Глава 3 · Ужин с инспектором

Четыре года назад мне сдуру показалось, что поцелуй Тобиаса Баргмана похож на воздух, что он подарит мне свободу от всего, наполнит дыханием жизни моё тело и унесет в далекие дали все мысли, что крутились в голове.

Он ответил на мой поцелуй, а мне этого оказалось недостаточно. Я стала очень жадной в тот момент. Дольше, больше, быстрее. От желания шарики заходили за ролики, и это были потрясающие ощущения. Его запах, его лицо, его волосы, глаза, всё отзывалось во мне искренним желанием и трепетом от нетерпения. Мне казалось, я выиграла в лотерею и готова была забрать свой приз.

Но я ошиблась. Тобиас Бергман был то ли конченный засранец, то ли святой, но поцелуем всё и закончилось.

— Ты этого хочешь? — спросил он тогда. Особенно выделяя слово «этого», а у меня в голове перекати-поле летело, гонимое ветром.

— А ты — нет? — едва смогла прошептать.

Взгляд его стал холодным и отстраненным, между бровей собрались морщины, хотя он продолжал смотреть на мои губы и тяжело дышать. И то, что происходило у него в штанах, я прекрасно ощущала своими бедрами.

— Это не решит твои проблемы. Я тебе уже говорил, — сказал Тобиас мне прямо в губы.

Я могла только закрыть глаза и ловить кожей каждое его нерешительное прикосновение.

— А еще ты говорил, чтобы я думала поменьше. Так зачем сейчас задаешь эти странные вопросы и заставляешь о чем-то думать?

Тобиас провел носом по моей шее, медленно и мучительно. Дойдя губами до моего уха, со сталью в голосе произнес то, чего я совершенно не ожидала услышать в такой сексуально напряженный момент.

— Я мог бы трахнуть тебя еще в тот день, когда ты первый раз пришла в башню. Но как я уже говорил — ты не в моем вкусе.

Мучитель отпустил из плена мои руки и встал так быстро, что я даже не успела осознать сказанное им. Его слова подействовали как ледяная вода в лицо. Я совершенно не могла связать язык его тела с тем, что вырвалось из его рта. Было ли это сказано искренне или было очередной психологической пыткой. «Трахнуть» звучало не как что-то сексуальное, а как будто меня реально трахнули по башке.

— Но я же… — опустила взгляд ниже его живота. — Ты же хочешь меня. Я не понимаю…

— Я все-таки мужчина, а ты — женщина. Влечение противоположного пола друг к другу естественно в определенных обстоятельствах.

— Что ты пытаешься этим сказать?

Тобиас Бергман в очередной раз ухмыльнулся. Во мне закипала злость.

— Я хочу сказать, что тебе стоит перестать думать обо мне. Я не дам тебе того, что ты хочешь. Если свербит из-за того, что парень уехал, то найди кого-нибудь другого.

— Свербит⁈ — вскочила с песка и сократила между нами дистанцию.

— Расслабься, а то морщины появятся раньше времени.

Я взвыла. Мне хотелось вцепиться ему в волосы и хорошенько оттаскать.

— Разве я не прав? Разве ты не прыгнула на первого встречного, стоило только этому тестороновому ветеринару скрыться из виду?

— Не смей так говорить о Леоне! Да ты и пальца его не стоишь!

— А чего стоишь ты, если ведешь себя подобным образом? Побереги свою честь, а я сделаю вид, что ничего не было.

— Ты ответил на поцелуй… — простонала больше себе, чем ему.

Мучитель пожал плечами.

«И что это, черт возьми, значит⁈»

— Надеюсь, что ты сможешь сделать какие-то выводы. На этом моя помощь тебе закончена.

— Да какая к чёрту помощь⁈ — закричала я, но уже куда-то в пустоту, потому что Тобиас Бергман толкнул меня в портал. На секунду мне показалось, что его взгляд был пропитан грустью.

* * *

И как бы он ни просил не думать о нем, я думала, думала и думала. Фантазировала о нем в самом извращенном виде.

