Глава 21

В спальню я возвращалась с едва теплым отваром и тяжелыми мыслями. Вот только мне пришлось замереть в дверях, не находя слов. Да что там слова, я ни одного звука не могла выдавить из себя.

– Ближе, прям на живот клади, – шепотом раздавала команды Марья.

Туман, держа ее в зубах, встал передними лапами на кровать и, вытянув шею, аккуратно положил книгу на обнаженный живот Сэта.

Сухо лизнув щеку мужчины, Туман плюхнулся на полупрозрачный зад и положил голову на край кровати, внимательно наблюдая за Марьей.

Я же, судорожно вздохнув, на цыпочках обошла кровать и, пристроив кружку с отваром, присела с другой стороны, напряженно наблюдая за двумя заговорщиками.

Марья зашелестела страницами, как-то тяжело, по-женски, вздохнула и вдруг притихла. Время будто замерло в спальне. Казалось, что даже пылинки прекратили свой танец в лучах дневного солнышка, бьющего в окно.

Сначала ничего не происходило, Марья тихонько лежала, Сэт тяжело дышал, мы с Туманом, наоборот, замерли изваяниями, но вот книга чуть шевельнула обложкой, как-то странно шикнула, будто кошку от стола спугнула, и я поспешила зажать себе руками рот, потому что прямо на моих глазах тьма, что черными чужеродными кляксами растекалась у краев раны Сэта, вдруг зашевелилась. Медленно, неохотно, она по капле начала скатываться вниз, собираясь в небольшой живой ручей. Сэт протяжно застонал, Туман передернул ушами, Марья снова шикнула и пошелестела страницами. Я не знала, что мне делать! То ли сидеть и ждать, чем все закончится, то ли схватить Марью и унести ее из комнаты, а может, и вовсе стоило бы схватить какую-нибудь вещь и попробовать собрать тьму. На самом деле я даже дышать боялась. Мне было страшно, очень страшно. Но я продолжала смотреть на живую кляксу тьмы и молилась неизвестным мне Темному и Светлой богам.

Медленно, по капле, тьма срывалась с раны капитана и, скатываясь вниз, достигала Марьи, а та ее, эту каплю, будто слизывала бумажным языком. Перед глазами мелькнула картинка, как когда-то на горе мой самый обычный справочник лечебных трав Поволжья вот так же “облизнулся” и странное черное пятно исчезло со среза страничек. Тогда замерзшая в шоке от того, что оказалась на заснеженной вершине горы, я подумала, что мне это показалось. Сейчас же я завороженно смотрела, как Марья медленно, но верно вытягивает из раны Сэта тьму. Смотрела, боясь пошевелиться, и мысленно молилась, чтобы Марье не стало плохо, чтобы Сэту стало лучше, чтобы все наладилось и мне не пришлось терять кого-то из дорогих мне людей. И пусть Марья была книгой, но общалась она, переживала и волновалась точно как самая обычная, немного упрямая и насмешливая женщина.

Я так сосредоточилась на происходящем, что не заметила, как защиту дома кто-то пересек, не услышала, что в дом, а затем и в спальню кто-то зашел, все мое внимание, все мысли были с Сэтом и Марьей и неудивительно, что гневный женский окрик заставил меня вздрогнуть.

– Какого Темного тут происходит?!

Откровенно говоря, не подскочила я на кровати только потому, что знала: любое мое резкое движение может причинить боль любимому мужчине.

Осторожно встав с кровати, я развернулась в сторону дверей и, прищурившись, посмотрела на рыжую женщину, которая, сверкая глазами, замерла в паре метров от меня. За ее спиной стоял статный мужчина, в его глазах я видела настороженную заинтересованность. Рядом с ним стоял еще один мужчина, такой же высокий, чуть менее широкоплечий, но не менее внушительный. Признаться, именно этот человек заинтересовал меня больше всего, но сейчас было не до праздного любопытства, маленькая, если не сказать хрупкая, женщина требовала ответа, а у меня был свой вопрос:

– Кто вы такие? И что делаете в моем домике?

