Глава 24. Руслан

Сажусь на переднее сиденье, называю адрес ресторана. Женя садится за руль и сосредоточенно осматривается. Настраивает под себя зеркала и кресло, нажимает кнопку запуска двигателя. Затем резче, чем нужно, трогается с места, машина дергается, но Родионова быстро берет управление в свои руки. Смотрю на ее спокойный, собранный профиль и понимаю — моя Волчица вернулась.

Никита на заднем сиденье вертит головой, разглядывает город, задает вопросы. Женя отвечает ему спокойно и ровно. На меня не смотрит принципиально, но ситуацию контролирует. И это бесит, но и восхищает одновременно.

— Это обязательно было? — хмурится она.

— Нет, — улыбаюсь уголками губ. — Я мог поехать один, но мне захотелось проверить, как ты будешь смотреться за рулем моей машины.

— Удовлетворен? — бросает нечитаемый взгляд.

— Вполне.

Конечно, я лукавлю и обед придумал на ходу. Просто находиться в одном периметре с этой женщиной стало невыносимо. Я почувствовал, что задыхаюсь в этой квартире, где воздух стал слишком плотным после того, как вошла Женя. Мне нужен был глоток воздуха. Или хотя бы иллюзия того, что я могу дышать. Ресторан всего лишь предлог, чтобы не отпустить ее и расширить пространство для себя.

Доезжаем без происшествий. Родионова по моей указке паркуется на стоянке для гостей, выхожу, открываю дверь. Никита вылетает первым, смотрит на здание из стекла и дерева, на дорогие тачки по бокам. Его глаза загораются.

— Вау, а мы здесь будем обедать? — выдыхает он.

— Да, — отвечаю я.

Открываю дверь, пропускаю Женю, потом Никиту. Сам вхожу последним. Администратор уже ждет у входа, скользит взглядом по Жене, но вопросов не задает. Просто улыбается и ведет нас к столику в углу зала. Там, где можно спокойно пообедать.

— Присаживайтесь, — говорит она, подавая меню. — Хотите заказать сразу?

— Есть что-то, что вы не едите? — спрашиваю, глядя на Женю.

Она качает головой. Никита морщится.

— Ка-пус-ту, — тянет он, а я невольно улыбаюсь и заглядываю в меню.

— Вот этот салат и рыбу с овощами девушке, — говорю официанту. — Мне мясо от шефа, порезать на куски, а мальчику, — перевожу взгляд на Никиту, он смотрит на меня с надеждой. — Есть что-то любимое?

— Картошка фри и нагетсы, — довольно скалится он, а я ловлю взгляд Жени. Она лишь пожимает плечами, соглашаясь с выбором сына. Мне тем более все равно.

— Принесите что-то подобное и молочный коктейль.

Официант удаляется. Никита ерзает, разглядывает люстры, картины, скатерти. Задает вопросы. Я отвечаю, почти не раздражаясь. Даже напротив любознательность мальчика подкупает.

Женя сидит напротив, спокойная и отстраненная. Смотрит в окно и молчит, прислушиваясь к нашему разговору.

— Из больницы не было новостей? — спрашивает тихо.

— Пока нет, — качаю головой. — Были по твоему делу.

Она смотрит на меня и ждет информацию.

— Все там хорошо, — вздыхаю я. — Пару подписей поставить придется.

— А машина? — в голосе проскальзывает надежда.

— Пока увы...

— Черт, — Родионова отворачивается к окну. — Я не могу без нее.

— Можешь пользоваться моей, — бросаю я.

— Нет, спасибо, — отвечает она спокойно, но твердо. — Я обойдусь.

— Женя...

— Руслан, — поворачивается ко мне и припечатывает взглядом. — Я не буду брать твою машину. Это недопустимо.

— Почему?

— Потому что я не хочу быть тебе должна. — Она смотрит прямо в глаза. — Ты и так сделал для меня больше, чем кто-либо. Но расплачиваться мне нечем. Твоя «цена» неприемлема.

