Глава 17

На следующее утро маркиз получил жесточайшие инструкции.

Император был мрачен и цедил сквозь зубы:

- Хоть одни шаг в сторону, дядя, и я приму все меры.

- Ну, есть-то мне хоть что-нибудь можно, кроме твоего брокколи? - обиженно бурчал тот, пока они были наедине. - Или ты считаешь меня такой развалиной, что я не в силах переваривать мясо?! А я еще, между прочим, о-го-го!

На самом деле маркиз был живеньким, но весьма тщедушным старикашкой. Император Дамиан смерил его взглядом и проговорил:

- Я вижу, дядя.

- А вот этого не надо. И вообще, я, может, не для себя стараюсь. А для девочки, которую ты тут держишь взаперти. И совершенно не заботишься о том, чтобы выдать замуж!

Император стал подниматься из-за стола.

- Хорошо, я понял, - маркиз вскинул обе ладони. - Ни шагу так ни шагу.

Некоторое время было слышно тяжелое недовольное дыхание императора, наконец тот провел ладонью по лицу и сказал:

- Посещение кондитерской разрешаю.

- О!..

- Тихо. - Маркиз было дернулся, но взгляд синих глаз пригвоздил его к месту. - Вас будут постоянно сопровождать две тройки. Близко не подойдут, будут держаться незаметно. Но ты, дядя, не должен показывать, что тебе известно о наличии охраны. Веди себя естественно.

- Если ты хочешь, чтобы я вел себя естественно, мне нужно хоть пару рюмочек пропустить там. Потому что никто не поверит, если я вдруг изменю своим привычкам, дорогой племянник.

- Хор-ррррошо, - процедил Дамиан. - Две рюмочки.

- Я понял! - маркиз тут же подскочил. - Позволите приступать, Ваше Величество?

Дамиан закатил глаза.

- Идите, дядя.

***

Спустя меньше чем полчаса маркиз вместе с Хеленой в сопровождении тайных стражей, выделенных мессиром и генералом Бойденом, выдвинулись из дворца. Карета двигалась не спеша. Светило солнце. Сначала они должны были посетить лучшую столичную кондитерскую, а потом наведаться с утренним визитом в салон герцогини Эрини Норвейт.

На Хелене было изумительное фисташковое платье с тюрнюром и рюшами по подолу. К нему был идеально облегающий фигуру крохотный жакет, похожий на мужской двубортный пиджак, перчатки и шляпка. И никакого декольте. Лиф был закрытый с воротником стоечкой (и с пуговками сзади). Смотрелось, надо сказать, очень стильно и авангардно.

Наряд доставили с утра с запиской от мессира: «Помните, что я вчера сказал». Сколько она ни пыталась напрячь память, вспомнить ничего не могла, кроме «Просто будьте собой». Но на всякий случай решила быть особенно внимательной.

***

У императора тоже было чем с утра заняться.

После того как он отправил дядю сопровождать Хелену, ему еще предстояло заниматься государственными делами, прошениями подданных, выдерживать общение с любовницами. Помимо этого, не забывать о расследовании и подготовке к неделе балов и увеселений перед началом сезона дебютанток.

И наконец, вишенка на торте. Сцепив зубы, думать, как выдать третью внучку маркиза Морелли замуж и при этом никого не убить. Поистине, жизнь Дамиана никогда еще не была такой насыщенной, пока он не завел Личного Секретаря.

***

В кондитерской они прекрасно провели время. Хелена откушала изумительных пирожных и выпила чашечку кофе, а маркиз «пригубил» две (но большие!) рюмочки ликера. После чего они направились в салон герцогини Норвейт. Им предстояло посетить утренний прием в ее знаменитой зеленой гостиной.

И вот там произошло нечто неожиданное.

***

Карета у маркиза Морелли была просторная и обычная на вид, двигалась по улицам легко, но Хелена могла поклясться, что ощущает артефактную броню под обивкой. Явно постарался мессир. Неуловимый привкус магии, как рой легких иголочек по позвоночнику. А вот милый дедушка маркиз, похоже, ничего такого не ощущал. Он после тех двух рюмочек был в прекрасном настроении, блаженно прикрыл глаза и, сложив на животе сухонькие ручки, дремал.

В какой-то момент карету тряхнуло. Маркиз вытаращился.