– В тво-оем?! – рыжие брови взлетели вверх в красивом изгибе, а губы скривились в презрительной усмешке. – Это мой домик, а вот ты, кажется, тут загостилась… Самозванка!

– Вы родители Сэта, – устало прикрыв глаза, тяжело вздохнула. Не так я представляла эту встречу, – что ж, он будет рад, что ваше путешествие закончилось.

Кивнув, я медленно перевела взгляд на темноволосого мужчину и кивнула уже ему в знак приветствия. Если я не ошибаюсь, это был отец моего стража.

– Вот пусть сам и скажет, как он рад, – прошипела настоящая хозяйка дома, – отойди в сторону!

– Кайлин, – обманчиво мягкий тон брюнета заставил меня насторожиться, – успокойся.

– Что значит, успокойся, Дэвид? Ты что, не слышал, что рассказывала Маришка про эту… Мошенницу?!

За ее спиной фыркнул рыжеволосый мужчина и закатил абсолютно черные глаза, таких темных я не видела ни разу в жизни!

– Я, значит, мошенница? – сложив руки под грудью, не менее гневно посмотрела на Кайлин. – Интересно, почему же?!

– Дай мне подойти к сыну, – зашипела рассерженной кошкой настоящая ведьма, – я знаю, что он ранен!

– Я тоже знаю, – смерила ее строгим взглядом, – но прежде чем подходить к раненому человеку, вам следовало бы для начала помыть руки! Тем более сейчас Сэту и так непросто, остатки тьмы не дают залечить его рану.

– Ты еще смеешь меня поучать? В сторону!

Кайлин распалялась все больше и я решила пойти на уступки. Страшно мне не было, Сэту она точно не навредит. А навредить Марье не дадим мы с Туманом, так что решив пойти на компромисс, я сделала шаг в сторону, открывая вид на бессознательного стража и книгу, которая все так же тихо лежала на его животе и капля за каплей поглощала тьму…

– Это что? – буквально взвизгнула Кайлин, в то время как рыжеволосый мужчина, склонив голову набок, усмехнувшись, выдал:

– Любопытно.

– Кайл, сейчас не время для твоих экспериментов, эта нахалка травит твоего брата тьмой!

Ладони Кайлин мягко засветились, что напугало меня больше, чем все ее гневные окрики. И она даже дернулась в сторону кровати, но, к счастью, ее муж успел поймать ее в свои объятия.

– Родная, – одновременно с тем, как я снова встала на пути разгневанной женщины, заговорил он, – тебе нужно успокоиться. Вряд ли та, о ком говорят во всем городе как о талантливом лекаре, станет травить нашего сына тьмой!

– Успокоиться? Успокоиться, Дэвид? Да стоило нам только оказаться дома, как ко мне начали приходить ведьмы с историями про эту чужачку! Ты хоть представляешь, что я успела выслушать об этой девушке?

– Конечно, представляю, ведь слушал я вместе с тобой. И каждый раз говорил, что они сильно преувеличивают. Или ты забыла, кто твой муж?!

– Помню, но вот мы пришли сюда и я вижу, как эта нахалка травит тьмой моего сына! Моего младшего ребенка!

Откровенно говоря, эта ведьма не выглядела как мать трех весьма великовозрастных детишек. Максимум, я могла ей дать лет сорок. И то с большой натяжкой. Она выглядела чуть старше Сэта, но вот глаза выдавали в ней женщину, которая многое повидала за свою жизнь.

– Я бы с удовольствием тоже послушала, что же местные ведьмы говорят обо мне, – позволила себе усмехнуться, – особенно с учетом того, что общалась я один раз и только с Маришкой. Правда, тонкие намеки на то, что мне лучше не жить в этом городе, сложно назвать общением. А угрозы близкого знакомства со стражами и палачом короля мало располагали к более близкому общению с вашей подопечной, но что-то я не помню, когда успела чем-то обидеть, да и вообще познакомиться с кем-то из ваших знакомых.