Сижу, откинувшись на спинку и смотрю на Женю. Ее лицо спокойное, а взгляд прямой. Ее руки, лежащие на столе, не дрожат от волнения. Она не боится и не пресмыкается. Моя хищница снова со мной. Так даже интереснее.

— Хорошо, — уступаю этот раунд. — Как скажешь.

Приносят обед. Я беру вилку левой рукой, стараюсь не обляпаться, но получается неловко. Женя смотрит на меня, но без жалости, а с каким-то смирением. У меня вот смирения нет и все это дико раздражает.

— Все в порядке? — уточняет она, когда я в очередной раз проглатываю ругательства.

— В полном, — отвечаю слишком агрессивно, но никто не реагирует.

— Как вку-усно-о! — тянет Никита, разряжая атмосферу.

Женя ест, не торопясь, смотрит на сына. Иногда улыбается его вопросам. Она не боится меня и это сейчас главное.

— А можно мне мороженое? — спрашивает Никита.

Я перевожу взгляд на Женю, и она коротко кивает.

— Можно, — говорит она. — Но только немного.

Телефон вибрирует. Глеб. Я поднимаюсь, извиняюсь, отхожу к стене.

— Ну что там? — спрашиваю сразу.

— Пообщался с врачом, — голос Сурова спокойный. — Согласен он посмотреть девочку. Но не бесплатно.

Ну естественно. Так и хочется закатить глаза.

— Сколько?

— Прилично...

Прилично это лучше, чем неприлично. Придется по сусекам собирать. Если что-то осталось. Наташка меня знатно вычистила при разводе. Оттяпала все, что только могла. Хотя я и не сопротивлялся, отдал ей в качестве отпускных все, что она хотела.

— Договаривайся. — думаю дальнейшие шаги. — И скинь мне его данные.

— Не передави, — Глеб без слов понимает все.

— Я нежно.

— Ну да, как всегда, — смеется Сура. — Сообщу, когда он приедет.

— Добро.

Сбрасываю. Пересылаю данные Артему:

«Найди все на этого «святого» человека».

Возвращаюсь к столу. Официант приносит счет. Я оплачиваю.

— Поехали.

— Куда? — Женя смотрит на меня с любопытством.

— Купим телефон тебе и все по вашему списку.

— Руслан... — в голосе появляется напряжение.

— Не спорь, — перебиваю я. — Тебе нужен телефон. Это необходимость.

Родионова смотрит на меня несколько секунд, потом кивает.

— Хорошо. Но я верну тебе деньги.

— Как скажешь, — отвечаю я.

В гипермаркете она выбирает недорогой телефон. Смотрит на витрину, потом на меня.

— Мое предложение о работе еще в силе, — шепчу ей на ухо.

Женя вздрагивает и поворачивается ко мне. В глазах появляется настороженность.

— Подозрения с тебя сняты. Можешь приступать к должности личного водителя для подполковника Азарова.

Она смотрит на меня внимательно и взвешивает каждое слово. Потом прищуривается.

— Здесь какой-то подвох?

— Нет, — отвечаю, глядя прямо в глаза. — Просто держу слово.

Женя молчит, думает и просчитывает варианты, решает, стоит ли мне доверять.

— Хорошо, — кивает она. — Я согласна. Но у меня есть условия.

— Да? — усмехаюсь я. Волчице палец в рот не клади. — И какие же?

— График нужно подкорректировать под мои нужды. Их совсем немного. Дети и больница. Я прошу учитывать мои личные обстоятельства.

— Без проблем, — киваю я. — Но и твой график ненормированный.

— В пределах разумного, — предупреждает Родионова, а я не могу сдержать улыбку. Ну какая она смешная, когда искренне верит, что от нее что-то зависит.

— Тогда по рукам?

Я протягиваю левую руку, она пожимает ее как равному. И в этот момент между нами появляется новое притяжение. Оно ощущается слишком отчетливо, чтобы его игнорировать. Интересно, Женя его тоже чувствует?