12.4

Чтобы я не говорила себе, как бы не уговаривала не обращать внимания, но слова королевы-матери меня задели. Хотя не должны были.

Долгая жизнь бок о бок с тётушками Вольдемара приучила меня пропускать мимо ушей любые оскорбления.

«Меня это не касается», — считала я, и любые замечания родственниц бывшего мужа разбивались об мою ледяную невозмутимость.

Но сегодня этот метод не сработал.

Я шла за принцем, не разбирая дороги, полностью погрузившись в свои мысли. Смотрела чётко ему в гордо выпрямленную спину и просто переставляла ноги.

В этот раз мы шли по общим коридорам. Нам навстречу то и дело попадались придворные. Кто-то из них молча раскланивался с Его Высочеством, кто-то пытался, пользуясь случаем, поговорить. Но мы не останавливались.

«Может быть, всё дело в том, что тётушки Вольдемара пытались задеть меня высказываниями, с которыми я была отчасти согласна? — раздумывала я, глядя принцу между лопаток. — А королевская матушка обвинила в том, в чём вовсе нет моей вины. Несправедливость задевает больше всего».

— Ты скоро прожжёшь дырку в моей спине, — бросил через плечо принц, и мы остановились.

Я оглянулась, всё ещё плавая в собственных мыслях. Дворцовые коридоры были похожи один на другой: те же окна, с одной стороны, и редкие двери с другой. Явно жилая часть, но вид за окном был совершенно другой.

Если там, где жила я, можно было любоваться королевским парком, то здесь виднелась дворцовая площадь.

Слова принца медленно дошли до моего сознания. Я моргнула. Кинула на него взгляд и тут же отвела глаза. Он стоял напротив меня с заложенными за спину руками, и вид у него был скорее усталый. Да и тон тоже. И не раздражённый, как мне почудилось сначала, а слегка насмешливый.

— Простите Ваше Высочество, — проговорила я. — Знаете, у меня нет такой способности. Прожигать взглядом спины, это скорее из арсенала сильных ведьм. Мне бы хотелось уметь, конечно, ведь это так удобно…

Запнулась, понимая, что меня несёт непонятно куда. Снова покосилась на принца и поймала его быстрый, оценивающий взгляд.

— Это была шутка, — обречённо сказала я. — Точнее, попытка… На самом деле я просто задумалась и смотрела на вас, чтобы не потеряться.

«Что я говорю?!» — в ужасе подумала я и опустила глаза.

— Неудачная попытка, — ледяным тоном ответил принц, и я прямо почувствовала, как запылали мои уши. Стало жарко, и лиф платья сдавил грудь.

Неожиданно принц хмыкнул и добавил совсем другим тоном:

— Будешь тренироваться.

— Прожигать людям спины? — не поняла я и с удивлением посмотрела на Его Высочество.

— Шутить, — с совершенно серьёзным видом ответил тот.

И снова я застыла, но уже глядя ему в глаза. Потому что не понимала, как реагировать. Но принц не дал мне возможности снова погрузиться в себя, огорошив новым вопросом.

— В твоей комнате есть что-то ценное? В личных вещах? — требовательно спросил он.

— Драгоценности и старые письма, — почему-то шёпотом ответила я и поторопилась пояснить, — я забрала из дома всю шкатулку, думала продать их, если будут проблемы с деньгами.

— Ребячество, — недовольно прокомментировал он, — почему вы думаете, что продать драгоценности так просто? Откуда вы это берёте? — последнюю фразу он пробормотал себе под нос разворачиваясь.

Мы продолжили путь.

— Где лежит твоя шкатулка? — на ходу спросил меня принц. — И письма тоже.

— В гардеробной, — быстро ответила я, догнав его и поравнявшись. — В саквояже. Я так и не разобрала его.

— Думала, долго не продержишься? — усмехнулся он.

— Не успела.

— Стражи заберут, — сказал он отрывисто и, пока я не успела задать вопрос, продолжил: — Ты не будешь сегодня ночевать у себя. Самое разумное было бы переночевать в моей комнате, под моей защитой, но я решил не подвергать тебя такому испытанию.

Я шла рядом с ним, практически бежала, пытаясь приноровиться к его быстрому шагу, и чувствовала, как сердце в груди отбивает барабанную дробь.

— Твои покои не защищены, а у матушки руки длинные и ночи бессонные. — продолжил говорить принц, — поэтому где тебе удобнее было бы переночевать? В комнате Софи или с девочками Лоренцо?

Мы остановились перед какой-то дверью.

Я судорожно сглотнула, переводя дух, и чуть слышно ответила:

— В мастерской было бы спокойнее.

— Я так и подумал.

С этими словами он бесшумно распахнул дверь, и я увидела уютную гостиную.

В комнате царила полутьма. Мягкое золотистое сияние одного-единственного светильника отбрасывало причудливые тени и освещало небольшой диван.

На нём, склонив друг к другу головы, сидели Лоренцо и Анна и о чём-то тихо беседовали. В этом приглушённом шёпоте, в их спокойных позах была такая естественная близость, что на мгновение мне стало завидно.

Услышав наши шаги, они подняли головы, и Лоренцо встал. Свет в комнате стал чуть ярче.

— Мне нужна твоя помощь, Лоренцо, — просто попросил принц, и я снова с удивлением на него посмотрела.

— Да, мой принц, — чуть поклонившись ответил мастер, — всё, что могу.

— Пусть Элен переночует у вас, — Его Высочество повернулся ко мне и жестом предложил подойти ближе. — Стражи принесут её личные вещи.

— Анна, предупреди девочек и приготовьте ещё одно спальное место, — распорядился Лоренцо, и Анна тенью скользнула куда-то вглубь гостиной.

Мастер проследил взглядом, как она скрылась за дверью, повернулся к нам и настороженно уточнил:

— Как всё прошло?

— Завтра будет известно, — покачал головой принц, — пока рано говорить что-то конкретно, но матушка не сдержалась, и я не хочу оставлять Элен одну.

Лоренцо тонко улыбнулся и покачал головой.

— Согласен. Благодарю за доверие, Ваше Высочество.

Он склонил голову ещё ниже. Выпрямился и протянул ко мне руки.

— Здесь ты в полной безопасности, моя душечка.

Странно, но я действительно чувствовала себя так, будто попала на островок тишины и покоя, который существовал вне времени и дворцовых бурь.

Принц ушёл. Вернулась Анна и отвела меня в комнату, которую делили Мари и Сола. Там меня уже ждала мягкая постель, пахнущая морозной свежестью. Мы полночи болтали обо всём на свете, и я вспомнила ночи в пансионе.

Жизнь снова казалась лёгкой. Смех над пустяками, шёпот доверенных секретов в темноте, тёплое плечо рядом — вот всё, что было нужно, чтобы мир снова приобрёл краски.

Это состояние сохранилось и утром, пока я не раскрыла «Королевский сплетник».