- Я посмотрю, - сказала Хелена, придвинулась ближе к окну и посмотрела назад.

Но ничего особенного не заметила, только удалявшееся по улице ландо. И внезапно возникших рядом с их каретой двух всадников, один из которых, по виду военный, приподнял шляпу и поздоровался:

- Мисс.

- О, - она даже застыла от неожиданности, потому что совершенно точно только что никаких всадников рядом не видела.

Маркиз тут же подскочил, словно тигр, сверкнул на бравого военного взглядом и выдал:

- Ливия, девочка моя, не высовывайтесь.

Она, конечно же, уселась ровнее, а дед недовольно зыркнул в окно и проворчал сквозь зубы:

- Близко не подойдут, будут держаться незаметно… Отгонять приходится, как мух! Попробовал бы сам вести себя естественно в таких условиях.

- Что вы сказали? - Хелена не поняла.

А дед расплылся в улыбке:

- Ничего, моя девочка. Это я так, поминал одного, кхмм, умника, - и высунулся в окно: - Хмм, хмм! Мы, кажется, приехали!

И действительно, карета остановилась у особняка герцогини Норвейт.

Маркиз вылез первым и подал Хелене руку, хотя она все время подумывала, что это ей следует беречь и поддерживать дедушку. Но тот уже двинулся вперед, к дверям особняка, а Хелена пошла следом.

И вот как только они появились в знаменитой зеленой гостиной, так глаза всех гостей герцогини буквально впились в Хелену и маркиза. Впрочем, маркиза этим было не пронять, старикан разулыбался и направился прямиком к хозяйке салона, а та поднялась ему навстречу.

- Милая Эрини, - маркиз припал к ее ручке поцелуем и выдал, вскинув бровь: - Вы все молодеете и хорошеете. Признавайтесь, что делает этот негодник Александер, чтобы вы всегда были такой?

Герцогиня вся порозовела от удовольствия и шикнула на него:

- Прекратите, Энорио! Представьте лучше милое дитя, что вы привели с собой.

И хищно уставилась на Хелену.

Разумеется, все в салоне герцогини были прекрасно осведомлены, кто она, но тем не менее процедура представления «третьей внучки» маркиза состоялась по всем правилам. Герцогиня и ее гости мило улыбались, а сами ели взглядами ее фисташковое платье, выглядевшее сдержанно, но весьма эффектно на фоне их нарядов.

После того как представление состоялось, герцогиня покровительственно улыбнулась Хелене и проговорила:

- Пойдемте к нам, милочка, нам о стольком надо поговорить, пока ваш дедушка с остальными кавалерами опробует новые сигары.

И увела ее в кружок дам.

Хелене уже пришлось побывать на приеме в гостиной графини Лантроз, она имела примерное представление, о чем ее будут расспрашивать. Однако столичные дамы в этот раз подготовились лучше.

Пока мужчины в стороне пробовали сигары и обсуждали урожай, политику и скачки, в этом женском кружке были свои развлечения. И, похоже, развлекаться тут собирались за ее счет. Потому что стоило Хелене расположиться на диванчике, одна из молодых женщин проговорила:

- Мисс Морелли, вы ведь только что приехали из провинции?

- Да, - ответила Хелена, беря со столика чашку чая. - Совсем недавно, всего несколько дней.

- Но уже успели побывать на балу в Ратуше?

Сомнений не было, тут известно о каждом ее шаге. А также и то, что она уже получила три предложения руки и сердца и была лично отмечена на балу в Ратуше самим императором. Естественно, этого ей никто простить не мог.

Но, как вчера сказал мессир: «Просто будьте собой»?

Хелена выразительно шевельнула бровями и понизила голос до шепонта:

- О, не упоминайте об этом при дедушке. Я была там инкогнито.

- Хмм.

Секунду висело молчание, потом дамы решили зайти с другого бока:

- А какие теперь развлечения в провинции, мисс Морелли? - показывая зубки в улыбке, проговорила другая гостья.

Развлечения? Скука и сплетни. Но Хелена не стала высказываться на эту тему, а отпила глоточек сладкого напитка и притворно вздохнула:

- Уверяю вас, ничего нового. Хотелось бы узнать, как принято проводить время в столице.

