Глава 37. Синяя Трясина

— Что это за место? — с подозрением спрашивает Райлен.

Высокие дома на сваях, многоэтажные, причудливые и при этом крепкие до невозможности. Богатый рынок, идеальная мощёная дорога — чистая, широкая, с постоянным, почти безумным движением. Высоченные деревья скрипят под ветром могучими кронами, но ни одна ветка не свисает так, чтобы случайно задеть или, не дай боги, упасть на проходящего путника.

Крепкие мужчины на заставе внимательно следят за порядком, без устали направляя заезжающих на нужную сторону дороги или, если требуется, отправляя их в специально отведённое место, где торговцы на телегах терпеливо ожидают, пока их спутники закупаются всем необходимым в самом центре этого… поселения.

Я вполне понимала, почему за пользование этой дорогой требовалась плата — я никогда в жизни не видела ничего подобного. И дело было не только в качестве мощения, но в том, как всё здесь устроено: безупречный ремонт, чёткая организация, возможность остановиться, отдохнуть, перекусить — и всё это без малейшего беспорядка.

— От границы недалеко. Может, нам захватить это место и остаться здесь жить? — Рей хитро зыркнул на меня из-под капюшона. — Я достану тебе самую красивую, самую высокую комнату с видом на лес и на все богатства, а сам буду спать под дверью.

Какой же он иногда дурак.

— Райлен, ты ярл или не ярл? Ты вообще понимаешь, что можешь сам построить нечто подобное, с теми возможностями, что у тебя есть? — так и хотелось отвесить ему подзатыльник, но людей вокруг было слишком много. — Потому-то нас и считают дикарями: ничего не создаём, только разоряем деревни и похищаем людей.

Справедливости ради стоит признать, что с приходом Райлена в Айзенвейле многое изменилось к лучшему — почти полностью прекратились бесконечные грабежи, а благодаря объединению кланов и их войск, некоторые дороги стали по-настоящему безопасны. Вряд ли кто-то из жителей захотел бы вернуться к тому, что было до этих перемен, хотя, конечно, немало ярлов утратили свои позиции, а то и жизни.

Главное же — самые страшные кланы Севера подчинились Райлену, пусть и силой, положив конец варварскому обращению с рабами, как это было, например, в клане Дредфьёл или в ужасающем лагере в Хермадре, где вырос Иво. И хотя рабство на Севере по-прежнему существовало, большинство рабов теперь имели возможность выкупить себя, а клеймение и насилие над женщинами были официально запрещены.

Мог ли Райлен сделать больше? Несомненно. Но он, а может, ярл Ярвен, принимая решения, прекрасно понимали, что сейчас единственный язык, который слышат на Севере — это язык силы. Многие кланы не были готовы ни к объединению, ни к переменам, и тем более — к отмене рабства, веками считавшегося нормой.

— Я не знаю как, Дани! У меня нет волшебного хранилища знаний или чего там, как у этой баронессы, — Райлен явно обиделся на то, что я не оценила его готовность спать у двери и захватить Синюю Трясину.

— Но мы ведь можем спросить. Баронесса показалась мне разумной девушкой, может, и поделится какими-то секретами, — примирительно ответила я.

— Баронесса — может, и поделилась бы. А вот герцогиня — точно нет.

И это огромная проблема.

Пока я объезжала пол-Севера, мстя за отца и возвращаясь за Орином, баронесса каким-то образом успела стать герцогиней. Через замужество. И её супругом стал никто иной, как герцог Дрейгорн — тот самый, которого трусливый Гарвин Дрейгорн когда-то пытался убить. Гарвин Дрейгорн, с которым Райлен вместе с ярлом Ярвеном стремились наладить отношения, рассчитывая получить лёгкий доступ в Ксин'теру.

А также тот, чью крепость Райлен почти разрушил, атаковав её компактным, но смертоносным отрядом, убив и покалечив десятки людей и уничтожив дома ни в чём не повинных обитателей ближайшей деревни.

— Я предлагала тебе вернуться тогда. И сейчас снова предлагаю, — тихо произнесла я.

