дитё», — подумал он с какой-то братской нежностью.

— Георг, пить будешь? — услышал позади себя голос Филиппа.

— Нет, и тебе не советую, иначе на трассу не выпущу. Имей это в виду. — ответил Георг, не поворачивая головы. — Иди лучше, побесись с сестрой.

— Нужен ей я, — фыркнул Филипп. — Между прочим, я минералку предлагаю. А ты о чём подумал? И зачем я тебя только позвал? Надзиратель. — выдохнул он. — Дома поучают, здесь поучают… Я спросить тебя хотел, что там с Бьянкой.

Георг дёрнулся, словно его хлестанули по спине.

— Надеюсь, что нормально. Почему ты спрашиваешь?

— Ты мне ничего не хочешь рассказать? Что произошло? Мне папаша часть своих полномочий передал. Могу помочь.

Генерал усмехнулся: «Нашёлся помогальщик. Сам себе помоги для начала».

Из домика вышла дородная женщина в национальном костюме. Она вынесла поднос с расписным пузатым чайником, кружками, блюдцами и апельсиновым вареньем.

— Ты как хочешь, а я местного чайку попробую. — довольно проговорил Филипп. — Лавр, ты чай будешь?

Лавр сидел чуть поодаль с книгой в руке. Увидев чай, он попросил женщину принести булочки. Он положил книгу на шезлонг, а сам подошёл к столу:

— Так что там у тебя за полномочия?

— Вопросы семьи и брака. — важно произнёс наследный принц. — И вопросы здоровья нации…

Лавр, который успел сделать глоток, от неожиданности выплюнул содержимое:

— Фил и здоровье нации. То есть ты в полной завязке? — засмеялся он.

— Георг, чего твой адъютант распоясался. Перед вами вчерашний король стоит, а вы меня в чём-то подозреваете.

Георг с усмешкой посмотрел на наследника престола:

— Слышь, ответственный за семью и брак, самому не смешно? Ты сессию сдал? Или опять в академ?

— Сдал, — обиженно пробурчал Филипп.

«Берегись!» — раздалось с горы.

Ребекка забралась на самый верх. Уселась в бублик и… полетела на бешеной скорости вниз. Её смех взвивался над шале. Ему вторил мужской. Глеб скатывался следом.

Недалеко от домика бублик принцессы вдруг вильнул и перевернулся, накрыв девушку с головой. Глеб врезался в бублик принцессы.

Георг с интересом наблюдал, раздумывая, а не присоединиться ли ему к веселью. Но третьим лишним быть не хотелось, а ботаник не оставлял девушку без внимания ни на секунду.

— Не хочешь пригласить Дуньку на аудиенцию? — неожиданно спросил Филипп.

— На аудиенцию? И что я ей скажу? Ай-яй-яй, ты королевская дочка встречаешься с ботаником? Перед отъездом поговорю, объясню, чем ей грозит совместное проживание…

— Я разрешил. — ответил просто Филипп.

У Георга бровь полезла вверх.

— А ничего, что я жених? — спросил он с какой-то издёвкой.

— Да ладно тебе. Ты пока всех блондинок, проживающих в районе пяти километров, не покроешь, не успокоишься. Сеструха к этому времени старухой станет.

— Фил. Я ведь не посмотрю, что ты наследный принц. Я же тебя сейчас снегом умою. Когда это я неразборчив в связях был? — Георг встал, потянулся. Потом наклонился, скатал снежок и запустил его в сторону.

— Напомнить? Пока Бьянка не появилась, как перчатки менял.

Георг скатал второй снежок и запустил его в Филиппа. Снежок попал прямо в кружку. Фил поставил свой чай на стол, наклонился и ответил снежной атакой на генерала.

Молодые люди начали носиться друг за другом, обстреливаясь снежками. Лавр в снежной баталии участия не принимал. Он снисходительно улыбался, потягивая ароматный чай с пряностями, отщипывая булочку.

Неожиданно Георг остановился. Краем глаза он заметил принцессу, которая вдохновлено целовалась с ботаником. Они никого не видели и ничего не замечали.

— Георг, — позвал его Лавр, который давно уже наблюдал за парочкой и желал отвлечь внимание генерала, зная о его крутом нраве.

