Глава 21

- Отпустите уже меня! – потребовала я у этого опасного мужчины, при этом довольно бодро брыкая ногами.

- Вы не ответили на мой вопрос, мадам! – хватка детектива была не пробиваемой. – Что вы искали в комнате вашего пасынка?

- Ничего особенного, - попыталась отболтаться я, прикидываясь «недалекой» барышней. – Просто стало любопытно, как погиб сын моего покойного мужа.

- И как же, по вашему, это произошло? – вкрадчиво спросил Рик, продолжая гневно сверлить меня глазами, при этом всё сильнее прижимая к себе.

- Олафа застрелили не с самого удачного ракурса! – высказала я свое предположение. – Слишком много крови…

- Застрелили? – изумился детектив моей смелой версии произошедшего и, наконец, выпустил меня из своих объятий.

- Там повсюду следы борьбы, - вынесла я свой вердикт, вспоминая не только многочисленные пятна крови убиенного, но и осколки какого-то предмета, которым, возможно, воспользовались, чтобы оглушить предполагаемую жертву, а затем инсценировали самоубийство, неудачно выбрав ракурс для выстрела.

- Хм, а вы, похоже, знаток криминальных разборок, мадам?! – решил подначить меня Рик.

- Плавали – знаем! – буркнула я, не подумав о последствиях.

Детектив удивленно уставился на мою особу, но тут со стороны дома послышался подозрительный шум. Мы притихли, пытаясь разглядеть источник странных звуков: окно, из которого пару минут назад выпала я, распахнулось, и тёмная фигура неопределенного пола и возраста спрыгнула с подоконника, повторяя мой маршрут.

Неожиданно над нашими головами ухнула сова. Субъект в «тёмном» обернулся на звук и, резко развернувшись, засеменил в противоположную сторону.

Я попыталась дёрнуться за ним, но Рик пригвоздил меня к месту своей мертвой хваткой.

- Есть хоть капля здравого смысла в вашей хорошенькой головке, мадам?

- Я просто хотела проследить, кто залез в дом Олафа, - сделала я попытку объяснить этому человеку последовательность своих действий.

- Проследить? – изумился он моей логике. – Даже не вздумай! Ты сейчас же отправишься домой!

- Ага, разбежалась! – выпалила я, всем своим видом показывая, что не собираюсь его слушать.

Но этот нахальный тип, видимо, не привык, что ему противоречат, и со словами «невыносимая девчонка» закинул меня на плечо, как мешок картошки, и, несмотря на мое сопротивление, понес в сторону особняка.

***

Остаток ночи я провела в тягостных раздумьях.

Кто-то этой ночью, как и я, решил посетить квартиру пасынка. Но для чего? Чтобы найти ключ? А может зачистить определенные улики, доказывающие, что в этом доме произошло самое настоящее убийство?

Пока Рик Нортон тащил меня до дому, мы умудрились поругаться с ним несколько раз.

Поначалу он ворчал, что я испортила ему своим появлением слежку за объектом, где произошло трагическое событие.

- Вместо того чтобы вести расследование происшествия, мне приходится нянчиться с одной непредсказуемой особой! – сердито выговаривал он, ставя меня, наконец, на землю, когда мы «вынырнули» из темноты парка на городскую улицу.

- А что собственно вы там намеревались расследовать? – не преминула я задать злободневный вопрос. – У вас тоже есть подозрения, что Олаф де Ланжерон не сводил счеты с жизнью?

- Этого определенно я сказать не могу, мне не подвернулось случая присутствовать на месте преступления, - насупился детектив, как будто в этом была виновата моя персона…

Городок тонул в ночной тишине, когда мы с Риком темными улочками пробирались к моему дому. Внезапно впереди показался одинокий прохожий, и детектив, не теряя ни секунды, притянул меня к себе, заключив в свои объятия.

- Дорогая, как же я соскучился, - выдал актерский талант моего спутника, закрывая наши лица от постороннего взгляда.

- Милый, не стоит торопиться, - вторила я, пытаясь подыграть своему «невольному» партнеру, но при этом соблюсти правила приличия.

Прохожий, заметив «влюбленную парочку», лишь равнодушно кивнул и прошёл мимо, не подозревая о настоящей причине наших «страстных» объятий.

Но неожиданно всё изменилось…

Начавшись как небольшой спектакль, когда в ходе театрального жеста мои руки обвили его шею, а мужские ладони легли на девичью талию, наши тела замерли, будто застигнутые врасплох этим внезапным, непредусмотренным порывом. Мир вокруг поплыл, теряя четкие очертания. В наступившей тишине слышалось только бешеное биение двух сердец, словно говоривших на одном, едва осязаемом языке.

Это мгновение, казалось, длилось целую вечность. Мы отстранились ровно настолько, чтобы встретиться взглядами. И в наших глазах застыл немой вопрос: почему я всё это чувствую?

Расстояние между губами исчезло само собой. Наш первый поцелуй стал по-настоящему жадным и правдивым, стирая границы реальностей, оставляя неопределенную, зыбкую надежду…

***

Я наслаждалась утренним кофе, когда на пороге дома появился полковник Ричард Брен.

- Катрин! – чересчур эмоциональное приветствие выдавало его крайнюю нервозность. – Прости за столь бесцеремонное вторжение в этот ранний час, но у меня чрезвычайно важные новости.

Распорядившись принести гостю чашечку кофе, я пригласила его присесть.

- Ваш пасынок, Катрин, чьё тело было обнаружено сутки назад, погиб от огнестрельного ранения в висок. Оснований полагать, что это убийство, у следствия нет, но есть ряд настораживающих обстоятельств, поэтому полиция работает в этом направлении.

Кивнув, что я в курсе, ждала продолжения, чувствуя, что это ещё не вся информация, которой полковник жандармерии пришёл со мной поделиться.

- При осмотре места происшествия, - он сделал мимолётную паузу, словно оценивая степень моего внимания, - был найден револьвер модели «Лефоше» 1858 года, калибр 12 мм, из которого, как подтвердила баллистическая экспертиза, был застрелен три года назад твой отец Дуглас Милтон.

Резко выдохнув, я во все глаза уставилась на Брена.

Вот это новости?! Я и не догадывалась, что родитель «прозрачной леди» погиб при таких странных обстоятельствах.

- Вы подозреваете, что эти события связаны между собой? – мой голос прозвучал неестественно, с явными истерическими нотками.

- Если гипотеза о самоубийстве Олафа де Ланжерона подтвердится, - гость говорил медленно, взвешивая каждое слово, - то возникает крайне тревожное предположение, что человек, лишивший себя жизни тем же оружием, которым застрелили твоего отца, мог сам это сделать три года назад.

- Или, - твердо произнесла я онемевшими от напряжения губами, - убийца моего отца, оставшийся в свое время ненайденным, застрелил пасынка и инсценировал его самоубийство…

- Вот поэтому, Катрин, вы должны быть крайне осторожны! – его отеческая забота была мне приятна, но обстоятельства складывались явно не в мою пользу.

В голове прочно засел навязчивый вопрос: если пасынка застрелили, то какие криминальные личности могут стоять за этим преступлением и каковы их планы относительно моей персоны?