Глава 23

Уходили мы из дома… забавно. Нет, правда забавно. Как воришки, приоткрыли дверь спальни и тут же встретились с серьезным взглядом зеленых глаз рыжей ведьмы. Я чуть не застонала от досады. Но Сэт, видимо, как-то по-особенному улыбнулся маме и я увидела, как уголок ее губ дрогнул.

– Вот ты споришь, – выговаривала Марья ей в этот момент, – а сама ведь не права. Маргаритка у нас, конечно, не ведьма и никогда не сможет сделать такой отвар для уборки, как ты, но мы тут поизучали травки и я точно могу сказать…

Кайлин незаметно для книги махнула нам рукой и, сосредоточившись на Марье Ивановне, потребовала:

– Покажи, что вы там нашли. Уверена, никакие травки не заменят силу ведьмы в этом вопросе.

– Не заменят, но схожего эффекта мы смогли добиться, вот смотри.

Комната наполнилась шелестом страниц, и мы на цыпочках прокрались к входной двери.

Честное слово, мне начинало казаться, что две невыносимые женщины спорили не потому, что не могли договориться по-хорошему, а потому что искренне наслаждались этими спорами. И глядя на то, как Кайлин незаметно перемещается вдоль стола, уверенно прикрывая наш отход от Марьи, я в этом убедилась. Ведь, судя по всему, они уже добрались до обсуждения бытовых вопросов, а тут как бы Марья ни пыжилась, ей, как и мне, не сравниться с Кайлин. Я видела, как она работает с травами. Тут пошепчет, здесь улыбнется, пара вроде как ничего не значащих фраз, сопровождаемых мягким свечением ладоней, и зелье – именно так в итоге их называла Марья, – получается более сильным, чем если бы готовила я, строго следуя рецепту.

Поэтому да, и отвар для мытья полов у Кайлин был совсем иной и никакими травами его не заменишь, ведь нам не хватало самого главного ингредиента – волшебства. Так что я считала, что их споры были вообще бессмысленны. Потому как там, где Марья брала знаниями, Кайлин полагалась на чутье ведьмы и тоже знания, передаваемые ведьмами из поколения в поколение.

С Сэтом мы заговорили, только оставив домик позади, чтобы Марья не слышала наших голосов под окнами. Она вообще очень переживала за капитана, каждый вечер подолгу с ним беседовала, ругала меня, если я хоть на пять минут задерживалась с перевязками, и все тяжко вздыхала, что мы чуть не потеряли такого замечательного со всех сторон Сэтушку. Это была какая-то особенная любовь между книгой и сильным молодым мужчиной. Он позволял ей разговаривать с собой тоном ворчливой тетушки, а она была и рада стараться, воспитывая как меня, так и его.

– Чувства это, конечно, хорошо, – ворчала вечерами, когда мы лежали, обнявшись, на кровати, – но дай ему сначала выздороветь, а потом обниматься лезь! Маргоша!

Сэт смеялся и теснее прижимал меня к своему боку, а я неизменно краснела. И ведь спала эта ворчунья бумажная теперь на столе в кабинете, но все равно вмешивалась и воспитывала!

– Знаешь, твоя мама, она… – начала я разговор, как только мы метров на тридцать ушли от домика.

– Она славная, – Сэт подставил лицо каплям дождя и улыбнулся, – знаю, что первое впечатление она после встречи оставила не самое лучшее, но жизнь с тремя непослушными, своенравными и непоседливыми детьми заставила ее стать строже.

– Да нет, я, откровенно говоря, понимаю, почему при первой встрече Кайлин вела себя несколько напористо, правда понимаю, но вот сейчас… – я тихонько хмыкнула, вспомнив усмешку ведьмы, – если честно, я просто не ожидала, что она станет помогать нам сбежать из дома.

– Марья бы не выпустила, а еще и Тумана попросила бы помочь. Эти двое научились работать очень слаженно, когда хотят добиться своей цели. Я это еще вчера понял, когда они не выпустили меня даже на крыльцо подышать воздухом.

– Да, а сейчас Туман вон бежит рядом с нами и не рычит, – хмыкнула, глядя на полупрозрачного пса, – но знаешь, я их могу понять, они тоже очень сильно переживали за тебя. Как и твои родственники.

– Да, могу представить, – Сэт поймал мою ладошку и, переплетая наши пальцы, мягко потянул в сторону леса. – О чем думаешь?

– Если честно, я уже который день задаюсь несколькими вопросами, но ответа не нахожу.

