Глава 70
Я ждала его в своей спальне, сидя на подоконнике и глядя в ночное небо.
Луна сегодня была полной – серебряный диск висел так низко, что казалось, протяни руку и дотронешься до его холодной поверхности. Где-то вдалеке ухала сова, и этот звук казался единственным живым в этом застывшем мире.
Я думала о герцогине.
Ближе к вечеру она попросила меня рассказать о моей прежней жизни. О той другой, в иной реальности. И я рассказала ей, как близкой подруге, которой у меня никогда не было, практически всё. О своих пяти браках. О первом муже Вилене Кузьмиче, который подарил мне знаменитую брошь удачи, пожелав, чтобы она стала моим талисманом. О предательстве Виктора и Тамары, о погибшем малыше и моей дальнейшей неспособности стать матерью. О моем любимом адвокате Яше Левине, который погиб из-за своей жажды справедливости и нестандартной славы среди определенных субъектов. Рассказала, как меня держали в заложниках, а потом мне пришлось долгое время скрываться от своих недоброжелателей. О четвертом муже – великолепном Энрико Марино, с которым даже не удавалось о чем-то поспорить, о его трагической судьбе и огромном наследстве, свалившемся на мои плечи после его гибели. Затем порыдала о Натане, о нашей любви и его болезни, которая отняла его у меня, и о его судьбоносном подарке – яхте под названием «Катрин», взрыв на которой привел меня в эту реальность.
Герцогиня молча плакала, а потом взяла меня за руки и сказала:
- Ты так много страдала, дитя мое. Ты заслуживаешь счастья. Может быть, даже в этой реальности…
***
Теперь я ждала Ричарда, поглядывая украдкой на часы. Когда стрелки сошлись ровно в полночь, дверь бесшумно открылась, и вошёл он.
Я подняла глаза и замерла в полном недоумении. На Рике не было привычного сюртука и рубашки. Он был одет в странный костюм: тёмная куртка с металлическими пуговицами, высокие сапоги, ремень с массивной пряжкой. И перевязь на плече, будто для шпаги.
- Что это на тебе? – выдохнула я, спускаясь с подоконника.
В отличие от него, на мне были удобные брюки, темная блуза и жилет, в которых я вчера имела дело с Джудит Сандерсон.
Он смущенно улыбнулся, проводя рукой по отвороту куртки:
- Понимаешь, взявшись за расшифровку символов на карте, мне был указан номер сундука, где лежал этот костюм. Тогда показалось, что для чего-то это нужно, да и наряд пришёлся на удивление как раз впору.
Я медленно подошла к нему, провела пальцем по металлической пуговице на груди. Она была холодной и тяжелой, с выгравированным якорем.
- Это мундир морского офицера, - сказала я вслух. – Скорее всего, середина семнадцатого, начало восемнадцатого века.
Рик с интересом посмотрел на меня и кивнул в знак согласия.
- Нам надо в обсерваторию. Карта уже там.
Мы поднялись на мансардный этаж, в заветную комнату, где находился телескоп. Сейчас он стоял посередине, занимая практически всё пространство – старинный, медный, на деревянной треноге, нацеленный прямо в окно. Рядом на столе лежала карта, та самая, что мы обнаружили на обратной стороне картины в комнате покойного маркиза.
- Увы, всё, что мне удалось расшифровать до сего дня - это то, что для раскрытия тайны карты понадобятся телескоп и этот странный перстень. – Рик виновато посмотрел в мою сторону. – Ты ведь знаешь, сколько ночей я провел здесь, роясь в бумагах, надеясь найти подсказки. Ты однажды сама застукала меня за этим занятием…
Он выложил на стол массивное кольцо со странным свечением камня, который мерцал изнутри, будто в нём застыл кусочек лунного света.
Я взяла кольцо в руки и смело надела его себе на палец, хотя оно мне было явно не по размеру.
В ту же секунду мир перед глазами поплыл.
Передо мной возникла комната, ярко освещенная множеством свечей. Я стою в длинном платье из старинного бархата, и мужчина в том самом мундире, с лицом Ричарда, но старше и жёстче.
Он стоял передо мной на одном колене, держа мою руку в своей.
- Клянусь тебе, Элеонора, - голос его звучал глухо и торжественно. – Клянусь этой луной, этим кольцом и этой картой – я найду тебя вновь, в любой жизни, в любом времени. И каждое моё сердце будет биться только ради тебя.
- Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется, - мой голос показался мне странным и необычным. – И когда придёт этот час, я узнаю тебя, даже если ты будешь с другим лицом.
Я надела ему кольцо на палец.
Видение исчезло в тот же миг, оставив меня стоять с открытым ртом посреди комнаты.
- Рик, ты это видел? – спросила я шепотом.
Детектив завороженно посмотрел на меня.
- Я, да. Это был я или… мой предок?
- Не знаю, - ответила я, с любопытством разглядывая кольцо, странным образом переместившееся на его палец. – Но почему-то мне кажется, что это были мы оба, просто в прошлой жизни…
Я нагло стянула перстень с его руки и поднесла к глазам, затем повертела на пальцах, наблюдая, как в темноте искрится исходящий от него свет.
- Как ты догадался про телескоп? – спросила я Ричарда.
- Подсказка на карте, - он указал на нарисованный в углу круг со стрелкой и продекламировал: - Где свет соединяется с тенью, путь откроется тому, кто знает цену клятве.
- А где здесь про телескоп? – я, честно говоря, даже ругнулась – ну, как так-то? Никакой конкретики: все витиевато и обтекаемо.
Я вновь посмотрела на карту, кольцо и телескоп.
По наитию подошла к окуляру, повернула его так, чтобы свет луны упал прямо на стекло, и навела его на карту, расправив старинный пергамент на столе. Лунный луч, проходя сквозь систему линз, вытянулся и упал на бумагу золотистым пятном. Я поднесла кольцо к этому пятну, и камень вспыхнул, заливая карту голубоватым свечением.
И тогда на ней проступили новые линии. Извиваясь, как живые, они выстраивались в новый узор: тонкие, почти невидимые ранее дорожки проступили сквозь старые чернила и повели вниз. Под особняк – в подземелье.
Рик наклонился, коснувшись пальцем проступивших линий.
-Это подвал, - он поднял на меня глаза, в которых плескалась смесь изумления и восторга. – Катрин, как ты это сделала? Как сообразила?
Я смотрела на мерцающие линии и чувствовала, как внутри поднимается странное тепло – будто что-то давно забытое вдруг проснулось во мне.
- Мы должны спуститься туда, - сказала я твердо. – Причем, прямо сейчас…