Зачарованная ручка обжигала каждый раз, когда я пыталась вытащить его из своей головы. Найди кто-то мой дневник, посчитал бы меня законченной нимфоманкой. Если, конечно, смог бы его прочитать. Фрея была права, я стала мерить всё сексом. Сексом, которого у меня не случилось и который я могла лишь представлять.

Первый год после исчезновения Тобиаса из моей жизни и расставания с Леоном, я шугалась парней, потому как голос мучителя Бергмана засел в моей голове. Он неустанно повторял, что я пытаюсь в найти спокойствие в руках мужчины, а искать его надо внутри себя. Я много думала и это не шло мне на пользу. Позже я снова начала напиваться, и мне полегчало.

На второй год я оканчивала обучение в Академии и была полностью сосредоточена на предстоящих экзаменах и получении лицензии. Бессонные ночи за горой фолиантов помогли отвлечься. Я наконец поняла, что мой мир не должен крутиться вокруг мыслей об этом придурке.

Затем были два года относительного спокойствия, работа в музее, командировки, новые интересные знакомства… Но это была лишь маска. Очередная маска с надписью «у меня всё хорошо». Да и было хорошо, пока не вспоминала то, что хотела бы забыть. Снова те же грабли, снова навязчивые мысли, снова цеплялась за призраков.

И вот он сидел передо мной, пригласив на ужин в дорогой и красивый ресторан. Он смотрел на меня так, будто в мире, кроме нас никого больше не существовало.

«И нам это нравится? Он нам нравится?» — спрашивало подсознание.

«Я ничего не понимаю. Я совершенно запуталась!»

Тело реагировало вожделением, голова же прокручивала все болезненные воспоминания и выдавала красный сигнал опасности.

«Просто взять и переспать с ним? Вот так просто? Этим же всё закончится? А дальше что? Исчезнет еще на четыре года? Надо ли мне это? Вот так в омут с головой, в неизвестность» — в моей голове крутился миллион вопросов, но ни один не должен был сорваться с губ.

— О чем задумалась? — вырвал меня в реальность голос мучителя.

— Еда здесь… очень вкусная, — нашлась, что быстро ответить.

— Они недавно сменили повара, до этого было совсем не то, — уверенно и спокойно произнес Тобиас.

— И часто ты здесь бываешь?

— Периодически. Когда сильно устаю и не хочу готовить.

— Довольно дорогое заведение. Сколько же ты зарабатываешь?

— Тебя волнуют такие вещи? Не слишком ли дерзкий вопрос для первого свидания?

Я пожала плечами и улыбнулась, отзеркаливая его хитрую ухмылку.

— Мне всегда было интересно, сколько мужчины готовы потратить ради ночи с женщиной.

— Поэтому ты притащила к себе в постель какого-то бедного бармена? Не продешевила?

Я подавилась куском багета, который от нервов пихала себе в рот маленькими шариками. Теперь наша встреча не казалась мне простым стечением обстоятельств.

— Когда нечего предложить, мужчина лучше старается, — недвусмысленно облизала губы, не поддаваясь на его провокацию.

Мой ответ ему явно понравился. Ему не обязательно знать, что этот бедняк — как он выразился — не получил желаемое. Но зная Тобиаса Бергмана, могла смело предположить, что он итак это знал.

— И откуда такие познания о моей личной жизни? Неужели следил за мной. Это немного пугает.

— Но ты же не из пугливых?

Мне надоело самодовольное выражение лица Тобиас и хитрый прищур. Он ощущал себя королем положения. Мне же хотелось стереть ухмылку с лица Тобиаса Бергмана и заставить умолять меня о прощении. Да простит меня Великий Магистр, но в мою голову пришла абсолютно безбашенная идея. Если и падать в пропасть, то не в одиночестве.

Я обхватила рукой бокал, медленно начала перебирать пальцами, создавая невидимые потоки. На самом деле, мне уже давно не нужны были руки, чтобы плести эту магию. Невидимые щупальца устремились к Тобиасу Бергману под столом. От неожиданности он дернулся, и я впервые увидела как он растерялся.

«Картина маслом!» — радовалось вместе со мной подсознание.

«Надеюсь, он готов ощутить Последний день Помпеи.»