– Поделись, может, вместе решим твою головоломку.

– Вообще-то это касается твоих родственников, и именно поэтому я не спрашиваю у тебя.

Мы медленно брели по вытоптанной тропинке и мне не очень было интересно, куда именно. Было просто приятно вот так спокойно идти, наслаждаясь звуками природы и не слыша очередного спора. Погода, правда, не особо располагала к длительным прогулкам, но хоть небольшой перерыв мы заслужили.

– Про мою семью тем более спрашивай. Думаю, после знакомства с ними у тебя в голове крутится гораздо большее, чем “пара” вопросов.

– Да, но эти буквально не дают покоя, – вынужденно призналась, смущенно улыбнувшись Сэту. – Как твои родные так быстро узнали, что ты ранен и что тебя стоит искать у меня в домике? Ведь иной причины, почему они пришли всей семьей, я не нахожу. Тем более что пришли именно ко мне домой.

– Тут все просто на самом деле. Отец, как Палач Его Величества, много времени проводит в Башне стражей. Естественно, он не мог не узнать, что случилось с его сыном. Тем более что я не рядовой страж и мое отсутствие на службе всегда приносит с собой некую смуту в работе. Есть ситуации, в которых решения могут принять всего двое: или я, или отец. Так что о моем ранении ему рассказали, даже если он после возвращения с мамой из их поездки еще не был в Башне.

– Да, но как получилось, что даже Эва с мужем пришли?

– Тут тоже нет никакого секрета. Сестра с мужем временно живут в доме родителей. У них ремонт, знаешь ли.

– А Кайл? – повернувшись, посмотрела на Сэта.

– Рыжая заноза нашей семьи, и я сейчас не про маму, всегда появляется там, где ему интересно, – Сэт громко фыркнул, спугнув пару весело щебетавших птиц с ветки ближайшего дерева, – иногда мне кажется, что братец имеет свою сеть осведомителей в городе. Хотя, конечно, он это отрицает.

– Да, Кайл… Крайне занятная личность.

Заминка была вызвана тем, что я не сразу смогла подобрать тактичную формулировку для характеристики брата Сэта.

– Ладно, с этим понятно, но как ты объяснишь, что твоя мама, которая изначально была настроена ко мне негативно и которой я откровенно не понравилась, сменила гнев на милость?

– С чего ты взяла, что не понравилась ей? – Сэт, остановившись, очень удивленно посмотрел на меня.

– После того как я спорила с ней и не согласилась “прекратить травить тьмой” ее раненого сына? Да брось, как я могла ей понравиться? – нахмурилась, глядя в серые глаза.

– Ты просто не знаешь мою маму, – Сэт щелкнул меня по носу и пошел дальше, – если бы она действительно хотела бы остановить тебя, она бы это сделала. А мама… Ну, скажем так, скорее, она проверяла тебя, Марго.

– Остановить? Ты был без сознания, рядом был Туман, я стояла на ее пути и Кайлин очень громко требовала, чтобы я прекратила тебя лечить. Кстати, еще она утверждала, что Маришка и другие ведьмы считают меня шарлатанкой! – последнее я добавила и вовсе недовольным тоном. Как-то в суете последних дней обвинения незнакомых ведьм подзабылись, а сейчас сердце кольнуло обидой.

– Маргоша, – Сэт тихо хмыкнул, – ты правда считаешь, что ведьма, которая когда-то смогла закрыть разрыв в ткани реальности, Палач, первый, кто начал уничтожать тьму, стоило той пролиться в наш мир, Кайл, ставивший эксперименты с тьмой с раннего детства и, кажется, единственный человек в нашем королевстве, который знает более двадцати способов уничтожить тьму, и Эва, которая не побоялась отделить часть своих врожденных сил и спрятать ту часть от родителей только потому, что ее муж переживал, что молодой хрупкой девушке придется стать Палачом, не смогли бы справиться с уставшей заплаканной девушкой из другого мира и одним грозным сгустком тьмы? Поверь, если бы мама хоть на секунду бы усомнилась в том, что ты именно лечишь, а не пытаешься мне навредить, то с тобой разговаривали бы совершенно иначе. Да, я редко общаюсь с семьей, подростковые обиды до сих пор эхом напоминают о себе, но никто и никогда не рискнет связаться с нашей семьей. Не в этом городе.

– А Маришка?