Кажется, попала в точку. Потому что у девушки промелькнуло выражение торжества, она показала на столы в углу зеленой гостиной, где были разложены музыкальные инструменты, предметы для рисования, пяльцы и прочие приспособления для «дамских развлечений».

- Мы тут намерены устроить небольшой конкурс. Будем соревноваться между собой.

И все эти девы и молодые дамы как по команде устремились туда. А герцогиня повернулась к ней:

- Не желаете принять участие?

Да, тут явно хорошо подготовились. Отказаться сейчас значило в этом женском кружке показать слабину. Она отставила чайную чашку на столик и кивнула:

- Пожалуй.

- Отлично. Что вы выберете? Может быть, акварель, вышивку? Или порадуете нас музыкой?

Ни в чем из перечисленного Хелена не была сильна. Игра на музыкальных инструментах давалась ей с трудом. Но рисование давалось ей еще хуже. Не говоря уже о вышивке. Она скромно улыбнулась:

- Я бы хотела попробовать бытовую магию.

Не успела Хелена договорить, в гостиную вошел еще один гость. Ее просто дрожью пробрало.

Это был Фейтон. Но в этот раз он явился не один, с ним была молодая женщина.

Нет, Хелена, конечно, предполагала, что такая встреча возможна. Более того, внутренним чутье понимала, что именно в этом и заключается ее миссия. Но в первый момент стало ужасно некомфортно, хотелось просто исчезнуть.

Однако она сидела в кружке светских красавиц, наблюдавших за ней не хуже коршунов, оплошность допустить было невозможно. Ничего не оставалось, кроме как с улыбкой застыть.

А Фейтон приближался и не отрываясь смотрел на нее.

Высокий, темноволосый, хищно-красивое лицо, шрам, пересекавший бровь. Но главное - опасно горящий взгляд, прикованный к ней. Хелена предпочла сосредоточиться на женщине, которая пришла с ним. Хотела уже спросить одну из светских сплетниц, кто это, но тут герцогиня Эрини Норвейт поднялась новым гостям навстречу.

- О, кого я вижу в моем салоне! - проговорила с милостивой улыбкой. - Дорогая Розина. Лорд Фейтон. Прошу.

- Благодарю, Эрини, - ответила та, кого назвали Розиной.

Из чего Хелена сделала вывод, что та с герцогиней на короткой ноге. А хозяйка салона повернулась к Фейтону:

- Лорд Янг, вы нечасто радуете нас своим присутствием, а тут появились уже дважды.

Тот выдал подобие любезной улыбки:

- Я всего лишь сопровождал леди Розину Монлей.

Коротко поклонился и вместо того, чтобы оставаться с этой самой леди Розиной, направился прямиком туда, где сидела Хелена. К счастью, кроме нее, там были и другие девицы, и можно было бы надеяться, что Фейтон тут ради кого-то другого. Но смотрел он пристально только на нее. И что еще хуже, подойдя достаточно близко, спросил:

- Леди, вы изучали бытовую магию?

Хелена просто завибрировала внутренне под его взглядом, понимая, что он, возможно, догадывается о чем-то. «Нет, нет, нет!» - пискнул внутренний голос, а вслух она сказала:

- Нет, мессир. Мне не приходилось изучать бытовую магию, к сожалению. Ведь я жила в провинции и меня не отдавали в Академию.

Фейтон, продолжая пристально вглядываться в нее, хмыкнул:

- Тогда как же вы собрались поражать нас бытовой магией, мисс?

Насмешка и скепсис.

Хелене снова показалось, что он догадывается о чем-то, пришлось заставить себя встряхнуться. Если Фейтон менталист, он может уловить ее мысли и эмоции. Никакой паники, держаться уверенно и надеяться на артефакт, меняющий внешность.

Именно поэтому она очаровательно улыбнулась девицам, окружившим ее и весьма цепко наблюдавшим за ней и Фейтоном. Главное, держаться естественно и говорить с апломбом.

- Да, я не училась, - Хелена загадочно повела бровями, - но все же могу использовать магию немножко. Допустим, если нужно убрать складки или сделать так, чтобы волосы не вылезали из прически.

- Ммм, - протянула одна из девиц. - Это весьма полезные умения для леди.

- Согласитесь? - Хелена повернулась к ней.