— Погоди, — отмахнулся Георг. — Ребекка, это что я сейчас видел?

Своими огромными шагами он направился к молодым людям. Вот-вот схватит, как неожиданно Ребекка и Глеб разбежались в разные стороны.

Георг, недолго думая, побежал за принцессой. Она убегала хохоча. Её платиновые волосы растрепались. Иногда она оборачивалась. И тогда он видел розовые щёки, приоткрытый рот. При этом она показывала ему язык.

Девушка петляла как заяц между деревьев. Георг старался не отставать. Но его масса тела была больше, и он сильнее проваливался в снег. Вдруг Ребекка споткнулась о ветку, растянулась на снегу. Георг упал на неё сверху, и они покатились вниз. Всё больше и больше напоминая снежный ком. Наконец склон закончился.

Георг лежал на спине, раскинув руки и ноги в разные стороны. Снег облепил его волосы, забрался за воротник.

На генерале гордо восседала принцесса:

— Ты как это делал? — удивилась она.

— Что?

— Пока катились, мне казалось, что ты держал меня на весу. — Девушка сняла перчатку с руки, наклонилась и стала стряхивать снег с мужчины. Её волосы щекотали ему нос.

— Дунька, прекрати немедленно, иначе я чихну. — только он это сказал, как раздалось громкое «Апчхи». — Ладно, вставай с меня. И поехали.

— Не встану, пока не пообещаешь мне одну вещь. — она улыбнулась.

— Какую?

— Ты пообещай, что исполнишь. — настаивала Ребекка. Она смотрела ему прямо в глаза. — Почему я раньше тебя боялась?

— Теперь смелая стала? — усмехнулся он.

— Ага. Нисколечко не боюсь. Веришь? — она провела ладошкой по его подбородку. — Колешься.

— Верю, иначе ты бы у меня на глазах со своим ботаником не целовалась.

Солнце светило со спины принцессы. Её растрёпанные волосы сейчас напоминали нимб. Она вся так и светилась от счастья.

— Георг, миленький, любименький, пообещай. — она сложила ладошки, словно собиралась молиться.

— Миленький, любименький… — передразнил он. — Хорошо, обещаю, что исполню, если будет в моей власти.

— Я тебя люблю! — и девушка упала ему на грудь, обняла со всей страстью и поцеловала в щёку. — Фу, колючий!

Ребекка вскочила на ноги и подала руку Георгу. Он встал. Она стала перчаткой сбивать с него снег.

— Судя по твоему настроению, сестрёнка, у тебя получилось. — раздался рядом голос Филиппа.

— А, и вы здесь. — Георг посмотрел на принца, рядом с которым стоял Глеб. — Ботаник, ты совсем страх потерял. У меня на глазах целуешься с принцессой. Или ты пришёл сказать, что мне всё это показалось.

Глеб и Филипп одновременно посмотрели на Ребекку. Она выдохнула:

— Он обещал исполнить всё, что в его власти. А это в его власти. — девушка подбежала к Глебу.

— Так, что-то мне кажется, что я погорячился. Так что в моей власти, могу я полюбопытствовать? — спросил Георг, переводя взгляд с одного на другого.

— Ну как что? Расторгнуть нашу помолвку. Зачем тебе я? Я непослушная, вести себя не умею и учусь на физика.

— Филя, а скажите-ка мне, ваше величество, ты для чего меня сюда привёз? Только не говори, что не знал. — Георг вылез из сугроба. — Дай, облокочусь. Снег из обуви вытряхну.

Он схватился за принца и опрокинул того в снег.

— Признавайся!

— В чём? Знал, конечно. Георг, ну какая из вас пара. Она тебя не любит, ты её. — теперь уже принц поднимался.

— Шуруйте быстро к домику. Вызываю вертолёт и в столицу. Совсем распоясались. — гаркнул Георг. Хотелось грозно, но не вышло. — Глеб у нас теперь кто? Граф? Барон? Маркиз? Ты, уполномоченный по делам семьи и брака, какой титул дал воздыхателю сестры?

— Так он иностранец. Как я ему титул дам? — ответил Филипп.

Ребекка шла, затаив дыхание. Она крепко держала Глеба за руку. Если откровенно, то девушка ожидала бури, что Георг взбесится. Нет, он не любил её, но потому что решение без него приняли.