Щупальца без проблем преодолели тонкую ткань брюк и схватили крепкой хваткой то, что было скрыто также, как я бокал. Уши Тобиаса Бергмана покраснели. Он задержал дыхание. Одной рукой оперся о стол, а второй прикрыл рот кулаком. ТОбиас устремил на меня свои изумруды, когда я в очередной раз сжала чувствительное место щупальцами.

«Хватит мне мучений, настала его очередь,» — подбадривала себя в мыслях.

— Тебе больше не скучно? — заигрывающе и с придыханием спросила у него, подаваясь вперед так, чтобы он мог получше рассмотреть моё декольте.

Продолжила дразнить Тобиаса, ощущая пальцами его мужское начало, жаждущее женской ласки. Моей ласки. Дыхание инспектора участилось, а пальцы сильно сжимали скатерть.

— Октавия… — прохрипел Тобиас.

— М? — сжала покрепче бокал, провела по стенкам пальцами вверх и вниз.

— Прекращай.

«Да он уже на пределе!» — кричало подсознание. Я продолжала наслаждаться краснеющим Тобиасом.

— Не хочу, — улыбнулась и не собиралась останавливаться. — «Влечение противоположного пола друг к другу естественно в определенных обстоятельствах». Кажется, это твои слова. Так вот я просто создаю эти обстоятельства.

— Ты, кхм, мстишь мне, — сквозь зубы прошипел Тобиас. — Но я ведь могу и ответить…

— Это угроза? — еще раз провела вверх и вниз несколько раз по бокалу.

Тобиас ударил по столу кулаком, уже весь красный от напряжения и от сдерживаемых эмоций. А точнее от сдерживаемого оргазма. По его шее соблазнительно стекали капли пота.

Мимо проходивший официант заметил, что Тобиас выглядит не очень хорошо и обратился к нему.

— Мистер Бергман, у вас всё в порядке? Вы покраснели.

— Все в порядке, — еле выдавил Тобиас, приветливо улыбаясь официанту. — Просто немного… кхм, душно.

— Проводить вас на балкон, чтобы вы подышали?

— Просто уйди, — в голосе Тобиаса прозвучало раздражение.

Кулак, который казалось Тобиас сейчас засунет себе в рот, уже побелел от того, как сильно он его сжимал.

— Простите, я не расслышал.

— Уйди, говорю, — недобрый блеск зеленых глаз устремился в официанта и тот, как завороженный, молча развернулся и ушел.

Я пребывала в неописуемом восторге от происходящего. Не знаю, как сдержалась, чтобы в голос не рассмеяться. Тобиаса Бергман, поверженный моими действиями, переполненный противоречивыми эмоциями — за это я готова была продать душу.

Доводить до логического завершения мою маленькую шалость в планы не входило. Я убрала руку от бокала, расщепляя потоки магии и давая наконец вздохнуть Тобиасу Бергману полной грудью.

— Это было… — он прошипел слова, как змея, готовый растерзать меня на столе, что отделял нас друг от друга.

— Весело? — я перебила его.

— Жестоко.

Я подмигнула Тобиасу в его манере, а он тихо выдохнул через рот, сложенный трубочкой.

— Застала меня врасплох. Стоит ли мне сделать также?

— Повторять за другими немного не комильфо. Придумай что-то другое. У тебя будет вся ночь на размышления, потому что мне уже пора.

«Ты просто уйдешь? А как же ночь страсти, о которой мы мечтали?» — кричало подсознание, но я не поддалась ему. Я решила, что не подам себя на блюдечке этому придурку просто потому, что это он, как бы сильно мне этого не хотелось.

Я встала из-за стола, медленно поправила задравшееся платье, надеясь, что это раздразнит его еще больше. Тобиас крепко схватил меня за руку и сжал ладонь. От его прикосновения вверх по руке передался жар, что испытывал.

— Куда ты?

«Что я вижу! Ты снова в растерянности, Тобиас Бергман?» — я не могла остановить поток злорадствований.

— Завтра на работу и мне рано вставать. Ты сказал, что заплатишь за счет, так что я могу уйти.