— Ни за что. А вдруг они решат воспользоваться тобой, чтобы добраться до меня? — Райлен уверенно вскинул голову. Я не видела его лица, но в голове тут же возник образ его хитро блестящих глаз и напускной уверенности. — Нет уж, вот он я, берите тёпленьким, если хотите!

Интересно, рассказала ли баронесса, а точнее уже герцогиня, своему мужу о моём письме? Наверняка рассказала — с чего бы ей скрывать? А значит, по прибытии нас ожидают очень серьёзные неприятности.

— Леди Даниэла? — стоило нам отойти от бурлящей жизнью центральной площади, как к нам подошёл один из крепко сбитых стражников, которых здесь было множество.

Честно говоря, их количество напрягало — мне всё время чудилось, что вот-вот они по команде набросятся на Райлена.

— Да. Только я не леди, — поправила я стражника.

— Простите, я не знаю, из какого вы рода, — стражник выглядел сбитым с толку. Не знаю, почему он считал меня аристократкой, возможно, потому что герцогиня лично ждала меня?

В любом случае, никаких родов на Севере не существовало. Я представила себе реакцию местных, если вдруг признаюсь, что мы — Даниэла и Райлен из клана Блэкторн, и нервно прочистила горло.

— Кхм... просто Даниэла.

— Хорошо. Герцогиня Дрейгорн ждёт вас. Меня зовут Ронан, я старший стражник Калдеррской Стражи, нахожусь здесь по поручению Его Светлости.

Калдерра — это ведь столица герцогства? Та самая, где северяне разрушили половину замка герцога?

Мой взгляд невольно скользнул в сторону Райлена, который заметно притих. Он, как и я, понимал, что, возможно, мы ведём себя как последние идиоты, добровольно въезжая в ловушку. И поэтому Рей решил вести себя тихо, как мышка, надеясь, что нас каким-то чудом пронесёт.

Глупо было ехать сюда вдвоём. Но Рей наотрез отказался отпускать меня одну — он опасался, что слухи о нашем союзе уже добрались до Ксин'теры, раз уж о них треплется каждый встречный на Севере.

Поднимались мы сначала по широким каменным ступеням, больше подходящим дворцу, а затем уже внутри — по деревянным, ведущим в глубь… поместья. Всё здесь разительно отличалось от того, к чему я привыкла. Вместо грубых стен и открытых очагов — великолепное разнообразие структур: арки, колонны, балконы, и всё это даже внутри здания. Благодаря подобным решениям комнаты казались больше, светлее, чище. И пусть выполнено всё было из дерева, а не из камня, как у большинства аристократов, здесь, в отличие от большей части крепостей, действительно хотелось находиться. Даже если сравнивать с Блекхейвеном.

Больше всего нас с Райленом поразили окна. Огромные, залитые светом, со стеклом. Стеклом, которое вообще-то не существовало за пределами комплексов Иных. Именно они и поднимали поместье баронессы — теперь уже герцогини — на совершенно иной уровень.

— Добро пожаловать в Синюю Трясину, Даниэла, — голос хозяйки был ниже, зрелее и насыщеннее, чем можно было бы ожидать от столь юной девушки.

Хозяйка этого места сидела за массивным, искусно вырезанным столом, но, завидев меня, тут же встала, давая возможность рассмотреть её впервые при свете дня.

Она казалась экзотическим цветком на фоне всех, кого мне доводилось видеть ранее — светловолосая, с глазами такой насыщенно-синей окраски, что даже самое безоблачное небо не могло сравниться с их цветом. Я невольно бросила взгляд на Райлена, но он, похоже, куда больше интересовался Ронаном, стоявшим совсем рядом и нарочито державшим руку на рукояти меча. Мы ведь даже капюшоны не сняли…

Герцогиня не торопилась подходить ближе, с недоверием разглядывая Райлена и Ронана за моей спиной, но вскоре кивнула на кушетку у двери. Кушетка была похожа на ту, что совсем недавно приобрёл Дравнор.

— Оставьте нас, Ронан.

— Миледи, я не могу. Я исполняю прямой приказ вашего супруга, — отказался стражник, вызвав явное недовольство у герцогини.

— Хорошо. Я оставлю дверь открытой и отойду с Даниэлой в гостиную, но вы всё это время будете иметь возможность нас видеть. Гость Даниэлы останется с вами, — герцогиня мгновенно нашлась и кивнула мне в сторону одной из дверей, которая, как оказалось, вела в уютную личную гостиную.