– Быстро прекрати делать то, что ты сейчас делаешь с моим сыном, – проигнорировав мои слова, снова начала требовать Кайлин.

– Не могу, – развела руками, – если из раны не убрать всю тьму, ваш сын умрет! А если эту рану прижигать, как любят делать местные врачеватели, он впадет в кому. В лучшем случае!

– А в худшем? – снова подал голос Кайл, прожигая меня взглядом необычных глаз.

– Умрет, – мрачно посмотрела на старшего брата Сэта.

– Убери свое порождение тьмы от моего сына, я как-нибудь сама вылечу его, а ты…

– А я с места не сдвинусь, – сверкнула глазами на ведьму, – если сейчас прервать Марью, то пострадает или он, или она, или они оба. Так что успокойтесь или выйдете из комнаты!

– Да ты хоть понимаешь, с кем говоришь? – ахнула Кайлин.

– Понимаю, вы мать, которая обеспокоена здоровьем своего ребенка, и точно не хочет, чтобы его жизнь оборвалась на кровати в крошечном домике, стоящем на окраине леса. Так что будьте любезны, прекратите на меня кричать, я тоже, знаете ли, переживаю!

– Потрясающе, – громко хохотнул Кайл, – Эва, ты это слышала? Нашлась та девушка, которая посмела перечить нашей матери! А ты говорила, что у нас с Томом нет шанса найти себе жен.

– Слышала, мы тут все отлично слышим за вашими спинами, но, увы, ни Темного не видим.

Звонкий женский голосок стал для меня неожиданностью и я с удивлением посмотрела на рыжего Кайла.

– Да, там еще сестренка с мужем от любопытства страдают, но, боюсь, в этой спальне не так много места, чтобы мы все нормально уместились.

Я хотела ответить, правда хотела, но в этот момент Сэт едва слышно застонал и поэтому, стремительно развернувшись к нему, я лишь спросила:

– Том?

***

– Том, мой брат, которого вы сейчас лечите. Но, кажется, вам он назвал другое имя.

– То есть Сэт это не его имя, – приложив ладонь ко лбу Сэта, я нахмурилась, – зачем ему было обманывать?

– Он не обманывал, – за спиной, гораздо ближе, чем я могла ожидать, раздался голос Дэвида, – просто сын слишком похож на меня, и женщине, которая ему, судя по всему, небезразлична, предпочел назвать более личное имя. Что делает эта книга?

Не отвлекаясь на то, чтобы посмотреть на отца стража или задавать вопросы про имена, я только коротко ответила:

– Пытается вытянуть всю тьму, что осталась в ране Сэта. Надеюсь, у нее получится.

– Вы позволите? – Дэвид спрашивал, но сам уже осторожно тянул руку к Марье.

Я не успела ответить, как прямо на кровати материализовался Туман, который все это время незамеченным стоял по ту сторону кровати и внимательно наблюдал за гостями. Он не вмешивался, никак себя не проявлял до тех пор, пока отец Сэта не заинтересовался справочником. Одним смазанным движением он буквально перетек на кровать туманным облаком, и вот уже в виде ощерившегося волка стоит над капитаном, прикрывая собой не только мужчину, но и мою эксклюзивную любимицу.

– Ого, – кто-то за спиной присвистнул, – Эвелин, а ты говорила, что больше таких идиотов, как твой брат, не знаешь. Так вот же она! Не просто экспериментирует с тьмой, а неподконтрольно позволяет ей перемещаться по дому!

Мы с Дэвидом не обращали внимания на реплики за нашими спинами. Замерли, напряженно глядя друг на друга. Туман, не переставая, низко рычал, демонстрируя внушительные клыки, Сэт все громче стонал, а я с трудом сдерживала нервный смех.

– Отзовешь? – спокойно спросил мужчина. Слишком спокойно для того, чьи пальцы замерли в считанных сантиметрах от пасти злобного волка.

– Вы руку уберите, – посоветовала, – Туман защищает тех, кто ему дорог.