И тут Фейтон вгляделся в нее чересчур пристально и произнес, шагнув к ней:

- Мисс Морелли, вы мне кое-кого напоминаете. Скажите, это ваш природный цвет волос?

Вот теперь Хелена внутренне похолодела, но вскинула голову и проговорила:

- Мессир, ваш вопрос неуместен. Разумеется, это мой природный цвет волос.

По всем канонам после этого Фейтон должен был извиниться и отойти. Однако тот и не подумал сдвинуться с места. Наоборот, похоже, воспринял ее ответ как флирт.

Повисло молчание, слишком уж явный интерес был проявлен с его стороны, это действительно становилось неприлично. И делало Хелену объектом лютой зависти среди остальных девиц, смотревших теперь на нее волком.

Она оглянулась, мысленно взвыв: «Где же этот маркиз???»

Но тут произошло нечто неожиданное.

Раздались твердые шаги, и в салон герцогини Эрини Норвейт вошел сам Его Величество император Август Фелиций Марселиус Дамиан. Естественно, все сразу повскакивали со своих мест. Престарелый маркиз тут же выкатился в залу и застыл, вытаращив глаза. А герцогиня вспорхнула к высокому гостю и присела в реверансе.

- Ах, Ваше Величество! Простите, что не смогла принять вас достойно! Но если бы вы предупредили…

- Пустое, - небрежно обронил император, обводя взглядом гостиную и кивая многим.

Хелену он принципиально игнорировал. Наверное, оно сейчас было к лучшему, только почему-то ужасно обидно. Но император уже повернулся в сторону мужской гостиной:

- Маркиз Морелли, вы мне нужны.

И направился к выходу из гостиной. Однако у дверей остановился и сказал:

- Раз уж я здесь, Эрини, вы узнаете об этом первой. В этом году у нас новшество. До начала сезона дебютанток во дворце будет неделя балов и увеселений. Празднества начнутся через три дня.

Эти слова просто потонули в общем восхищенном вздохе:

- Благодарим, Ваше Величество!

Но император уже вышел, бросив напоследок:

- Маркиз Морелли. Я жду вас.

Маркиз тут же, расталкивая всех, подкатился к Хелене и подхватил ее под руку:

- Ливия, дитя мое, пойдемте, милая!

Фейтон перегородил ему дорогу.

- Я. Не закончил. Мне нужно переговорить с вашей внучкой.

На что дед, смерив его взглядом, выдал:

- Хотите видеть мою внучку - извольте явиться во дворец!

И после этого они наконец вышли.

***

Его Величество ждал в карете и хотел убить маркиза.

А время тянулось долго. Отвратительно долго! Его терпению уже приходил конец, когда старый пьяница выкатился-таки из особняка вместе с Хеленой и собирался направиться к своей карете. Нет! Дамиан отправил офицера с жестким приказом: «Доставить ко мне».

Довольно свободы. Наездились!

Его непутевого дядю и девушку подвели к его карете, офицер помог подняться Хелене, следом, кряхтя и охая, вскарабкался маркиз. Дамиан не шевельнулся, сидел каменным изваянием и не отрываясь смотрел в окно.

- Ваше Величество, - начал маркиз, блестя глазками.

Дамиан резко повернулся к нему.

- С тобой, дядя, мы дома поговорим.

А что касается этой девицы…

Смотревшей на него, как будто он чудовище. Ее Дамиан принципиально игнорировал, потому что был смертельно зол. Он же знал. Знал! Что она будет кокетничать с Фейтоном. Совершенно не задумываясь о том, что этот опасный тип - менталист и может с ней сделать что угодно.

Если бы он не вмешался вовремя!

Собственно, именно это и было причиной, почему Дамиан злился. Его появление в салоне герцогини было лишено всякого смысла и могло породить только досужие домыслы. Которые теперь придется оправдать. Ему так и хотелось взять своего Личного Секретаря за хрупкие плечики, как следует тряхнуть и прорычать в ее легкомысленное личико: «Вы понимаете, что мне теперь придется объявить герцогиню Норвейт очередной своей фавориткой?! Представляете своей хорошенькой головкой, на КАКИЕ мне из-за вас приходится идти жертвы?!»

Однако ничего этого Дамиан, разумеется, не сказал. Он вообще ни слова больше не произнес, пока они ехали во дворец.