– Маришка просто одна из подопечных моей матери. Избалованная ее вниманием и выросшая довольно склочной ведьма. Она отлично умеет лечить, искренне любит маму и считает, что оберегает нашу семью, насколько это в ее силах. В общем, Маришка как еще одна старшая сестра. Назойливая, но родственников вроде как не выбирают. Она несколько раз приходила в Башню и писала жалобы на тебя и твою деятельность.

– Что-о? – теперь на лесной тропинке замерла я. – А почему я об этом не знаю?

– Потому что стражи Башни пришли к единодушному мнению, что все ее жалобы всего лишь ревность.

– К кому?

– Видимо, к клиентам, которых ведьмы потеряли в лице стражей. Знаешь ли, не каждый житель Кронта готов отдавать столько монет за один визит к ведьме. Для нас важно, чтобы лечение было быстрым и качественным. А многие пойдут к врачевателям, а у кого-то просто не позволяет доход с каждой проблемой бежать к ведьмам. Да и есть еще те люди, которые помнят времена, когда все ведьмы подвергались гонениям.

– То есть ты думаешь, что Маришка попросту… Мелко пакостит?

– Ну почему мелко? Я точно могу сказать, что на собраниях ведьм тебя не рады будут видеть.

– Какое счастье, что я не ведьма, – недовольно фыркнула, узнав такие подробности.

– И правда, – хохотнул Сэт, – боюсь, что будь ты ведьмой, мы не смогли бы так хорошо узнать друг друга. Еще вопросы остались?

– Угу, куда мы идем? – я даже оглянулась вокруг, вдруг осознав, что от домика мы уже давно ушли, а Сэт не просто бездумно прогуливается под кронами деревьев, чтобы на нас меньше капал дождь, а вполне целенаправленно куда-то меня ведет.

– Ко мне домой, – мужчина пожал плечами и чуть поморщился: швы все еще доставляли дискомфорт.

– К тебе домой? – признаться, такого поворота я не ожидала.

– Именно, знаешь, я подумал, что было бы неплохо оказаться с тобой наедине. Там, где нам никто не сможет помешать просто побыть вместе. В тишине.

Он вдруг стал говорить немного тише, глаза моего мужчины вмиг потемнели, взгляд стал слишком выразительным, а у меня неожиданно пересохли губы.

Кажется, я тоже не против хоть ненадолго оказаться в доме, где мы будем только вдвоем…

***

Идти до дома главного стража Кронта оказалось не так уж и далеко. Пройдя через лес, мы неожиданно для меня вышли на ухоженную улицу. И первый же дом, который я увидела, стоял странно. Да и сам он был не совсем обычный. За время, проведенное в этом мире, а точнее, в одном конкретном городе, я привыкла, что все дома построены из светлого материала. Будь это необработанный камень или нечто похожее на квадратные кирпичи, неизменно использовались светлые тона. Серые, бежевые, песочные. Деревянные постройки также были в городе, но и в этом случае домики, торговые лавки или же небольшие уютные кафе в более богатой части Кронта предпочитали окрашивать светлой краской. Белой чаще всего. А этот дом был… Темным. Да, пожалуй, это определение подходило ему больше всего. Дело даже не в том, что камень, из которого был построен небольшой двухэтажный особнячок с балконом над входной дверью, – которая, к слову сказать, смотрела не на мощеную улицу, а на лес, – потемнел от времени и больше всего напоминал мне сейчас родные улицы на Земле. Цвет мокрого асфальта вызвал такую острую тоску по дому, какую я не испытывала ни разу после своего волшебного перемещения в чужой мир. Густой, явно старый плющ, покрывавший две трети строения и местами загораживающий даже окна дома, и тот был насыщенного темно-зеленого цвета. Ворота и вовсе были черными и, кажется, самыми высокими на улице.

– Нравится? – Сэт остановился, как только заметил мой явный интерес к необычному дому.

– Он просто странный, – задумчиво обронила, не отводя взгляда от окон второго этажа этого особняка, – и очень выбивается из общей композиции.

При этом я махнула рукой в сторону улицы. Дом и правда смотрелся неуместно на чистой, крайне ухоженной улице с пешеходными дорожками, разбитыми клумбами, невысокими аккуратно подрезанными деревцами и домами как с фотографии какой-нибудь старой Англии начала девятнадцатого века.

Все домики были не сильно большими, но резко отличались от тех, что я видела раньше в городе. Не то чтобы я много гуляла по улицам Кронта и успела его изучить, скорее, даже наоборот. Но все же.