– Ты дала имя тьме? – Кайл медленно обходил кровать, удерживая за плечи мать. – Как тебе удалось ее подчинить?

– Его, – настороженно посмотрела на Кайлин, которая хмурилась, разглядывая своего раненого сына в окружении тьмы. – Туман мальчик. И я его не подчиняла, мы дружим. Сэт, кстати, тоже.

– Поверить не могу, – прошептала красивая брюнетка, тоже появившаяся в поле моего зрения, – братишка действительно нашел кого-то более сумасшедшего, чем ты, – в этот момент она посмотрела на кого-то, кто скрывался от меня за широкой спиной Дэвида, – а я-то думала, что более отчаянных людей больше не существует.

– Я всего лишь женился на тебе, колючка, а она с тьмой дружит. Не стоит сравнивать!

– Дэвид, – тихо позвала Кайлин мужа.

– Все в порядке, родная, – мужчина широко улыбнулся и, убрав руку, самым натуральным образом подмигнул мне, – мне кажется, наш сын в надежных руках.

Я не знала, что ответить на это, но мне и не пришлось, из-под живота Тумана раздалось самое долгожданное:

– И в страницах, попросила бы заметить, – Марья тяжело вздохнула и, кажется, икнула, прежде чем продолжить: – Маргошенька, похоже, я объела-ась!

– Туман, иди ко мне, – тихо позвала, пытаясь за ним рассмотреть книгу, – давай, никто на меня не нападет.

Протянув к волку руку, я дождалась, пока он обернется двумя темными браслетами вокруг моих запястий, и только после этого, присев на край кровати, наклонилась над раной, совершенно чистой раной на груди Сэта.

– Марья, ты это сделала! Марь! У тебя получилось! – у меня из глаз потекли слезы и я с облегчением рассмеялась. – Поверить не могу, все получилось!

Не обращая внимания на притихших родственников любимого мужчины, потянулась к кувшину с отваром и, вымочив в нем бинт, осторожно положила его на рану.

– Боги, Марь, теперь мы точно справимся, слышишь? Сэт будет жить, – обернувшись к книге, я широко улыбалась, почти не видя ее из-за слез. – Ты самая лучшая книга на свете. Марья! Самая красивая, умная, уникальная!

– И глазастая…

Тихий изумленный голос Кайлин привлек мое внимание и, быстро проморгавшись, я внимательно посмотрела на Марью Ивановну.

– Ик! – само собой вырвалось из меня. – Марья?

– Ну а кто же еще? Ты чего замолчала, ты продолжай хвалить меня, мне нравится!

– Марь, у тебя глаза!

– Да-а-а?

– Да, – хмыкнул рыжий представитель семейства Фрейзеров, – о-очень красивые! А раньше что, не было? – этот вопрос он задал, глядя на меня.

– Нет, когда она начала вытягивать тьму, у нее только рот был. А теперь вот.

Я не могла поверить, что у моей книги теперь появились самые настоящие глаза. С длинными изогнутыми кукольными ресницами. Да и сами глазки были, скорее, кукольными. Круглые, ярко-желтые, как на мягких игрушках, которые я не единожды видела в магазинах в родном городе. Красивые, ничего не могу сказать, но это было несколько непривычно. Да и вообще Марья стала выглядеть более… ухоженно? Да, наверное, именно так. Кожа обложки стала более гладкой, новой. Да и Марья, несмотря на то, что глубоко вздыхала, будто и правда объелась, выглядела весьма довольной. А уж как она стреляла взглядом в присутствующих здесь мужчин!

– Чем пропитала ткань? – Кайлин, уже более спокойная, сейчас рассматривал грудь сына.

– Отвар противовоспалительный, – я, вздохнув, протянула руку, чтобы убрать прядь влажных волос со лба Сэта, – теперь он должен подействовать как должно.

– А до этого?

– Тьма мешала.

– Из чего отвар делала? – прищурившись, посмотрела на меня рыжая ведьма.