Когда приехали и выгрузились из кареты, маркиз попытался слинять, как бы невзначай свернув в сторону.

- Куда? - тихо прорычал Дамиан. - Дядя, ты идешь со мной.

- А? - старикан застыл как заяц, захваченный врасплох, потом залопотал: - Да, да, конечно, Ваше Величество.

Дамиан шумно выдохнул, ноздри дрогнули.

Теперь еще оставалась эта девица, на которую он смотреть не мог. Но хочешь не хочешь он должен был выделить третьей внучке маркиза Морелли и своей дальней родственнице покои во дворце. А это вызывало искренний глубинный протест.

Потому что так у него больше не будет возможности заходить к ней в любое время и оставаться наедине.

Он все-таки повернулся к девушке и надменно проговорил:

- Мисс Морелли, вам тоже надлежит проследовать со мной.

И первым двинулся вперед.

***

Хуже бывало, только когда Хелену вызывали к ректору. Впрочем, нет, теперь было еще хуже. Потому что мессир явно злился на нее, и Хелена не могла понять за что. Она ведь не провалила миссию и, кажется, не срезалась ни в чем.

Что касается Фейтона, то она могла только хмуриться, вспоминая его грубо-красивое лицо со шрамом на брови. И то непонятное упорство, с которым он добивался ее. Все это было слишком, на грани приличий. Но вместе с тем это не выглядело игрой на публику, наоборот, он казался...

Додумать она не успела.

Они добрались до императорской приемной. И в этот раз ей пришлось заходить не со стороны потайных служебных коридоров, а прямиком в парадный кабинет. Его Величество император Август Фелиций Марселиус Дамиан вошел первым.

Взмах руки - слуга закрыл дверь. Теперь они остались в кабинете только втроем.

Его Величество наконец повернулся к ним лицом. И да, император, был в гневе, крылья его крупного породистого носа раздувались, а синие глаза метали молнии. Но на нее он не смотрел, его взгляд был направлен на маркиза. Тот сразу закряхтел, а император шумно выдохнул, обошел свой стол и сел. Все это время висело тяжелое молчание, наконец он произнес:

- Дядя, изволь объясниться. Как ты мог до такой степени…

Маркиз тут же вскинулся:

- А у меня все было под контролем!

- Контролем?! - загремел Дамиан.

- Да, - совершенно спокойно кивнул тот. - Наша девочка держалась отлично, и я не вмешивался.

- Не вмешивался? Ты просто дорвался до сигар и забыл обо всем!

На что маркиз неожиданно оживился и развел ручками:

- А вот и нет, дорогой племянник! Все шло по плану. Рыбка клюнула. Чтобы еще раз увидеть нашу девочку, Фейтон явится во дворец.

Некоторое время император молчал, на лице застыло нечитаемое выражение.

Потом он перевел мрачный взгляд на Хелену и начал:

- Мисс Морелли.

И пауза.

Она только собралась объяснить ему ситуацию, как он коротким жестом оборвал ее. Провел ладонью по столу и произнес:

- Мисс Морелли, вас сейчас проводят в ваши новые покои.

О… Это означало, что она больше не будет жить в служебном крыле? Наверное, надо радоваться, но ей почему-то стало грустно. Она присела в книксене.

- Благодарю, Ваше Величество.

Но император продолжал смотреть на нее и с каким-то непонятным надломом проговорил:

- Когда мы не на людях, для вас я по-прежнему мессир.

У нее странно дрогнуло сердце, однако Хелена не нашлась что сказать, а он продолжил:

- Надеюсь, мне не надо напоминать вам, что, пока вы находитесь во дворце, артефакт постоянно должен быть на вас?

Хелена кивнула, ощущая невольное смущение. Это было слишком личное, а они тут не одни. Маркиз, оказавшийся свидетелем их разговора, помалкивал и косился то на него, то на нее. Наконец Дамиан сказал:

- Это все, мисс Морелли, можете отправляться в свои покои. Встретимся на ужине, вас проводят.

Ей ничего не осталось, кроме как исполнить реверанс и выйти.

***

- А я? - скромно поинтересовался маркиз. - Тоже могу… того?

Дамиан перевел на него взгляд, не предвещавший ничего хорошего, и произнес:

- А ты, дядя, остаешься.