Я пока молчала, с каждой секундой всё острее ощущая, насколько дурной идеей было приехать сюда.

— Я рада, что ты откликнулась на моё приглашение, и сделаю всё, что в моих силах, чтобы отплатить тебе за спасение своей жизни. Ты хочешь спрятаться? — сразу предположила девушка.

Капюшон моего плаща соскользнул, открыв лицо, и герцогиня с живым интересом уставилась на меня.

— Не совсем. Точнее, я пришла совсем за другим, но пойму, если ты откажешь… — я колебалась, не зная, как правильно к ней обратиться.

— Ты можешь называть меня Талирой. Просто по имени, — с лёгкой улыбкой предложила она. — Как я уже говорила, я хочу помочь тебе и в неоплатном долгу перед тобой. Скажем так… моё спасение из лап твоих подельников повлекло за собой множество последствий. Назови свою цену, Даниэла.

Похоже, Талира не любила тратить время впустую. Я была только рада перейти к делу — очень хотелось, чтобы Райлен остался незамеченным.

— Ты можешь проводить меня к медицинской капсуле? — вот я и сказала это. До сих пор не верилось, что я всерьёз собираюсь попытаться… вылечиться.

Талира взглянула на меня остро, пристально, и я поняла, что она уловила в моём вопросе нечто большее. Видела ли она ту уязвимость, которую я скрывала — от всех, даже от самой себя?

— Это будет непросто, но я могу отвести тебя туда. Как я и говорила тогда, источник энергии в капсуле истощён, и я не могу гарантировать, что мне удастся его восстановить. Это для него? — она кивнула на высокую фигуру Райлена, скрытую под плащом.

— Для меня, — показывать собственную слабость, жалкую надежду, было физически больно. — И для него тоже. Наверное, в первую очередь для него, он важнее.

— Ты выглядишь здоровой. Намного лучше, чем я до капсулы, — Талира чуть наклонила голову, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Это… — я на мгновение замялась, не представляя, как можно объяснить такое. — Это из-за вмешательства Иных, о котором я упоминала. Но из-за него же у нас отсутствуют некоторые органы.

Она нахмурилась, и между неожиданно тёмных бровей залегла тонкая складка. Видно было, что она постепенно осознаёт — степень необходимого мне «лечения» может выходить далеко за пределы возможностей капсулы.

Впрочем, я и сама догадывалась об этом. Но не хотелось сдаваться, не попробовав.

— Мне нужно подумать… Прежде всего, необходимо восстановить питание капсулы, а уж потом пытаться лечить тебя. Я использовала её на своей лучшей подруге — она была, по сути, мертва… — бормотала она, начиная нервно ходить из стороны в сторону, а затем вдруг резко остановилась и вскинула голову. — О, Тео вернулся!

Со стороны лестницы послышались тяжёлые, явно мужские шаги.

***

Вошедший в кабинет оказался настоящим гигантом — особенно на фоне остальных ксин'терцев. Да, Теоден Дрейгорн уступал Иво в росте и силе, но был не ниже Райлена и значительно шире ярла в плечах. А ведь северяне испокон веков славились тем, что заметно превосходили своих южных соседей по габаритам.

На фоне герцога Талира казалась ещё более хрупкой и тонкой, но, судя по всему, это её ничуть не смущало. Она сделала несколько торопливых шагов вперёд, но тут же замерла, одёрнув себя.

Лицо герцога было даже выразительнее. В его взгляде, обращенным на Талиру, вспыхнули восхищение и желание, но он быстро совладал с собой, переведя внимание на меня — словно заранее знал, кто я такая.

— Без глупостей, — сказал он вместо приветствия, тут же обернувшись к своему стражнику и… Райлену. Я почувствовала, как сердце проваливается куда-то в живот, когда он в несколько шагов подошёл к Рею и стянул с его головы капюшон.

— Треклятый Урго… Наследник Севера, — выругался рядом Ронан, в то время как герцог беззвучно вытащил меч.