– Да, эта улица немного другая, – Сэт хмыкнул, – тут расположены городские особняки знатных родов, господа приезжают сюда не так часто, предпочитая жить в более просторных условиях, но если наведываются по каким либо делам, то у каждой семьи имеется свой городской дом. А то и не один. Улица знати. Так называют ее в народе, а настоящее название так редко используется, что его уже почти никто и не помнит.

– А ты? – мне не столько было интересно узнать про местную аристократию, как просто было приятно слушать Сэта.

– А я знаю, в конце концов, по долгу службы я был вынужден подробно изучить карту нашего города, как и всего королевства.

– Ага! А значит, ты знаешь, кому принадлежит и этот дом?

– Пойдем, любопытная моя, – рассмеявшись, Сэт потянул меня дальше по дороге, уводя от заинтересовавшего архитектурного чуда, – кто живет в конкретно этом мрачном месте, я знаю не потому, что главный страж Башни, а потом что не могу не знать, где обитает мой старший брат!

Кайл, ну, конечно! Могла бы и догадаться.

– Погоди, он же говорил, что стал изгоем в местном обществе?

– Ну, в общем-то, он не врал, с тех пор как он догадался ввести в себя тьму, его многие боятся. Кайла это, конечно, веселит, но, тем не менее, когда он решил купить свой дом, у него возникли определенные проблемы с покупкой. Королю писали множество жалоб, как и просьб запретить старшему сыну Палача селиться на улице знати. Король в какой-то степени пошел на уступку и выделил ему землю под строительство на самом краю улицы.

– А почему он просто не мог запретить Кайлу, раз уж …

– Мог, почему же не мог. Тем более что наша семья к знати имеет лишь косвенное отношение. Но наш король… В общем, наверное, ни что его не характеризует лучше, чем запутанная личная жизнь.

Все, Сэт крепко поймал меня на крючок женского любопытства и я тут же прекратила рассматривать особняки, вместо этого с горящими глазами ждала продолжения истории про короля.

– Да брось, неужели никто не успел тебе рассказать? – губы Сэта кривила усмешка. – А как же скандальная любовная связь с ведьмой? Это же любимая история всех сплетников в торговом квартале!

– Нет! Расскажешь?

– Да нечего рассказывать, у нашего короля за всю жизнь была лишь одна фаворитка, хотя это неудивительно, мало какой мужчина захотел бы заводить любовниц, если твоя постоянная женщина старшая ведьма в городе. Мэл имеет очень взрывной характер и спуску не дала бы никому. Даже королю, который не побоялся вместе с простым народом прийти и сражаться с неведомой тьмой, в то время как одна молодая сумасшедшая ведьма закрывала разрыв на ткани мира. Так что да. Король и правда состоял, да и состоит в той самой скандальной связи с ведьмой. Но так как пожениться они официально не могут, некоторые жители Лассаса до сих пор называют Мэл лишь любовницей короля. И это несмотря на его отказ вступать в династический брак. Как и признание сына, рожденного той самой ведьмой, своим единственным законным наследником. Скандал был жуткий. Но ничего. Лассас выстоял.

– Ого.

Я даже не нашлась, что сказать, это надо же так любить свою женщину, чтобы пойти против всех мыслимых правил. Ведь если я правильно понимаю, эти отношения начались еще в те времена, когда ведьмы во всех королевствах Сольгана подвергались гонениям.

– А ты откуда все знаешь?

– Сложно не знать про жизнь своего раприата.

– Раприата? – это слово было для меня новым.

– Позже обязательно подробнее объясню, сейчас просто скажу, что Эван, это я про короля, принимал активное участие как в жизни нашей семьи, так и в моем воспитании.

– А ты хранишь много секретов, Сэт Фрейзер, – прищурившись, я окинула идущего рядом мужчину хитрым взглядом, – или Том?

– А-а-а, ты все-таки помнишь об оговорке моих родственников. А я-то все думал, когда же моя маленькая травница начнет спрашивать, – и так легкомысленно он об этом заговорил, что стал понятно – никакой это и не секрет.

– Так что там за не секрет с твоими именами?

– Все просто, мое полное имя Сэт Томас Фрейзер, просто все дело в том, что в нашем мире ребенка нарекают не единожды. Первое имя личное – его дают родители сразу после рождения малыша, второе имя дает раприат в храме бога. Третье – это имя рода, а четвертое предка.

– Погоди, но у тебя только два имени!