– По рецепту она его делала, по самому правильному рецепту, – тут же кинулась Марья на мою защиту. Ну или на защиту своих знаний.

Кайлин в свою очередь посмотрела на книгу.

– А вам-то откуда знать, что именно является правильным?

– Мне-то? Справочнику по лечебным травам? Ой, насмешила, – Марья деланно рассмеялась, но довольно резко оборвала этот явно издевательский смех. – Маргоша, ты где таких гостей нашла?

– А я и не находила, – улыбнулась, – это родственники твоего любимого Сэтушки.

– Да-а-а? Как интересно, – Марья пару раз взмахнула своими длинными ресничками и совсем другим тоном проговорила: – Уважаемая, а не прогуляться ли нам с вами на кухню, где вы сможете не только посмотреть качество трав, из которых Маргаритка варит свои лекарственные препараты, но и рецептики с вами пообсуждаем. А моя девочка пока спокойно сможет заняться своим мужчиной.

Ну, Марья! Я покраснела тут же! Коза бумажная, так легко, мимоходом сообщила о том, что я сама вслух боялась произнести. И кому? Родителям и брату с сестрой Сэта!

Кайлин, громко фыркнув, схватила книгу с живота сына и, гордо вскинув подбородок, вышла из спальни, оставляя меня под пристальными взглядами своих родственников.

Стоило шагам Кайлин утихнуть, как Кайл обошел кровать и, остановившись рядом с отцом, так знакомо усмехнулся, прям как Сэт…

– Братишка, мама вышла, можешь открывать глаза!

Я недоуменно на него посмотрела. Заметила, как Эвелин, развернувшись, уткнулась в плечо мужа и сдавленно захихикала, а Дэвид позволили себе широко улыбнуться. Что, тьма их побери, происходит?!

– Было бы неплохо, если бы вы тоже все ушли, – едва слышно, с протяжным стоном раздалось с кровати.

– Сэт, – ахнула я и тут же прикрыла ладошками рот, еще раз посмотрела на всех собравшихся в комнате.

– Сын, – хмыкнул Дэвид, – я, конечно, все понимаю, но ты бы хоть с матерью поздоровался.

– Не могу, – нагло выдал страж, – я все еще при смерти, вот завтра я с ней с удовольствием поздороваюсь. А сейчас шли бы вы все.

Я не верила своим ушам, просто не верила. Тем более Сэт, все такой же бледный, лежал на кровати и не открывал глаз. Но я точно видела, как шевелились его губы.

– Сэт? – наклонившись к нему ближе, положила руку на колючую щеку. – Ты…

– О-о-о, – протянула Эвелин.

– Кажется, нам всем и правда лучше уйти, – хмыкнул ее муж, – особенно тебе, колючка!

– Эй! Мне же интересно!

– Всем интересно, – хмыкнул Дэвид. Он наклонился и мягко пожал ладонь сына. – Имей в виду, я не смогу ее долго сдерживать.

– Знаю, – бледные сухие губы дрогнули в улыбке, – но дайте мне хоть в себя прийти.

– Маргарита? – Дэвид перевел взгляд на меня. – Оставляем твоего мужчину тебе, но имей в виду, завтра придется им делиться.

Улыбаясь, все медленно стали выходить из комнаты, только Кайл остановился на мгновение, чтобы, подмигнув, загадочно сообщить:

– Буду ждать нашей встречи, девочка, покорившая тьму.

Я во все глаза смотрела на родственников Сэта, чувствуя, как щеки заливает жар.

– Марго, – стоило только входной двери негромко хлопнуть, позвал меня Сэт, – иди сюда.

– Не пойду, мне нужно принести мази и…

– И будешь лечить своего мужчину?

– Сэт, прекрати, это все Марья глупостей наговорила, а все повторяют.

– Да? – он ненадолго замолчал, мне как раз этого времени хватило, чтобы осторожно отступить к дверям спальни. – А разве это Марья плакала рядом со мной и шептала про то, как сильно любит?

Светлая Богиня, неужели он все слышал?!