Точнее, попытался его вытащить. Райлен лёгким движением пальцев отбросил меч вместе с ножнами — оружие пролетело через всю комнату и, не освободившись из ножен, вонзилось в деревянную панель.

За полётом меча проследили абсолютно все присутствующие. Я заметила, как глаза Талиры метались по сторонам, судорожно ища выход, как только она осознала, кого впустила в свой дом.

— Уходи, Тали, немедленно! — рявкнул Теоден Дрейгорн, но его перебил Райлен.

— Я не собираюсь причинять вам вреда. Мы пришли одни, и ты сам прекрасно знаешь: если бы я действительно хотел навредить, этого поселения уже бы не существовало.

После его жёстких, почти жестоких слов в комнате повисла гнетущая тишина. Похоже, и Талира, и герцог знали, на что он способен — Теоден Дрейгорн явно уже видел силу Райлена собственными глазами.

— Я не трону никого. Дайте Дани то, что она просит, и я просто уйду.

— Как ты посмел явиться сюда после того, как убил столько людей? — зарычал герцог, приближаясь к Райлену.

Рей не шелохнулся, высоко задрав голову и сузив глаза.

— Ты не успеешь даже прикоснуться ко мне. Я могу стереть это место с лица земли за секунду.

— Райлен…

— Тео, пожалуйста, — тихо попросила за моей спиной Талира, и герцог замер, больше не делая ни шага. Но выражение лица выдавало в каком напряжении сейчас находился этот огромный мужчина.

— Многие Сыны Севера пали в той атаке, — сказал Райлен. — Но они ушли с честью. Для воина это — высшая доблесть.

— Потому что вы дикари, не ценящие человеческую жизнь, — низким, хриплым голосом, полным ненависти, отозвался герцог. — Вы убили невинных деревенских жителей. Ты жив только потому, что я не стану рисковать жизнью Талиры и не нападу на тебя прямо сейчас.

— Ты не смог бы сделать этого ни здесь, ни где бы то ни было. Мне даже не нужна магия, чтобы тебя остановить, — Райлен начал заводиться, и я поняла, что пора вмешиваться. — Не говоря уже о том, что вашему королю предлагали решить всё без кровопролития.

Что?

Это стало новостью не только для меня — герцог застыл, не договорив начатую фразу, и вместо этого произнёс совсем другое:

— Продолжай…

Райлен что-то произнёс едва слышно, настолько тихо, что услышал это только герцог. Я переглянулась с Талирой.

— Думаю, нам стоит выйти, — сказал герцог после паузы.

— Я против. Вы же просто поубиваете друг друга, — возразила я, тревожно глядя на Райлена.

Возможно, из-за меня он не нападёт на герцога и даже не станет защищаться как должен. Но это вовсе не означает, что герцог и его люди не нападут первыми.

Талира подошла к своему мужу, чуть отводя его в сторону, хотя всё это время герцог не спускал взгляда с Райлена, явно считая именно его главной угрозой.

— Дани… — в глазах Рея читалось только одно: «Доверься мне».

Только как? После всего, что между нами было — как я могла доверять ему? Как могла отправить его на такую опасность?

— Я надеюсь, вы понимаете, что моя магия не слабее той, которой обладает Райлен? — громко сказала я, за что получила встревоженный взгляд Талиры.

Герцог не удостоил меня ответом, по-прежнему выбирая такую позицию, чтобы заслонить свою жену от Райлена. Будто всерьёз опасался, что Рей может причинить ей вред.

— Я обязана Даниэле своей жизнью, — наконец громко произнесла герцогиня. — Давайте вести себя цивилизованно, хотя бы сегодня.

Радушие и интерес, с которыми она совсем недавно говорила со мной, исчезли — в её глазах остались лишь тревога и напряжение. Как и у всех нас, кроме Рея, который всё так же взглядом просил меня довериться ему.

— Мы будем снаружи, — утвердительно произнёс Райлен и направился к выходу — прямо в сантиметрах от меча Ронана, всё это время выставленного вперед. Рей даже не оглянулся на герцога, но тот бесшумно последовал за ним, и в комнате сразу стало легче дышать.

Будто тяжёлая плита перестала придавливать грудь.