– Нет, не совсем так. Дело в том, что моего отца полностью зовут Дэвид Мэтью Томас Фрейзер младший из рода Ларготов, но так как он был младшим сыном в семье Ларготов, ему пришлось участвовать в выборах нового Палача после смены короля. После того как папа был назначен Палачом Его Величества, Фрейзер из третьего имени превратилось в начало нашего рода. В общем, это длинная история.

– Не расскажешь?

– Спроси у мамы, – Сэт, повернувшись, подмигнул мне, – она чудесная рассказчица нашей семейной истории. Я же могу только в ответ на твой первоначальный вопрос сказать, что у нас принято обычно называть детей теми именами, которое им дают в храме богов, так что семья, как и все окружающие, просто привыкли звать меня Томом, на работе и вовсе я превратился просто в капитана. А вот от тебя мне захотелось слышать то имя, которое подарили мне родители. Как бы я ни любил дядюшку, но родителей люблю все же больше, и мне не хотелось, чтобы имя, которое они выбрали, просто пропало.

– Хм…

Да, пожалуй, я была не слишком многословной. Но то, о чем говорил Сэт… Это было настолько личным, что мне просто хотелось одной обдумать, а может, даже и посмаковать полученную информацию.

– Ну вот, мы пришли.

***

Сэт остановился у аккуратных кованых ворот, выкрашенных белой краской. Ажурные, они выглядели чудесно. А уж с учетом очаровательных клумб вдоль невысокого каменного забора, так и вовсе смотрелись как игрушечные. Легкие, воздушные. Они были в первую очередь украшением, а не средством защиты дома.

Сам домик, что утопал в зеленом саду, тоже не был большим. По крайней мере, на первый взгляд.

– Это твой дом? – моему изумлению не было предела. – Как-то по-другому я представляла себе дом стража из Башни.

– Ну что поделать, когда я покупал этот дом, в первую очередь ориентировался на отдаленность от домов моих дрожащих родственников. Только немного не рассчитал, что Эва в то время все так же жила с родителями, замуж не собиралась, а вполне обосновано готовилась стать следующим Палачом королевства. Так что в итоге в соседках у меня теперь будет сестренка с мужем.

– Да?

– Да, – открывая передо мной калитку, кивнул Сэт, – ее дом стоит на противоположной стороне улицы.

– Вон тот, с розовой крышей?

– Нет.

– С зеленой?

– Снова нет.

– Мммм… С синей?

– Нет, Марго. Ее дом находится через пять от моего. Но все равно это слишком близко!

– Любишь ты свою семью, как я погляжу.

– Очень. Но на расстоянии. Слишком шумные.

Сэт говорит серьезно, но я видела и то, как уголки его губ подрагивают, и нежность, притаившуюся в глазах упрямого мужчины. Семья Фрейзеров и правда была не совсем обычной. Но что у них не отнять, так это любви друг к другу.

Дом Сэта оказался чудесным. Наверное, по местным меркам он был небольшим, но мне очень понравился. Особенно произвела впечатление кухня с самой настоящей плитой. Немного не такой, как на Земле, но очень похожей. Даже духовой шкаф имелся. Светлые стены, много света, очень легкие гардины, не утяжеляющие интерьер. Мебель в основном весьма изящная. Кажется, предыдущей владелицей особняка была женщина с очень хорошим вкусом. Единственное, что меня расстроило, это гостиная. Оформленная в светло-зеленых тонах, она зияла пробелами. Полу явно не хватало ковра, на одном окне отсутствовала легкая занавеска, судя по пустому месту недалеко от камина, там идеально бы встала софа, а у дальней стены с одиноким стулом явно недоставало небольшого стола и парного стула. По крайней мере, теперь я точно знаю, откуда взялась мебель в моем “кабинете”.

– Сэт, но зачем? – прикрыв рот ладошками, я все скользила взглядом по разграбленной комнате и не могла поверить своим глазам.

– Знаешь, когда женщина, которая тебе больше чем нравится, с горящими глазами рассказывает о своей мечте, а в твоих силах эту мечту исполнить, как-то уже не задумываешься о таких мелочах. Для меня это всего лишь мебель в одной из комнат моего пустующего дома, Марго, а для тебя это была первая ступенька к осуществлению твоего плана. Поверь, если бы размеры старого домика мамы позволяли, я без сожаления отдал бы тебе всю мебель отсюда. Только бы увидеть ту самую улыбку.

– Какую улыбку? – пока Сэт говорил, я на него даже не смотрела, потому что картинка упрямо расплывалась у меня перед глазами.