Освободила свою руку, Тобиас порывался встать, но покраснел как мальчишка, поняв, что сделать этого не может, иначе его намерения и настроение в штанах заметят все в ресторане. Я медленно, с издевкой, наклонилась к нему и поцеловала, оставляя на его гладкой щеке легкий поцелуй.

— Спасибо за вечер. Было весело, как ты и говорил, — произнесла шепотом.

Я шла на выход и ощущала, как пара зеленых глаз неустанно следит за каждым моим шагом.

«Я тобой горжусь!» — хвалило подсознание.

«Мы выиграли бой, но не войну, дорогуша».

Моё тело горело с головы до пят. Не от того, что было лето, а от всего, что произошло. И снова хотелось драть на себе волосы. Я душила влечение к этому мужчине с диким рвением. Часть меня хотела, чтобы он пошел за мной, ворвался в мою квартиру, стянул это тесное платье и взял, как животное. Другая часть кричала, что секс — не главное, и хотела, чтобы Тобиас стоял на коленях и молил о возможности быть с ним, не как любовники. Та часть меня хотела большего. Хотела ходить на свидания, узнавать его. Хотела снова кататься на коньках, хотела показать ему, чему смогла научиться и как выросла за эти годы. Хотела шутить и смеяться. Хотела перестать ждать подвоха. Хотела простых человеческих отношений.

«Как найти баланс между тем, что между ног, и сердцем? Поддамся искушению и снова буду брошена. Нужна ли я ему вообще?».

Дома меня накрыло с головой, и я начала реветь белугой. Слезы всё не останавливались. Внутреннее напряжение разом вышло наружу и мне перестало было весело. Признаться честно, играть с Тобиасом Бергманом мне не понравилось. Я — не он, и это было совершенно не в моём характере.

Меня раздражало то, что он действовал на меня как наркотик, после которого всегда наступает ломка.

«Что я вообще нашла в этом придурке⁈»

«Сердцу не прикажешь,» — грустно откликалось подсознание.

Влюбилась, как последняя дурочка. Еще тогда, на втором курсе Академии. Шла за ним, потому что он звал. Дышала, когда говорил. Раскрыла ему своё прошлое и поделилась своим одиночеством. Я была юной и неопытной. Меня нельзя за это винить. Но теперь можно. Быть взрослым значит уметь отвечать за свои поступки, и делать правильный выбор. Тот, который сделает тебя счастливой. Но пока я продолжала ошибаться.

Я достала из ящика стола дневник, листала и ностальгировала, искала счастливые моменты и смеялась, снова плакала, и снова смеялась.

«Пусть Тобиас Бергман делает, что хочет. Моя жизнь прекрасна и без него. А если он захочет стать её частью, то ему придется уважать всё то, что делает из меня Октавию Ленар. Я слишком зациклилась на нем и на том, что могло бы быть, а чего не могло. Будет, что будет».

«Хочешь заглянуть в будущее?» — предложило подсознание.

«Не хочу. Увижу что-то хорошее, буду надеяться, и расстроюсь, если этого в итоге не произойдет. А если плохое, то не решусь и шага ступить из страха.»

Конечно, я могла бы заглянуть в будущее одним глазком. Могла, но не в случае с Тобиасом. Его уроки я запомнила надолго. Мне нужно было не предаваться фантомным картинкам, а выяснить кем станет для меня Тобиас Бергман: самой большой ошибкой или самой большой удачей. Пора было перестать зарывать голову в песок. Настал час выпустить «Неубиваемую Ленар» на свободу.

Я утерла слезы. На душе полегчало, когда смогла в голове расставить всё по полочкам. Я не собиралась тратить свои нервные клетки на Тобиаса Бергмана и поддаваться на его провокации. И хорошо, что он мне отказал тогда. Я не могла не согласиться с ним, что это только добавило бы мне проблем с башкой. Их итак было предостаточно.

Еще немного полистала дневник, поняла, что очень соскучилась по нашей алко-компашке. Тина и Иван теперь женатики и уехали в свадебное путешествие, Фрея и Грег жили слишком далеко.

«Эх, сейчас бы пить в таверне до утра и шутить про свиную рульку и чесночные гренки,» — предавалось воспоминаниям вместе со мной подсознание.

— Я не чесночные гренки. Я — Октавия Ленар.