— Я думала, ты хотела его убить? — ледяным тоном спросила Талира. — Знаешь ли ты, что его люди сделали в Бориусе? Как нападали на женщин и детей? Я тоже была похищена по его приказу.

Девушка не смогла скрыть горечь в голосе.

— Не по его приказу. Похитить тебя попросил Гарвин Дрейгорн, и с ним уже давно работали люди ярла Ярвена. Те, кто приехали в Бориус, тоже были из отрядов Ярвена — нам было строго запрещено обсуждать задание с другими группами. Что же касается убийства… Я мстила за своих приемных родителей, но убийцей оказался не Райлен.

— Ты отомстила?

— Да, — тихо ответила я. — Если один из них все ещё жив, наверняка он мечтает умереть.

В комнате на секунду повисла пауза, пока Талира пыталась прийти в себя. Мне казалось, каждую секунду девушка пытается оценить ситуацию, понять, насколько мне можно доверять и насколько нужно меня опасаться.

— Ты не боишься приводить его сюда? Судя по всему, ради тебя он готов даже на такое безумство… если он погибнет здесь, Север ослабнет, и король Эделгард не станет мешкать…

Мои губы невольно скривились в усмешке.

— Вы не представляете, насколько наши воины сильнее ваших коротышек. Даже без Райлена у вашего короля сейчас нет шансов. Без обид.

— Какие уж тут обиды, — Талира пожала плечами и, наконец, перешла к делу. — Хорошо. Мне нужно поговорить с Астреей и Лунарой, спросить, что они знают о подаче энергии в комплекс с медицинской капсулой. Он находится на запретных землях — там всё заминировано, и вход строго запрещен Орденом Первородной. Я надеюсь, что мы сможем отправиться туда завтра, а в худшем случае — послезавтра.

От обилия информации я сначала даже растерялась, а потом герцогиня ещё и карту развернула. Талира продолжала, рассказывая, что сама отправилась туда от отчаяния, когда её лучшая подруга умирала от яда, предназначенного ей самой — и именно там она встретила двух последних «иных», уже совсем стареньких — Астрею и Лунару.

— Ты морщишься при упоминании «иных». Настолько их не любишь? — в её голосе не было упрёка, только заинтересованность.

— Скажем так, от потомков землян я видела только плохое.

— А я — только хорошее, — усмехнулась Талира. — Именно благодаря знаниям «иных» я смогла построить это место.

— Как ты вообще получила доступ к хранилищу данных? Он разрешён только лидерам ковчегов, а они давно мертвы. Ты ведь явно полукровка…

Герцогиня нахмурилась, задумавшись, очевидно, и сама не зная точного ответа.

— Спустимся вниз, я волнуюсь за Тео. А ты, наверное, за своего… наследника Севера, — нахмурившись чуть сильнее, предложила она.

— Его зовут Райлен. И мы не вместе… в том смысле, — ответила я и поймала недоумённый взгляд, но Талира, к счастью, была не из тех, кто лезет в душу.

Райлен и герцог стояли снаружи, смеряя друг друга взглядами, полными недоверия и неприязни, они явно не нашли общего языка за то время, пока нас не было. Но, по крайней мере, не попытались убить друг друга.

Уже хорошо?

Внутренний дворик утопал в свете и тишине — уютное, укромное пространство с удобными резными скамейками и низкими столиками, у которых приятно было бы отдохнуть. По центру тек тонкий ручеёк, журча среди гладких камней, а вокруг возвышались мощные деревья с шелестящей листвой, отбрасывавшие мягкую тень. Из огромных окон, выходящих в сад, можно было наблюдать за этой идиллией.

Красиво… очень. Но Райлен, казалось, не смотрел ни на сад, ни на ручей, ни на свет — он следил только за моим лицом, медленно направляясь ко мне.

В это время Талира подошла к герцогу, легко касаясь его руки, словно хотела убедиться, что с ним всё в порядке, а сам мужчина, развернув её, встал так, чтобы прикрыть от нас. Я не могла разглядеть, что происходит за спиной Теодена Дрейгорна, но, скорее всего, они обнимались и о чём-то тихо говорили.

— Он тебе нравится? — хрипло спросил Рей.

— Кто?

— Герцог. Он старше, крупнее. Он богат и знает, как управлять своими землями.