– Ту, которой ты, надеюсь, снова улыбнешься мне еще не раз. Ту, с которой ты встречала нас с телегой, груженой мебелью, с которой каждый раз рассказывала про свои маленькие победы над упрямыми жителями города Кронт. Ту, которой ты улыбаешься, когда счастлива.

– Но… Почему для тебя тогда это было так важно? – развернувшись к мужчине, стоявшему у меня за спиной, я хотела посмотреть в его глаза, но очутилась в бережных объятиях.

– Потому что однажды ко мне на улице подошли взбаламученные жители города и сказали, что у указателя лежит бессознательная ведьма, а ее охраняет тьма. Я шел туда, думая, что найду злодейскую парочку, а увидел измученную девушку без сознания и с говорящей книгой. Ты была бледной и весьма потрепанной, а Марья откровенно испуганной. Решение отнести тебя к домику мамы было спонтанным, я не был даже уверен, что охранный контур пропустит тебя, но ты прижалась к моей груди, а по пути даже прошептала, что от меня слишком вкусно пахнет. Тогда мое сердце в первый раз отреагировало на незатейливый комплимент от женщины. В первый раз, Марго, и я не мог это проигнорировать…

– Но ты же никогда… Даже намеком…

– Ты спасла меня, а потом мы познакомились. Знаешь, у меня было много женщин, но ни одна ни разу не затронула моих чувств.

– Черт тебя раздери, Фрейзер, – смаргивая перед глазами розовое облачко счастья, я нахмурилась, – обязательно нужно было упоминать про твоих женщин? Такой момент испортил!

– Поверь, с тех пор как я с тобой познакомился, в моей жизни есть только одна женщина.

– Поверю… Когда-нибудь, – усмехнувшись, я сама обняла своего любимого мужчину и даже приподнялась на носочки, чтобы посмотреть в мерцающие серые глаза, шепнуть, едва касаясь мужских губ своими: – Так что, как будешь убеждать меня?

– Есть у меня одна идея, – так же шепотом ответил он и вместо того, чтобы поцеловать, подхватил меня на руки!

– Сэт! – ахнув, я вцепилась в его плечи. – Поставь меня на ноги сейчас же! Тебе нельзя таскать тяжести!

– А я и не таскаю, я несу свою любимую женщину на руках.

– Куда несешь? Лучше отпусти, я сама пойду!

– Отпущу, – согласно кивнул невозможный страж, – когда донесу!

Стоит ли говорить, что принес он меня в спальню? Я думаю, не стоит. Как и о том, что первое мое желание было снять с него рубашку. А Сэт и не сопротивлялся. Только если я переживала о швах, то вот Фрейзер…

– Прекрати, – бурчала я себе под нос, чувствуя горячие ладони на своей талии, – мне нужно проверить повязку.

– Проверяй, – соглашался коварный соблазнитель, целуя меня в то самое чувствительное место возле ключицы. – Я совершенно не против.

То, насколько он был не против, я не могла не почувствовать. От его прикосновений, поцелуев и признаний, произнесенных шепотом мне на ухо, я, кажется, растеряла все мысли. Сэт действовал медленно, но очень уверенно. Сводя с ума и завоевывая. Подчиняя и подчиняясь. Одно его движение и шнуровка на корсете моего платья дает доступ наглым рукам. Легкое нажатие на его грудь и мы плавно перемещаемся по комнате. Его поцелуй и мой мир перевернулся, мой стон и мы почему-то уже лежим на кровати. Отрезвило меня именно прикосновение прохладной ткани шелкового покрывала к обнаженным плечам. Когда Сэт успел настолько меня раздеть? Как я могла на это согласиться?

– Подожди, – попыталась остановить творящееся безумие, – ты не до конца выздоровел, тебе нельзя, ну правда нельзя.

Сложно быть убедительной, выгибаясь под опытными мужскими руками и выстанывая почти каждое слово. Ведь если я говорила «нет», мое тело однозначно кричало “да”.

– Ты будешь очень и очень осторожной, – шепнул невозможный мой, прикусывая кожу на подбородке, при этом подставляя свои плечи под мои жадные ладони.

– Я? – его слова не сразу дошли до моего сознания. – А ты?

– А я тоже буду осторожен.

Но, конечно, осторожными мы не были. Страсть дурманила голову и все отошло на второй план. Для меня остались только мужские руки, губы и голос, а еще чувство прекрасной наполненности и ощущение скомканных простыней в моих руках. О чем думал Сэт? Пожалуй, не стоит это озвучивать, ведь он не стесняясь делился со мной своими мыслями и планами на ближайший день… Два… Жизнь.