— Ребекка, а ты давно посещала Ллойда? — неожиданно спросил Георг.

— Зачем? — как можно беспечнее ответила вопросом девушка.

— Что значит зачем? Только не говори мне, что ты уже того? Ребекка, посмотри на меня. — шутливые нотки исчезли из тона Георга.

Молодые повернулись. Девушка опустила глаза, закусила нижнюю губу.

— То есть ты уже с ним живёшь? — мягко зарычал Георг. — Да?

— Угу. — она посмотрела на него исподлобья.

— Ботаник, я предупреждал, что отделю тебе тычинку от пестика? Готовься. — генерал раздул ноздри.

— Можно подумать, что от этого у меня срастётся. — фыркнула Ребекка.

— Разговорилась. Ты хоть предохраняешься?

— За кого ты меня принимаешь? Я пока не желаю дарить внука родителям.

— Филя, дай, я угадаю. В королевский совет донесено не было о разрыве помолвки и о разрешении на отношения принцессы и ботаника. — Георг прищурился и посмотрел на принца.

Филипп в это время с очень увлечённым видом рассматривал найденную по дороге шишку.

— Ну, ты же жених. Как бы я без тебя-то…

— Ага, королевский совет доверен мне. Ну, спасибо! Ладно, я доложу в королевский совет, а после этого рвану в поместье. Вот и хорошо.

И он направился к домику, не глядя ни на кого.

— Не получится. — крикнул в спину Филипп. — Ты останешься на охране принцессы здесь.

— Что? — повернулся Георг.

— Я так решил. Уже указ издал. — ответил принц и рванул в сторону от генерала.

— Лавр, вызывай вертолёт, туда принцессу и ко мне в поместье.

— Ты туда на передержку всех своих дам будешь устраивать? — услышал он голос адъютанта, который, впрочем, не сорвался с места выполнять приказ начальства.

— Распоясались совсем. Я тебя в горячую точку отправлю.

— С превеликим удовольствием. А то рядом с тобой словно на пороховой бочке! — невозмутимо продолжил адъютант.

В горах темнеет быстро. Вслед за солнцем ушло и тепло. В зале перед камином сидят три мужчины и одна девушка. Потрескивают дрова. Ярко горит огонь.

— Ребекка, ты не поторопилась? А если королевский совет не поддержит ходатайство? — Георг сидит на полу, прислонившись к дивану.

— Ты не обиделся, что я не тебя выбрала? — она сидит в кресле-качалке.

— Я же не маленький мальчик, у которого отобрали игрушку. Однажды ты всё равно бы ушла.

— Ага, ты большой мальчик и найдёшь себе ещё с десяток игрушек, — заржал Филипп.

— Филя, хоть ты и принц, ты дурак. Вы вообще подумали о том, что королевский совет может встать на дыбы. Вернут они принцессу во дворец и выберут ей мужа на своё усмотрение. Давайте не будем торопить события. По крайней мере, до конца года. Ты уже подписал разрешение на брак?

Филипп как-то неопределённо замотал головой. Георг перевёл взгляд на Ребекку. Девушка уткнулась в плечо Глеба.

— Та-ак… А кто был представителем от королевства? Фил не имеет права выступать за рубежом.

Он посмотрел на Лавра, который усиленно читал газету, держа её вверх тормашками.

— Лавр…

— Мне собирать вещи? В горячую точку? — переспросил адъютант.

— А меня на свадьбу позвать забыли… — хмыкнул он.

— Мы пока оформили сожительство. Свадьба летом будет. Скромная. Студенческая.

Георг замер. Он какое-то время молча смотрел на молодых, потом на Филиппа, потом на Лавра и вдруг заржал. Смеялся он долго, до слёз.

— Скажите, что это розыгрыш. Ботаник, слышишь, теперь ты её содержишь. Я перекрываю финансовые потоки.

— Так ты не сердишься? — Ребекка подскочила к Георгу, обняла его крепко-крепко.

— Как не сержусь! Сержусь! Была бы ты помладше, я бы ремнём по пятой точке. Глеб, обидишь, я с тебя три шкуры спущу. — он обнял её и поцеловал в макушку.